VIII-Форум Особого Назначения: спецслужбы, правоохранительные и пенитенциарные структуры > 04-Войсковые структуры правоохранительного блока СССР (1918-1957)

Войска правопорядка и безопасности на территории Коми края

(1/3) > >>

Москвин Александр Вячеславович:
17-й отдельный Сыктывкарский кавалерийский дивизион внутренней охраны Управления НКВД Ленинградского округаСформирован в период с августа по ноябрь 1932 года в Архангельск из личного состава 13-го Котласского, 14-го Вологодского и 15-го Архангельского дивизионов войск ОГПУ Северного края, а также призывного контингента Горьковского края (приказ ОГПУ СССР № 725/с от 1 августа 1932 года).
В ноябре 1932 года присвоено наименование 17-й отдельный Сыктывкарский дивизион войск ОГПУ оперативного назначения (приказ ПП ОГПУ Северного Края № 778/198 от 00 ноября 1932 года).
Оргштатная структура дивизиона: управление части, стрелковый взвод, сабельный взвод, пулемётный взвод.
В декабре 1932 года передислоцирован в г. Сыктывкар, сабельный взвод временно остался в г. Архангельск при 15-м дивизионе.
В апреле 1933 года сабельный взвод передислоцирован в г. Сыктывкар.
5 апреля 1934 года перешёл в подчинение Управления пограничной охраны и войск ОГПУ Ленинградского военного округа.
В июне 1934 года переформирован по штату № 4 кавалерийского дивизиона: управление, отделение связи, пулемётный взвод, три кавалерийских взвода, стрелковый взвод дивизиона убыл в г. Ленинград на формирование других частей, в состав дивизиона включены сабельный взвод расформированного 13-го Котласского дивизиона, сабельный взвод 15-го Архангельского дивизиона (приказ ПП ОГПУ Ленинградского военного округа № 182 от 9 мая 1934 года).
В январе 1935 года в составе дивизиона за счёт сабельного взвода сформирован учебный взвод общей численностью 26 курсантов из молодых красноармейцев призыва 1934 года по подготовке младших командиров (директива УПВО УНКВД Ленинградского округа №239912 от 23 января 1935 года).
В сентябре 1937 года расформирован (приказ НКВД СССР № 00572 от 8 сентября 1937 года).
Боевая оперативно-служебная деятельность: выполнение заданий ОГПУ Коми области, охрана следственного изолятора ОГПУ-НКВД, обеспечение внутреннего правопорядка
Награды, поощрения:
В феврале 1934 года за занятое 1-е место в командных стрелковых соревнованиях в январе 1934 года между спортколлективами «Динамо» Области Коми вручён переходящий приз – «Революционное Красное Знамя» (приказ Совета ПСО «Динамо» УНКВД Коми области № 4 от 8 февраля 1934 года; д. 1680, л. 5).
В 1935 году за занятое 1-е место в командных стрелковых соревнованиях между спортколлективами «Динамо» Области Коми, вручён повторно переходящий приз «Революционное Красное Знамя» (приказ Совета ПСО «Динамо» УНКВД Коми области, д. 1680, л. 5).
Командир-военный комиссар: Широков в 1933-1934 гг., Чумаков 1934 – в 1935 году.

Цитата: Nick-69 от 24 Декабрь 2015, 23:58:21>>>>А в связи с чем в июне 1934 г. был расформирован упомянутый 13-й Котласский дивизион войск ОГПУ?<<<<Не знаю! Видимо по тому, что в это время на территории Архангельской области был 15-й Архангельский дивизион.

Цитата: Nick-69 от 25 Декабрь 2015, 01:41:01>>>>Саша, а что в Сыктывкаре с их казармами – сохранились ли? Если да, то надо сделать фото.<<<<Они не сохранились. На том месте выстроен целый комплекс зданий, принадлежащих МВД Коми.

1-я отдельная стрелковая команда внутренней охраны МВД СССРСформирована 15-30 января 1951 года в г. Костополь, Ровенской области, УССР из части личного состава расформированного 445-го стрелкового полка внутренних войск МГБ СССР принимавшего участие в ликвидации западноукраинских антисоветских отрядов УПА-ОУН и СБ-ОУН на территории Западной Украины как 1-я отдельная стрелковая рота внутренних войск МГБ СССР (ll ф.) общей численностью 112 военнослужащих (Приказ по команде №001 от 1 февраля 1951 года, Приказ МГБ СССР №0012 от 3 января 1951 года). Источник – РГВА, ф. 38991, оп. 1, д. 3, л. 1; 39026, оп. 1, д. 1999, л. 1.
10-20 марта 1951 года передислоцирована в г. Сыктывкар, Коми АССР, вошла в оперативное подчинение УМГБ по Коми АССР.
30 марта 1951 года в состав команды зачислены 45 военнослужащих из 13-го мотострелкового полка внутренних войск МГБ СССР (Распоряжение ГУВВ МГБ СССР №132791 от 24 марта 1951 года).
4 августа 1951 года переформирована по штату №22 в 1-ю отдельную стрелковую команду внутренней охраны МГБ СССР (Приказ МГБ СССР №00578 от 4 августа 1951 года).
В феврале 1954 года расформирована (Приказ МВД СССР №0090 от 6 февраля 1954 года).
Боевая, оперативно служебная деятельность: Охрана внутреннего правопорядка в КОМИ АССР.
Результаты  боевой, оперативно служебной деятельности:
В 1952 году служебные наряды задержали:
бежавших подследственных из КПЗ – 3,
нарушителей режима спецпоселения и без документов – 20,
нарушителей общественного порядка из числа спецпоселенцев, вербованных и ссыльных – 313
Нарушителей паспортного режима – 347
Нарушителей лагерного режима – 2
Без документов – 103
Хулиганские действия – 89
Самовольный уход ссыльных из постоянного места жительства – 3
Убийство – 2
Задержано – 2 
предотвратили
убийств – 2 
грабежей – 29
В 1953 году служебные наряды задержали:
За хулиганские действия – 403
За воровство и грабеж – 110
Нарушителей общественного порядка – 888
Нарушителей паспортного режима – 686
Без документов – 222
За нарушение уличного движения – 2
Дезертиров производства – 2
Бежавших из КПЗ – 3
За убийство – 13
Расхитителей государственного собственности – 1
Бежавших из лагерей – 2
За поджег дома –
За попытку ограбления – 2
По линии местного розыска – 1
 
Цитата: Nick-69 от 28 Январь 2016, 23:19:01>>>>Чем объясняется ухудшение статистических показателей в 1953 года? Амнистия уголовным?<<<<Думаю, что да. Наверно также и действия националистов, сосланных на поселение в республику.
Цитата: Nick-69 от 29 Январь 2016, 00:20:39>>>>Тут, наверное, два момента важны. Статистика по сосланным националистам и биографии л/с команды, где были бы сведения об их службе в полку до 1951 года, т.е. их борьба с нацподпольем. Это к твоему вопросу, а не встретили ли они кое кого из тех, с кем боролись, в Коми...
Возможно, надо полк поднимать, личный состав. А если по команде л/с нет, то как нам понять, кто из полка там служил?
Изучив присланное тобою, понял, что шансы наши увеличиваются. Примерно половину объема уверенно надо изучать, а то и больше. Но что у нас с 445-м сп ВВ МГБ СССР?<<<<
445-й стрелковый полк внутренних войск МГБ СССР (в/ч 3148)Сформирован в составе сформированной 81-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР на базе расформированного 201-го отдельного батальона 16-й отдельной стрелковой бригады внутренних войск НКВД СССР в составе трёх стрелковых батальонов дислокация, при этом мето дислокации управления части – в г. Сарны (приказ НКВД СССР № 001155 от 4 октября 1945 года).
Приказом МВД СССР № 0428 от 13 мая 1946 года включен в состав внутренних войск МВД СССР.
В январе 1951 года расформирован (приказ МГБ СССР № 0010 от 3 января 1951 года).
30 января 1951 года из части личного состав полка сформирована 1-я отдельная стрелковая рота внутренних войск МГБ СССР, общей численности 112 военнослужащих (приказ МГБ СССР № 0012 от 3 января 1951 года).
Боевая, оперативно-служебная деятельность:
В 1946 году уничтожил 258, взял в плен 676 членов западноукраинской УПА - ОУН, СБ -  ОУН, собственные потери – убито 9, ранено 13 военнослужащих.
За 4 кв. 1946 года – 1 кв. 1947 года 3 батальон полка уничтожил 46 бандеровцев.
В январе-апреле 1950 года 3 рота полка в Тучинском и Александрийском районах Ровенской области уничтожила четыре группы бандеровцев.

Nick-69:
Цитата: Москвин Александр Вячеславович от 25 Декабрь 2015, 12:30:03>>>>Цитата: Nick-69 от 25 Декабрь 2015, 01:41:01>>>>Саша, а что в Сыктывкаре с их казармами – сохранились ли? Если да, то надо сделать фото.<<<<Они не сохранились. На том месте выстроен целый комплекс зданий, принадлежащих МВД Коми.<<<<Поясню: по прибытию в Сыктывкар дивизион был в расквартирован двух выделенных облотделом ОГПУ помещениях, а конский состав ремонта 1932 года – в предоставленной им же конюшне. Кавалерийский взвод был укомплектован им полностью еще в Архангельске.
Постройка для размещения дивизиона специального военного городка началась в 1933 году. Начало дислокации там относится к августу 1934 года. Именно на этом месте, как говорит Александр, и находится современный комплекс зданий, принадлежащих республиканскому МВД.

Цитата: Москвин Александр Вячеславович от 24 Декабрь 2015, 23:48:32>>>>17-й отдельный Сыктывкарский кавалерийский дивизион внутренней охраны Управления НКВД Ленинградского округаВ ноябре 1932 года присвоено наименование 17-й отдельный Сыктывкарский дивизион войск ОГПУ оперативного назначения (приказ ПП ОГПУ Северного Края № 778/198 от 00 ноября 1932 года).<<<<С подчинением на тот момент Инспекции погранохраны и войск ОГПУ Северного края.
Саша, как ты думаешь, что означает слово «Изолятор» в данном контексте? «В порядке караульной службы дивизион несет охрану «Изолятора» при Областном Отделе ОГПУ и склада дивизиона».
Речь ведь идет не о политизоляторе, а об изоляторе временного содержания, ИВС?
Продолжаем с доблестным Александром наше движение... я даже не знаю, как он отважился на первый шаг... движение, которое неизбежно приведет нас к участию войск ОГПУ в... сплошной коллективизации и ликвидации кулачества как класса (и эта тема, в ее «северном» срезе, будет разобрана более подробно, нежели применительно к погранохране на западных рубежах). Не думаю, что на сем пути нас сильно задержат три куцых пункта (за пять-то лет), где перечисляются важнейшие события из истории караульно-сторожевой службы дивизиона. Содержание пункта второго (дословно): согласно приказу по Дивизиону № 8 от 23.12.1932 г. «в ночь с 19 на 20 декабря 32 г. часовым у складов дивизиона, молодым красноармейцем 1-го взвода Точеновым Михаилом 3 адм. ссыльные кулаки, пробирающиеся к складу дивизиона. У задержанных обнаружены краденые вещи».
Наверное, украли, и несли сдавать чекистам на склад ;). Ведь если бы «почистили» сам склад, то «делали бы ноги» в обратном направлении.
...Еще в сентябре 1934 года курсант учебного взвода младшего начсостава Леухин был избран депутатом (в тексте формуляра – «членом») Сыктывкарского городского совета. Вместе с ним также были избраны помощник командира взвода сверхсрочной службы Ширяев и сам командир дивизиона – Чумаков! Последнего в декабре того же года на областном съезде избрали членом облисполкома Коми области.
Согласно рапорту дежурного по дивизиону от 15.02.1935 года, в ночь с 14 на 15 февраля дозорным курсантом Леухиным на территории военного городка был задержан и препровожден в УНКВД Коми области неизвестный гражданин, у которого при обыске обнаружен пистолет системы «браунинг».
Из изложения документа в историческом формуляре 17-го отдельного Сыктывкарского дивизиона войск ОГПУ (оперативного назначения)  пограничной и внутренней охраны УПВО НКВД ЛО, так до конца и не понятно, где и кем именно был обыскан задержанный. Но судя по тому, что вначале речь идет о задержании, затем – об обыске и лишь после этого говорится о «сдаче» в УНКВД, обыск провел курсант Леухин.
Подлинные подписи командира дивизиона Чумакова и начальника штаба Смирнова:

В списке знамен части (приложение 2) указаны:
1. Революционное Красное Знамя, врученное ЦИК СССР постановлением от октября 1932 года. Более точная дата не указана, как и номер соответствующего приказа ОГПУ. Также упомянута Грамота № 196 ЦИК СССР.
2. Шефское Красное Знамя от Сыктывкарского городского совета, врученное его же постановлением от :) 23 февраля 1935 года.

Позволю себе остановиться на принципе комплектования 17-го отдельного Сыктывкарского дивизиона, который начал формироваться как стрелковый, а не как кавалерийский – им он стал позже. Из Горьковского края был только «молодняк» призыва того же, 1932 года. И его, этого «молодняка», была в дивизионе лишь часть, но, по-видимому, бОльшая. По крайней мере, это явствует из диспозиции перечисления контингентов. Горьковские парни там упомянуты «в первых строках». А другая часть – старослужащие красноармейцы призыва 1931 г. И вот они-то как раз ранее служили в тех самых трех вышеупомянутых дивизионах...
Призыв 1933 года. Снова парни из Горьковского края. Дивизион пополнен призывниками в количестве 124 чел. Из них коммунистов пятеро, в том числе один член партии и четверо – кандидаты в члены ВКП(б). 27 комсомольцев и 92 беспартийных. Городских – менее 10-ти процентов: семеро рабочих, пятеро служащих. Сельхозрабочих – 20, колхозников – 35. Больше всего единоличников – 57.
Год 1934-й – переломный. Исчезает и более уже не возвращается категория единоличников. Нет деления на индустриальных и сельхозрабочих – рабочие, колхозники и служащие. Членов партии и комсомольцев по-прежнему немного. Зато рабочих в два раза больше, чем колхозников. Как слово «село» убрали, так и получили «рабочий перевес».
1935 год – знаковый для Коми. Впервые дивизион пополнен призывниками – уроженцами исключительно Северного Края. Год рождения – 1913-й, при этом больше половины – комсомольцы и коммунисты. По соцположению – 60 рабочих, 27 колхозников, 7 служащих.
«По своему физическому состоянию молодняк крепкий, идеологически здоров, морально выдержан, однако, среди призывников 6 человек имели в прошлом судимость на различные сроки. У 10-ти призывников родители или родственники служили в период Интервенции 1918-1921 гг. по мобилизации в белых армиях».
Одно время была актуальна тема «Революционного Красного Знамени». В случае, который описан ниже, оно – переходящий приз. Со ссылкой на Приказ Совета ПСО «Динамо» УНКВД Области Коми (номер и дата не вписаны): «Дивизион в 1935 году участвовал в командных стрелковых соревнованиях между спортколлективами «Динамо» Области Коми. Вышли на первое место, получили переходящий приз «Революционное Красное знамя». Уже в течение 2-х лет [дивизион] имеет первенство».
Как мы с тобою, Саша, уже давно поняли, темой коллективизации прошит, аки красной нитью, весь документ. Точно так же она будет пронизывать, практически, весь материал, за исключением, может быть, лишь истории строительства части. В этом плане исключительно важен раздел, посвященный партийно-политической работе. Личный состав части представлен в нем как... инструментарий политпропаганды, где, собственно, инструментами являются письма военнослужащих домой. Изрядное количество выдержек из политдонесений дивизиона в Инспекцию УПВО по Северному краю дает неплохое представление о том, насколько политическими были войска ОГПУ в 1933 году.
«Решения Январского пленума, материалы 1-го Всесоюзного съезда колхозников-ударников и Тезисы к 17-му съезду ВКП(б) прорабатывались с большой активностью и интересом. В процессе проработки подано единоличниками заявлений о вступлении в колхоз – 67 человек и послано писем в колхозы, родственникам и на предприятия – 325».
При этом отрицательных политических настроений зафиксировано всего 30 случаев (4 %).
«Разоблачено и изгнано социально-чуждых элементов – 8 человек (все кулаки)».
А вот и он, момент истины – 17-й съезд и 17-й дивизион (© - кстати). Старт безудержного восхваления «вождя народов». Подумать только – Сталинские индивидуальные зачеты!
Из сводки о политико-моральном состоянии 17-го дивизиона за первый квартал 1934 года (№ 71 от 25 апреля): «Период характеризуется большим интересом и активностью в проработке Решений 17-го съезда ВКП(б), вокруг чего всем личным составом были заключены конкретные соцдоговора и взяты индивидуальные самообязательства по боевой и политической подготовке, дисциплине и сдаче Сталинских индивидуальных зачетов по Решениям 17-го съезда. На 25,4. индивидуальные зачеты по Съезду бойцами и начсоставом сданы на 62,7 %. Послано писем по Съезду родным и в колхозы на 25,4 – 87».
Дальнейшее описание оперативно-боевой деятельности части требует экскурса в социально-политическую и политико-экономическую обстановку в Коми крае на рубеже 1920-х и 1930-х. Хорошим подспорьем здесь может служить капитальная работа Галины Федоровны Доброноженко «Коллективизация на Севере. 1929-1932». Это научное издание было выпущено микроскопическим для 1990-х, с их широким интересом к теме, тиражом в 500 экз. Сыктывкарским госуниверситетом в 1994 году. То, что временные рамки истории 17-го Сыктывкарского д-на и работы Г.Ф. Доброноженко не совпадают, а соприкасаются – даже хорошо. История дивизиона в этой связи смотрится неким конкретно-примерным продолжением изложенного в публикации и настраивает на определенные умозаключения, касающиеся хронологических границ сопротивления репрессивному аппарату уже после победных реляций высшему политическому руководству об «успехах» коллективизации.
«В соответствии с социально-экономическими условиями Европейского Севера, а также в связи с общим районированием страны, 14 января 1929 г. по постановлению ВЦИК СССР была образована новая административная единица – Северный край с центром в городе Архангельске. В его состав вошли Архангельская, Северо-Двинская, Вологодская губернии и Коми автономная область. Губернии были преобразованы в округа с выделением двух новых – Няндомского и Ненецкого... Население территорий, вошедших в Северный край, по данным Всесоюзной переписи 1926 г. составляло 2376,7 тыс. чел., из них в Коми области проживало 226,3 тыс. чел. ... Средняя плотность населения в Северном крае (2,4 чел. на кв. км) была самой низкой в Европейской части России».
Основная масса населения Северного края была представлена крестьянством (по данным той же Переписи – более 90 %). Вместе с тем, доля пригодных для сельского хозяйства земель была невелика. 80 % территории края находилось под лесами и лишь 5,5 % под сельхозугодьями.
Там же: «Чересполосица, узко- и мелкополосица... были одними из главных препятствий развития земледельческого производства в 20-е годы... Отдельные группы крестьян пытались избавиться от неудобств общинного землепользования путем выдела своего хозяйства на хутора и отруба. Однако в силу природных условий и особенностей исторического развития (до революции на Севере жили преимущественно государственные крестьяне; крепостничества, за исключением ряда южных районов, Русский Север практически не знал), а также мер государства по ограничению хуторского и отрубного землепользования, подворно-участковая форма не получила широкого распространения».
Стоит ли говорить, что власть совершенно не интересовала фермерская перспектива хуторских и отрубных хозяйств? Лозунг «Земля – крестьянам!» так и остался лозунгом. Результаты не заставили себя ждать. Крестьянство Коми области, не знавшее крепостного ярма, сопротивлялось принудительной коллективизации отчаянно: «По материалам весенней переписи колхозов в 1930 г. в 24,3 % (!) колхозов области имели место «враждебные акты» (для сравнения – в целом по СССР – 15,8 %, в Башкирии – 16,7 %, в Чувашии и Карелии – 27%). На 100 случаев «враждебных актов» в коми деревне приходилось: 34,8 – нападение и террор, 12,5 – порча, 8,3 – поджоги, 6,2 – отравления скота и другие – 39,1.
Пришла пора послушать самих террористов-крестьянушек, тем паче, что Г.Ф. Доброноженко приводит в своей публикации выдержки из Информационной справки ОГПУ Северного края от 18 мая 1930 г., где отмечены факты «массовых выступлений женщин-крестьянок на почве недостатка продовольствия»: «Живем голодно и холодно, сидим на пайке, как, примерно, в годы "военного коммунизма».
«Жрать ничего не дают и скоро все передохнем с голоду».
«Крестьянство издыхает, население голодает».
«Крестьянство считало свое положение в начале 1930-х гг., – пишет Доброноженко, – «более ужасным, чем в период голодовки» (голод 1921-22 гг.), т.к. тогда, по крайней мере, у крестьян были продукты своего хозяйства. Теперь забирают все продукты» (из спецсводок ОГПУ). К лету 1931 г. все крестьянские хозяйства со снабжения были сняты. Именно к этому периоду относятся упоминания в источниках о голоде местного крестьянства и употреблении пихтовой коры в качестве примеси к муке».
Таким образом, именно искусственно организованный голод следует считать инструментом коллективизации. Цифры валового сбора зерна в крае не свидетельствуют о сильном влиянии неурожаев начала 1930-х. А если говорить об объемах ввозимого хлеба, то с 44-48 тыс. тонн во второй половине 20-х в 1931 г. он даже вырос до 53-х с половиной тыс. тонн. Несмотря на это, «пайки» выдавали лишь там, где крестьяне трудились на лесозаготовках и сплаве, закрепостив себя «самообязательствами», или вступали в колхозы.
Не углубляясь в подробности, связанные с появлением 2 марта 1930 г. в «Правде» знаменитой статьи И.В. Сталина, не могу не привести свидетельство того, что Севкрайком ВКП(б) адекватно понял всю ее казуистику. Форма его резолюций воскрешает (не без улыбки) в памяти строчки из платоновского «Котлована» о «сползании в левацкое болото правого оппортунизма». Получается, не было у Андрея Платонова в книге никакого абсурда – ровно так они и говорили: «Крайком потребовал «повести решительную борьбу с какими бы то ни было проявлениями правого оппортунизма и «левых заскоков», а также со всякими попытками расценивать жесткую борьбу партии с извращениями, как «отступление» и «пересмотр» проводимой партией незыблемой политики коллективизации и ликвидации кулачества как класса».
Там же: «Нельзя не принять во внимание еще один фактор, специфический для северной деревни. Северный край являлся районом массового переселения раскулаченных семей из других регионов страны... К началу 1932 г. в Северном крае было расселено 131313 раскулаченных».
Кроме бывших кулаков, преимущественно на лесозаготовках, работало большое число административно-высланных, а также заключенных. «В Коми АО в начале 1930 г. находилось около 20 тыс. заключенных, а к началу 1932 г. количество спецпереселенцев и административно-высланных составляло уже около 40 % к численности коренного населения. Полулагерное положение спецпереселенцев, массовая гибель от голода, холода и болезней (в среднем погибал каждый десятый переселенец) служили повседневным напоминанием местному крестьянству о той судьбе, которая ожидает их семьи в случае дальнейшего сопротивления режиму».

Саша, вот этот музейный экспонат, насколько я понял, находится у вас в Сыктывкаре:

Подпись: «Макет барака для спецпереселенцев. Утвержден ОГПУ НКВД Коми АО в 1931 г. Из коллекции Национального музея РК».
Сыскался человек, в исследуемый период времени (соотносимый с историей 17-го д-на) возглавлявший облотдел/управление ОГПУ/НКВД по Коми АО (в тексте – отдел): «1933, 31 июля – Коми обком ВКП(б) утвердил Филиппа Степановича Трубицына (1898-1938) начальником отдела ОГПУ по Коми автономной области. На этом посту он находился до декабря 1934 г., когда получил строгий выговор за нарушение социалистической законности и был снят с работы, а 9 апреля 1935 г. осужден военным трибуналом по ст. 193 п. 17а УК РСФСР на два года заключения в ИТЛ (условно). В феврале 1938 г. за связь с врагом народа был исключен из партии и репрессирован. КРГАОПДФ, ф. 1, оп. 1, д. 184, л. 88». Источник – «Служим Отечеству», стр. 304: http://www.ukrainakomi.ru/about-the-organization/the-history-of-the-nca-ukraine/?ELEMENT_ID=135
Тем не менее, данные Н. Петрова и К. Скоркина свидетельствуют, что судьба оказалась благосклонна к этому чекисту: http://www.memo.ru/history/nkvd/kto/biogr/gb490.htm
Особое место в экономике Коми области занимали лесозаготовки (и вскоре мы увидим, насколько это важно для данной темы). Рост их объемов был достигнут путем существенного увеличения эксплуатации крестьян. По сравнению с серединой двадцатых, к 1933 г. число работавших на лесозаготовках в Северном крае увеличилось более, чем в два раза и достигло 77 тысяч – и это только местных. Г.Ф. Доброноженко приводит целый перечень документов, касающихся принудительного привлечения крестьян к лесозаготовкам: Постановление СНК от 20.01.1931 г. и Постановление Севкрайкома от 29 января того же года; секретные циркуляры и директивные письма Крайпрокуратуры и Крайсуда осени 1930 г. – весны 1931 г., где нашлось место и для «усиления репрессий в отношении кулачества и его агентов, стремящихся сорвать лесозаготовки». Среди сводок ОГПУ особое место занимали сводки «О подготовке к лесозаготовкам». Отдельной строкой в них являлись пресловутые «самообязательства", от которых крестьянство пыталось откреститься всеми способами, справедливо считая замаскированной трудовой повинностью с непомерными нормами и мизерной оплатой.
Видя, что уговоры и угрозы действуют плохо, государство перешло к политике прямых репрессий: «...В деревнях устраивались облавы на скрывавшихся от лесозаготовок. Выловленных отправляли туда через милицию и уполномоченных ОГПУ, а кулаков – сразу судили. В сводках ОГПУ приводятся факты «массовых, групповых отказов от выхода в лес со стороны единоличников» (Троицко-Печорский район). Там же – примеры волнений против лесозаготовок: в деревне Митрофановская Савиноборского сельсовета, где было убито 2 крестьянина; две забастовки на сплаве в Визингском районе, в которых участвовало 680 человек».
Стоп – Визинга! Напомню еще раз. Хронологические рамки исследования Г.Ф. Доброноженко ограничиваются 1932 годом, а фактически, в редких случаях – 1933-м, но не позднее. Но по забастовкам в Визингском районе она ссылается на номер газеты «Рабочий леса» от 10.01.1930 года, хранящийся в госархиве Вологодской области (ГАВО).
Прошло почти ровно три года с тех событий. Пора бы уже и коллективизации победить, и кулака извести, и крестьянушкам войтить в классовую сознательность. Ан нет! Визинга как была проблемной в плане лесозаготовок, так и продолжала оставаться...
Сам начальник областного отдела ОГПУ товарищ Павлов (видимо, предшественник Трубицына) любезно согласился рассказать об этом «для истории»! Части, разумеется. В помощь ему документ, именуемый «Донесением комдива <командира дивизиона> нач. Инспекции ПО и войск ПП ОГПУ Северного Края».
27 января 1933 года дивизион участвовал в успешной ликвидации контрреволюционной организации в районе с. Визинга в 150 км от Сыктывкара. Его задачей было осуществление вооруженного прикрытия. Состав дивизиона в операции – 59 человек. Из них старшего начсостава – 1, среднего – 3, младшего – 12 и красноармейцев – 43 человека.
Вскоре после этого: 1933, 7 февраля–10 марта – по Коми области проведен месячник «Сталинский поход за лес», в ходе которого за саботаж на лесозаготовках было привлечено к суду 1033 человека, из них 662 осуждены, в том числе приговорены к расстрелу 9 человек, 603 – приговорены к лишению свободы на срок от 1 до 10 лет, остальные к ссылке или принудительным работам до 1 года. Источник – КРГАОПДФ: ф. 1, оп. 2, д. 944, л. 38.

Цитата: Nick-69 от 11 Февраль 2016, 01:21:05>>>>А вот и он, момент истины – 17-й съезд и 17-й дивизион (© - кстати). Старт безудержного восхваления «вождя народов». Подумать только – Сталинские индивидуальные зачеты!
Из сводки о политико-моральном состоянии 17-го дивизиона за первый квартал 1934 года (№ 71 от 25 апреля): «Период характеризуется большим интересом и активностью в проработке Решений 17-го съезда ВКП(б), вокруг чего всем личным составом были заключены конкретные соцдоговора и взяты индивидуальные самообязательства по боевой и политической подготовке, дисциплине и сдаче Сталинских индивидуальных зачетов по Решениям 17-го съезда. На 25,4. индивидуальные зачеты по Съезду бойцами и начсоставом сданы на 62,7 %. Послано писем по Съезду родным и в колхозы на 25,4 – 87».<<<<Как видим, «Сталинские индивидуальные зачеты», правда, не по боевой и политической, а по лесозаготовкам, появились еще за год до Съезда победителей.
Далее есть замысел сделать небольшое лирическое отступление, воздать хвалу... ПедиВикии и, возможно, обсудить содержание одной ее статьи. Не знаю, что скажут уважаемые коллеги, включая нашего нового участника под ником Картограф, но мне кажется, что материал годный, хотя бы потому, что есть отсылка к приказам.
И все же... такими ли они были? Али у буденовках?

«С декабря 1924 г. петлицы всех родов войск и служб ОГПУ стали краповыми с малиновой окантовкой – за исключением погранохраны, сохранившей темно-зеленые петлицы, а также фуражку с темно-зелёной тульей, малиновыми кантами и темно-синим околышем.
Всем военнослужащим вводилась фуражка нового образца и расцветки: с темно-синим околышем и краповой тульей, вновь заменившая летний шлем (30 декабря того же года Приказом ОГПУ № 456 изменялась расцветка фуражки – околыш краповый, тулья синяя, канты по верхнему краю околыша и тульи малиновые); во внутренних и конвойных войсках летом носилась защитная фуражка, по образцу принятой в РККА.
4 февраля 1928 г. (Приказ РВС СССР № 31) вводится наравне с цветной суконная фуражка темно-защитного цвета;
20 августа 1932 г. (Приказ ОГПУ № 789) рубаха-френч вновь заменяется суконной рубахой с карманами на груди;
19 октября 1932 г. (Пр. РВС СССР № 183) вводится «единое походное снаряжение для начсостава»;
18 ноября 1932 г. (Пр. РВС СССР № 220) объявляются вторичные «Правила ношения формы одежды военнослужащими РККА», которые также предусматривали выполнение их и сотрудниками и военнослужащими ОГПУ – в них впервые определялся порядок ношения орденов и нагрудных знаков, а также устанавливались белая летняя рубаха и белая фуражка для ношения вне службы в теплое время года».

Москвин Александр Вячеславович:
В Коми Крае до установления Советской власти дислоцировались Устьсысольская конвойная команда и Устьсысольская местная команда Российской императорской армии. Данные команды входили в состав 18 Ярославской местной бригады. В состав 18 Ярославской бригады в 1913 году был следующим:
Местные команды: Котельническая, Орловская, Усть-Сысольская.
Конвойные команды: Буйская, Варнавинская, Великоустюгская, Вельская, Ветлужская, Галичская, Кинешемская, Кологривская, Костромская, Котельничская, Макарьевская (на Унже), Мышкинская, Нерехтская, Никольская, Орловская, Романово-Борисоглебская, Ростовская, Рыбинская, Солигаличская, Сольвычегодская, Тотемская, Угличская, Усть-Сысольская, Чухломская, Юрьевец-Поволгская, Яренская, Ярославская.

картограф:
Цитата: Nick-69 от 12 Февраль 2016, 23:40:40>>>>... Али у буденовках?...
С декабря 1924 г. .... и конвойных войсках...<<<<
Будёновки – зимой.
Конвойная стража СССР с 14 июля 1924 года была передана из ОГПУ в НКВД республик. Руководитель – начальник ГУМЗ РСФСР Ширвинд. До конца 1924 года снабжение всеми видами довольствия оставлено за ОГПУ.

Nick-69:
Г.Ф. Доброноженко, подкрепляя едва ли не каждое свое суждение ссылкой на соответствующий источник, пишет: «Нельзя не принять во внимание еще один фактор, специфический для северной деревни. Северный край являлся районом массового переселения раскулаченных семей из других регионов страны... К началу 1932 г. в Северном крае было расселено 131313 раскулаченных».
Кроме бывших кулаков, преимущественно на лесозаготовках, работало большое число административно-высланных, а также заключенных. «В Коми АО в начале 1930 г. находилось около 20 тыс. заключенных, а к началу 1932 г. количество спецпереселенцев и административно-высланных составляло уже около 40 % к численности коренного населения. Полулагерное положение спецпереселенцев, массовая гибель от голода, холода и болезней (в среднем погибал каждый десятый переселенец) служили повседневным напоминанием местному крестьянству о той судьбе, которая ожидает их семьи в случае дальнейшего сопротивления режиму».
Реакция и местных, и переселенцев была стереотипной – сбегали. Первые бросали все, что еще не отобрали. Вторым бросать было нечего. Самоликвидация крестьянских хозяйств только по трем сельсоветам Усть-Куломского района давала в 1931 году трехзначные числа. В районном масштабе они складывались в четырехзначные. А уж об областном и краевом нечего говорить! Что касается административно-высланных, то, если верить донесению командира 17-го Сыктывкарского № 262, счет по отдельным эпизодам шел на десятки беглецов: «21 октября 1933 года кавалерийский взвод дивизиона был брошен в поселок Лозым Коми области (расстояние 30 км от Сыктывкара) с задачей задержать бежавших адмвысыльных. Операция прошла успешно: задержано 66 человек».

Как видим, мобильность кавдивизиона позволяла осуществлять оперативные мероприятия на значительном удалении от областного центра. Ну, а все ли было тихо в самом Сыктывкаре? Сразу два пересекающихся во времени источника говорят нам, что, увы, нет.

1933, 18 апреля – работниками Коми областного отдела ОГПУ были арестованы 30 человек, в том числе 17 сыктывкарцев и 13 жителей Усть-Вымского р-на. Их обвиняли в создании буржуазно-националистической группировки с целью борьбы за создание автономной Коми Республики с выделением ее из Северного края. Члены группы, по мнению работников отдела, проводили активную борьбу с советской властью. Источник – КРГАОПДФ: ф. 1, оп. 2, д. 967, л. 58.
http://www.ukrainakomi.ru/about-the-organization/the-history-of-the-nca-ukraine/?ELEMENT_ID=135
В Усть-Выми вили свои гнезда "контрреволюционеры" всех мастей. И националисты, и сепаратисты, и церковники. А на самом деле, если учесть явные репрессии зырянской интеллигенции?
 
1933, апрель – оперативники Коми областного отдела ОГПУ арестовали 15 спецпереселенцев поселка Мещура Усть-Вымского района. Судебно-следственное дело, возбужденное районной прокуратурой, содержало обвинительное заключение, из которого следовало, что еще в 1932 г. священник Бердников создал антисоветскую организацию из спецпереселенцев и вел активную контрреволюционную агитацию. Источник – КРГАОПДФ: ф. 1, оп. 2, д. 967, лл. 58–59.

Усть-Вымь, некогда священное место зырян Йемдын, доставляла беспокойство большевикам, по крайней мере, до 1936 года – года образования Коми АССР. Вот и получается, что репрессировали людей ни за что. Вернее, за то, к чему сами же и пришли – к автономной республике в составе Союза. Трагикомедия, да и только!
«25 января 1936 г. командир сабельного взвода т. Коваленко, с ним помкомвзвод т. Омельченко и 4 красноармейца призыва 1934 года были брошены в Усть-Вымский район Коми области, где под руководством сотрудника УНКВД Коми области выполняли задачу по изъятию контрреволюционного элемента. Операция прошла УСПЕШНО». Основание: Требование начальника УНКВД Коми области от 25 января 1936 г. за № 000407.

А вот какое отражение, практически день в день, эти события нашли в истории оперативно-боевой деятельности 17-го дивизиона: «17 апреля 1933 года 25 человек из личного состава дивизиона принимали участие в операции по изъятию огнестрельного оружия в г. Сыктывкаре. Из них: среднего начсостава – 2 чел., младшего начсостава – 3 чел., красноармейцев – 20 чел.».
Аналогичная операция, но на сей раз с указанием, что оружие изымалось у «деклассированного элемента», была проведена (соответственно, уже не облотделом ОГПУ, а УНКВД) в Сыктывкаре 28 июня 1935 года. Из личного состава дивизиона в ней участвовали 40 человек: 33 красноармейца, четверо представителей младшего начсостава, двое – среднего и один – старшего.

Обратите внимание: на дворе еще только 1933 год, а каков размах! Финно-угорский сепаратизм, не иначе. «Главарей заговора" арестовали еще в январе того же года в Москве: 1933, 14 января – в Москве арестован профессор института геодезии и картографии МГУ В.В.Налимов, 1879 г.р., уроженец с. Выльгорт Сысольского р-на. ОГПУ интересовали связи профессора с Финляндией, деятельность хельсинского «Финно-угорского общества». В обвинительном заключении следственных органов утверждалось, что Налимов В.В «…поддерживал связь с членами зарубежной контрреволюционной организации «Финно-угорского общества» в Финляндии и Эстонии, приезжавшими периодически в СССР в научные командировки с целью завязывания связей с контрреволюционно-шовинистически настроенными группами интеллигенции финно-угорских народностей СССР, ставившими себе целью отторжение путем вооруженного восстания Коми области от СССР и создание единой финно-угорской Федерации. Также принимал участие в контрреволюционной группировке, ставящей себе задачей объединение финно-угорских народностей СССР под эгидой Финляндии». Благодаря заступничеству М.И. Ульяновой (сестры Ленина) и П.С.Смидовича профессора выпустили из Бутырской тюрьмы, взяв подписку о невыезде». Источник: Кузнецов Н.С. Из мрака… Ижевск: изд-во Удмуртского ун-та, 1994. С.94.

1933, 21 января – в Москве арестован В.И.Лыткин, известный ученый-финноугровед. В постановлении об избрании меры пресечения и предъявлении обвинения отмечалось, что он «достаточно изобличается в том, что является членом контрреволюционной организации, ставившей себе целью объединение финно-угорских народностей, населяющих СССР, и путем вооруженного восстания отторжение Коми области от СССР под протекторат Финляндии. Был в 26-28 гг. за границей в Финляндии, Эстонии, Венгрии, где был связан с руководителями пан-финского движения, информируя их о положении в СССР, служил связью между ними и контрреволюционной организацией, находящейся в СССР, каковые преступления предусмотрены статьей 58 п.п. 4 и 11 УК РСФСР». 9 июля 1933 г. коллегия ОГПУ осудила В.И.Лыткина на 5 лет лагерей (затем срок сократили на два года). 8 сентября 1935 г. он освободился из Дальневосточного ИТЛ. Источник: Полещиков В.М. Ук.соч. С. 130.

Со слов командира кавалерийского взвода 17-го дивизиона становится известно, что 12 апреля 1934 г. его взвод был брошен на расстояние 250 км от Сыктывкара в Усть-Кулом, где под руководством сотрудников ОГПУ успешно выполнил задачу по «изъятию контрреволюционного элемента».
Только в репрессивных акциях и приходилось рассчитывать на успех, если не работали другие механизмы административно-командной системы. Не являлось секретом, что главной причиной неудовлетворительного положения в спецпоселках являлось плохое снабжение продуктами питания, обувью и одеждой (см. ниже). Однако, предыдущий год – 1933-й – никого ничему не научил.

1933, май-июнь – в сводках ОГПУ отмечалась высокая смертность в спецпоселках Коми области. Так, в спецпоселках Усть-Куломского р-на умерли 667 человек, что составляло 10 % от общего числа спецпереселенцев. В мае умерли 328 чел. и в июне – 339. Большинство погибших составляли взрослые в возрасте от 16 до 50 лет и старше. Источник – КРГАОПДФ: ф. 1. оп. 2, д. 968, л. 18; д. 970, л. 40.

1933, 1 августа – комиссией Коми обкома ВКП(б) завершено обследование 6 спецпоселков Усть-Вымского района, находившихя в ведении треста «Комилес» (Божъюдор, Ветью, Вожаель, Выльордым, Мещура и Усть-Коин). По данным обследования, за 1930-1933 гг. умерли 1112 человек, бежали 2422 спецпереселенца, были возвращены на родину по разным причинам 53 и осуждены 23 человека (из них 19 в спецпоселке Божъюдор). Источник – КРГАОПДФ: ф. 1, оп. 2, д. 970, лл. 63-68.
 
1933, 4-5 октября – сектор спецпоселений Коми областного отдела ОГПУ провел в с. Усть-Кулом рабочее совещание комендантов спецпоселков Усть-Куломского, Сторожевского и Троицко-Печорского районов. Целью совещания был обмен опытом работы комендантов и ознакомление с директивными указаниями полномочного представительства ОГПУ по Северному краю по работе со спецпереселенцами. Участники совещания подвергли резкой критике районные хозяйственные организации за ряд недостатков в организации быта и труда переселенцев. Главной причиной неудовлетворительного положения в спецпоселках они считали плохое снабжение продуктами питания, обувью и одеждой. По этой причине с 1 января по 1 сентября 1933 г. в Усть-Куломском районе умерли 1413 человек, сбежали из спецпоселков 512 человек. В Сторожевском районе умерли 534 человека, сбежали 500 человек. В Троицко-Печорском районе умерли 648 человек и сбежали более 200 человек. Источник – КРГАОПДФ: ф. 1, оп. 2, д. 970, л. 133.

В последнем абзаце обращает внимание то, каким ведомством был поставлен второй извечный русский вопрос «кто виноват» – ОГПУ, а конкретнее – сектором спецпоселений Коми областного отдела. В дальнейшем мы увидим, что в ОГПУ/НКВД эпохи Генриха Ягоды не только экономика ночевала, но и правда. И деяния территориальных органов этого ведомства той поры отнюдь не всегда лидировали по части жестокости. Только вот ответа на первый извечный русский вопрос – «что делать» – не было и не могло быть. А кажется, вот он, на поверхности, ответ этот: есть государства для людей, а есть для идей.
По отношению к крестьянам чекисты были людьми пришлыми. Прямого интереса насолить ближнему своему, вернее, дальнему, они, в принципе, не имели. А вот односельчане... Сколько счетов было сведено тогда и не подсчитать уже. Г.Ф. Доброноженко в главе «Лесозаготовки» пишет буквально следующее (курсив и комментарий мои): «Даже в сводках ОГПУ указывалось, что «сельсоветы перегибали, не учитывая всех обстоятельств» (а кому их было лучше знать, как не своим?). За один и тот же «проступок» на крестьян налагали штрафы 3-4 раза. Имели место случаи принудительного взыскания штрафа в тот же день, когда выносились постановления о его наложении. Нередко у крестьян-единоличников в счет уплаты штрафа конфисковывалось имущество».
Первыми из тогдашних «силовиков» под ответный террор попадали милиционеры, за спинами которых трусливо прятались сельсоветчики: сами-то они ничего не конфисковывали. Справедливости ради, многие председатели отказывались проводить политику партии на селе – вплоть до случаев самоубийства.
«Сводки ОГПУ свидетельствуют, что «при взыскании штрафов крестьяне оказывали сопротивление милиции, с попыткой совершить теракты», были случаи нападения на милиционеров», – сообщает Г.Ф. Доброноженко со ссылкой на ЦГА РК (ф. 3, оп. 1, д. 2307, л. 51). Когда оказывались бессильными местные органы милиции, на сцене появлялись они – лихие кавалеристы 17-го дивизиона. Впрочем, для крестьян – не от хорошей жизни-террористов смысл слова лихой был буквальным – от слова «лихо». Ну, так разбудили же...
Саша, я довольно долго размышлял над форматом воплощения твоего замысла по проекту «Войска правопорядка и безопасности Коми», и не нахожу ничего лучшего, чем творчески развить заложенное в Книге Памяти МВД-2015 на уровне структуры работы. Это дало бы возможность максимально раскрыться не только мне с моими очерками, но и тебе, с твоими справками. К такому выводу я пришел после того, как мне пришлось серьезно сократить текст, да и вообще, адаптировать его для газетной публикации. Сколько всего при таком раскладе уходит «под нож», думаю, объяснять не надо. Прежде всего, цифирь, для посвященных – святая святых: номера приказов и их даты. Думаю, в формате большой работы у научно-справочной составляющей есть больше шансов раскрыться. А для популяризаторской как раз хорош очерк. И третья компонента - биографическая справка. Вот с этим сложнее, особенно, когда речь идет о Гражданской войне или межвоенном периоде. Тем не менее, шансы есть. Можно попробовать через местных музейщиков что-то найти. Также, как ты справедливо заметил, интересными могут оказаться служебно-боевые пути представителей личного состава известной тебе роты, особенно в связи с участием в борьбе с нацподпольем на Западной Украине.

Цитата: Москвин Александр Вячеславович от 22 Февраль 2016, 10:08:16>>>>При изучении местных газет выпуска 1922-1924 года обратил внимание, что в них обсуждался вопрос о т.н. «Зырыняцации» всей общественно-политической жизни в области, о присоединении к Коми части территорий Пермской, Архангельской и Вологодских губерний на том основании, что там проживали близкие им родственные народы, Коми – пермяки в Пермской губернии или же в приграничных районах Архангельской и Вологодской губернии остались села где проживают зыряне или проживали ранее там.<<<<Весьма показательна хронология и связанная с ней публичность подобных «панугорских» дискуссий. Позже обсуждение вопросов такого уровня начиналось и заканчивалось в Политбюро. А участникам тех дискуссий, как видим, вспомнилось. Даже не при Ежове, а еще при Ягоде. Впрочем, при последнем и наказание было достаточно мягким. Да и заступничество старых большевиков – Крупской и Смидовича- свою роль пока играло. Кстати, П.Г. Смидович в 1933 г. занимал пост председателя Комитета содействия народностям северных окраин (Комитета Севера).

К вопросу об указании взводов в формуляре 17-го дивизиона: сабельные или кавалерийские?
Цитата: Москвин Александр Вячеславович от 24 Декабрь 2015, 23:48:32>>>>В ноябре 1932 года присвоено наименование 17-й отдельный Сыктывкарский дивизион войск ОГПУ оперативного назначения (приказ ПП ОГПУ Северного Края № 778/198 от 00 ноября 1932 года).
Оргштатная структура дивизиона: управление части, стрелковый взвод, сабельный взвод, пулемётный взвод.
В декабре 1932 года передислоцирован в г. Сыктывкар, сабельный взвод временно остался в г. Архангельск при 15-м дивизионе.
В апреле 1933 года сабельный взвод передислоцирован в г. Сыктывкар.
5 апреля 1934 года дивизион перешёл в подчинение Управления пограничной охраны и войск ОГПУ Ленинградского военного округа.
В июне 1934 года переформирован по штату № 4 кавалерийского дивизиона: управление, отделение связи, пулемётный взвод, три кавалерийских взвода, стрелковый взвод дивизиона убыл в г. Ленинград на формирование других частей, в состав дивизиона включены сабельный взвод расформированного 13-го Котласского дивизиона, сабельный взвод 15-го Архангельского дивизиона (приказ ПП ОГПУ Ленинградского военного округа № 182 от 9 мая 1934 года).
В январе 1935 года в составе дивизиона за счёт сабельного взвода сформирован учебный взвод общей численностью 26 курсантов...<<<<Довольно запутанно, но разобраться можно. Получается, вначале был один сабельный взвод, который при переформировании по штату кавдивизиона стал одним из трех кавалерийских. Еще один сабельный взвод приходит позже (их нельзя путать) из расформированного Котласского дивизиона и становится учебным.
Сравним с упоминанием взводов в описании служебно-оперативной деятельности дивизиона.
Применительно к событиям 21 октября 1933 года и 12 апреля 1934 года сабельный взвод (единственный тогда) указан как кавалерийский, хотя переформирование по штату № 4 случится только в июне 1934 года – налицо послезнание авторов формуляра. При этом, что странно, далее идет рассказ о том, что 26 января 1936 года в Усть-Вымский район направлен командир... сабельного (а не кавалерийского) взвода Коваленко! Между тем, никаких «обратных» переформирований с 1934 года, вроде, не было...

Цитата: Москвин Александр Вячеславович от 24 Декабрь 2015, 23:48:32>>>>В июне 1934 года переформирован по штату № 4 кавалерийского дивизиона:<<<<Кавдивизиона войск ОГПУ или РККА?
К сожалению, ни штатная, ни реальная общая численность дивизиона нам до сих пор не известны. Единственное место, где содержится формулировка «дивизион в составе...», относится к эпизоду в Визинге начала 1933 года. Только вот состав у дивизиона – 59 человек всего. Даже до эскадрона не дотягивал. Правда, без сабельного взвода, который прибыл из Архангельска только в апреле. Т.е. в карательный поход на Визингу (150 км от облцентра) фактически отправился... санный обоз. Не пешедралом же...
Вдогонку. Указывается, что дивизион участвовал в операции в качестве вооруженного прикрытия. Значит, в тех же санях ехали чекисты-облотдельцы во главе с начальником Павловым, со слов которого и записано.

Навигация

[0] Главная страница сообщений

[#] Следующая страница