Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Правила Форума: личная порядочность участника и признание им царящего на Форуме принципа субординации, для экспертов вдобавок – должная компетентность! Внимание: у Администратора и Модераторов – права редактора СМИ!

Автор Тема: Погибший неизвестный лыжный батальон, в составе которого было около 150 женщин  (Прочитано 2234 раз)

ВикторС

  • Опытный пользователь
  • Участник
  • ***
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 7
  • Виктор Владимирович Сапожников
КО ВПОО «Военный историк» (г. Калуга) и ПОО им. М.П. Краснопивцева (г. Калуга) на протяжении нескольких лет ищем место захоронения женщин (около 150 чел.), которые были в составе лыжного «батальона» (+ около 150 мужчин) и почти все вместе погибли в одном бою зимой 1942 года на территории Мосальского района Калужской (ранее – Смоленской) области в районе Варшавского шоссе, где-то неподалёку от деревни Сапово. Эту историю нам рассказал бывший их проводник, которому тогда было около 10 лет. Он рассказывал, что эти лыжники пришли в его деревню Стрелёво в одну из зимних ночей 1942 года. В деревне пробыли недолго. С ними беседовали деревенские женщины, которые впоследствии и попросили этого мальчишку провести их к деревне Сапово. Что он и сделал. Он рассказывал нам, что все они были в белых маскхалатах, хорошо вооружены. Все молодые, не старше 25 лет. После того, как он их проводил к указанной деревне они угостили его брикетом горохового супа и плиткой шоколада. После чего он отправился обратно в свою деревню. А под утро он услышал звуки боя. Помнит, что стреляли пулемёты. И через некоторое время в деревню вернулись только четверо молодых мужчин из тех лыжников, у которых он был проводником. Они сказали, что все они разом погибли в бою. Больше ничего об этом подразделении неизвестно.
У нас есть все основания верить этому рассказчику, так как кроме всего прочего он показал нам ещё и место падения нашего самолёта, и мы его подняли вместе с останками лётчика.
Ранее было предположение, что этот сводный женско-мужской «батальон», который, возможно, был придан 1 гв. кав. корпусу. Но никаких следов об этом в документах корпуса мы не обнаружили. Известно только, что в распоряжение 1 гв. кавкорпуса примерно в то же время не прибыл 118 олб. Но, как оказывается, лыжных женских батальонов не было.
Чтобы продолжить этот поиск, мы будет очень признательны всем, кто сообщит нам любую информацию о погибших или без вести пропавших женщинах в нашей местности зимой 1942 г.
Других вариантов поиска мы на сегодняшнее время не видим. А пока продолжаем прочесывать те места на предмет обнаружения неучтённых захоронений.
С уважением,
председатель КО ВПОО «Военный историк» Сапожников В.В.
командир ПОО им. М.П. Краснопивцева Сапожников М.В. (г. Калуга).
« Последнее редактирование: 22 Мая 2016, 11:33:21 от Sobkor »
Записан
Имея дело с судьбами людей, мы не имеем права на ошибку.

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 23 061
  • Ржевцев Юрий Петрович
Уважаемый Виктор Владимирович, здравствуйте!
В данном случае речь явно что идёт о каком-то спецотряде из состава частей оперативной разведки РККА или НКВД СССР! В том районе зимой 1941/1942 гг. активно действовали спецформирования в/ч 9903 (Оперативный центр ГРУ на Западном фронте), ОМСБОН войск НКВД СССР, Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области и Партизанской базы того же УНКВД.
Судя по большой численности и массовому наличию девушек, это, похоже, зафронтовой истребительный отряд чекистского ведомства.
У меня имеется подробная хроника боевых действий в том районе истребительных отрядов, заброшенных в тыл противника Истребительным мотострелковым полком УНКВД по г. Москве и Московской области, но для того, чтобы прокомментировать, мне надо знать точный период времени, ибо «зимой 1942 года» – по сути, тоже самое, что и «на деревню дедушке», тем более, что зима в каждом календарном году у нас дважды: применительно к 1942-му – зима 1941/1942 года и зима 1942/1943 гг.
И ещё: потери, на которых настаивает очевидец, явно и явно завышенные! Те четверо, которые вернулись, в ходе боя всего лишь отбились от ядра своего ядра. Именно поэтому Вы и не можете никак отыскать мифическую братскую могилу! Из спецотрядов, численность которых достигала батальона, неоправданно большие потери (в несколько десятков человек!) в 1942 году понесён только диверсионный отряд под командованием заместителя по строевой части командира Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области майора Михаила Силуановича Быкова (численность отряда на момент убытия 26 мая 1942 года в спецкомандировку на Западный фронт – 463 человека). Но это произошло: а) в ночь с 3 на 4 июня 1941 года, а не зимой; и б) не в ходе зафронтовых операций, а в результате неудачной попытки просочиться в тыл врага со стороны села Волое Кировского района современной Калужской области. Трагедия тогда произошла на втором рубеже обороны фашистов (в архивных документах это место обозначено так: «Между вышкой и домом лесника») спецотряд советских диверсантов напоролся на стену ружейно-пулеметного огня, а потом противник даже принялся атаковать – с фронта, и с флангов. Колонна распалась, при этом некоторые подразделения по причине преступной растерянности и нерешительности своих командиров начали беспорядочно метаться на местности (как потом письменно докладывал в Москву майор М.С. Быков, двоих из таких ротных он собирался пристрелить на поле боя как трусов да обстановка не позволила). Вдобавок появились первые потери, в том числе убитые и пропавшие без вести. В этих условиях майор М.С. Быков просто был вынужден отдать всем находившимся с ним рядом приказ об отходе на исходный рубеж. А поскольку гитлеровцы наседали, пришлось выделить заслон. Последний составили подчиненные командира 2-го отделения 1-го взвода 6-й роты 2-го батальона Михаила Прокофьевича Лемешева, среди, которых, к слову сказать, находилась и одна девушка – 20-летняя сандружиница Мария Семеновна Морозова. Как гласят архивные документы, «это отделение в составе 12 чел., организовав круговую оборону, имея 3 ручных пулемета, смело вступило в бой с превосходящими в несколько раз силами противника, стремившегося окружить и уничтожить бойцов отделения.
В результате ожесточенной перестрелки, длившейся всю ночь и утро, противник был вынужден отступить на исходные позиции.
В течение 4 и 5.6.42 г. противник 4 раза атаковал отделение, но так и не смог сломить сопротивление маленькой группы...
К этому времени в составе отделения было убито 3 чел. и ранено 5 чел.
Метким огнем из ручных пулеметов и всех других видов оружия (винтовки, пистолеты и гранаты) – а в этом участвовали и раненые! – было истреблено не менее 12 фашистов.
Под покровом ночи с 6 на 7.6.42 г. через болото отделение начало медленно продвигаться к переднему краю нашей обороны, вытаскивая на себе тяжелораненых бойцов и их оружие. При этом отделение разбилось на 2 части: 4 чел. во главе с командиром т. КУЛЬКОВЫМ в составе легкораненых пошли правее и вышли к линии нашей обороны 8.6.42 г.; 5 чел. во главе с командиром отделения т. ЛЕМЕШЕВЫМ с тяжелоранеными бойцами… достигли переднего края нашей обороны только 14.6.42 г., пробыв в окружении 11 суток.
В течение 4 суток, не имея продуктов питания, питались крапивой с солью.
В труднейших условиях вынесли с собой всех тяжелораненых бойцов с их оружием». Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, лл. 6-11.
Вот имена погибших героев: Павел Константинович Володин, Виталий Витальевич Соболевский и Николай Кондратьевич Солышко. Их трупы остались на поле боя не погребенными.
В своим рукописном донесении от 16 июня 1942 года майор М.С. Быков особо отметил «боевые действия командира отделения т. Лемешева и санинструктора т. Морозовой Марии Семеновны, которые не ограничиваясь руководством на поле боя [речь о М.П. Лемешеве] и оказанием помощи раненым бойцам [речь о М.С. Морозовой], сами бесстрашно и смело вели бой с немецкими оккупантами, за что они и заслуживают быть отмеченными правительственными [правильно – государственными] наградами». Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, лл. 31 и 31об.
Необходимо добавить, что Мария Семеновна в ходе ночного боя по удержанию занимаемых отделением позиций получила ранение в голову, но, тем не менее, превозмогая боль, продолжила выполнять обязанности санинструктора и просто бойца.
Но вернемся к драматическим событиям ночи с 3 на 4 июня. Основные силы спецотряда разрозненными группами вышли из-под вражеского огня и собрались на советской территории, в том шестьдесят четыре воина 4-й роты включая командование последней. Сам майор М.С. Быков вырвался из пекла в группе из десяти бойцов. Вышедшие сумели вынести с поля боя девятерых раненых.
Впоследствии по информации, полученной от партизан, выяснилось, что часть сил разбитой немцами оперативной группы все же прорвалась на запад, в том числе:
- почти в полном составе управление 2-го батальона и, включая комбата-2 капитана С.М. Колесника, комиссара батальона старшего политрука А.З. Твердохлебова, адъютанта старшего батальона лейтенанта Ф.П. Филимонова и секретаря партбюро батальона политработника «без звания» А.А. Бабенкова;
- командование 2-й роты – ее командир сержант госбезопасности И.В. Королькевич, политрук роты старший политрук Ф.Н. Журавлев, помощник командира роты офицер «без звания» П.В. Артамонов (погиб в первых числах июля 1942 года), старшина роты младший командир «без звания» Н.Г. Зуев, помощник старшины старший сержант М.Д. Шейко и сандружиница медик «без звания» Т.Г. Ельчанинова. Плюс – как минимум, один из взводов этой роты – 1-й под командованием сержанта госбезопасности И.Б. Курмышева;
- остатки 4-й и осколки 5-й рот под общим командованием такого опытнейших его диверсанта, какими являлся помощник командира взвода старший сержант Сергей Иванович Решетов;
- костяк 6-й роты во главе с ее командиром младшим лейтенантом И.И. Глуховым и политруком воентехником 1 ранга Н.М. Лавренчуком. В составе этой группы, к слову сказать, находилась и сандружиница 2-го батальона Екатерина Николаевна Усанова.
В течение первых суток прорвавшихся по пятам преследовали каратели, стремясь как можно скорее догнать и уничтожить. В результате, предварительно окопавшись на высоте 220,0, расположенной у деревни Дрыновка Кировского района современной Калужской области, главным силам пришлось принять неравный бой. В ходе него погибли двенадцать диверсантов: пять бойцов 6-й роты, двое из 5-й и один из 4-й. Но потери немцам оказались еще более тяжелыми, что в конечном итоге и вынудило их отступить.
К середине июня прорвавшиеся, разделившись как минимум, на два боевых отряда, активно действовали вдоль железнодорожной ветки Рославль – Фаянсовая, о чем свидетельствует датированное 4 июля 1942 года донесение командования полка в адрес начальника УНКВД по г. Москве и Московской области комиссара госбезопасности М.И. Журавлева: «…Группой 4-й роты 2-го батальона в составе 39 человек под командой пом. командира взвода тов. РЕШЕТОВА совместно с партизанами 17.6.42 г. в 10.00 в районе дер. Жуковка (координаты 26-78) – станция Аселье (корд. 12-76) по ж.д. Киров – Рославль произведено минирование участка ж.д. [железной дороги] в шести мести местах; в результате взрыва уничтожен воинский эшелон с живой силой и техникой в составе 15 крытых вагонов, 3-х платформ и паровоза, следовавший из гор. Рославль к ст. Бетлица. При этом уничтожено свыше 200 фашистов.
…По особому заданию командования 10-й армии ротой 2-го батальона под командованием мл. лейтенанта ГЛУХОВА совместно с партизанским отрядом тов. АКСЕНОВА в составе 90 человек в течение 16-18.6.42 г. сожжена деревня Падерка [в Куйбышевском районе современной Калужской области] (корд. 84-64). В этой деревне уничтожено 250 немецких солдат и 3 офицера, 2 склада с боеприпасами и продовольственный склад. Указанная деревня служила базой для снабжения немецких войск, оперирующих против партизан и частично снабжала передовые части противника как продовольствием, так и боеприпасами». Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 5, лл. 12-13.
20 же июня подчинённые младшего лейтенанта И.И. Глухова и воентехника 1 ранга Н.М. Лавренчука, но, действуя уже без поддержки партизан, сожгли вражеский гарнизон, расположившейся в некоей «дер. Снопот у реки Десна». (Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, л. 73.) Речь в данном случае явно идёт о селе Снопоть Рогнединского района современной Брянской области.
А это свидетельство из книги послевоенных мемуаров ветерана полка Константина Григорьевича Левыкина: «…Жестокому разгрому в Смоленских лесах в конце весны-начале лета 1942 года подверглась сводная группа нашего полка в количестве четырехсот человек под командованием заместителя командира полка майора-пограничника Быкова. В составе этой группы была вторая рота нашего батальона. Только третья ее часть вместе с командиром Королькевичем смогла в июле месяце уйти от преследования фашистских карателей и перейти линию фронта». Источник – «Памятью сердца в минувшее...» – М.: Знак, 2004. – 600 с., ил.; стр. 245.
В ночь с 27 на 28 июня 1942 года в бою с карателями смертью храбрых пал парторг 2-го батальона политработник «без звания» Александр Алексеевич Бабенков. Примечательно, что штабом 23-й отдельной стрелковой бригады внутренних войск НКВД СССР в скорбный список не вернувшихся из боя он был внесен уже как старший политрук по воинскому званию!
Боевая группа младшего лейтенанта Ивана Ивановича Глухова, имея в своих рядах не менее сорока пяти штыков, вернулась из тыла противника в самом конце июня 1942 года – предположительно, 28-го или 29-го. По крайней мере, по состоянию на 30 июня она уже находилась на опорном пункте, а 2 июля прибыла в столицу – к месту базирования своей части.
Что же касается боевой группы старшего сержанта Сергея Ивановича Решетова, то она продолжала находиться в зафронтовой командировке, как минимум, по 5-7 июля 1942 года. К сожалению сам бесстрашный помкомвзвода С.И. Решетов «был убит во время боя в западной части Раменского леса, перед 2-ой линией обороны немцев, при возвращении из тыла. Труп оставлен на поле боя». Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, л. 84.
В качестве справки: как то вытекает из архивных документов, Раменский лес расположен где-то на территории Куйбышевского района современной Калужской области.
Всего состоянию на 2 июля 1942 года в боевых командировках продолжали находиться 390 бойцов, командиров и политработников полка.
В первой половине июля благополучно прорвалось на нашу территорию управление 2-го батальона, тогда же (но не позднее 13-го числа) – руководимые сержантом госбезопасности Иваном Васильевичем Королькевичем и старшим политруком Фёдором Николаевичем Журавлевым остатки 2-й роты, а, предположительно, в середине июля – остатки 5-й роты под общим командованием политработника «без звания» Ивана Захаровича Финашина.
Всех вышедших из тыла противника диверсантов концентрировали на Опорном пункте, откуда затем организованными группами отправляли в столицу. Известны даты убытия таких групп: в июне – в ночь с 3-го на 4-е, 16, 26 и 30, а в июле – 3, 8, 11, 14 (остатки 2-й роты), 18 (остатки 5-й роты) и 20.
Однако все серьезно раненые и контуженные немедленно направлялись с опорного пункта в ближайшие медучреждения Красной Армии, а легкораненые – в Москву, в медсанчасть своего полка.
20 июля 1942 года во главе группы из четырёх человек бойцов и командиров из села Волое в Москву по железной дороге убыл майором Николай Фёдорович Смирнов. С этого момента руководство Оперативным штабом перешло к комиссару – старшему политруку Александру Степановичу Арясову. Надо полагать, что вскоре после этого и он с остававшимися в прифронтовой полосе работниками Оперативного штаба отправился в распоряжение командования 308-го стрелкового полка внутренних войск НКВД СССР.
Чуть позже штабом 23-й отдельной стрелковой бригады внутренних войск НКВД СССР были составлены списки общих безвозвратных потерь бывшей оперативной группы майора М.С. Быкова, понесенные начиная со 3 июля 1942 года, – всего 298 бывших «ястребков»: «9 человек как убитые и остальные 289 как без вести пропавшие». Все они были исключены из списков внутренних войск приказом комбрига-23 за № 0043 от 22 октября 1943 года, что в свою очередь стало основанием для отправки штабом бригады в адрес семей этих погибших и пропавших без вести официальных извещений-«похоронок». Источник – РГВА: ф. 32927, оп. 1, д. 62, л. 296.
Записан

ВикторС

  • Опытный пользователь
  • Участник
  • ***
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 7
  • Виктор Владимирович Сапожников
Уважаемый Юрий Петрович, хочу Вас искренне поблагодарить за столь оперативный отклик на мою тему!
К сожалению я ничего не могу добавить к тому рассказу нашего проводника, который был абсолютным очевидцем тех событий и по известным причинам, конечно, не мог узнать какое подразделение представляют эти девушки и ребята. Но мне припоминается, что всё-таки все события были именно зимой 1941/1942 гг., приблизительно, это январь-февраль 1942 года. Большего, к сожалению, ничего припомнить не могу. То, что они были на лыжах и очень хорошо экипированы, – это факт. Сможем ли мы как сузить тот период – не знаю. Но не мог же просто так пропасть целый батальон? Хотя, о чём я говорю... Пропадали более мощные соединения. К сожалению, на настоящее время не осталось ни одного свидетеля тех времён по данной теме. Но также я очень заинтересован и Вашей информацией о другом отряде по нашему Кировскому району! Я об этом кое-что слышал. И думаю, что направление поиска у нас есть и по этому подразделению.
Местные ещё в 1988 году мне рассказывали, что какой-то достаточно большой отряд НКВД закопал в одной деревне несколько ящиков в октябре 1941 года. Надо искать! В любом случае, я верю, ПОИСК ОБРЕЧЕН НА УСПЕХ!
« Последнее редактирование: 22 Мая 2016, 16:05:52 от Sobkor »
Записан
Имея дело с судьбами людей, мы не имеем права на ошибку.

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 23 061
  • Ржевцев Юрий Петрович
К слову сказать, последний отряд лыжников из состава Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области ушёл в тыл противника в ночь с 5 на 6 апреля 1942 года. Это были основные силы взвода разведки во главе с младшим лейтенантом запаса Георгием Сергеевичем Гладковым (всего – 30 штыков) и оперативная группа от 1-го батальона во главе с командиром 3-й роты воентехником 2 ранга Иваном Алексеевичем Кондрашовым и политработником «без звания» Андреем Никитичем Братухиным в количестве семидесяти восьми человек. Переход осуществлялся на лыжах по начавшему подтаивать снегу. Впоследствии, уже в мае, когда погода стала по-летнему теплой, лыжи пришлось оставить в лесных тайниках по причине невозможности совершать с ними на плечах длительные переходы.
Разведвзвод пробыл в тылу врага тридцать три дня – с 6 апреля по 9 мая 1942 года. Он действовал в следующем треугольнике: деревня Малые Желтоухи (ныне – в Кировском районе современной Калужской области) – станция Снопоть (ныне – в Рогнединском районе современной Брянской области) – город Людиново (ныне – райцентр Калужской области). Таким образом, подчиненные младшего лейтенанта запаса Г.С. Гладкова имели возможность одновременно держать под своим негласным контролем воинские перевозки, осуществляемые вермахтом сразу по двум пересекающимся в Кирове железнодорожным веткам: Фаянсовая (г. Киров) – Рославль и Фаянсовая (г. Киров) – Брянск.
Взвод «принимал участие в обороне дер. М. ЖЕЛТОУХИ и в [этом] бою уничтожил 350 солдат и офицеров. Кроме того, произвел тщательную разведку расположения живой силы и техники противника в районе ЛЮДИНОВО, ПОГОСТ [деревня в Куйбышевском районе современной Калужской области] и БЕТЛИЦА [ныне – поселок, административный центр Куйбышевского района Калужской области]
Разведданные сообщены штабу 10 армии 9.05.42 г.
Взвод уничтожил 32 полицейских, 6 старост, 4 повозки с боеприпасами, 17 лошадей и вырезал 800 м провода». Источники – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, лл. 18 и 22.
Кроме того, убито 350 и ранено 250 фашистов плюс – «во время выхода из тыла тов. Гладков вывел 4-х бойцов из роты автоматчиков, которые были ранены и там [в Дятьковском партизанском госпитале] лечились». Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 8, л. 6.
Собственные потери разведвзвода: четверо убиты, один пропал без вести и еще один боец получил ранение.
О бое по обороне деревни Малые Желтоухи необходимо рассказать подробнее, поскольку он был насыщен беспримерными подвигами «ястребков». Схватка началась в 7.30 10 апреля, когда каратели под прикрытием плотного пулеметного и минометного огня большими силами, которые двигались в тремя эшелонами, повели наступление на горстку храбрецов (а последних было всего на всего двадцать четыре человека!) со стороны деревни Косичино (ныне – в составе Кировского района современной Калужской области).
Подпустив врага на 300-350 метров, разведчики выкосили передние цепи, а две задние обратили в бегство. Что было дальше – строками датированного 10 мая 1942 года рапорта младшего лейтенанта запаса Г.С. Гладкова: «12 час. дня нам угрожала опасность, т.к. противник подтягивал и бросал все новые и новые силы. Т.к. не было артиллеристов я сам выкатил на огневую позицию 45-мм пушку и стал фугасными и шрапнельными снарядами бить прямой наводкой по противнику и подвозящим боеприпасы на санях. Таким путем уничтожил 4 повозки и 8 лошадей.
Когда нами было уничтожено более 2-х рот противника, он [противник] бросил еще более 600-800 солдат для полного подавления нашей обороны. Я бил по противнику из орудия. Когда кончились снаряды, я рядом с пушкой поставил миномет 82-мм и держал противника, не давал подходить. Когда вышли мины, я взял автомат и, воодушевляя бойцов, подпускал [фашистов] на 160-150 м и расстреливал из автомата и уничтожил еще немало вражеских солдат.
В 15 час. противник выдвинул на огневую позицию орудие и миномет и открыл сосредоточенный огонь по дер. М. ЖЕЛТОУХИ, деревянные постройки зажег.
У нас боеприпасы были на исходе, у каждого оставалось 10-15 патронов и, когда боеприпасы иссякли, мы фашистов уничтожали гранатами. Мною за время боя уничтожено не менее 60-65 солдат и офицеров, 4 повозки с боеприпасами и 9 лошадей.
Всего в течение 7 час. 30 мин. боя мой отряд уничтожил более 350 солдат и офицеров, 4 повозки и 13 лошадей. Мы потеряли 4 чел. убитыми…
…После отхода из района М. ЖЕЛТОУХ пошел на разведку к ЛЮДИНОВО, создав 17.04.42 г. опорную базу в лесу у дер. ВАЛЫНЬ [правильно – Волынь, бывший хутор Дятьковского района современной Брянской области], которая находится в 2-х-2,5 км от деревни под названием Кресты…» Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, лл. 23 и 23об.
Все это в последних числах мая 1942 года стало законным основанием для командования полка представить 25-летнего младшего лейтенанта запаса Г.С. Гладкова, ранее уже отмеченного Родиной за свои подвиги орденом Красного Знамени, к награждению только что учрежденным в СССР орденом Отечественной войны 1-й степени.
А теперь расскажем о сводной роте воентехника 2 ранга И.А. Кондрашова. Углубившись во вражескую территорию, она достигла села Бутчино Куйбышевского района современной Калужской области, где в местном лесу и встала лагерем, поскольку этот глухой квадрат был не менее удобным как для действий в направлении железнодорожной ветки Фаянсовая (г. Киров) – Рославль, так и в направлении ветки Фаянсовая (г. Киров) – Брянск.
К 6 мая 1942 года рота «произвела 4 железнодорожных крушения, в результате которых уничтожено 3 паровоза, 15 вагонов, в том числе 4 вагона с боеприпасами. Взорвала 2 автомашины, 5 повозок с боеприпасами.
Всего рота на 6.05.42 г. уничтожила 379 солдат и офицеров». Источники – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, лл. 18, 19 и 22.
Одной из самых крупных операций спецотряда Кондрашова стали осуществленные 29 и 30 апреля 1942 года при содействии девяти десятков партизан из отряда Аксенова штурмы станции Снопоть. В первом случае удалось захватить стоявшую в 200 м западнее железнодорожной насыпи казарму, что в свою очередь позволило беспрепятственно взорвать на этом участке железнодорожное полотно. Потери гитлеровцев в этом бою составили сорок человек убитыми и пятнадцать ранеными. Со стороны же «ястребков» только один легко раненный – боец Матюшенко.
А во втором случае плотным прицельным огнем гитлеровцы были блокированы в казарме, стоявшей восточнее железнодорожной насыпи, что позволило «ястребкам» взорвать кусок железнодорожного полотна и вывести из строя проводную линию связи местного гарнизона с вышестоящим штабом. Итог боя: уничтожено двадцать пять гитлеровцев, в том числе пять офицеров. Сами же нападавшие потерь не понесли.
К 27 мая 1942 года подчиненные воентехника 2 ранга И.А. Кондрашова уже наносили удары и в окрестностях станции Аселье – железнодорожного объекта, расположенного на территории Рославльского района Смоленской области, то есть их боевая активность распространилась к тому времени аж на 50 км на запад от места постоянного базирования!
Свою миссию в тылу врага этот спецотряд завершил в 5.00 3 июня 1942 года, когда благополучно вышел из вражеского тыла у деревни Малые Савки Кировского района современной Калужской области. Почти за два месяцы своей зафронтовой командировки он успел совершать двадцать диверсионных операций, в ходе которых врагу был нанесен следующий урон: истреблено 656 фашистов; пущены под откос семь эшелонов, в том числе 80 вагонов и платформ, а также одна цистерна с горючим; уничтожено четыре (по другим данным – шесть) танков, десять автомобилей и пять подвод с живой силой, боеприпасами и военным имуществом не менее двух дотов; методом подрыва разрушено свыше 2700 метров железнодорожного полотна и тридцать две линии железнодорожной связи, при этом общая длина поврежденных проводов составила 1400 м плюс еще 200 м действующих телеграфных проводов были срезаны 29 и 30 апреля в ходе штурмов объектов станции Снопоть. Наши же потери оказались крайне незначительными. По одним официальным данным, – четверо погибших, шесть раненых и один контуженный, а по другим – трое погибших и четверо раненых.
Одновременно подчиненные воентехника 2 ранга И.А. Кондрашова способствовали созданию в районе своего оперирования двух партизанских отрядов.
Об одной из успешных операций спецотряда 1-го батальона руководству Оперативного штаба сообщил прибывший на «Большую землю» самолетом партизанский военачальник Аксенов: «27 мая в 9 час. 30 мин. организовано крушение воинского эшелона у разъезда Шепетовка [правильно, очевидно, – Щепоть, остановочный пункт на ветке Рославль – Фаянсовая]. В результате крушения уничтожено 18 вагонов, 15 платформ, 1 цистерна с 6-ю танками, 9 автомашин с боеприпасами и уничтожено 250 вражеских солдат». Источники – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 6, лл. 178 и 180.
Двадцать семь наиболее отличившихся воинов 3-й роты по возвращению в свой полк были представлены к государственным наградам, в том числе ее командир воентехник 2 ранга И.А. Кондрашов – к ордену Ленина (и одновременно – к присвоению очередного воинского звания «старший лейтенант»), а политрук роты А.Н. Братухин – к ордену Красного Знамени...

Но не мог же просто так пропасть целый батальон? Хотя, о чём я говорю... Пропадали более мощные соединения.
Для подразделений оперативной разведки собственные потери в батальон – нонсенс, нечто из ряд вон выходящее! Большие потери советские диверсанты-разведчики несли, как правило, или при неудачном переходе в ту или иную сторону линии фронта, или же когда армейское командование бездумно использовало этот приданый ему спецназ на правах обычной пехоты. Для наглядности проиллюстрирую на примерах из боевой летописи современной Калужской области.
В первом случае это:
- разгром (но не уничтожение!) гитлеровцами в ночь с 3 на 4 июня 1942 года где-то западнее села Волое Кировского района крупного (всего – свыше 450 штыков!) и пытавшегося просочиться во вражеский тыл диверсионного отряда под командованием заместителя по строевой части командира Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области майора Михаила Силуановича Быкова;
- разгром гитлеровцами 26 июня 1942 года у деревень Рыляки и Спорная Юхновского района возвращавшегося из Белоруссии спецотряда «Особые» (всего – 120 штыков) из состава 1 мсп ОМСБОН войск НКВД СССР.
А во втором – героическая гибель 23 января 1942 года в бою у деревни Хлуднево Думиничского района спецотряда в 27 штыков из состава 2 мсп ОМСБОН войск НКВД СССР, в том числе и Героя Советского Союза (посмертно) Л.Х. Паперника...

К сожалению, на настоящее время не осталось ни одного свидетеля тех времён по данной теме.
Но ведь остались архивные документы! Почему не «поднимаете» их?!

Местные ещё в 1988 году мне рассказывали, что какой-то достаточно большой отряд НКВД закопал в одной деревне несколько ящиков в октябре 1941 года. Надо искать! В любом случае, я верю, ПОИСК ОБРЕЧЕН НА УСПЕХ!
А на основании чего они решили, что это именно «отряд НКВД»? А если именно из НКВД, то кто это был – милиционеры, чекисты, «ястребки» или же личный состав из частей войск правопорядка и безопасности? В данном случае это принципиально важно знать, чтобы понять смысл действий тех, кто что-то там прятал!
Пока же, исходя из периода описываемых действий и фронтовых функций НКВД как силового ведомства, можно осторожно предположить, что тот отряд закладывал тайники под будущий партизанский отряд. Если моё предположение верно, то искать спрятанное в том лесу сегодня наверняка бесполезно. Дело в том, что часть тайников фашистам выдали предатели, а остальными успешно воспользовались их законные владельцы – местные партизаны!
Кстати, о партизанах: не могу никак отыскать в доступной мне библиографии, в том числе и в публикациях калужских краеведов, сведения о партизанском отряде под командованием Аксёнова, а также о личности самого Аксёнова. Этот отряд по состоянию на первую половину 1942 года успешно, а главное крайне эффективно действовал вдоль железнодорожной линии Фаянсовая – Рославль и считался диверсантами столичного гарнизона внутренних дел партизанским отрядом Кировского района. Однако почему-то, вновь вслух посетую, на краеведческих сайтах калужского города Кирова о нём ни слова будто бы такого и не существовало на калужской земле никогда!
« Последнее редактирование: 23 Мая 2016, 13:46:30 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 23 061
  • Ржевцев Юрий Петрович
В этом году у меня будет возможность поработать в нашем областном партийном архиве. Я думаю, что-нибудь там нарою по нашей теме! Тогда обязательно сообщу!

Доброе утро, коллега!
Дай Бог, в том архиве отыщется что-то существенное для организации поисковых экспедиций, но, полагаю, немногое, поскольку сама Калужская область была образована только летом 1944-го. Вам бы в поисках сведений о партизанских формированиях, действовавших на территории современной Калужской области, прежде всего, выбраться бы в Центральный государственный архив Московской области, а также в госархивы Смоленской (здесь – архивный фонд Смоленского штаба партизанского движения), Брянской ( здесь – архивный фонд Брянского штаба партизанского движения) и Тульской областей!
А документы ОМСБОН войск НКВД СССР – в столичном РГВА...
« Последнее редактирование: 23 Мая 2016, 13:47:39 от Sobkor »
Записан

Москвин Александр Вячеславович

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 2 040
В тех местах зимой 1941/1942 годов были выброшено несколько воздушных десантов – в составе 250 вдп, 201 овдбр, отряда Старчака и 4ВДК (I ф). Для передвижения десантники имели лыжи, которые сбрасывались в тюках при десантировании. Данный батальон мог быть из этих частей.
По поводу Калужского архива, при работе в Национальном архиве Р. Коми, обнаружил, что ряд архивных фондов были переданы из архивов Вологодской области и Архангельской области, такое деяние могло быть и в Калужском архиве, на мой взгляд материалы по данной теме надо искать в документах ВКП(б).

На самом деле первая волна десантников приземлились километрах в ста к западу от Мосальска, а вторая где-то в полсотни километрах!
При десантировании было очень много ошибок со стороны штурманов самолетов, высадки парашютистов происходили даже в районе Брянска. Я бы не отбрасывал вариант, десантников из ВДВ.
« Последнее редактирование: 23 Мая 2016, 13:45:46 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 23 061
  • Ржевцев Юрий Петрович
Я бы не отбрасывал вариант, десантников из ВДВ.

Версию про десантников изначально исключает высокий процент девушек в рядах того неустановленного пока подразделения!
Вообще если вести речь о представителях армейских структур, то усилия в таком случае следует всё-таки направить в сторону сразу нескольких существовавших на тот период времени на Западном фронте Отдельных отрядов особого назначения. Один из них стал вскоре Партизанским полком под командованием майора В.В. Жабо (на самом деле это был Оперативный центр ГРУ в тылу врага под Вязьмой!) с местом базирования в Угранском районе Смоленской области (а это рукой подать до Мосальска!), а ещё один, но в Брянских лесах – Дятьковской партизанской бригадой под командованием майора Г.И. Орлова (на самом деле это был Оперативный центр ГРУ в тылу врага под Брянском!). Боевой же путь ещё, как минимум, двух таких отрядов, увы, не знаю...
« Последнее редактирование: 23 Мая 2016, 13:41:44 от Sobkor »
Записан
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »