Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Правила Форума: личная порядочность участника и признание им царящего на Форуме принципа субординации, для экспертов вдобавок – должная компетентность! Внимание: у Администратора и Модераторов – права редактора СМИ!

Автор Тема: Институт Уполномоченных НКВД СССР по фронтам  (Прочитано 9354 раз)

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
…И УБЫЛИ НА ФРОНТ ОТ НКВД «ПОЛПРЕДЫ»!
Упоминание об Уполномоченных НКВД СССР по фронтам и той значительной роли, которую они сыграли на завершающем этапе Великой Отечественной войны, напрасно искать в серьёзной научно-исторической литературе, включая и Энциклопедию МВД России. Этот институт исполнительной власти во многом насильственно вымарали из отечественной истории в период так называемой хрущёвской оттепели. И всего лишь тому потому, что в ряде случаев пост Уполномоченного был доверен персонам, которых впоследствии публично с высокой трибуны заклеймили как активных пособников сталинского режима. В результате сегодня материал об институте Уполномоченных НКВД СССР по фронтам приходится собирать буквально по крохам!
Итак, что известно достоверно? Прежде всего, дата рождения – 11 января 1945 года. Именно в этот день генеральным комиссаром госбезопасности Л.П. Берия был издан приказ за № 0016, провозглашающий создание института Уполномоченных НКВД СССР по фронтам. Цель – «для обеспечения очистки фронтовых тылов действующей Красной Армии от вражеских элементов» с основной задачей: «Проводить необходимые мероприятия, обеспечивающие выявление и арест шпионско-диверсионной агентуры германских разведывательных органов, террористов, участников различных вражеских организаций, повстанческих групп, независимо от национальной принадлежности и гражданства». Говоря по-другому, Уполномоченным вменялось руководство всем спектром контрразведывательной и правоохранительной деятельности, а также предоставлялись особые полномочия по организации гражданского управления на занятых советскими войсками территориях зарубежных государств и руководству им.
По своему статусу Уполномоченные де-факто становились заместителями командующих фронтами, но куда с большими, чем даже у комфронта, полномочиями в своей специфической сфере деятельности. Именно в силу этой причины впоследствии в ряде случаев Уполномоченные заняли ещё и официально введенный специально под них пост заместителя командующего фронтом по делам гражданской администрации.
Необходимо пояснить, что институт Уполномоченных НКВД СССР был введён только на ведущих фронтах Великой Отечественной – на семи из десяти существовавших на тот момент. Вот полный список:
- Уполномоченный по 1-му Прибалтийскому фронту (с 24.00 25 февраля по 2 апреля 1945 года – фронт именовался Земландской оперативной группой войск 3-го Белорусского фронта) – Уполномоченный НКВД-НКГБ СССР по Литовской ССР комиссар госбезопасности 3 ранга Иван Максимович Ткаченко;
- Уполномоченный по 2-му Прибалтийскому фронту – начальник УНКГБ по г. Ленинграду и Ленинградской области комиссар госбезопасности 3 ранга Пётр Николаевич Кубаткин;
- Уполномоченный по 1-му Белорусскому фронту – заместитель наркома внутренних дел СССР комиссар госбезопасности 2 ранга Иван Александрович Серов (со 2 мая 1945 года – одновременно ещё и в официальном статусе заместителя командующего фронтом по делам гражданской администрации);
- Уполномоченный по 2-му Белорусскому фронту – нарком государственной безопасности Белорусской ССР комиссар госбезопасности 3 ранга Лаврентий Фомич Цанава;
- Уполномоченный по 3-му Белорусскому фронту – заместитель наркома обороны СССР – начальник Главного управления контрразведки «Смерш» Красной Армии комиссар госбезопасности 2 ранга Виктор Семёнович Абакумов;
- Уполномоченный по 1-му Украинскому фронту – заместитель начальника Главного управления контрразведки «Смерш» Красной Армии генерал-лейтенант Павел Яковлевич Мешик;
- Уполномоченный по 4-му Украинскому фронту – 1-й заместитель начальника Главного управления контрразведки «Смерш» Красной Армии (по разведывательной работе) генерал-лейтенант Николай Николаевич Селивановский (с марта 1945 года – одновременно еще и советник НКВД СССР при министерстве общественной безопасности Польши).
В качестве штатных заместителей каждому из Уполномоченных назначались два должностных лица – начальник Управления войск НКВД по охране тыла фронта и начальник Управления контрразведки «Смерш» фронта, при этом никто из двоих не освобождался от занимаемых постов:
- 1-й Прибалтийский фронт: Врио начальника Управления войск НКВД СССР по охране тыла фронта подполковник (впоследствии – полковник) Михаил Иванович Романов и начальник Управления контрразведки «Смерш» фронта (с 24.00 25 февраля по 2 апреля 1945 года – Земландская оперативная группа войск 3-го Белорусского фронта) генерал-лейтенант Николай Георгиевич Ханников;
- 1-й Белорусский фронт: начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла фронта генерал-майор Павел Михайлович Зимин и начальник Управления контрразведки «Смерш» фронта генерал-лейтенант Александр Анатольевич Вадис;
- 2-й Белорусский фронт: начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла фронта генерал-майор Владимир Тарасович Рогатин и начальник Управления контрразведки «Смерш» фронта генерал-лейтенант Яков Афанасьевич Едунов;
- 3-й Белорусский фронт: начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла фронта генерал-лейтенант Виктор Семёнович Любый и начальник Управления контрразведки «Смерш» фронта генерал-лейтенант Павел Васильевич Зеленин;
- 2-й Прибалтийский фронт: начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла фронта генерал-майор Василий Алексеевич Абызов и начальник Управления контрразведки «Смерш» фронта генерал-лейтенант Николай Иванович Железников;
- 1-й Украинский фронт: начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла фронта генерал-майор Николай Прокофьевич Зубарев и начальник Управления контрразведки «Смерш» фронта генерал-лейтенант Николай Алексеевич Осетров;
- 4-й Украинский фронт: начальник Управления войск НКВД СССР по охране тыла фронта генерал-майор Сергей Максимович Фадеев и начальник Управления контрразведки «Смерш» фронта генерал-лейтенант Николай Кузьмич Ковальчук.
О выдающемся вкладе Уполномоченных НКВД СССР в достижение полного и окончательного разгрома гитлеровской Германии свидетельствуют, к слову сказать, и полководческие награды, заслуженно врученные многим из них. Так, в частности, Уполномоченный НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту комиссар госбезопасности 2 ранга В.С. Абакумов как ярко отличившейся в ходе разгрома Кёнигсбергской группировки немецко-фашистских войск 21 апреля 1945 года удостоился ордена Кутузова 1-й степени. А вот Уполномоченному НКВД СССР по 1-му Белорусскому фронту комиссару госбезопасности 2 ранга И.А. Серову в мае 1945 года вручили Золотую Звезду Героя Советского Союза, но, правда, позднее (12 марта 1963 года в связи с арестом Пеньковского как агента английской разведки) он был лишён её с почти «расстрельной» формулировкой: «За притупление политической бдительности».
Кстати, в заслугах комиссара госбезопасности 1 ранга В.С. Абакумова как Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту и такой почему-то упорно «не замечаемый» современными историками факт: в первую очередь именно Виктор Семёнович и возглавляемый им аппарат ещё в конце марта 1945 года организационно оформили будущие советские военные комендатуры Кёнигсберга – военные органы гражданского управления, сыгравшие впоследствии исключительно огромную созидательную роль в возрождении Кёнигсберга, но уже как российского города, ставшего вскоре Калининградом!
В целях координации деятельности Уполномоченных НКВД СССР по фронтам и возглавляемых ими Аппаратов приказом НКВД СССР № 00461 от 10 мая 1945 года при центральном аппарате союзного наркомата внутренних дел была создана штатная Оперативная группа по работе с аппаратами Уполномоченных НКВД СССР по фронтам. Предписываемая ему задача: «Разработка материалов, поступающих от Уполномоченных НКВД СССР по фронтам, составление информации по этим материалам, оперативных ориентировок для органов НКВД, НКГБ, контрразведки «Смерш» и проведение предварительных оперативно-следственных мероприятий по наиболее важным делам».
Новое подразделение возглавил полковник госбезопасности Б.А. Людвигов. Архивные источники донесли до нас фамилии и остальных сотрудников. Это полковники госбезопасности Михайлов (заместитель начальника) и Майоров, подполковник госбезопасности Химченко, майоры госбезопасности Леонов и Френкина, капитан госбезопасности Соколов.
Однако уже к концу того же месяца последовала реорганизация: на основании приказа НКВД СССР № 00549 от 22 мая 1945 года Оперативная группа была развернута в Отдел «Ф» с более расширенными функциями: «Повседневное наблюдение за выполнением директив и указаний НКВД аппаратами Уполномоченных НКВД по фронтам, а также обеспечения оперативной реализации материалов агентурно-оперативной работы органов НКВД-НКГБ-«Смерш» на территории других стран».
Отдел возглавили следующие легендарные стратеги зафронтовых диверсионных операций: на правах начальника – комиссар госбезопасности 3 ранга (с 9 июля 1945 года – генерал-лейтенант) Павел Анатольевич Судоплатов, а на правах заместителя начальника – комиссар госбезопасности (с 9 июля 1945 года – генерал-майор) Михаил Александрович Запевалин.
Институт Уполномоченных НКВД СССР по фронтам был упразднён летом сорок пятого. И это тоже было решением, принятым на самом высшем политическом уровне. Причём всё указывает на то, что это произошло во многом вопреки мнению Л.П. Берии. В частности, последний, в своей докладной записке на имя И.В. Сталина от 22 июня 1945 года категорично настаивал на сохранении института Уполномоченных НКВД СССР по фронтам путём его трансформации в институт Уполномоченных НКВД СССР по оккупационным группам совестких войск. Однако «отец народов», поразмыслив, согласился лишь на наличие одного Уполномоченного НКВД СССР за рубежом – по Группе советских оккупационных войск в Германии (ГСОВГ).
Организационно это решение И.В. Сталина было оформлено приказом НКВД СССР № 00780 от 4 июля 1945 года. Так, в соответствии с данным приказом упразднялись должности Уполномоченных НКВД СССР по 2-му и 3-му Белорусским и по 1-му и 4-му Украинским фронтам, однако при этом должность Уполномоченного НКВД СССР по 1-му Белорусскому фронту переименовывалась в должность Уполномоченного НКВД СССР по Группе советских оккупационных войск в Германии. К тому времени комиссар госбезопасности 2 ранга (с 9 июля 1945 года – генерал-полковник) Иван Александрович Серов, напомним, уже занимал пост заместителя Главнокомандующего ГСОВГ по вопросам гражданской администрации, то есть он продолжал оставаться «замом» по «гражданским вопросам» при легендарном маршале Победы Георгии Константиновиче Жукове!
Остаётся добавить, что сам Отдел «Ф» в структуре союзного НКВД как оказавшийся теперь излишней управленческой структурой был упразднён приказом наркома внутренних дел СССР за № 001001 от 30 августа 1945 года…

В правительственную командировку на… войну…
Особой строкой в летописи Великой Отечественной – служебно-боевая деятельность Аппарата (с сентября 1945 года – Штаб) Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
Но в начале предыстория: на землю Восточной Пруссии воинские формирования НКВД СССР вступили осенью 1944 года в составе советских войск, привлечённых к участию в Прибалтийской стратегической наступательной операции. Главная задача, которую они тогда здесь выполняли, – охрана тыла действующей армии плюс конвоирование из прифронтовой полосы вглубь СССР огромного количества захваченных здесь в боях немецких военнопленных.
В декабре 1944 года наркоматы внутренних дел и госбезопасности по требованию Ставки Верховного Главнокомандующего значительно усилили контрразведывательные и правоохранительные структуры 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов, направив сюда большую в несколько сот человек группу практических работников из тыловых регионов. Главным образом, это были многоопытные сотрудники уголовного розыска, органов БХСС и уголовно-исполнительной системы, но в немалом количестве также – профессиональные чекисты и офицеры из частей «охранных» войск НКВД СССР. По месту прежней службы все они считались убывшими в бессрочную правительственную командировку в состав действующей армии, а по новому – временно прикомандированными, но только одни к отделам контрразведки «Смерш» общевойсковых армий, а другие – к оперативным органам Управления войск НКВД СССР по охране тыла 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов. Однако в конце февраля 1945 года все они были собраны вместе, после чего сведены в коллектив только что созданного при штабе Земландской оперативной группы войск 3-го Белорусского фронта Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии – внештатной правоохранительной структуры, от которой теперь ведут свои истоки едва ли не все силовые правоохранительные ведомства современной Калининградской области – региональные УМВД, УФСБ, УФСИН и Центр правительственной связи.
Личный состав этой новой структуры внёс самый весомейший вклад в дело разгрома Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск. Вот только три факта из хроники марта сорок пятого. В городе Прейсиш-Эйлау (ныне – Багратионовск Калининградской области) оперативниками была выявлена и обезврежена диверсионно-террористическая группа из одиннадцати человек. Ею руководил некто Розинов, крупный местный землевладелец и вдобавок, как позже выяснилось, военный преступник, лично причастный к массовому вывозу в Германию фашистами с оккупированных территорий Днепропетровской и Запорожской областей Украины награбленных здесь культурных и материальных ценностей.
В районе города Тройбурга (ныне – польский Олецко) выслежен и арестован немецкий шпион по фамилии Калиновски. Последний был заброшен сюда сразу по окончанию разведшколы, дислоцировавшейся в немецком городе Нойхофе. Согласно полученному заданию, он должен был как можно скорей и надёжней легализоваться в тылу советских войск. Однако сделать это ему не помогли никакие из применённых им после высадки с парашютом конспиративных уловок!
На Земландском полуострове в тылу войск 39-й общевойсковой армии обезврежена особо опасная шайка дезертиров из пяти человек во главе с её главарем – 29-летним старшиной Красной Армии Алексеем Ионовым. Эта бандгруппа в течение полутора месяцев, выдавая себя за трофейную команду, занималась грабежами и разбоями. На её же счету, кроме того, и десятки изнасилованных немецких женщин.
Одновременно органы и войска НКВД СССР, как тогда принято было говорить, железной рукой навели революционный порядок в оперативном тылу действующей армии. Так, только служебные наряды 31-го погранполка и только в период с 16 февраля по 19 апреля 1945 года (но без учёта участия личного состава этой в/ч в штурме Кёнигсберга) на Земландском полуострове путём фильтрации людских потоков выявили и задержали 3213 человек и, в том числе: германских подданных, уклонившихся от мобилизации в немецко-фашистскую армию, – не менее 990; членов нацистской партии – 662; дезертиров из рядов Красной Армии – 153; советских военнослужащих, отставших от своих частей, – свыше 60; бойцов вооружённых отрядов фольксштурма – 18; агентов вражеской разведки – 8; изменников Родины – 2; иностранных поданных – не менее 27; советских граждан, пребывавших на территории Восточной Пруссии в немецком рабстве, – свыше десятка.

И пала крепость Кёнигсберг!
В операции по овладению городом и крепостью Кёнигсберг, начавшейся 6 апреля 1945 года, по неполным данным приняли непосредственное участие не менее девяти воинских частей оперативного назначения Управления войск НКВД СССР по охране тыла 3-го Белорусского фронта плюс три сводных чекистско-войсковых отряда Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии – по одному в полосе наступления 11-й гвардейской, 43-й и 50-й армий. Общее руководство ими осуществляли Аппараты Уполномоченных НКВД СССР по 3-му Белорусскому и 1-му Прибалтийскому фронтов. А во главе секторов, как правило, были поставлены самые опытные сотрудники Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
Архивные источники донесли до нас задачи, которые предписывались к выполнению данной группировкой сил. Это захват и дальнейшее сохранение особо важных документов и объектов вражеских органов управления и разведки. Выявление и арест тех немецких военнослужащих и нацистских чиновников, чьи показания потенциально могли представлять повышенный оперативный интерес. Ликвидация остававшихся в нашем тылу очагов вооружённого сопротивления. Охрана главных коммуникаций наступающих войск. Выполнение военно-конвойных функций. И, наконец, поддержание железного революционного порядка в непосредственном тылу наступающих советских подразделений, то есть, говоря по-другому, пресечение фактов дезертирства, мародёрства, случаев издевательств над гражданским населением и военнопленными и т.д. При этом сотрудники чекистско-войсковых отрядов Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии фактически выполняли роль спецназа.
Краткая, но имеющая документальное подтверждение, хроника. Итак, 13-й пограничный Виленский полк, действуя в полосе наступления 39-й армии, захватил в плен около двух тысяч фашистских солдат и офицеров.
33-й пограничный ордена Красной Звезды полк силами 1-го и 2-го стрелковых батальонов, двигавшихся в цепях пехоты 11-й гвардейской армии, по всему по пути своего маршрута взял под надёжную охрану главные коммуникации наступающих войск, а также отбитые у противника промышленные предприятия и столичные офисы органов военного и гражданского управления Восточной Пруссии. Так, пограничная застава младшего лейтенанта Мацюка из состава 1-го стрелкового батальона капитана Трофимова, не дожидаясь окончания в этом районе города уличных боёв, броском преодолела зону интенсивного огня противника и с ходу самостоятельно овладела зданием государственного банка. В результате последний оказался захваченным ею со всеми находившимися внутри ценностями и денежно-валютными запасами. А пограничная застава лейтенанта Шемченка безупречно организовала комендантскую службу на одной из главных коммуникаций 11-й гвардейской армии, чем надежно защитила наступающие на этом участке подразделения Красной Армии от любых внезапных нападений с тыла и флангов. Одновременно в течение двух первых дней штурма подчиненные этого доблестного офицера выявили и пленили в зоне своей ответственности 58 уже успевших переодеться в цивильную одежду вражеских солдат и офицеров плюс 69 лиц из числа государственных чиновников и активных членов нацистской партии. В свою очередь пограничная застава лейтенанта Чуклинова, двигаясь сразу за спинами пехотинцев, в условиях тяжёлых уличных боёв выявила и пленила 1845 спрятавшихся от надвигающегося возмездия в подвалах, подземных коммуникациях и на чердаках гитлеровцев, среди которых оказалось и немало власовцев.
Пограничная застава старшего лейтенанта Маврина, действуя в оперативном тылу 36-го гвардейского стрелкового Неманского Краснознамённого корпуса, на отбитых у противника улицах автоматным огнём и гранатами оперативно зачищала дома, в которых продолжали сохраняться очаги вооружённого сопротивления. Только пленными противник тогда потерял от её решительных действий 778 человек, в том числе 82 офицеров.
Всего же 33-м погранполком в ходе штурма Кёнигсберга было пленено свыше трёх тысяч вражеских военнослужащих. Кроме того, его служебные наряды изобличили и произвели задержание 185 членов нацистской партии и иных организаций фашистского толка, шестерых агентов вражеских разведорганов (в том числе двух диверсантов) и одного полицейского чина.
Несмотря на то, что сам он вошёл в Кёнигсберг только на рассвете 9 апреля, отличился и 132-й пограничный Минский полк: в ходе зачистки юго-восточных кварталов его воины выявили и задержали несколько десятков военных преступников, в том числе и личного секретаря Эриха Коха – гуляйтера Восточной Пруссии. Этот матёрый нацист укрывался в большой группе мирных жителей и при общении с советскими солдатами усердно выдавал себя за убеждённого антифашиста. Не помогло!
Кроме того, служебные наряды 1-го стрелкового батальона в потоке освобождённых из фашистского рабства советских граждан, возвращавшихся теперь с чужбины на Родину, вычислили и задержали гитлеровского агента с 30-летним стажем шпионской деятельности. Последний, к слову, безукоризненно владел русским языком, поскольку долгие годы своей жизни провёл на нелегальном положении в Москве, Ленинграде и Харькове. По своему прямому предназначению использовался немецким командованием и сейчас – как разведчик-«нелегал» направлялся обратно на территорию Советского Союза.
Блестяще выполнил поставленные перед ним в ходе штурма города-крепости Кёнигсберг задачи и личный состав всех трёх сводных отрядов Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Приказом командующего 3-м Белорусским фронтов Маршала Советского Союза А. Василевского за проявленное мужество многие из бойцов этого чекистского спецназа уже в апреле 1945 года были удостоены высоких боевых наград и, в том числе, ордена Отечественной войны 2-й степени – заместитель начальника Горьковского областного управления милиции подполковник милиции Степан Игнатьевич Навалихин и сотрудник УНКГБ по Смоленской области майор госбезопасности Сергей Иванович Зарубецкий, а ордена Красной Звезды – заместитель начальника Отдела уголовного розыска УНКВД по Смоленской области майор милиции Аркадий Исаакович Гофт…
И ещё одна дата, напрочь забытая историками из российской Прибалтики, а, вероятней всего, им просто неизвестная: с 11 по 19 апреля 1945 года чекистско-войсковыми структурами 3-го Белорусского фронта, в том числе и при участии Аппарата Уполномоченного НКВД по Восточной Пруссии, с целью окончательного подавления вооружённого сопротивления гитлеровских войск, отказавшихся признать акт капитуляции, была произведена широкомасштабная зачистка Кёнигсберга. Фактически это был второй, но на сей раз уже неофициальный штурм столицы Восточной Пруссии!

А первым стал генерал Аполлонов!
5 мая 1945 года НКВД СССР был издан приказ № 00453 «О мероприятиях по очистке территории Восточной Пруссии от шпионов, террористов, диверсантов, действующих в тылу Красной Армии». На основании него в Восточную Пруссию откомандировывались заместитель наркома внутренних дел СССР (по войскам) – начальник ГУВВ НКВД СССР генерал-полковник Аркадий Николаевич Аполлонов и два генерал-лейтенанта – Иван Маркович Горбатюк, начальник Главного управления войск НКВД по охране тыла действующей армии, и Фёдор Яковлевич Тутушкин, начальник Управления контрразведки «Смерш» Московского военного округа, при этом непосредственным руководителем операции назначался генерал А.Н. Аполлонов. С этого момента последний де-юре, а с 10 мая 1945 года (то есть с момента прибытия в Кенигсберг) уже и де-факто – Уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии.
Тот же приказ, № 00453 от 5 мая 1945 года, обязывал начальника Управления контрразведки «Смерш» 3-го Белорусского фронта генерал-лейтенанта П.В. Зеленина выделить в распоряжение генерал-полковника А.Н. Аполлонова 400 оперативных работников. Ими то, главным образом, и стали сотрудники Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
Одновременно генералу А.Н. Аполлонову в целях организации очистки территории Восточной Пруссии предписывалось: создать оперативные сектора, обязательно включив в их состав следственную группу, и организовать чёткое взаимодействие между этими секторами; придать каждому оперативному сектору необходимое количество войск; пересмотреть дислокацию войск НКВД СССР в Восточной Пруссии; организовать тюремные помещения; навести порядок в крупных городах.
К заслугам генерал-полковника А.Н. Аполлонова на посту Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии (май-июль 1945 года) следует, думается, отнести и тот факт, что именно при нём руководимый им Аппарат вместе со своими периферийными подразделениями впервые глубоко и всерьёз стал заниматься ещё и решением ответственных задач, связанных с обеспечением общественной безопасности в гражданском (а это на 1 ноября 1945 года, согласно данных военных комендатур, 137412 человек немецкого и 7042 человека, как тогда говорили, советско-гражданского населения) секторе, что в свою очередь значительно повысило служебный вес оперативных работников из числа офицеров милиции: на этом профессиональном поприще на фоне коллег-офицеров органов госбезопасности и «Смерш» последние были особенно незаменимы… А вот непосредственно само несение патрульной службы на улицах городов и крупных сельских населённых пунктов Восточной Пруссии возлагалось, главным образом, на дислоцированные в регионе части войск НКВД СССР по охране тыл действующей армии.
Во многом благодаря компетентному вмешательству Аркадия Николаевича повысился общий уровень как агентурно-оперативной, так и чекистско-войсковой работы, при этом, как свидетельствуют архивные документы, особо заметных результатов в выполнении поставленных перед ними многосложных и многотрудных контрразведывательных и правоохранительных задач достигли тогда сотрудники Алленштайнской (с центром в современном польском городе Ольштын), Остероденской (с центром в современном польском городе Оструда), Пиллауской (с центром в современном калининградском Балтийске) и Гумбинненской (с центром в современном калининградском Гусеве) оперативных групп. В связи с этим небезынтересная статистика: к началу июня 1945 года число негласных, завербованных оперативниками среди немецкого населения, агентов вырос с нескольких десятков до 1048 человек, что незамедлительно и самым благотворным образом сказалось на конечных результатах всей контрразведывательной и иной правоохранительной работы, проводимой в Восточной Пруссии.
Яркий след в летописи органов правопорядка современной Калининградской области в далёком теперь уже сорок пятом оставил и преемник А.Н. Аполлонова на посту Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии – генерал-лейтенант Федор Яковлевич Тутушкин. В течение своей также недолгой правительственной командировки (по конец сентября 1945 года) ему, помимо прочего, выпало аж дважды заниматься такой многосложной текущей работой как вынужденное организационное реформирование структуры Аппарата Уполномоченного НКВД СССР. Первый раз это произошло в середине августа и было вызвано расформированием с 15 числа 3-го Белорусского фронта, при полевом управлении которого, как мы уже знаем, и работал с апреля 1945 года Аппарат Уполномоченного. Требовалось, не ломая уже существующую, а, главное, полностью доказавшую свою достаточно высокую эффективность организацию аппарата и периферийных подразделений, создать такую материально-хозяйственную базу, которая бы оказалась способной всецело обеспечивать дальнейшее, но уже автономное и независимое от военных властей, полноценное функционирование этих самых аппарата и подразделений.
Во второй раз – приблизительно месяц спустя в связи с фактом предстоящей ликвидации периферийных оперативных (шести оперативных секторов из восьми существующих) и пенитенциарных (общим числом где-то не менее десяти, в том числе и Тюрьма № 4) подразделений, выполнявших свои контрразведывательные и правоохранительные функции на той территории Восточной Пруссии, которая в соответствии с решениями Потсдамской конференции подлежала передачи в состав возрожденного Польского государства. Теперь Аппарату предстояло официально именоваться Штабом Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии (хотя непосредственно в сам Штаб вошло всего-навсего четыре человека из числа первых лиц) и внешне, помимо названия, отличаться от территориальных управлений внутренних дел только отсутствием отдела пожарной охраны да более широкими властными полномочиями по отношению к дислоцированным в регионе воинским частям войск НКВД СССР. Если вкратце, управленческо-аппаратный орган при Штабе Уполномоченного составили три отдела – 1-й (следственный), 2-й (оперативный) и – обратите внимание, впервые! – милиция (3-й отдел). Структурная же организация самих периферийных оперативно-следственных, пенитенциарных и тыловых подразделений, работающих на советской территории Восточной Пруссии, серьёзных изменений не претерпела – сохранились Кёнигсбергский (15 опергрупп) и Инстербургский (6 опергрупп) оперативные сектора и три тюрьмы. Трудиться в штабе и его периферийных структурах предстояло всё тем же пребывавшим в долгосрочной правительственной командировке (цифры даются по состоянию на 12 ноября 1945 года) 111 офицерам органов государственной безопасности, 99 – органов внутренних дел (в том числе милиции и уголовно-исполнительной системы) и 35 – войск НКВД СССР, а также 243 представителям гражданского персонала, 85 из которых были переводчиками, а остальные – медицинскими и финансовыми работниками, секретарями-машинистками и прочими вольнонаёмными служащими.
К моменту отъезда 22 сентября 1945 года Фёдора Яковлевича в Москву к постоянному месту службы выполнение задачи по созданию новой организационной структуры – Штаба Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии с разветвлённой сетью периферийных подразделений – была практически завершена, однако ещё более трудная работа по сколачиванию этого несколько нового по форме образования и проверке ее жизнеспособности легла уже на плечи подполковника милиции Степана Игнатьевича Навалихина – заместителя начальника Управления милиции УНКВД по Горьковской области, находившегося в правительственной командировке на территории Восточной Пруссии ещё с декабря 1944 года. К временному исполнению обязанностей руководителя агентурно-оперативной работой в Восточной Пруссии (то есть фактически – Врио уполномоченного НКВД по Восточной Пруссии) он приступил 22 сентября 1945 года на основании соответствующего приказа генерал-лейтенанта Ф.Я. Тутушкина, передав на основании того же приказа 8-й оперативный сектор НКВД СССР, которым руководил до этого момента, не менее опытному оперативнику и фронтовику майору-чекисту Сергею Ивановичу Зарубецкому. Сотрудник милиции и – вдруг во главе всей региональной контрразведывательной и правоохранительной структуры?! Что правда, то правда – факт для того времени едва ли не беспрецедентный, ибо милиция в системе НКВД-НКГБ всегда была как бы на правах, если не пасынка, то, по меньшей мере, пресловутого «младшего брата»! Безусловно, выбор военного контрразведчика генерала Ф.Я. Тутушкина пал на Степана Игнатьевича как на своего временного преемника исключительно в силу незаурядных профессиональных и организаторских качеств последнего. Забегая вперёд скажем, что в январе 1947 года С.И. Навалихин за свои впечатляющие заслуги перед Родиной, достигнутые уже на посту заместителя начальника УМВД по Калининградской области – начальника областного управления милиции, будет удостоен погон комиссара милиции 3 ранга (тогдашний аналог учреждённого впоследствии специального звания «генерал-майор милиции»), минуя очередное специальное звание «полковник милиции», – случай в истории отечественного МВД также, согласитесь, исключительно редкий, если вообще не единственный!
В заслугах подполковника милиции С.Н. Навалихина как Врио Уполномоченного – и организация работ по демаркации и делимитации нового от Пиллау (ныне – Балтийск Калининградской области) до Выштынецкого озера участка советско-польской границы, которые, начиная со второй половины августа 1945 года, проводились Аппаратом Уполномоченного во взаимодействии с командованием Управления пограничных войск НКВД Литовского округа во исполнение решений Потсдамской конференции относительно разделения Восточной Пруссии на польскую (две трети) и советскую (одна треть) территории.
Третий и последний по счету Уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии – генерал-майор Борис Петрович Трофимов. Он был назначен приказом наркома внутренних дел Маршала Советского Союза Л.П. Берия с небывалой для подобных случаев задержкой – 3 ноября 1945 года, то есть спустя сорок одни сутки со дня убытия в Москву к постоянному месту службы предыдущего Уполномоченного – генерал-лейтенанта Ф.Я. Тутушкина.
Непосредственно к исполнению обязанностей Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии Борис Петрович Трофимов приступил в первый же день своего прибытия в Кёнигсберг – 12 ноября 1945 года. Формально он ещё продолжал числиться начальником УНКВД по Курской области, но временно пребывающим в долгосрочной правительственной командировке. Однако – и он об этом знал безусловно и точно – трудиться ему и его новым подчинённым на бывшей немецкой, а теперь навсегда и впредь российской земле предстоит не на временной, а на постоянной основе, а, следовательно, – если не один, год, то уж, по меньшей мере, не один месяц. Отсюда – напряженная, но выполняемая параллельно с решением всех иных текущих задач, работа над проектом новой организации советских правоохранительных органов на советской территории Восточной Пруссии. А венцом её стал подписанный 4 января 1946 года наркомами внутренних дел и госбезопасности совместный приказ № 004/002. В соответствии с ним, напомним, утверждались штаты Аппарата Уполномоченного НКВД-НКГБ СССР по Восточной Пруссии, причём в штат этого самого аппарата назначались все без исключения сотрудники, которые на тот момент числились прикомандированными к структурам теперь уже формально несуществующего Штаба Уполномоченного НКВД по региону. Говоря юридическим языком, именно с этого момента прекращался срок их правительственной командировки, а советская территория Восточной Пруссии становилась для них постоянным местом службы. Впрочем, отвлекаясь несколько от главной темы разговора, поясним, что подобное «превращение» прикомандированных сотрудников в штатных – а это только военнослужащих и сотрудников милиции свыше двухсот человек! – до конца так и не разрешило проблемы дефицита кадров. Достаточно сказать, что некомплект личного состава по Аппарату Уполномоченного составил в январье 1946 года 135 человек, в том числе 58 офицеров.
Всего по состоянию на 1 сентября 1945 года Аппаратом Уполномоченного и подчинёнными ему секторами и опергруппами за минувшие пять месяцев (но при содействии приданных частей войск НКВД СССР) на территории Восточной Пруссии было выявлено и ликвидировано 43 диверсионно-террористические и семь бандитских групп. А по состоянию на начало 1946 года – 53 агента немецкой, американской, английской и голландской разведок, а также 38 тайников с вооружением и другими средствами боевого применения, предназначенными для ведения террористической и подрывной деятельности. С учётом оружия, изъятого также у задержанных или убитых в ходе боестолкновения шпионов и различного рода террористов, трофеи оперативников к началу всё того же 1946 года в общем итоге составили: пушек и миномётов – по две единицы каждого; противотанковых ружей – 151; пулемётов – 300; иного боевого стрелкового оружия (автоматов, винтовок, пистолетов) – 4030; боеприпасов к различным артиллерийским системам, мин и гранат – 47451; патронов к стрелковому оружию – 803500; взрывчатых веществ (в тоннах) – 2,491; множительных аппаратов –17; радиостанций – 6…
Юрий РЖЕВЦЕВ.


Май 1945 года, Берлин, начальник Управления контрразведки «Смерш» 1-го Белорусского фронта (I ф) генерал-лейтенант Александр Анатольевич Вадис (в шинели) и заместитель наркома внутренних дел СССР комиссар госбезопасности 2 ранга Иван Александрович Серов (и он же одновременно – Уполномоченный НКВД по 1-му Белорусскому фронту и заместитель командующего того же фронта по делам гражданской администрации). Оригинал хранится в фондах Федерального государственного бюджетного учреждения культуры «Государственный центральный музей современной истории России»: номер в Госкаталоге – 6706277, номер по ГИК (КП) – 32168/609 и 32168/609, инвентарный номер – А84800.

В ГАРФ хранится фонд Отдела спецлагерей НКВД СССР в Германии. Номер этого фонда – «Р9409».


Уполномоченный НКВД СССР по 2-му Белорусскому фронту (II ф) нарком государственной безопасности Белорусской ССР комиссар госбезопасности 3 ранга Лаврентий Фомич Цанава (1900-1955).

Уполномоченные НКВД СССР по Восточной Пруссии

Генерал-полковник Аркадий Николаевич Аполлонов.


Генерал-лейтенант Фёдор Яковлевич Тутушкин стал вторым по счёту Уполномоченным НКВД СССР по Восточной Пруссии.


Подполковник милиции Степан Игнатьевич Навалихин состоял в статусе Врид Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Впоследствии он удостоился погон комиссара милиции 3 ранга.


Генерал-майор Борис Петрович Трофимов – последний из числа Уполномоченных НКВД СССР по Восточной Пруссии. Под его руководством Аппарат Уполномоченного МВД-МГБ СССР по Восточной Пруссии в 1946 году был трансформирован в УМГБ и УМВД по Калининградской области.

Потери среди личного состава Аппаратов Уполномоченных НКВД-МВД СССР
(Автор-составитель – Юрий РЖЕВЦЕВ)
АНДРЮШЕНКО (Андрюшенков) Константин Филиппович (1917-1946), оперуполномоченный Аппарата Уполномоченного МВД-МГБ СССР по Восточной Пруссии, старший лейтенант.
Родился в 1917 году в деревне Тиньково сельского поселения «Деревня Красный Городок» Ферзиковского района Калужского района Калужской области.
К началу июня 1946 года проходил лечение в 4284-м инфекционном госпитале, дислоцировавшемся в городе Кёнигсберге (ныне – Калининград).
Согласно материалам Архива военно-медицинских документов, умер от болезни 3 июня 1946 года.
Похоронен был в городе Кёнигсберге (ныне – Калининград), но где точно – неизвестно.
В Книге Памяти Калининградской области «Назовём поимённо» не увековечен.

ГЛЕЙДМАН Виктор Иосифович (?-1946), вольнонаёмный сотрудник Оперативного сектора в немецком городе Ваймер (ныне – в составе федеральной земли Гессен ФРГ) Аппарата Уполномоченного МВД СССР по Группе советских оккупационных войск в Германии.
Соцданные неизвестны.
Согласно донесению о безвозвратных потерях (ЦАМО: ф. 58, оп. А-83627, д. 1037, л. 5), умер от милиарного туберкулёза 12 июля 1946 года в стенах 318-го инфекционного госпиталя Группы советских оккупационных войск в Германии.
Место захоронения неизвестно.

ДАНИЕЛОВА Зинаида Артемьевна (1905-1945), вольнонаёмная сотрудница де-юре УНКВД по Киевской области Украинской ССР, но де-факто, предположительно, – Штаба (Аппарата) Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
Родилась в 1905 году в столице Украины городе Киеве. Армянка. Партийность: по состоянию на вторую половину декабря 1942 года – кандидат в члены ВКП(б), а по состоянию на 1945 год – член ВКП(б).
На работе в органах правопорядка и безопасности с 1930 года.
С января 1942 года – делопроизводитель-машинистка (по вольному найму) Особого отдела НКВД СССР 135-й отдельной стрелковой бригады (I ф) Сталинградского военного округа.
Непосредственная участница Великой Отечественной войны со 2 мая 1942 года: в боях и сражениях в полосе боевых действий последовательно 61-й и 48-й (II ф) армий Брянского фронта (II ф).
С 13 октября 1942 года в связи с преобразованием 135-й отдельной стрелковой бригады (I ф) в 81-ю стрелковую (впоследствии – Калинковичская Краснознамённая ордена Суворова) дивизию (II ф) – в рядах военных контрразведчиков последней и в прежней должности делопроизводителя-машинистки.
16 декабря 1942 года руководством Особого отдела НКВД СССР 81-й стрелковой (впоследствии – Калинковичская Краснознамённая ордена Суворова) дивизии (II ф) 48-й армии (II ф) Брянского фронта (II ф) представлена к награждению медалью «За боевые заслуги»: «…Показала себя исключительно положительной стороны. Дисциплинирована, исполнительна. В работе усидчива и добросовестна.
Своим честным и добросовестным отношением к возложенным на неё обязанностям обеспечила нормальную оперативную работу Особого отдела, чем способствовала укреплению боеспособности частей дивизии». Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 682526, д. 9, л. 22.
Данное представление получило реализацию в тексте приказа комдива-81 № 2/н от 18 декабря 1942 года: от имени Родины удостоилась своей первой по счёту государственной награды – медали «За боевые заслуги». Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 682526, д. 9, л. 21.
Погибла в 1945 году в столице Восточной Пруссии Германии городе Кёнигсберге (ныне – Калининград), однако дата и обстоятельства гибели, а также место захоронения неизвестны.
Увековечена в:
- Книге Памяти сотрудников органов контрразведки – стр. 134, но почему-то как якобы русская, а не армянка по национальности;
- Книге Памяти Калининградской области «Назовём поимённо» – т. 20, стр. 359.

ИОФФЕ Абрам Яковлевич (1922-1945), переводчик Оперативной группы НКВД СССР в восточнопрусском городе Ликк (ныне – польский Элк) Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, красноармеец.
Родился в 1922 году в городе Петрограде (ныне – Санкт-Петербург). Еврей. Беспартийный. Родственник по состоянию на лето 1945 года: тётя – Шур (Кац) Анна Михайловна; проживала по адресу: город Ленинград (ныне – Санкт-Петербург), Мусогорский проезд, 8, квартира 77.
В армию призван Ленинградским ГВК.
4 августа1945 года получил случайное проникающее огнестрельное ранение грудной клетки, в связи с чем был доставлен на лечение в 174-й корпусной полевой госпиталь, дислоцировавшийся в восточнопрусском городе Ликк (ныне – польский Элк).
Согласно донесениям о безвозвратных потерях, умер от ран на следующий день – 5 августа 1945 года. Причина смерти, согласно диагнозу: «Гемопневмоторакс». Источники – ВМА: оп. 1, д. 9, л. 46; ЦАМО: ф. 58, оп. А-83267, д. 580, л. 46; ф. 58, оп. 18003, д. 1291, л. 231 – оригинал официально извещения-«похоронки».
Похоронен был на Военном кладбище восточнопрусского города Ликк (ныне – польский Элк): по одним данным – «могила № 7», а по другим данным – «могила № 2».
Увековечен в:
- Книге Памяти города Санкт-Петербурга – т. 1, стр. 350, но почему-то без указания даты рождения и точной даты гибели в 1945 года и как якобы умерший от болезни, а не от ран;
- Книге Памяти воинов-евреев, павших в боях с нацизмом, – т. 5, стр. 636.

КОТЛЯРОВ Григорий Платонович (1919-1946), переводчик оперативной группы НКВД 1-го района города Кёнигсберга Штаба Аппарата Уполномоченного НКВД-НКГБ СССР по Восточной Пруссии, воинское звание неизвестно, но, вероятней всего, – солдат.
Родился в 1919 году на Украине – в селе Хлиступовка бывшего Петровского района Киевской области. Родственники по состоянию на лето 1944 года: мать – Котлярова Дарья Ивановна; проживала по месту рождения сына.
В армию призван в предвоенный период Чистяковским РВК Сталинской области Украинской ССР (ныне – Торезский ОГВК Донецкой области Республики Украина).
Накануне Великой Отечественной войны срочную военную службу проходил в латвийском городе Крустпилс (ныне – Екабпилс) в рядах личного состава 501-го гаубичного артиллерийского полка 126-й стрелковой дивизии (I ф) 11-й армии Прибалтийского особого военного округа, красноармеец по воинскому званию. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 18002, д. 653, л. 207об.
Судя по всему, в ходе боёв лета-осени 1941 года на Северо-Западном фронте попал в плен с этапированием в нацистские лагеря Восточной Пруссии, где затем и был освобождён советскими войсками
12 августа 1944 года на основании запроса матери красноармеец Г.П. Котляров официально учтён оборонным ведомством условно пропавшим без вести в декабре 1941 года. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 18002, д. 653, л. 207об.
21 ноября 1957 года Чистяковский ОГВК Сталинской области Украинской ССР (ныне – Торезский ОГВК Донецкой области Республики Украина), ссылаясь на факт возможной службы солдата в послевоенном Кёнигсберге (ныне – Калининград), возбудил перед Отделом по персональному учёту сержантов и солдат Советской Армии Министерства обороны СССР ходатайство об установлении судьбы военнослужащего Г.П. Котлярова. Точки над «i» расставило донесение из Калининградского ОВК за Исходящим № 4/205 от 27 января 1958 года:
«Доношу, что на мой запрос зам. начальника Управления внутренних дел Калининградского облисполкома по кадрам (абонементный ящик № 37) сообщил, что КОТЛЯРОВ Григорий Платонович 1919 года рождения, уроженец с. Хлиступовка Петровского района Киевской области работал переводчиком в опергруппе НКВД 1-го района бывшего гор. Кёнигсберга и 16 февраля 1946 года умер от отравления метиловым спиртом.
Основание: Отношение отдела кадров Калининградского облисполкома № ОК/31 от 24 января 1958 года». Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 977531, д. 10, л. 299.
Место захоронения военнослужащего Г.П. Котлярова неизвестно.
Официально на территории Калининградской области не увековечен.

КУЗЕНИН Пётр Алексеевич (1906-1946), следователь Оперативного сектора Советской военной администрации в немецком городе Шверин (ныне – в составе федеральной земли Мекленбург-Передняя Померания ФРГ) Аппарата Уполномоченного МВД СССР по Группе советских оккупационных войск в Германии, майор.
Родился в 1906 году в деревне Стаховщина Шумячского района Смоленской области. Был женат: супруга Кузенина (имя-отчество в документе не указаны) по состоянию на лето 1946 года проходила военную службу в в/ч «Полевая почта 11416-М».
В армию призван Мариупольским РВК Донецкой области Украинской ССР (ныне – Украина).
Согласно донесению о безвозвратных потерях (ЦАМО: ф. 58, оп. А-83627, д. 1061, л. 34), умер 20 июля 1946 года от милиарного туберкулёза в стенах 332-го хирургического полевого подвижного госпиталя Группы советских оккупационных войск в Германии, при этом труп 23 июля 1946 года для погребения был выдан руководству Советской военной администрации в немецком городе Шверин.
В настоящий момент прах офицера покоится на советское воинское кладбище, расположенном по улице Оботритенринг города Шверин федеральной земли Мекленбург-Передняя Померания ФРГ: ряд № 3, могила № 2. Источники – ЦАМО: ф. 58, оп. 84024, д. 34. Л. 17; ф. 58, оп. А-32608, д. 15, л. 202.
Увековечен в Книге Памяти Смоленской области – т. «Шумячский район», стр. 464, но с тремя искажениями: 1) и 2) как якобы умерший от ран 20 июля 1945 года, а не от болезни и годом позже – 20 июля 1946 года; и 2) как якобы похороненный в Германии в мифических «Померания, провинция Ликлинсбург», а не в городе Шверин федеральной земли Мекленбург-Передняя Померания.

МУРАВИЦКИЙ Франц Михайлович (1927-1946), стрелок отдельной роты охраны Кёнигсбергской тюрьмы № 1 Аппарат Уполномоченного НКВД-НКГБ СССР по Восточной Пруссии, красноармеец.
Родился в 1927 году на Украине – в Радомышльском районе Житомирской области. Родственники по состоянию на осень 1945 года: отец – Муравицкий Михаил Петрович; проживал по месту рождения сына.
В армию призван в 1945 году Потиевским РВК Житомирской области Украинской ССР (ныне – Украина).
22 февраля 1946 года поступил на лечение в 1048-й эвакуационный госпиталь, дислоцировавшийся в столице Восточной Пруссии городе Кёнигсберге (ныне – Калининград). Диагноз: «Брюшной тиф».
Согласно донесению о безвозвратных потерях (ЦАМО: ф. 58, оп. А-83627, д. 2509, л. 7), умер от болезни 4 февраля 1946 года. Причина смерти: «Брюшной тиф; двухсторонняя бронхопневмония».
Похоронен был в городе Кёнигсберге (ныне – Калининград): «Район 7-й комендатуры, Военное кладбище».
Увековечен в Книге Памяти Калининградской области «Назовём поимённо» – т. 16, стр. 257, но почему-то без указания ведомственной принадлежности солдата к органам внутренних дел и как якобы умерший от ран, а не от болезни.

ШАБАЕВ Владимир Семёнович (1914-1945), де-юре – начальник отделения центрального аппарата НКГБ Белорусской ССР, а де-факто – сотрудник Оперативной группы при полевом управлении 19-й армии (II ф) Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 2-му Белорусскому фронту (II ф), майор госбезопасности.
Родился в 1914 году в деревне Волчкарь Шостьинского сельского поселения Касимовского района Рязанской области. Русский. Член ВКП(б) с 1940 года. Семья: супруга – Шабаева Полина Григорьевна (1912-1992), со второй половины июня 1945 года проживала в городе Дмитрове Московской области; два сына – Юрий и Валерий соответственно 1939 и 1942 года рождения.
До 1934 года – состоя на иждивении родителей, учился в общеобразовательных учебных заведениях.
В 1934-1936 гг. – в городе Люберцы Московской области, где трудился на Государственном заводе сельскохозяйственных машин имени А.В. Ухтомского: в 1934-1935 гг. – сначала шлифовальщик, а затем планировщик; в 1935 году – заместитель директора по хозяйственной части фабрики-кухни; в 1935-1936 гг. – заместитель председателя заводского совета Осоавиахима.
В 1936-1937 гг. – на действительной военной службе по призыву: красноармеец, боец авиатехнической роты Оршанского авиагарнизона Белорусского военного округа.
В 1937-1938 гг. – комендант школы ФЗУ при Государственном заводе сельскохозяйственных машин имени А.В. Ухтомского.
В 1938 году – курсант Московских областных курсов пропагандистов (станция Быково Ленинской железной дороги).
В 1938 году – сначала инструктор, а затем заведующий отделом политучебы Ухтомского районного комитета ВЛКСМ Московской области (г. Люберцы).
С 1938 года – на службе в органах внутренних дел и государственной безопасности:
- в 1938-1939 гг. – помощник оперуполномоченного УНКВД по г. Москве и Московской области;
- в 1939-1940 гг. – оперуполномоченный УНКВД по г. Москве и Московской области;
- в 1940-1941 гг. – старший оперуполномоченный Ухтомского районного отдела УНКВД по г. Москве и Московской области;
- в 1941-1942 гг. – начальник Константиновского районного отделения УНКВД г. Москвы и Московской области;
- 1942-1943 гг. – начальник Высокинического районного отдела УНКВД по г. Москве и Московской области;
- в 1943-1944 гг. – начальник Дмитровского районного отдела УНКВД по г. Москве и Московской области;
- с 1944 года – на руководящей работе в центральном аппарате НКГБ Белоруской ССР: сначала заместитель начальника отделения, а затем и начальник данного отделения, при этом ко второй половине февраля 1945 года – в оперативной командировке при полевом управлении 19-й армии (II ф) 2-го Белорусского фронта (II ф).
Как следует из материалов личного дела данного офицера, которое в настоящий момент хранится в Центральном архиве КГБ Республики Беларусь, «за период с 1938 по 1944 гг. Шабаев В.С., проявил себя с положительной стороны, энергичным, трудолюбивым, знающим оперативную и следственную работу чекистом и способным руководителем»; с 1942 года являлся кавалером нагрудного знака «Заслуженный работник НКВД».
Трагически погиб 22 февраля 1945 года «при выполнении специального задания»: «был доставлен в госпиталь (месторасположение не указано) с признаками алкогольного отравления, где в тот же день и скончался».
Из списка личного состава органов госбезопасности исключён двумя следующими приказами НКГБ СССР – № 89 от 27 марта 1945 года и № 674 от 19 мая 1945 года.
По неофициальным данным, похоронен был в западнопрусском городе Цемпельбурге (ныне – Семпульно-Краеньске Семпульненского повята Куявско-Поморского воеводства Республики Польша).
Увековечен в:
- Книге Памяти сотрудников органов контрразведки – стр. 512, но почему-то без указания соцданных и как якобы оперативный работник Рожанской опергруппы НКГБ Белорусской ССР, а не чекист, находившийся в оперативной командировке при полевом управлении 19-й армии (II ф) 2-го Белорусского фронта (II ф);
- Книге Памяти Калининградской области «Назовём поимённо» – дважды: т. 20 стр. 364 (как погибший в марте 1945 года) и т. 21 стр. 292 (как якобы погибший 8 марта 1945 года) и – в обоих случаях без указания соцданных, поскольку редколлегии это издания они не были ещё известны.
В Книге Памяти Рязанской области не значится.
Офицер-чекист Владимир Семёнович Шабаев ещё в качестве капитана госбезопасности. Не ранее начала 1943 года: http://s42.radikal.ru/i098/1208/39/ac9d930b2328.jpg

ШЕПТАЛОВ Николай Васильевич (1913-1945), де-юре – оперуполномоченный 5-го (шифровальная и дешифровальная работа) управления НКГБ СССР, но де-факто, как надо полагать, – сотрудник Штаба (Аппарата) Уполномоченного НКВД СССР по 1-му Прибалтийскому фронту, капитан госбезопасности.
Родился 3 мая 1913 года в городе Воронеже. Русский. Член ВКП(б).
В ходе правительственной командировки в составе действующей армии находился в оперативном подчинении руководства Управления контрразведки «Смерш» 1-го Прибалтийского фронта.
Погиб 23 февраля 1945 года в восточнопрусском посёлке Нойендорф (ныне – Кругловка Гвардейского района), но обстоятельства смерти неизвестны.
В настоящий момент официально значится похороненным на воинском мемориале районного города Гвардейска Калининградской области, но почему-то без расшифровки инициалов имени-отчества и как якобы капитан по воинскому званию, а не капитан госбезопасности по специальному званию.
Увековечен в:
- Книге Памяти города Воронежа – стр. 1114, по почему-то без указания ведомственной принадлежности офицера к органам правопорядка и безопасности и с одним искажением: как якобы капитан по воинскому званию, а не капитан госбезопасности по специальному званию;
- Книге Памяти сотрудников органов контрразведки – стр. 520;
- Книге Памяти Калининградской области «Назовём поимённо» – т. 9, стр. 109, но почему-то без расшифровки инициалов имени-отчества и указания ведомственной принадлежности офицера к органам правопорядка и безопасности и с одним искажением: как якобы капитан по воинскому званию, а не капитан госбезопасности по специальному званию.

ШТЕПА Иван Яковлевич (1921-1945), комендант N-й тюрьмы Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, лейтенант.
Родился в 1921 году на Украине – на территории Малопершеленского сельского совета Новосанжарского района Полтавской области. Член ВКП(б). Родственники по состоянию на лето 1945 года: мать – Дарья Штепа (отчество в документе не указано); проживала по месту рождения сына.
В армию призван Полтавским ГВК Полтавской области Украинской ССР (ныне – Украина).
11 (но по другим, очевидно, ошибочным данным – 8 ) июня 1945 года в связи с болезнью (но диагноз в документе не указан) поступил на лечение 4191-й хирургический полевой подвижной госпиталь, дислоцировавшийся в немецком городе-порте Данциг (ныне – польский Гданьск) и находившийся в подчинении Санитарного отдела 43-й армии 3-го Белорусского фронта.
Согласно донесениям о безвозвратных потерях, умер от болезни в тот же день – 11 (но по другим, очевидно, ошибочным данным – 8 ) июня 1945 года. Источники – ЦАМО: ф. 33, оп. 11458, д. 872, л. 82; ф. 58, оп. А-83627, д. 6325, л. 26.
Похоронен был 11 (но по другим, очевидно, ошибочным данным – 8 ) июня 1945 года в немецком городе-порте Данциг (ныне – польский Гданьск): «Южнее городского железнодорожного вокзала ½ км. На высотке. Военное кладбище. Могила № 75».
В настоящий момент значится в неофициальном списке советских воинов, похороненных на воинском мемориале, который расположен по улице Гельгуда города Гданьска Поморского воеводства Республики Польша, но почему-то как ефрейтор, а не лейтенант по воинскому званию. Однако в официальном списке советских воинов, похороненных в польском городе Гданьске, имя лейтенанта И.Я. Штепа отсутствует.
Хотя не являлся военнослужащим системы НКВД СССР, тем не менее, приказом ГУК НКО СССР № 03333 от 29 ноября 1945 года был исключён из списков Красной Армии. Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 11458, д. 675, л. 299.
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 11:39:58 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Мало по малу начинает проясняться структура Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту:
- штаб-квартира во главе с комиссаром госбезопасности 2 ранга В.С. Абакумовым – в литовском уездном городе Каунасе, то есть при полевом управлении фронта;
- вниз по вертикале – оперативные группы при полевых управлениях армий, в подчинении которых в свою очередь – номерные оперативно-чекистские группы (ОЧГ) с приданными им в оперативное подчинение подразделениями погранполков. Так, в частности, на середину марта 1945 года в подчинении оперативной группы 31-й армии находились три ОЧГ:
- № 1 – в восточнопрусском городе Бишофштайн (ныне – польский Биштынек);
- № 2 – в восточнопрусском городе Хайльсберг (ныне – польский Лидзбарк-Варминьски);
- № 3 – в восточнопрусском городе Алленштайн (ныне – польский Ольштын).
Зона ответственности конкретной ОЧГ именовалась оперсектором по названию населённого пункта по месту дислокации ОЧГ. Так, для примера, оперсектора оперативной группы 31-й армии – это соответственно Бишофштайнский, Хайльсбергский и Алленштайнский.
А такой с 17 марта 1945 года (то есть в в строгой привязке ко всем трём ОЧГ оперативной группы 31-й армии!) была дислокация подразделений 86-го пограничного (впоследствии – Кёнигсбергский) полка войск НКВД СССР:


В документах погранполков ОВТ 3-го Белорусского фронта за апрель 1945 года среди оперативных групп Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, с которыми эти самые погранполки плотно взаимодействовали, часто упоминается оперативная группа генерал-майора Ивана Васильевича Шишлина.
И.В. Шишлин с 1943 года и по лето 1945 год – заместитель начальника УКР «Смерш» Западного/3-го Белорусского фронта. Генеральского звания был удостоен Постановлением СНК СССР от 2 ноября 1944 года…
В документах погранполков ОВТ 3-го Белорусского фронта за апрель 1945 года среди оперативных групп Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, с которыми эти самые погранполки плотно взаимодействовали, часто упоминается оперативная группа полковника Ачасова.
Как надо полагать, это Ачасов Борис Александрович 1903 г.р., состоявший на военной службе в советских Вооружённых Силах с 1922 года; по состоянию на декабрь 1948 года – заместитель начальника управления МГБ Белорусской ССР.
По состоянию на конец апреля-начало мая 1945 года в состав работавшей в Кёнигсберге Опергруппы НКВД СССР генерал-майора И.В. Шишлина входила «Опергруппа НКВД подполковника Балыбердина». Однако личность этого офицера-чекиста пока установить не удалось.
По состоянию на май 1945 года в восточнопрусском городе Лабиау (ныне – Полеск Калининградской области) действовала Оперативной группы НКВД майора Антошкина. Однако личность этого офицера-чекиста пока установить не удалось.


Обезвреженный 17 февраля 1945 года в восточнопрусском городе Бартенштайне (ныне – польский Бартошице) судья-поджигатель.

Но были и другие поджигатели:

После допроса на заставе последние были отконвоированы в распоряжение Оперативной группы НКВД майора Антошкина;
Антошкин Илья Григорьевич – гвардии майор, последовательно в годы Великой Отечественной войны – сотрудник Особого отдела НКВД СССР 30-й армии, начальник ОО НКВД СССР/ОКР «Смерш» 215 сд (II ф) и начальник ОКР «Смерш» 3-й гвардейской артиллерийской Витебской Краснознамённой орденов Суворова и Кутузова дивизии.
К осени 1945 года – начальник Хайльсбергской оперативной группы Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. В качестве справки: бывший восточнопрусский Хайльсберг ныне является польским городом Лидзбарк-Варминьски.
1915 г.р., уроженец деревни Таволжанка Глуховского сельского поселения Калачинского района Омская области. Русский. Член ВКП(б)-КПСС с августа 1939 года. Был женат: супруга, Родина Варвара Георгиевна, по состоянию на начало 1944 года проживала по адресу: город Иркутск, улица Карла Либкнехта, 29, квартира, 2.
На военную службу призван в 1936 году Абаканским ГВК Хакасской автономной области Красноярского края.
Кавалер ряда государственных наград и, в том числе, ордена Отечественной войны 1-й степени (с 21 февраля 1944 года) и ордена Красной Звезды (с 5 апреля 1943 года).
В послевоенный период – майор в отставке, к началу 1980-х годов жил и трудился в Иркутске.

По состоянию на конец апреля-начало мая 1945 года в состав работавшей в Кёнигсберге Опергруппы НКВД СССР генерал-майора И.В. Шишлина входила «Опергруппа НКВД подполковника Балыбердина». Однако личность этого офицера-чекиста пока установить не удалось.
Н.С. Балыбердин – подполковник (но, правильно, очевидно, подполковник госбезопасности), в правительственную командировку в Восточную Пруссию на рубеже 1944/1945 гг. прибыл с должности заместителя начальника УНКВД по Горьковской области.
К осени 1945 года – начальник Растенбургской оперативной группы Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. В качестве справки: бывший восточнопрусский Растенбург ныне является польским городом Кентшин.
Дальнейшая судьба неизвестна.

В документах погранполков ОВТ 3-го Белорусского фронта за февраль 1945 года среди оперативных групп Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, с которыми эти самые погранполки плотно взаимодействовали, часто упоминается оперативная группа майора Неманежина. Возможно, он. Источник – ЦАМО: ф. 33, ф. 682525, д. 405, л. 37.
http://podvignaroda.mil.ru/filter/filterimage?path=Z/001/033-0682525-0405/00000058.jpg&id=10774635&id=10774635&id1=2ca7e138569bfc33104f3271f26cf09f
http://podvignaroda.mil.ru/filter/filterimage?path=Z/001/033-0682525-0405/00000059.jpg&id=10774636&id=10774636&id1=a0c041adb68924ccf8537ba26e0effb5

По состоянию первую половину марта 1945 года старшим оперативным начальником по линии НКВД-НКГБ-«Смерш» в прифронтовой полосе Земландской оперативной группы войск 3-го Белорусского фронта с эпицентром в восточнопрусском посёлке Биркен (до 1938 года – Гросс Бершкаллен, а ныне посёлок Гремячье Каменского сельского поселения Черняховского района Калининградской области) являлся кадровый чекист гвардии подполковник Ефим Иванович Прангишвили.
О нём известно пока немного: родился в 1902 году в Грузии – в городе Самтредиа.
На службе в силовых структурах СССР с 1921 года, при этом к началу 1936 года – в структурах госбезопасности Закавказской СФСР.
Приказом НКВД СССР за № 31 от 13 января 1936 года в качестве первичного удостоен специального звания «лейтенант госбезопасности», что условно соответствовало, армейскому капитану. А приказом НКВД СССР № 1504 от 19 июля 1939 года – очередного звания «старший лейтенант госбезопасности», что условно соответствовало армейскому майору.
С 7 февраля 1942 года и по 7 февраля 1943 года – начальник Особого отдела НКВД СССР 52-й отдельной танковой (13 декабря 1942 года – Краснознамённая) бригады – соединения, которое до августа 1942 года дислоцировалось в столице Грузии городе Тбилиси и которое в состав действующей армии вошло только 5 августа 1942 года (с этого момента – в горниле битвы за Кавказ).
С 7 февраля 1943 года в связи с преобразованием 52-й отдельной танковой Краснознамённой бригады в гвардейскую – начальник Особого отдела НКВД СССР (но со второй половины апреля 1943 года – Отдела контрразведки «Смерш») 37-й отдельной гвардейской танковой Краснознамённой (впоследствии – вдобавок Витебская ордена Суворова) бригады, при этом к лету 1943 года – уже гвардии подполковник по воинскому званию.
Утром 14 марта 1945 года лично возглавил сводный истребительный отряд из военнослужащих Красной Армии, задачей которого были поиск и ликвидация в лесных окрестностях восточнопрусского посёлка Патимберн (ныне не существует, представлял из себя россыпь хуторов; находился вблизи современного посёлка Малиновка Большаковского сельского поселения Славского района Калининградской области) только что выявленной и уже частично уничтоженной секретом от внештатного учебного взвода противотанковых ружей Учебной команды сержантского состава управления войск НКВД по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта крупной вражеской диверсионно-разведывательной группы. Источник – РГВА: ф. 38752, оп. 1, д. 23, л. 99.
Являлся кавалером не менее пяти государственных наград:
- ордена Красного Знамени: награждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 3 ноября 1944 года – за выслугу в 20 и более лет;
- ордена Отечественной войны 1-й степени: награждён Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 октября 1943 года;
- ордена Отечественной войны 2-й степени: награждён Указ Президиума Верховного Совета СССР от 28 декабря 1944 года;
- медали «За оборону Кавказа»;
- медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».
К началу 1950-х гг. – номенклатурный работник Центрального совета промысловой кооперации, откуда уволился в 1951 году. Источник – РГАЭ: ф. 8101, оп. 2, д. 31, именное личное дело.
Дальнейшая судьба неизвестна.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

В документах погранполков ОВТ 3-го Белорусского фронта за февраль 1945 года среди оперативных групп Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, с которыми эти самые погранполки плотно взаимодействовали, часто упоминается оперативная группа генерал-майора Ивана Тимофеевича Русак (1906-1987). Правда, фамилия этого высокопоставленного чекиста в тех документах почему-то через два «с».

В документах погранполков ОВТ 3-го Белорусского фронта за февраль 1945 года среди оперативных групп Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, с которыми эти самые погранполки плотно взаимодействовали, часто упоминается оперативная группа майора Хворова. Источник – ЦАМО: ф. 33, ф. 686196, д. 4061, л. 264.
http://podvignaroda.mil.ru/filter/filterimage?path=VS/413/033-0686196-4061%2B040-4070/00000455.jpg&id=44749224&id=44749224&id1=b894ecc750f9b9d74eda4a825c430d15
http://podvignaroda.mil.ru/filter/filterimage?path=VS/413/033-0686196-4061%2B040-4070/00000456.jpg&id=44749225&id=44749225&id1=3332744132131c752ef0aaf7d5085521

Среди оперативников Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту в архивных документах часто озвучивается фамилия майора Ченчикова.
Как удалось выяснить, речь идёт о заместителе начальника 3-го отдела Управления контрразведки «Смерш» 3-го Белорусского фронта майоре Александре Ильиче Ченчикове 1905 г.р., уроженце Смоленска, русском члене ВКП(б) с 1926 года, армейском чекисте с июня 1941 года, кавалере ряда государственных наград, включая орден Красного Знамени (с 8 августа 1944 года), медалей «За отвагу» (со 2 сентября 1942 года) и «За боевые заслуги» (с 22 февраля 1942 года).
К осени 1945 года – начальник Кёнигсбергской оперативной группы Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. В качестве справки: бывший восточнопрусский Кёнигсберг ныне является российским Калининградом.
Дальнейшая судьба неизвестна.
Отсюда: http://forum.mozohin.ru/index.php?topic=910.160
«Ченчиков Александр Ильич
1 – 1905
2 – русский
3 – член ВКП /б/ 1926
4 – чекстаж - с 1929
5 – награды:ЗБЗ 22 02 1942 – ст. опер. 4 о/я ОО НКВД Зап. Ф., лейт. ГБ
За отвагу 02 09 1942 – "...."
Кр. Знамени 08 08 1944 – зам. нач. 3 отдела УКР СМЕРШ 3 БФ
ЗБЗ 03.11.1944 – выслуга лет, майор
ОВ 1 – 21.04.1945
6 – нач. ОКР СМЕРШ 144 сд  =10 1943=
7 – 184-23 03 1936 – мл. лейтенант ГБ – БССР»
.

Неустановленный пока ещё по ФИО сослуживец С.И. Навалихин по структурам Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии:

На фото запечатлён майор, являвшийся кавалером двух орденом Отечественной войны (очевидно, – 1-й и 2-й степени), двух орденов Красной Звезды, двух медалей «За боевые заслуги», а также медалей «За оборону Сталинграда», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «За взятие Кёнигсберга».
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 11:36:45 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
ЗАРУБЕЦКИЙ Сергей Иванович, ветеран органов госбезопасности, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, полковник в отставке, Почётный сотрудник госбезопасности.
Соцданные неизвестны.
На службе в органах правопорядка и безопасности с 1934 года, при этом к 1945 году – представитель оперсостава УНКГБ по Смоленской области, майор госбезопасности по специальному званию (однако с июля 1945 года – майор по воинскому званию), но с пребыванием, предположительно, с января 1945 года в правительственной командировке в Восточной Пруссии: последовательно – в структурах Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, с мая 1945 года – Аппарата (с ноября 1945 года – Штаб) Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, а с 4 января 1946 года – Аппарата Уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 года – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии.
Предположительно, с весны по осень 1946 года – вновь сотрудник УМГБ по Смоленской области, а затем – в Калининградской области: последовательно – начальник Черняховского райотдела МГБ, заместитель начальника 2-го отдела и заместитель начальника УКГБ по Калининградской области. Последнее воинское звание – полковник.
С 1961 года – военный пенсионер по линии чекистского ведомства.
Кавалер многочисленных государственных наград и, в том числе, ордена Отечественной войны 2-й степени (награждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 апреля 1945 года) и медали «За боевые заслуги» (награждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 19 января 1945 года за выслугу в 10 лет).
Умер и похоронен в Калининграде, но дата смерти неизвестна.
Юрий РЖЕВЦЕВ.
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 10:32:22 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович

ТРОФИМОВ Борис Петрович (1902-1975), в сталинский период представитель высшего эшелона спецслужб, один из создателей и первых руководителей органов внутренних дел и государственной безопасности современной Калининградской области, генерал-майор (1945) в отставке, Заслуженный работник НКВД.
Родился 19 ноября 1902 году в городе Гельсингфорсе Российской империи, который ныне является столицей Финляндии городом Хельсинки. Русский. Член РКП(б)-ВКП(б)-КПСС с августа 1918 года.
Образование – среднее: в дореволюционный период – пять классов гимназии; в 1927 году – в городе Москве Командные курсы ОГПУ.
Активный борец за Советскую власть в дни свершения Великой Октябрьской социалистической революции и в период Гражданской войны:
- в ноябре 1917-1918 гг. – боец одного из большевистских партизанских отрядов Курской губернии;
- в 1918-1921 гг. – на военной службе в Красной Армии: командир взвода и роты, в том числе с 1919 года – в боях и сражениях на Южном фронте, в том числе в ходе обороны Курска и Воронежа от деникинских войск, а в 1921 году – участник боевых операций по подавлению Антоновского вооружённого мятежа на Тамбовщине. В 1919 году был ранен в голову.
На службе в органах правопорядка и безопасности в период с 1 ноября 1921 года по 14 декабря 1953 года:
- в ноябре-декабре 1921 года – военно-политический комиссар района железнодорожной милиции станции Конотоп (ныне это территория современная Сумской области Украины);
- в декабре 1921-1926 гг. – на чекистско-оперативной работе в Курском транспортном отделе ВЧК на Московско-Киевско-Воронежской железной дороге: последовательно – помощник уполномоченного, уполномоченный, старший уполномоченный и начальник отделения;
- в 1926-1927 гг. – курсант Командных курсов ОГПУ в городе Москве, где, говоря современным языком, получил среднее военно-специальное и среднее юридическое образование;
- с 1927 года и по 1 августа 1938 года – на ответственных и руководящих постах в центральном аппарате Транспортного отдела ОГПУ, а с ноября 1934 года – Транспортного отдела Главного управления госбезопасности НКВД СССР: уполномоченный и старший уполномоченный, старший инспектор (с 1 мая 1932 года), заместитель начальника 5-го отделения (с 10 июля 1934 года), а с 27 апреля 1935 года – начальник 8-го отделения;
- с 1 марта (по другим данным – с 1 августа) и по октябрь 1938 года – начальник 1-го отделения Особого отдела ГУГБ НКВД СССР.
- в октябре 1938-марте 1939 гг. – начальник одного из отделений в составе сначала 6-го (транспортного) отдела ГУГБ НКВД СССР, а, начиная с 1 января 1939 года, – Главного транспортного управления НКВД СССР;
- с 28 марта 1939 года и по начало мая 1940 года – на руководящей работе в центральном аппарате Главного управления исправительно-трудовых лагерей и трудовых поселений (ГУЛАГ): заместитель начальника, а с 5 сентября 1939 года – начальник 3-го (охрана и оперработа) отдела. Как руководитель 3-го отдела ГУЛАГа осенью 1939 года принимал непосредственное участие в создании и организации работы лагерей для польских военнопленных, захваченных Красной Армией в ходе так называемого освободительного похода в Западную Украину и Белоруссию;
- с 9 мая 1940 года по 28 декабря 1941 года – на руководящей работе в структурах НКВД Карело-Финской ССР: последовательно – начальник Сортавальского уездного, Виипурского (ныне, город Виипури – Выборг Ленинградской области) городского и Кексгольмского уездного отделов НКВД, а приблизительно с конца 1940 года – 1-й заместитель наркома внутренних дел Карело-Финской ССР;
- с 28 декабря 1941 года по 28 апреля 1942 года – в селе Талицы Южского района Ивановской области: начальник Особого отдела НКВД СССР Южского спецлагеря НКВД СССР;
- с 28 апреля 1942 года по 2 июля 1943 года – на военной службе в войсках НКВД СССР (но с сохранением имеющегося специального звания): начальник Разведывательного отдела Управления войск НКВД по охране тыла действующей армии Главного управления внутренних войск НКВД СССР, а с 4 мая 1943 года – начальник Разведывательного отдела Главного управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии.
- со 2 июля 1943 года по 4 января 1946 года – начальник УНКВД по Курской области, но де-факто в данной должности по 3 ноября 1945 года.
Осенью 1945 года в соответствии с приказом от 3 ноября 1945 года наркома внутренних дел СССР Маршала Советского Союза Л.П. Берия без освобождения от занимаемой должности направлен в правительственную командировку в советский город Кёнигсберг, где 12 ноября 1945 года вступил в должность Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
С 4 января по 8 августа 1946 года на штатной основе – Уполномоченный НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Назначен на эту должность был совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова за № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
В данном качестве выступил в роли создателя и первого по счёту руководителя целого ряда силовых правоохранительных структур будущей Калининградской области – современных региональных УВД, УФСБ, УФСИН и Центра правительственной связи.
С 8 августа 1946 года по 5 июня 1947 гг. – первый по счёту начальник УМВД по Калининградской области.
Во многом благодаря генерал-майору Б.П. Трофимову как начальника УМВД по Калининградской области, советское правительство в феврале 1947 года впервые со всей серьёзностью повернулось лицом к отечественному янтарному производству. А поводом к тому послужил факт телеграфного обращения 8 февраля 1947 года Бориса Петровича к министру внутренних дел СССР генерал-полковнику С.Н. Круглову, которое в свою очередь было вызвано расточительным расходованием янтаря калининградским военторгом при производстве ширпотреба: «С апреля 1945 года на выработку указанных изделий израсходовано 7 тонн янтаря, из которого более государственно целесообразно было бы вырабатывать специальные заказы для нужд медицины. Таким образом, можно сделать вывод о явно антигосударственной практике в расходовании ценнейшего сырья, запасы которого имеются только в Америке и в бывшей Восточной Пруссии – Калининградской области».
В Калининградскую область во главе правительственной комиссии тогда незамедлительно выехал лично заместитель председателя Совмина СССР А.Н. Косыгин. Решение, которое было принято в ходе той командировки, – янтарное производство передать в систему МВД СССР…
Летом 1947-зимой 1953 гг. – на высоких руководящих постах в центральном аппарате МВД СССР:
- с 5 июня 1947 года по 22 сентября 1950 года – заместитель по оперативно-чекистской работе начальника ГУЛАГа – начальник 1-го управления этого главка. По данной должности весной 1948 года на основании совместного приказа МВД СССР, МГБ СССР и Генерального прокурора СССР № 00279/00108/72сс от 16 марта 1953 года «Об организации особых лагерей и тюрем МВД» введён в состав межведомственной Центральной комиссии при МВД СССР (председатель – заместитель министра внутренних дел СССР генерал-лейтенант В.С. Рясной), в обязанностях которой было производить отбор заключённых, подлежащих переводу из ИТЛ в особые лагеря и тюрьмы МВД СССР;
- с 22 сентября 1950 года по 24 марта 1953 года – начальник Управления военно-строительных частей – заместитель начальника Главного управления лагерей промышленного строительства (Главпромстрой). В качестве справки: согласно приказу МВД № 00932 от 19 октября 1946 года, Главпромстрой являлся «специальной организацией для строительства предприятий и учреждений Первого главного управления», то есть занимался строительством объектов, возводимых в целях реализации «атомного проекта»;
- с 24 марта по 19 октября 1953 года – заместитель начальника 5-го (обеспечение государственной безопасности в экономике) Управления МВД СССР.
В июле-августе 1953 года входил в состав комиссии МВД СССР, возглавляемой заместителем министра внутренних дел СССР (по войскам) генералом армии И.И. Масленниковым и направленной в Воркуту на усмирение возникшего внутри Особого лагеря № 6 (Речлаг) вооружённого бунта заключённых. Поскольку путём переговоров успокоить взбунтовавшихся оказалось невозможным, была проведена спецоперация. Её итог: в результате правомерного применения военизированной охраной и войсками МВД СССР табельного оружия убито 42 и ранено 135 человек из числа спецконтигента; из незаконного оборота изъято 17 ножей и две бритвы; порядок внутри лагерных отделений полностью восстановлен…
- с 19 октября по 14 декабря 1953 года – в распоряжении министра внутренних дел СССР.
В период прохождения службы имел следующие специальные и воинские звания:
- «старший лейтенант госбезопасности» (условный аналог воинского звания «майор») – с 14 декабря 1935 года;
- «капитан госбезопасности» (условный аналог воинского звания «полковник») – с 31 июля 1939 года;
- «майор госбезопасности» (условный аналог воинского звания «комбриг») – с 27 апреля 1942 года;
- «полковник» – с 23 февраля 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации личного состава госбезопасности на новые специальные звания;
– «комиссар госбезопасности» (условный аналог воинского звания «генерал-майор») – с 14 марта 1944 года;
- «генерал-майор» – присвоено Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 9 июля 1945 года в порядке переаттестации личного состава органов госбезопасности со специальных званий на воинские.
В отставку отправлен на основании приказа МВД СССР № 2317 от 14 декабря 1953 года: «уволен по ст. 54 п. «б» в запас МВД СССР по болезни с особыми отличительными знаками на погонах». С этого же времени – военный пенсионер с местом постоянного проживания в Москве.
Уже будучи пенсионером, трудился на посту сначала заместителя председателя, а затем старшего инструктора Московского городского комитета ДОСААФ.
Кавалер большого количества государственных наград и, в частности, не менее шести орденов – Ленина (21 февраля 1945 года – за выслугу в 25 лет), трёх Красного Знамени (3 ноября 1944 года – за выслугу в 20 лет; в 1945 и после 1947 года – за выслугу в 30 лет), Трудового Красного Знамени (8 декабря 1951 года), два Красной Звезды (22 июля 1937 года – «за выполнение заданий правительства»; 28 октября 1967 года – как ветерану Гражданской войны), – а также многочисленных медалей, включая, «За воинскую доблесть. В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина», «За оборону Москвы» (в 1945 году), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «ХХ лет РККА» и «ХХХ лет Советской Армии и Флота 1918-1948». Кроме того, в 1927 году в связи с предстоящем празднованием 10-й годовщины ОГПУ в порядке дисциплинарного поощрения был награждён Собранием сочинений В.И. Ленина, а позднее (но точная дата неизвестна) удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака.
Скончался в 1975 (по другим, очевидно, ошибочным, данным – 1973) году. Похоронен в Москве.
Юрий РЖЕВЦЕВ.


1940 год, Б.П. Трофимов со знаками различия капитана госбезопасности.
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 10:28:16 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
ТУТУШКИН Фёдор Яковлевич (1900-1959), в сталинский период представитель высшего эшелона советских спецслужб, в июле-сентябре 1945 года – Уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии, генерал-лейтенант (1944), депутат Верховного Совета СССР (вероятней всего, 2-го созыва), Заслуженный работник НКВД (1942).
Родился 20 сентября 1900 году в селе Тереховицы Ковровского района Владимирской области. Русский. Из крестьян. Член ВКП(б)-ВКП(б)-КПСС с 4 сентября 1917 года.
Семья: супруга – Тутушкина Клавдия Дмитриевна 1899 года рождения; по состоянию на 1959 год проживала по адресу: город Москва, Ленинский проспект, 75, квартира 165. Также из архивных документов известно, что супруги Тутушкины – Фёдор Яковлевич и Клавдия Дмитриевна – вырастили и воспитали двоих сыновей – Леонида и Владимира.
Образование: последовательно закончил начальную школу, в 1920 году – Курсы политработников Приволжского военного округа, в 1922 году – Окружную военно-политическую школу; в 1933 году – Совпартшколу.
Трудовую деятельность начал в 12-летнем возрасте: последовательно – подрядчик малярно-кровельных работ Ситникова в селе Пушкино (ныне – одноимённый город) Московской губернии, а с 1914 года – слесарь в главных вагонных мастерских Москвы.
На военной службе в Русской армии с 1917 года, с этого же времени участник 1-й Мировой войны: в боях и сражениях на Юго-Западном фронте. Имел боевую контузию, полученную в ходе боёв 1917 года (по другим данным – в 1918 году, то есть уже в период службы в Красной Гвардии).
Активный участник революционных событий осени-зимы 1917 года в Москве и Гражданской войны:
- с 1 октября 1917 года по 15 марта 1919 гг. – красногвардеец 1-го Московского отряда Красной Гвардии. В данном качестве осенью-зимой 1917 года участвовал в баррикадных боях против войск Московского гарнизона, верных Временному правительству;
- с 15 марта 1919 года по 15 марта 1923 года – на военной службе в РККА: последовательно – красноармеец, курсант ряда военно-политических учебных заведений, библиотечный инструктор и инструктор политотдела части (но номера в/ч неизвестны).
Весной 1923-летом 1925 гг. – на руководящей партийной работе в народном хозяйстве:На службе в органах правопорядка и безопасности в период с 14 августа 1925 года по 5 мая 1959 года Первая должность здесь – помощник оперуполномоченного (впоследствии – оперуполномоченный) 3-го отдела аппарата Владимирского губернского отдела ОГПУ.
С 8 мая по 18 июля 1926 года – сотрудник, прикомандированный к центральному аппарату ОГПУ: на работе в Секретно-оперативном, а с 26 мая – Административном отделах.
С 18 июля 1926 года по 22 июля 1934 года – на ответственной и руководящей работе в территориальных органах Полпредства ОГПУ по Уралу, в том числе до осени 1927 года – в городе Тобольске, районном центре современной Тюменской области:
- с 1 по 21 сентября 1926 года – помощник уполномоченного, исполняющий обязанности уполномоченного;
- с 21 сентября 1926 года и по 1927 год – уполномоченный;
- до осени 1927 года – Временно исполняющий должность начальника некоего ИН (вероятно, Иностранного отдела – ?) Особого отдела Тобольского окружного сектора ОГПУ.
8 сентября 1927-13 апреля 1931 гг. – в городе Сарапуле, районном центре бывшей Вотской автономной области, а ныне современной Удмуртской республики: сначала помощник уполномоченного, а с 28 декабря 1934 года – уполномоченный Секретно-оперативной части Сарапульского окружного отдела ОГПУ.
С 13 апреля 1931 года по 27 февраля 1933 года – на руководящей работе в аппарате Особого отдела Полпредства ОГПУ по Уралу: начальник 3-го отделения.
С 27 февраля 1933 года по 22 июля 1934 года – в городе Перми: заместитель начальника Особого отдела 82-й стрелковой дивизии (Пермский военный гарнизон) Приуральского военного округа и по совместительству – Врид начальника Особого отдела Пермского оперативного сектора ОГПУ.
С 22 июля-25 октября 1934 года – начальник 2-го отдела (по другим данным – отделения) Особого отдела Управления госбезопасности УНКВД по Свердловской области.
С 25 ноября 1934 года по 5 мая 1937 года – на руководящей работе в аппарате Особого отдела (с 1 января 1937 года – 3-й отдел) Управления госбезопасности УНКВД по Крыму: начальник последовательно 1-го, 2-го (с 1935 года) и 6-го (с 9 января 1937 года) отделов.
С 15 мая 1937 года – во главе ряда Особых отделов НКВД СССР: 3-й Крымской стрелковой дивизии имени ЦИК Крымской АССР 17-го стрелкового корпуса, а с 29 сентября 1938 года – в/ч 5299 (речь, вероятней всего, идёт о воинском объединении в масштабе корпуса) Киевского военного округа (с 26 июля 1938 года – Киевский особый военный округ).
С 27 февраля 1939 года по 9 мая 1940 года – заместитель начальника Особого отдела НКВД СССР Киевского особого военного округа (в сентябре-14 ноября 1939 года – Украинский фронт). В данном качестве осенью 1939 года участвовал в так называемом освободительном походе Красной Армии в Западную Украину.
С 9 мая по 19 сентября 1940 года – заместитель начальника Особого отдела НКВД СССР Ленинградского военного округа.
С 19 сентября 1940 года по 31 марта 1941 года – начальник Особого отдела (с февраля 1941 года – без приставки «НКВД СССР») Одесского военного округа.
С 31 марта 1941 года по 30 июня 1942 года – заместитель начальника 3-го управления (с 22 августа 1941 года – Управление Особых отделов НКВД СССР) Наркомата обороны СССР.
С 13 августа 1942 года по 29 апреля 1943 года – начальник Особого отдела НКВД СССР Московского военного округа.
С 29 апреля 1943 года по 30 ноября 1945 года (по другим данным – по 8 февраля 1946 года) – начальник Управления контрразведки «Смерш» Московского военного округа.
В течение всей Великой Отечественной и завершающего этапа 2-й Мировой войн неоднократно направлялся в правительственные командировки, в том числе и в действующую армию. И, в частности, дивизионный комиссар Ф.Я. Тутушкин по личному поручению В.И. Сталина проводил расследование причин огромных потерь, которые в первые же дни войны понесли ВВС Северо-Западного фронта. Свой подробный и объективный доклад он представил в Государственный Комитет Обороны СССР письменно 8 июля 1941 года.
Предположительно, с конца января 1942 года – начальник Оперативной группы Управления Особых отделов НКВД СССР по обороне Крыма и города Севастополя». В связи с эти имел соответствующее удостоверение за № 28142, выданное НКВД СССР от 28 января 1942 года. Источник – ЦАМО: ф. 135, оп. 12761, д. 464, л. 182.
Приказом НКВД СССР № 00453 5 мая 1945 года «О мероприятиях по очистке территории Восточной Пруссии от шпионов, террористов, диверсантов, действующих в тылу Красной Армии» в группе с заместителем наркома внутренних дел СССР-начальником ГУВВ НКВД СССР генерал-полковником А.Н. Аполлоновым начальником Главного управления войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии генерал-лейтенантом И.М. Горбатюком откомандирован в город Кёнигсберг (ныне – Калининград), где де-факто сначала стал заместителем Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, а с июля и по 22 сентября 1945 года (но по-прежнему без освобождения от занимаемой должности Управления контрразведки «Смерш» Московского военного округа) являлся Уполномоченным НКВД СССР по Восточной Пруссии и на данном посту внёс весомейший вклад в дело строительства органов правопорядка и безопасности будущей Калининградской области. Одновременно, как потом собственноручно указал в одной из служебных анкет, в период своего пребывания в Кёнигсберге «по заданию Л.П. Берия руководил агентурно-оперативной работой, занимался ликвидацией бандитско-диверсионных и шпионско-террористических групп».
30 ноября 1945 года переведён из структур контрразведки «Смерш» Наркомата обороны СССР в распоряжение наркома внутренних дел Маршала Советского Союза Л.П. Берия.
8 февраля 1946-14 апреля 1951 гг. – народный комиссар (с 15 марта 1946 года – министр) внутренних дел Молдавской ССР. В данном качестве запятнал себя как непосредственный организатор массовых репрессиях на территории Молдавии. В частности, 12 октября 1948 года генерал-лейтенант Ф.Я. Тутушкин как министр внутренних дел Молдавской ССР поставил перед союзным центром вопрос о выселении в отдалённые районы страны «15 тыс. кулацких семей – в крайнем случае и самое малое 5 тыс. семей особо враждебных кулаков». Как итог – 6 апреля 1949 года Политбюро ЦК ВКП(б) одобрило Постановление Совета Министров СССР о выселении с территории Молдавии 40850 человек из 11280 семей.
Однако в начале 1951 года в ходе очередных сталинских чисток в органах правопорядка и безопасности сам стал жертвой наветов, угодив в опалу. В результате на основании приказа МВД СССР № 473 от 14 апреля 1951 года был освобождён от занимаемой должности министра внутренних дел Молдавской ССР с откомандированием из Кишинёва в Москву – в распоряжение Управления кадров МВД СССР.
Приказом МВД СССР № 905 от 16 июля 1951 года назначен с понижением – начальником УМВД по Калининской области (но в данную должность вступил 24 июля), однако уже через год (19 июля 1952 года) так же был внезапно освобождён от занимаемой должности и вновь отозван в распоряжение Управления кадров МВД СССР.
С июля 1952 года по 1 июля 1957 года – на руководящей работе в уголовно-исполнительной системе Свердловской области: последовательно – заместитель начальник лагеря МВД СССР для военнопленных № 476, заместитель начальника управления лагеря (но какого конкретно неизвестно) по охране и режиму, начальник одноимённых Отдела и Управления ОИТК УМВД по Свердловской области.
С 1 июля 1957 года и до своей скоропостижной кончины – без должности при аппарате УВД Свердловского облисполкома.
В период прохождения службы имел следующие специальные и воинские звания:
- «лейтенант госбезопасности» (условный аналог воинского звания «капитан») – приказ НКВД СССР № 249 от 7 апреля 1936 года;
- «капитан госбезопасности» (условный аналог воинского звания «полковник») – приказ НКВД СССР № 1332 от 31 мая 1939 года. Присвоено было, минуя очередное специальное звание «старший лейтенант госбезопасности» (условный аналог воинского звания «майор»);
- «майор госбезопасности» (условный аналог воинского звания «комбриг») – приказ НКВД СССР № 524 от 22 апреля 1940 года;
- «дивизионный комиссар» (воинское звание военно-политического состава Красной Армии, аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») – в порядке переаттестации военных контрразведчиков со специальных званий на воинские военно-политического состава: приказ Наркома обороны СССР № 86 от 10 июня 1941 года;
- «старший майор госбезопасности» (условный аналог воинских званий «комдив» и «генерал-майор») – в порядке переаттестации военных контрразведчиков с воинский званий на специальные: приказ НКВД СССР № 1598 от 10 сентября 1941 года;
- «комиссар госбезопасности» (с февраля 1943 года – условный аналог воинского звания «генерал-майор») – в порядке переаттестации на новые специальные звания: приказ НКВД СССР № 390 от 14 февраля 1943 года;
- «генерал-майор» – в соответствии с Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР от 26 мая 1943 года. Присвоено в порядке переаттестации высшего состава органов военной контрразведки со специальных званий на воинские;
- «генерал-лейтенант» – Постановление СНК СССР от 25 сентября 1944 года.
Кавалер большого количества государственных наград и, в частности, восьми орденов – Ленина (не раньше лета 1951 года – за выслугу в 25 лет), четырёх Красного Знамени (в том числе, в 1943 и 1944 гг., в последнем случае – за выслугу лет), Кутузова 1-й степени (награждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 25 марта 1945 года), Отечественной войны 1-й степени (в 1943 году), Красной Звезды (в 1940 году), – а также многочисленных медалей, включая «За оборону Москвы», «За оборону Севастополя» (с 27 июля 1943 года, удостоверение за № Ж-02506), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (с 17 сентября 1945 года, удостоверение за № 69174) и «ХХ лет РККА» (в 1938 году). Кроме того, в 1942 году был удостоен почётного звания «Заслуженный работник НКВД» с вручением нагрудного знака, а 20 июня 1945 года «за успешное выполнение особых заданий» – ценного подарка (но от кого именно – главы НКО, НКВД или СНК? – неизвестно).
Скоропостижно скончался (по другим данным – застрелился) 5 мая 1959 года в период прохождения военной службы в системе МВД СССР. Исключён из списков личного состава МВД СССР был на основании двух приказов: УВД Свердловского облисполкома № 179 от 12 мая 1959 года и МВД СССР № 469 от 1 июня 1959 года.
Похоронен в Москве – на Преображенском кладбище.
Юрий РЖЕВЦЕВ.
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 10:17:06 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Генерал-полковник А.Н. Аполлонов. 1945 год.

АПОЛЛОНОВ (настоящая фамилия – Боголюбов) Аркадий Николаевич (1907-1978), советский военачальник, в сталинский период представитель высшего эшелона советских спецслужб, в мае-июле 1945 года – Уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии, родоначальник Калининградского «Динамо», генерал-полковник (1943) в отставке, депутат Верховного Совета СССР (2-го созыва).
Родился 18 марта 1907 года в поселке станции Балашов Рязано-Уральской железной дороги. На тот момент времени это была территория уездного города Балашов Саратовской губернии Российской империи, а ныне – районного города Балашов Саратовской области РФ. Русский. Из рабочих. Член ВКП(б)-КПСС с июля 1931 года.
Родители: отец – Боголюбов Николай Николаевич (?-1923), осмотрщик вагонов на станции Балашов РУЖД; мать (имя-отчество и год рождения неизвестны; умерла в 1911 году), домохозяйка. Имел двух братьев.
С 29 (по другим данным – 31) июля 1929 года состоял в браке с Аполлоновой Антониной Павловной (?-1978). При регистрации брака взял девичью фамилию супруги. Супруги Аполлоновы – родители двух дочерей.
Образование: в 1921 году – пять классов Единой трудовой школы при станции Балашов РУЖД; в сентябре 1927 года – Саратовскую пехотную школу РККА; 31 мая 1932 года – Химические курсы усовершенствования командного состава РККА; 8 марта 1939 года – очное отделение Военной академии имени М.В. Фрунзе; в декабре 1952 года – Высшую военную академию имени К.Е. Ворошилова (ныне – Академия Генерального штаба Вооружённых Сил РФ).
Трудовую деятельность начал в 14-летнем возрасте: в июне 1921-сентябре 1923 гг. – подённый рабочий станции Балашов РУЖД; последующие полгода – безработный; кем и где трудился в марте-сентябре 1924 года – неизвестно.
В сентябре 1924-декабре 1953 гг. – на военной службе. Поступил на неё добровольно в качестве курсанта Саратовской пехотной школы РККА.
С сентября 1927 года, сразу после производства в краскомы, – в войсках правопорядка и безопасности.
Известный послужной список на период с 1927 г ода по 1931 год:
- в 1927-1931 гг. – командир взвода последовательно 34-го отдельного дивизиона и 7-го полка войск ОГПУ. В данный период участвовал в борьбе с басмачеством. Судя по сохранившемуся архивному фото, по состоянию на конец 1920-х – в Поволжье; в петлицах – по одному «кубику»; в данный период входил в состав стрелковой команды, ставшей призёром 1-х окружных стрелковых соревнований войск ОГПУ Приволжского военного округа (правильно, очевидно, – Полномочного представительства ОГПУ по Нижневолжскому краю);
- в период с ноября 1931 года по 31 мая 1932 года – слушатель Химических курсов усовершенствования командного состава РККА. В соответствии с приказом начальника Главного управления РККА Б.М. Фельдмана № 011 л/с от 3 июня 1932 года назначен по выпуску «руководителем ОВ [отравляющих веществ] Гомельской [химической] школы [войск ОГПУ]»;
- в июне 1932-июне 1933 гг. – командир-руководитель тактики Гомельской химической школы войск ОГПУ;
- в июне 1933-июне 1936 гг. – командир-руководитель тактики химических войск 4-й (Саратовской) военной школы пограничной и внутренней охраны ОГПУ-НКВД СССР.
В июне 1936 года на правах первичного был удостоен воинского звания «капитан».
С июня 1936 года по 8 марта 1939 года – слушатель очного отделения Военной академии имени М.В. Фрунзе (г. Москва). В данный период уже майор по воинскому званию.
На следующий день после выпуска из академии – 9 марта 1939 года – произведён из майоров в комбриги с одновременным назначением с 8 марта 1939 года на должность заместителя начальника Главного управления пограничных войск (ГУПВ) НКВД СССР. Данный пост занимал по 2 июля 1941 года. Однако при этом одновременно:
- в период советско-финляндской войны на основании приказа НКВД СССР № 002/0083 от 21 января 1940 года – в действующей армии: помощник по тылу (де-факто – помощник по охране тыла) командующего 9-й армией, при этом по состоянию на 24 января 1940 года одновременно – помощник по охране тыла сразу двух командующих – 9-й и 14-й армий; с 29 февраля 1940 года – комдив по воинскому званию;
- 19 апреля 1940-2 июля 1941 гг. – начальник Организационно-строевого управления ГУПВ НКВД СССР, с 4 июня 1940 года – генерал-майор по воинскому званию.
Летом 1940 года находился в правительственной командировке в Прибалтике в связи с присоединением к СССР утративших свою независимость Эстонии, Латвии и Литвы, но цель поездки неизвестна.
Со 2 по 31 июля 1941 года – Исполняющий обязанности начальника ГУПВ НКВД СССР.
31 июля 1941-11 февраля 1942 гг. – начальник Главного управления внутренних войск НКВД СССР и одновременно по 3 ноября 1941 года – Исполняющий обязанности начальника войск НКВД СССР.
11 февраля-11 марта 1942 гг. – Исполняющий обязанности начальника войск НКВД СССР по охране особо важных предприятий промышленности.
11 марта 1942-25 апреля 1946 гг. – заместитель народного комиссара (с 15 марта 1946 года – министра) внутренних дел СССР по войскам. В данный период вырос до генерал-полковника по воинскому званию. Одновременно с 28 октября 1944 года по 27 марта 1946 года – начальник Главного управления внутренних войск НКВД-МВД СССР. По первой должности генералу А.Н. Аполлонову были подчинены все войска НКВД-МВД СССР, включая пограничные, а также Политуправление войск НКВД-МВД СССР и органы военного снабжения и военного строительства НКВД-МВД СССР.
Из докладной записки Управления кадров ЦК ВКП(б), датированной 1948 годом: «...После окончания академии в 1939 г. назначен начальником оргстроевого управления и зам. начальника ГУПВ, показал свою подготовленность. В июле 1941 г. выдвинут начальником Главного управления пограничных войск, а в марте 1942 г. – утверждён замом НКВД (а затем МВД) по войскам. ...Проявил себя способным руководителем и умелым организатором, правильно и успешно руководил войсками в сложных условиях военного времени...». И далее – войска НКВД СССР под командованием генерала А.Н. Аполлонова «во время Великой Отечественной войны показали высокие боевые и моральные качества, хорошую военную подготовку, умелое использование военной техники и с большим успехом вели боевые операции против немецких захватчиков» и они же «справились с возложенной на них задачей по охране тыла Действующей советской армии и провели большую работу по очищению фронтовых тылов и освобожденной территории от шпионов, диверсантов и немецких пособников. Наряду с этим войска непрерывно несли службу по охране восточной и южной границы, охраняли особо важные объекты промышленности и железных дорог...».
Однако в годы 2-й Мировой войны ярко проявил не только выдающиеся качества полководца, но и государственного деятеля. В частности, на правах старшего оперативного начальника от НКВД СССР обеспечивал безопасность Тегеранской конференции (28 ноября-1 декабря 1943 года).
В период с 24 ноября 1944 года, и в течение последующих, как минимум, десяти суток совместно с начальником Главного управления войск НКВД по охране тыла действующей армии генерал-лейтенантом И.М. Горбатюком по заданию Л.П. Берия грамотно и энергично руководил работой трёх оперативных групп НКВД СССР, направленных на освобожденную войсками 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов территорию стран Восточной Европы для выполнения поручения И.В. Сталина, которое заключалось в том, чтобы оперативно произвести общий предварительный учёт проживающих в данном регионе лиц немецкой национальности с целью их «репарации трудом» – дальнейшей трудовой мобилизации и депортации в СССР на восстановление разрушенных немецко-фашистскими оккупантами объектов индустрии (главным образом, угольной промышленности Донбасса и черной металлургии юга).
В мае-июле 1945 года находился в поверженном Кёнигсберге (ныне – Калининград) в правительственной командировке в качестве первого в истории региона Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. Это назначение было санкционировано приказом НКВД СССР № 00453 5 мая 1945 года «О мероприятиях по очистке территории Восточной Пруссии от шпионов, террористов, диверсантов, действующих в тылу Красной Армии». На основании данного документа в Восточную Пруссию откомандировывались заместитель наркома внутренних дел СССР-начальник ГУВВ НКВД СССР генерал-полковник А.Н. Аполлонов и два генерал-лейтенанта – Иван Маркович Горбатюк, начальник Главного управления войск НКВД по охране тыла действующей армии, и Фёдор Яковлевич Тутушкин, начальник Управления контрразведки «Смерш» Московского военного округа, при этом непосредственным руководителем операции назначался генерал-полковник А.Н. Аполлонов. С этого момента последний де-юре, а с 10 мая 1945 года (то есть с момента прибытия в Кенигсберг) уже и де-факто – Уполномоченный НКВД СССР по Восточной Пруссии.
Состоя в данной внештатной должности, внёс весомейший вклад в дело создания и дальнейшего строительства органов правопорядка и безопасности будущей Калининградской области. Кроме того, в июне 1945 года на правах Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии от имени Президиума Верховного Совета СССР в ходе соответствующего воинского ритуала вручил дислоцирующемуся в Кёнигсберге 132-му пограничному Минскому полку войск НКВД СССР орден Красной Звезды– награду, которой данная в/ч была удостоена 26 апреля 1945 года за участие в разгроме Хайльсбергской группировки немецко-фашистских войск.
Вместе с тем, по распространённому в библиографии постсоветского периода мнению, генерал-полковник А.Н. Аполлонов, невзирая на свои яркие полководческие заслуги перед Родиной, несёт-де и определённый груз правовой и моральной ответственности за участие в спецоперациях по незаконной депортации в годы Второй мировой войны ряда репрессированных Сталинским режимом народов Северного Кавказа, калмыков и крымских татар, а также, по меркам Советского режима, «неблагонадёжной» в политическом отношении части населения Западной Украины, Западной Белоруссии и современных стран Балтии.
25 апреля 1946-2 апреля 1948 гг. – заместитель министра внутренних дел СССР. Одновременно в июне 1946-апреле 1948 гг. – председатель Центрального совета Всесоюзного физкультурно-спортивного общества «Динамо». В частности, в соответствии с его указанием как руководителя Всесоюзного «Динамо» начальником УМВД по Калининградской области генерал-майором В.И. Дёминым 19 августа 1947 года было официально провозглашено создание Калининградского «Динамо».
С подачи личного самого И.В. Сталина, озабоченного участившимися неблестящими выступлениями советских спортсменов на соревнования международного уровня, Правительственным Постановлением № 1039 от 2 апреля 1948 года был освобождён от должности заместителя министра внутренних дел СССР и назначен председателем Комитета по делам физической культуры и спорта при Совете Министров СССР.
При этом смещение с поста замминистра почему-то было обставлено как якобы осуществляемое по отрицательным мотивам, что откровенно является неправедным. Вот как они изложены, в частности, в докладной записке Управления кадров ЦК ВКП(б): «…С переходом на мирный период т. Аполлонов провёл значительную работу по укреплению государственной границы и улучшению дела подготовки офицерских кадров, но ослабил внимание к вопросам укрепления политико-морального состояния личного состава и воинской дисциплины. В 1946 году личный состав войск совершил большое количество воинских преступлений и аморальных явлений. В среднем за квартал нарушения дисциплины среди офицеров войск составляют 13 процентов.
Тов. Аполлонов не удаляет должного внимания руководству политотделами войсковых управлений, слабо занимается воспитанием руководящих кадров, не ведёт решительной борьбы с проявлением мелкособственнических настроений со стороны отдельных руководящих работников войск и сам способен использовать служебное положение в личных целях. Так, в 1945 году в Красногорском лагере военнопленных для него была изготовлена при заниженным расценкам дорогостоящая мебель…».
Ради справедливости необходимо пояснить, что всплеск преступности в войсках правопорядка и безопасности в действительности стал очевиден ещё на завершающем этапе Великой Отечественной, сразу после того, как только высшим руководством страны была санкционирована заведомо пагубная практика направлять в войска НКВД СССР военнослужащих Красной Армии, признанных по излечению из госпиталей непригодными к строевой службе. В результате в войсковые структуры НКВД СССР на правах маршевого пополнения оказалась влита большая масса воинов-фронтовиков с порочными (нередко криминальными) наклонностями, а также отнюдь не в единичных случаях психически больные люди, в том числе даже страдающие олигофренией.
Что же касается «изготовленной при заниженных расценках дорогостоящей мебели», то она как таковая изготовлялась в Красногорском лагере военнопленных специально для всех практически лиц высшего руководства НКВД СССР, поскольку легальным путём приобрести новую домашнюю мебель через торговую сеть в Москве в тот период времени было попросту невозможно.
31 декабря 1950 года возвращён в строй – утверждён во вновь введённой должности заместителя министра государственной безопасности СССР по войскам.
В ходе кадровых чисток, начавшихся в высшем эшелоне спецслужб с момента необоснованного ареста министра государственной безопасности генерал-полковника В.С. Абакумова, 26 августа 1951 года немотивированно смещён со своего поста.
С 26 августа по сентябрь 1951 года – в распоряжении ЦК ВКП(б), а в сентябре-ноябре 1951 года – в распоряжении Военного министерства СССР.
В ноябре 1951-декабре 1952 гг. – слушатель Высшей военной академии имени К.Е. Ворошилова.
В декабре 1952-декабре 1953 гг. – служебный статус неизвестен. Вероятней сего, что находился в распоряжении оборонного ведомства.
В период прохождения службы имел следующие воинские звания высшего командного/офицерского состава Вооружённых Сил СССР:
- «комбриг» – с 9 марта 1939 года;
- «комдив» – с 29 февраля 1940 года;
- «генерал-майор» – присвоено Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР № 945 от 4 июня 1940 года. В список первых в СССР генерал-майоров внесён под № 17;
- «генерал-лейтенант» – присвоено Постановлением СНК СССР № 1988 от 20 декабря 1942 года;
- «генерал-полковник» – присвоено Постановлением СНК СССР № 1191 от 29 октября 1943 года.
7 декабря 1953 года уволен в запас Вооружённых Сил СССР «по болезни» с присвоением статуса персонального пенсионера союзного значения. С этого момента де-факто – в негласной опале, но всё же без полного цензурного запрета в отношении его имени. Так, в частности, в 1960-х-1970-х гг. на страницах сборников документов, которые были изданы в СССР массовыми тиражами и были при этом посвящёны объективному повествованию об участии пограничных и внутренних войск в Великой Отечественной и советско-японской войнах, фамилия генерала А.Н. Аполлонова озвучивалась обязательно, причём всякий раз многократно. Тем не менее, в официальные энциклопедии и военно-энциклопедические словари не вносился.
По воспоминаниям родственников, находясь на пенсии, оставался страстным болельщиком «Динамо»; досуг нередко посвящал работе в оборудованной своими же собственными руками столярной мастерской. Отличался и мастерством опытного водителя: пока позволяло здоровье, часто садился за руль личного легкового автомобиля марки «Победа».
Кавалер большого количества государственных и ведомственных наград, в том числе девяти орденов:
– двух Ленина: 14 апреля 1943 года (формулировка Указа Президиума Верховного Совета СССР: «За образцовое выполнение боевых заданий командования на фронте) и 1 июня 1951 года (за выслугу в 25 лет);
- пяти Красного Знамени: 26 апреля 1940 года (формулировка Указа Президиума Верховного Совета СССР: «За успешное выполнение заданий Правительства по охране государственной безопасности»), 3 ноября 1944 года (за выслугу в 20 лет), 24 февраля 1945 года (за обеспечение охраны и обслуживание Крымской конференции, но официальная формулировка Указа Президиума Верховного Совета СССР: «За успешное выполнение специальных заданий Правительства»), 2 марта 1945 года (за успешные операции войск НКВД СССР по ликвидации в Западной Украине бандеравских бандформирований) и 26 апреля 1945 года;
- Суворова 1-й степени: награждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 сентября 1945 года «за выполнение заданий Правительства в годы войны»;
- Кутузова 1-й степени: награждён 8 марта 1944 года за руководством операцией по депортации карачаевцев, калмыков, чеченцев и ингушей. Данного ордена лишён на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 4 апреля 1962 года.
Из медалей СССР к началу 1950-х гг. имел:
- «За оборону Москвы»;
- «За оборону Кавказа»;
- «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»;
- «ХХХ лет Советской Армии и Флота 1918-1948».
Кроме того, приказом по НКВД СССР от 15 февраля 1941 года удостоен нагрудного знака «Заслуженный работник НКВД».
В период с 10 февраля 1946 года по 12 марта 1950 года являлся всенародно избранным депутатом Верховного Совета СССР (2-го созыва).
Скончался 3 августа 1978 года в стенах дислоцировавшегося в подмосковном городе Красногорске 1-м филиале Главного военного клинического госпиталя имени академика Н.Н. Бурденко.
Похоронен в городе Москве: на Кунцевском кладбище, на воинском участке, расположенном вблизи братской воинской могилы.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Фото генерала А.Н. Аполлонова с плаката за начало 2000-х годов с портретами всех военачальников-руководителей войск, которые мы сегодня именуемыми внутренними.

Ниже представлю фрагменты с фотоподлинников, которые хранятся в домашнем архиве дочери генерала Аполлонова – Елены Аркадьевны Аполлоновой:
Краском войск ОГПУ А.Н. Аполлонов. Поволжье.

Генерал-полковник А.Н. Аполлонов на трибуне Мавзолея. Период: не ранее весны 1948 года, но и не позднее весны 1949 года.


Страницы 50 и 51 майской (№ 5) за 2011 год книжки журнала МВД России «Полиция России»:

http://www.knowbysight.info/AAA/01066.asp – здесь размещена биографическая справка на генерала А.Н. Аполлонова, взятая со страниц книги Н.В. Петрова «Кто руководил органами госбезопасности 1941-1954. Справочник» (Москва, Общество «Мемориал», «Звенья», 2010).
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 12:03:21 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
НАВАЛИХИН Степан Игнатьевич (1905-1979), ветеран системы отечественного МВД, один из создателей и первый по счёту руководитель калининградской милиции, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, комиссар милиции 3 ранга в отставке, Заслуженный работник НКВД.
Родился 7 января 1905 года в деревне Пеньки Богородского района Кировской области. Русский. Из крестьян. С ноября 1928 года состоял членом ВКП(б)-КПСС.
Образование: общее – начальное (закончил четыре класса общеобразовательной школы); специальное – в 1935 году закончил годичный курс Ленинградской школы старшего начальствующего состава Рабоче-Крестьянской милиции, а в 1954 году – в городе Москве годичный курс Высшей школы милиции МВД СССР.
Трудовую деятельность начал на родине в 1924 году в качестве разнорабочего на металлургическом заводе.
Срочную военную службу проходил в 1927-1929 гг. в Московском военном округе: последовательно – курсант полковой школы, старшина и Исполняющий обязанности политрука роты отдельного батальона из состава войск военного гарнизона города Ростова Ярославской области.
По увольнению в запас вернулся на родину, где последовательно трудился заведующим избой-читальней, пропагандистом Богородского райкома ВКП(б) и военным инспектором Богородского райисполкома.
В 1932-1955 гг. по партийной мобилизации – на службе в органах внутренних дел и первая занимая должность здесь – политинспектор Богородского районного отдела НКВД СССР.
В 1933-1934 гг. – курсант 3-го дивизиона Ленинградской школы старшего начальствующего состава Рабоче-Крестьянской милиции. В данный период кавалер двух нагрудных знаков оборонно-спортивных обществ – «Ворошиловский стрелок» и «ГТО».
С 1935 года – на практической и руководящей работе в аппарате и территориальных подразделениях управления милиции УНКВД по Горьковской области, в том числе начальник ряда горрайорганов милиции, включая Варнавинский, Лысковский и Дзержинский.
В 1936 году в ходе аттестации личного состава на только что учреждённые в советской милиции персональные специальные звания удостоился знаков различия сержанта милиции, что условно соответствовало армейскому лейтенанту, однако к началу Великой Отечественной войны – уже старший лейтенант милиции по специальному званию, что условно соответствовало армейскому майору.
В 1941-1944 гг. – начальник ОБХСС, а затем заместитель начальника Управления милиции УНКВД по Горьковской области.
В феврале 1943 году в ходе переаттестации на новые специальные звания удостоен погон подполковника милиции.
С декабря 1944 года – в правительственной командировке при Аппарате Уполномоченного НКВД СССР на 1-м Прибалтийском фронте: сначала – заместитель начальника Отдела контрразведки «Смерш» 43-й армии, а с конца февраля 1945 года – начальник оперативной группы и ряда (в том числе Гумбинненского и Инстербургского) оперативных секторов. В последнем качестве ярко отличился в ходе штурма города-крепости Кёнигсберг.
С мая 1945 года – высокопоставленный сотрудник Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, при этом в период с 22 сентября по 12 ноября 1945 года – Временно исполняющий обязанности руководителя агентурно-оперативной работой в Восточной Пруссии (то есть фактически – Врио уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии), а с 12 ноября 1945 года по 4 февраля 1946 года – заместитель Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. И в данном качестве – один из руководителей начатых в августе 1945 года работ по демаркации и делимитации нового от Пиллау (ныне – Балтийск Калининградской области) до Выштынецкого озера участка советско-польской границы.
С 4 января по 8 августа 1946 года на штатной основе – заместитель Уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 года – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии. Назначен на эту должность совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
Как сказано в тексте аттестации того периода, подполковник милиции С.И. Навалихин «в исключительно трудных условиях проделал в Восточной Пруссии большую работу по организации и укреплению органов милиции».
С лета 1946 года по 1949 год – заместитель начальника УМВД по Калининградской области – начальник областного управления милиции.
В дальнейшем последовательно:
- в 1949-1950 гг. – заместитель начальника управления милиции МВД-МГБ Киргизской ССР;
- в1950-1954 гг. – заместитель начальника управления милиции УМГБ-УМВД по Амурской области;
- в 1954-1955 гг. – начальник управления милиции УМВД по Орловской области.
Специального звания комиссара милиции 3 ранга (условно равно армейскому генерал-майору) удостоен в январе 1947 года, минуя очередное специальное звание «полковник милиции».
В 1955 (по другим данным – 1956) году уволен со службы в органах внутренних дел по инвалидности.
Будучи на пенсии, проживал сначала в городе Орле, а после 1975 года – в Москве, в семье дочери.
В период службы неоднократно избирался в партийные и советские органы власти и, в частности: в 1952 году – кандидат в члены Амурского областного комитета партии, а с 22 февраля 1953 года – депутат Амурского областного Совета депутатов трудящихся от Дамбукинского избирательного округа.
Кавалер большого количества государственных и ведомственных наград и, в частности, не менее пяти четырёх орденов – Красного Знамени (за № 423993; приблизительно в 1953 году за выслугу в 20 лет;), Отечественной войны 2-й степени (за № 801298, награждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 апреля 1945 года), Красной Звезды (за № 2236923) и «Знак Почёта» (за № 34676, в 1943 году), – а также многочисленных медалей, включая, «За боевые заслуги» (за № 24233877, Указ Президиума Верховного Совета СССР от 1 февраля 1946 года), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За взятие Кёнигсберга» (с 10 ноября 1945 года; удостоверение за № А-018172) и «50 лет советской милиции» плюс – двух нагрудных знаков: «Заслуженный работник НКВД» за № 4522 и «50 лет в КПСС».
Скончался 29 апреля 1979 года. Похоронен в Москве – на Кузьминском кладбище.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Государственные награды комиссара милиции 3 ранга С.И. Навалихина:


Удостоверение к медали «За взятие Кёнигсберга», выданное подполковнику милиции С.И. Навалихину за подписью Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии генерал-майора Б.П. Трофимова, но заверенное гербовой печатью управления 63-й стрелковой дивизии внутренних войск НКВД СССР:
« Последнее редактирование: 06 Апреля 2019, 09:57:21 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Служебный наряд войск НКВД СССР, возглавляемый ефрейтором И.А. Гуреевым (на переднем плане), на охране государственной границы СССР в полосе наступления 39-й армии (II ф) 3-го Белорусского фронта. Источник – РГВА: ф. 40874. оп. 20, д. 17, л. 2 – фотокопия.
ГУРЕЕВ Иван Антонович, ветеран-фронтовик.
Родился в 1905 году в селе Развильное Песчанокопского района Ростовской области. Русский. Рабочий. Партийность: к лету 1945 года – кандидат в члены ВКП(б) (кандидатская карточка № 6819414). Был женат: супруга, Гуреева Мария Алексеевна, по состоянию на весну 1945 года проживала по месту рождения мужа.
Образование – начальное: закончил пять классов общеобразовательной школы.
В армию призван по мобилизации в 1941 году с родины с направлением в действующую армию и, в частности:
- в октябре 1941 года – боец 339-й стрелковой (впоследствии – Таманско-Бранденбургская Краснознамённая ордена Суворова) дивизии 9-й армии Южного фронта (I ф). Выбыл отсюда по причине полученного в бою лёгкого ранения;
- в марте 1942 года – боец 175-й стрелковой дивизии (II ф) Уральского военного округа. В данном качестве с 10 апреля 1942 года – вновь в составе действующей армии. Выбыл отсюда по причине полученного в бою лёгкого ранения.
С 1943 года и, как минимум, по октябрь 1945 года, – военнослужащий войск правопорядка и безопасности, при этом к 1945 году – снайпер 7-й линейной заставы 2-го стрелкового батальона 132-го пограничного Минского (впоследствии – вдобавок ордена Красной Звезды) полка войск НКВД СССР Управления войск НКВД по охране тыла 3-го Белорусского фронта, ефрейтор по воинскому званию.
7 июня 1945 года командованием 132-го пограничного Минского ордена Красной Звезды полка войск НКВД СССР по факту двух былых ранений представлен к награждению орденом Красной Звезды. Кроме того, в Наградном листе было отражено что «находясь в полку задержал: агентов немецкой разведки – 3, диверсантов – 7, изменников Родины – 5, дезертиров из частей КА – 12.
Будучи на боевой снайперской стажировке своим снайперским огнём уничтожил 40 солдат и офицеров противника». Источник – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 112, лл. 198 и 198об.
Данное представление получило реализацию в строках приказа по войскам 3-го Белорусского фронта за № 0655 от 23 июля 1945 года: от имени Родины удостоился своей самой первой по счёту государственной награды – ордена Славы 3-й степени за № 419835 (удостоверение № 181669). Источник – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 111, л. 10.
С 30 сентября 1945 года – кавалер медали «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» (удостоверение № Г-0163639). Источник – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 111, л. 148.
Дальнейшая судьба неизвестна.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Июнь 1945 года, город Кёнигсберг, Иерусалимер-штрассе (ныне – улица Зои Космодемьянской), торжественная церемония вручения Уполномоченным НКВД СССР по Восточной Пруссии генерал-полковником А.Н. Аполлоновым (он же – заместитель наркома внутренних дел СССР по войскам) ордена Красной Звезды ярко отличившемуся в ходе Восточно-Прусской стратегической наступательной операции 132-му пограничному Минскому полку войск НКВД СССР. Данная в/ч, к слову сказать, ныне является дислоцирующимся в Калининграде N-м отдельным специальным моторизованным полком Национальной гвардии России.

Хроника взаимодействия чекистов с погранполками:
Несмотря на то, что с 1942 года пограничные полки действующей армии не имели по «вертикали» подчинённости на Главное управление пограничных войск НКВД СССР, тем не менее, свой вклад в дело охраны государственной границы СССР они всемерно вносили. Доказательство тому – в строках Оперативной сводки штаба 132-го пограничного Минского (впоследствии – вдобавок ордена Красной Звезды) полка войск НКВД СССР Управления войск НКВД по охране тыла 3-го Белорусского фронта по состоянию на 24.00 7 мая 1945 года. Так, здесь отдельным абзацем: «Имеют место случаи проникновения граждан Советского Союза через государственную границу и незаконного пребывания последних в городе Кёнигсберге». А в качестве же примера приводится случай задержания 4 мая 1945 года служебным нарядом 2-й линейной заставы 1-го стрелкового батальона в границах участка 7-й комендатуры города Кёнигсберга двух женщин-мародёров, нелегально прибывших в столицу Восточной Пруссии из Витебской области Белоруссии.
«При фильтрации выяснилось, что, не имея установленных документов, они проникли через государственную границу на товарном поезде и приехали в Кёнигсберг в поисках трофеев».
Как нарушители государственной границы СССР эти две дамочки были переданы для дальнейшего следствия сотрудникам Опергруппы НКВД СССР генерал-майора Ивана Васильевича Шишлина (по штатной должности – заместитель начальника УКР «Смерш» 3-го Белорусского фронта) Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту. Источник – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, л. 20.

29 апреля 1945 года Разведотделом 132-го погранполка по агентурным данным, полученным в ходе фильтрации немецкого гражданского населения, были выявлены и задержаны как агенты гестапо:
- некто Р. – переводчик одной из комендатур города Кёнигсберга. При немцах он, в частности, «по заданию гестапо осуществлял предательскую деятельность среди иностранных рабочих, находившихся в городе [речь о Кёнигсберге], выдавая антифашистски настроенных лиц, собравшихся бежать и т.д.». Передан для следственных действий в Оперативную группу подполковника Н.С. Балыбердина;
- житель Кёнигсберга М. В 1942-1944 гг. он содержался нацистами в концлагере за антифашистские высказывания, где в обмен на жизнь на свободе согласился выполнять роль тайного доносчика гестапо. Источник – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, л. 4.

Из Оперсводки штаба 132-го погранполка на 24.00 14 мая 1945 года: «В г. Кёнигсберг за последнее время значительно усилился приток беженцев из числа немецкого населения, ранее бежавшего вместе с немецкой армией.
Главным направлением, по которому возвращаются жители в Кёнигсберг, являются дороги, ведущие с Земландского полуострова.
В числе пребывающих в город жителей значительный процент составляют члены национал-социалистической партии. Так, например, по данным командира I батальона, 11.5.45 г. служебным нарядом 4 заставы на северо-западной окраине города были задержаны возвращающиеся в город 5 гражданских немцев. В результате фильтрации в оперативной группе НКВД при 8 участке г. Кёнигсберга все 5 разоблачены как члены НСДАП.
Справка. По данному факту обстановки ориентированы командиры подразделений»
.
Из той же сводки – следующий факт: «определённая часть» немецкого населения предместья Кёнигсберга Понарт «появляется дома только ночью, днём скрывается в подвалах, развалинах и т.п. укрытиях». Среди таких Разведотделением штаба 3-го стрелкового батальона 132-го погранполка были выявлены и силами служебного наряда от 15-й линейной заставы задержаны братья Ш., один из которых оказался руководителем одной из низовых организаций НСДАП, а второй – бойцом фольксштурма. Оба они для дальнейших следственных действий были переданы в Оперативную группу подполковника Н.С. Балыбердина. Источник – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, л. 39.

5 мая 1945 года разведывательно-поисковая группа, высланная 4-й линейной заставой 1-го стрелкового батальона в северо-западную часть Кёнигсберга, выявила и пленила группу немецких военнослужащих в количестве 25 человек.
Из допросов выяснилось, «что, пользуясь некоторым продовольственным запасом, они до сих пор укрывались в одном из заводских подвалов».
Вся эта группа под конвоем была этапирована в Сборный пункт военнопленных № 2 (СПВ-2) Отдела НКВД СССР по делам военнопленных и интернированных при Управлении тыла 3-го Белорусского фронта. Источник – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, л. 21.

2 мая 1945 года дозор 5-й линейной заставой 1-го стрелкового батальона в составе трёх бойцов в лице красноармейцев Е.С. Маркелова, Д.В. Примак и А.Г. Титова (старший наряда) нёс службу на северо-восточной окраине Кёнигсберга.
На улице Бедбрит (название явно что искажено) дозор заметил четырёх военнослужащих Красной Армии и направился к ним. При проверке документов выяснилось, что ни у кого из этих четверых нет «установленных документов на право нахождения в городе». При этом в своё оправдание задержанные пояснили, что якобы отстали от своих частей и не они одни, между прочим. Так, в их группе девять человек, включая офицера в звании лейтенанта. Ночуют в доме по соседству, а питаются домашними заготовками, которые отыскивают в квартирах и подвалах брошенных немецким гражданским населением домов.
Красноармеец Е.С. Маркелов остался на улице охранять задержанных, держа их на мушке, а два его товарища направились в указанный дом. Когда они вошли в помещение, пятеро разыскиваемых спали возле четырёх прислонённых к стене винтовок. «Зелёные фуражки» бесшумно забрали это оружие и только потом скомандовали: «Подъём!».
В ходе предварительного следствия, произведённого офицерами разведотделения штаба 1-го стрелкового батальона, все девять задержанных были изобличены как дезертиры. Выяснилось, что все они дезертировали из своих частей ещё в ходе штурма города и крепости Кёнигсберг, будучи в бегах, сбились в волчью стаю и 11 апреля 1945 года под видом «подразделения, выполняющего специальную задачу», незаконно проникли в Кёнигсберг.
По окончанию недолгих следственных действий всех их под конвоем доставили в Военную комендатуру города для передачи в руки военного правосудия.
Вот поимённый список обезвреженных дезертиров:
- лейтенант СМИРНОВ Алексей Иванович, офицер 1138 сп 338 сд (II ф) 113 ск 39-й армии (II ф);
- гвардии старший сержант АЛАДЫШКИН Алексей Семёнович, младший командир из 53 гв. сп 18 гв. сд 36 гв. ск 11-й гвардейской армии;
- гвардии сержант ИВАННИКОВ Василий Иванович, младший командир из 77 гв. сп 26 гв. сд 8 гв. ск 11-й гвардейской армии;
- красноармеец ДЬЯКОНОВ Кирилл Иванович, боец 370 сп 343 сд 81 ск 50-й армии;
- красноармеец ЗУБАЧЕВСКИЙ Павел Иванович, боец некоего мифического 288-го стрелкового полка 11-й гвардейской армии;
- красноармеец ЛАПУХОВ Яков Васильевич, боец 427 сп 192 сд (II ф) 113 ск 39-й армии (II ф);
- красноармеец МАМСУЕВ Иван Прокофьевич, боец 707 сп 215 сд 72 ск 5-й армии (II ф);
- красноармеец МОКАН Дорда, боец 406 сп 124 сд (III ф) 94 ск 39-й армии (II ф);
- красноармеец СПИВАКОВ Иван Андреевич, боец 707 сп 215 сд (II ф) 72 ск 5-й армии (II ф). Источники – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, лл. 13, 16, 24, 25, 115-117.
В ОБД-Мемориал представлена «похоронка» на офицера-дезертира А.И. Смирнова. Оказывается, он уроженец деревни Захарьино городского поселения «Солнечногорск» Солнечногорского района Московской области. В 1138 сп 338 сд (II ф) занимал должность командира взвода и командованием части официально был объявлен пропавшим без вести 10 апреля 1945 года в бою за кирпичный завод пригородного к Кёнигсбергу посёлка Метгетен (ныне – посёлок Александра Космодемьянского города Калининграда).
Оригинал этой «похоронки» ныне хранится в Московском облвоенкомате:
https://www.obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=87260314&id1=a8cfcc589ae38a81c5608ebae387ed32&path=Z/017/MO_RVK/%D0%A1%D0%BE%D0%BB%D0%BD%D0%B5%D1%87%D0%BD%D0%BE%D0%B3%D0%BE%D1%80%D1%81%D0%BA/1/00000535.JPG

Поскольку дезертир, то необоснованно увековечен как герой в Книге Памяти Московской области (т. 17, стр. 467): https://www.obd-memorial.ru/memorial/fullimage?id=402192168&id1=f008105fc019a2afb4f6d09cf0e2baec&path=KPVS/01/KPMoskOblTom17/00000469.png

Ещё один из дезертиров – красноармеец К.И. Дьяконов, как теперь выясняется, – один из героев штурма города и крепости Кёнигсберг, за что постфактум (приказом комполка-370 за № 019/н от 25 июля 1945 года) был удостоен медали «За отвагу»: «Стрелка 2 роты кр-ца ДЬЯКОНОВА Кирилла Ивановича за то, что он в боях за г. Кёнигсберг с 5 по 9.4.45 г. в квартале 507 уничтожил до 10 немцев.
1911 г. рождения, беспартийный, русский, призван в РККА 22.12.4 [последняя цифра не в документе пропечаталась] г. Чемкедским [правильно – Чимкентский] Южно-Казахстанской обл.»
. http://podvignaroda.mil.ru/filter/filterimage?path=VS/171/033-0686196-3386%2b040-3395/00000495.jpg&id=25426013&id1=9c6b7e1f1c37cc55987467c5dffdc46f
То есть получается, что ни органы военной юстиции, ни органы военного правосудия не сообщили в часть о том факте, что красноармеец К.И. Дьяконов – дезертир?!
Служебными нарядами 132-го погранполка было задержано дезертиров из Красной Армии:
- в апреле 1945 года – 11 человек: из 5-й армии (II ф) – 6, из 2-й гвардейской армии – 2, из 48-й армии (III ф) – 3;
- в мае 1945 года (все задержания произведены в Кёнигсберге) – 13 человек: из 5-й армии (II ф) – 4, из 11-й гвардейской армии – 5, из 39-й армии (II ф) – 3, из 50-й армии – 1.
Как отмечено штабом полка, «характерным методом ухищрения дезертиров в отчётный период [то есть в мае 1945 года] является объединение в группу и незаконное нахождение вне части под видом подразделения, выполняющего специальную задачу».
Ещё четверо изобличённых дезертиров укрывались в Кёнигсберге «под видом командированных». Это:
- гвардии красноармеец АНУФРИЙЧУК Георгий Васильевич, боец 95 гв. сп 31 гв. сд 36 гв. ск 11-й гвардейской армии;
- красноармеец АФАНАСЬЕВ Иван Ильич, боец 291 сп 63 сд (II ф) 72 ск 5-й армии (II ф);
- красноармеец ПЕТРОВ Николай Прокофьвеич, боец 291 сп 63 сд (II ф) 72 ск 5-й армии (II ф);
- гвардии красноармеец СИНЯКОВ Василий Игнатьевич, боец 95 гв. сп 31 гв. сд 36 гв. ск 11-й гвардейской армии. Источник – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, лл. 114-117об.
Всего же за период с 1 января по 23 мая 1945 года служебными нарядами 132-го погранполка было задержано 183 дезертира из Красной Армии плюс – 284 военнообязанных, уклонявшихся от призыва в Красную Армию. Источники – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, лл. 69 и 91.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

О ликвидации в Кёнигсберге схронов с оружием служебными нарядами 132-го пограничного Минского (впоследствии – вдобавок ордена Красной Звезды) полка войск НКВД СССР Управления войск НКВД по охране тыла 3-го Белорусского фронта:
- 1 мая 1945 года служебным нарядом 3-й линейной заставы 1-го стрелкового батальона в разрушенном доме (но адрес в документе не указан) обнаружен ящик с 20 кг тола. Взрывчатка сдана Военную комендатуру Кёнигсберга;
- 1 мая 1945 года служебным нарядом 4-й линейной заставы 1-го стрелкового батальона на северной окраине города в одном из подвалов обнаружен тайник с двумя автоматами и боекомплектом в 300 патронов. Изъятое сдано в Военную комендатуру Кёнигсберга;
- 2 мая 1945 года служебным нарядом 10-й линейной заставы 2-го стрелкового батальона по месту дислокации в Кёнигсберге ядра полка (посёлок Континен, он же в обиходе – посёлок Шихау; ныне – микрорайон, прилагающий к АО «Прибалтийский судостроительный завод «Янтарь») был задержан чем-то показавшийся подозрительным немец из числа местных жителей. На допросе последний вызвался показать местонахождения в районе Континена склада вермахта с минами. Итог операции – озвученный выше склад обнаружен и после подсчёта трофеев («140 ящиков по 3 мины в каждом») сдан под охрану караульному подразделению комендатуры 7-го района Кёнигсберга;
- 5 мая 1945 года разведывательному отделению штаба 1-го стрелкового батальона из агентурных источников стало известно о тайном оружейном складе, заранее заложенном нацистами в подвальном комплексе здания бывшего Управления полиции Кёнигсберга (ныне здесь располагается УФСБ России по Калининградской области). Незамедлительно был организован поиск, увенчавшийся успехом: схрон был обнаружен. Из него извлекли пять ручных пулемётов, 104 винтовки различных систем, 1300 патронов. Всё изъятое в тот же день доставили в расположение управления 1-го стрелкового батальона;
- 6 мая 1945 года служебным нарядом 2-й резервной заставы 2-го стрелкового батальона как агент-террорист, «получивший задание от руководителя районной организации НСДАП [Национал-социалистическая рабочая партия Германии] незадолго до прихода советских войск» был выявлен и задержан кёнигсбержец Г. В ходе допроса, произведённого в разведотделении штаба батальона, он выдал свой оружейный тайник – «закопанные под стеной дома пистолет и 49 патронов к нему».
Для дальнейших следственных действий задержанного вместе со всеми уликами передали в Оперативную группу подполковника Балыбердина;
- 14 мая 1945 года служебный наряд 9-й линейной заставы 2-го стрелкового батальона в ходе прочёски южной окраины задержал местную жительницу М., которая в ходе допроса была изобличена офицерами разведотделения штаба батальона как террористка из числа активистов «Гитлерюгенда». По её ловам, «группа членов гитлеровской молодёжи спрятала оружие в подвале одного из домов в южной части г. Кёнигсберг».
К месту расположения тайника незамедлительно был выслан служебный наряд от 2-й резервной заставы, однако «изъять спрятанное оружие не представилось возможном ввиду полного разрушения дома.
Дальнейшие следственные действия с не состоявшейся террористкой производили уже сотрудники Оперативной группы НКВД генерал-майора И.В. Шишлина;
- 27 мая 1945 года Разведотделением штаба 1-го стрелкового батальона были получены агентурные данные о тайном оружейном складе, обустроенном нацистами в Кёнигсберге в одном из частных сараев. Поиск схрона поручили 2-й линейной заставе, которая специально для этого оперативно сформировала разведывательно-поисковую группу (РПГ). В результате «в указанном сарае под различным хламом было обнаружено и изъято: винтовое – 192, ручных пулемётов – 6, автоматов – 3, патронов винтовочных – 800 шт.».
Ещё один документ, составленный по «горячим следам», уточняет, что изъятые винтовки – системы братьев Маузеров, а пулемёты – марки «МГ-34»!
Всего же в мае 1945 года полком было обнаружено и изъято пять крупных складов и тайников с оружием и боеприпасами. Источники – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, лл. 1, 17, 27, 37; 61, 82, 84 и 98.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

О задержании служебными нарядами 132-го погранполка немецких военнослужащих и лиц, условно к ним приравненных:
В мае 1945 года полком было выявлено и задержано 37 военнослужащих вермахта, шесть бывших бойцов вооружённых отрядов «Фольксштурма» и двое полицейских. Характерные примеры:
- 5 мая 1945 года разведывательно-поисковая группа, высланная 4-й линейной заставой 1-го стрелкового батальона в северо-западную часть Кёнигсберга, выявила и пленила группу немецких военнослужащих в количестве 25 человек.
Из допросов выяснилось, «что, пользуясь некоторым продовольственным запасом, они до сих пор укрывались в одном из заводских подвалов».
Вся эта группа под конвоем была этапирована в Сборный пункт военнопленных № 2 (СПВ-2) Отдела НКВД СССР по делам военнопленных и интернированных при Управлении тыла 3-го Белорусского фронта;
- 20 мая 1945 года начальнику 7-й линейной заставы 2-го стрелкового батальона, временно расквартированной в восточнопрусском городе Лабиау (ныне – Полеск Калининградской области), поступило сообщение от военного коменданта этого города о том, что рано утром у молочной фермы посёлка Фридрихсграбен местными жителями были замечены двое немецких солдат, которые затем скрылись в лесном массиве, что восточнее этого населённого пункта.
Ранним утром 21 мая 1945 года на поиск этих военнослужащих вермахта убыл дозор в количестве пяти бойцов во главе с ефрейтором Котиным.
К семи утра «зелёные фуражки» достигли развилки дорог, вблизи которой стояла брошенная жильцами сторожка лесника. Вести за ней скрытое наблюдение старший служебного наряда поручил красноармейцу Бугуну. Вскоре тот доложил, что заметил быстро промелькнувшую во дворе человеческую фигуру. Дозор немедленно выдвинулся вперёд и приступил к обыску сторожки и приусадебных построек. Однако это не принесло никаких результатов, за исключением подобранного с земли свежего окурка.
«Надо искать тщательнее!», – решил ефрейтор Котин и его упорство вскоре было вознаграждено: в высоком потолке сарая бойцы сумели разглядеть едва заметный люк. Принесли со дора приставную лестницу, поднялись и сразу обратили внимание на большой ящик, стоящий в углу среди хозяйских запасов различного провианта. В этом ящики и отыскали прятавших немецких солдат. После допроса на заставе последние были отконвоированы в распоряжение Оперативной группы НКВД майора Антошкина;
- 21 мая 1945 года начальнику 8-й линейной заставы, прикомандированной к находящейся в посёлке Кармиттен (ныне – Отрадное Гурьевского района Калининградской области) Оперативной группе НКВД, от офицеров-чекистов поступила ориентировка в отношении скрывающихся в посёлке Корбен (ныне – Краснофлотское Зеленоградского района Калининградской области) трёх немецких солдат.
В тот же день в Корбен отправился дозор, который в ходе тщательно проведённого поиска обнаружил схрон, в котором скрывались окруженцы, и пленил их с последующим отконвоированием в распоряжение Оперативной группы НКВД генерал-майора И.В. Шишлина. Источники – РГВА: ф. 32935, оп. 1, д. 59, лл. 21, 70, 71 и 98.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Из документа от 14.01.1947 года «Перечень управлений и частей войск МВД/НКВД, включённых в перечень, утверждённый Генеральным штабом ВС СССР, как принимавших непосредственное участие в освобождении городов»:
«Взятие Кёнигсберга
1) Управление войск НКВД по охране тыла 3-го Белорусского фронта.
2) Управление войск НКВД по охране тыла 1-го Прибалтийского фронта с обслуживающими органами и учреждениями.
3) 13, 31, 33, 86, 87, 108, 132, 218 и 219 пограничные полки войск НКВД.
4) 104 и 105 отдельные маневренные группы войск НКВД.
5) 105 и 106 отдельные роты связи войск НКВД.
6) Учебная команда сержантского состава войск НКВД по охране тыла 3-го Белорусского фронта.
7) Учебная команда сержантского состава войск НКВД по охране тыла Земландской группы войск.
8 ) 2 и 3 отдельные дивизионы спецслужбы внутренних войск НКВД.
9) 1-й полевой отдел 5-го управления НКГБ СССР.
10) 223-й полк 46 дивизии конвойных войск НКВД.
11) 481-й отдельный батальон 46 дивизии конвойных войск НКВД.
12) 485-й отдельный батальон 36 дивизии конвойных войск НКВД.
13) 135-й отдельный батальон конвойных войск НКВД.
14) Управление 1-й отдельной бригады войск правительственной связи НКВД.
15) Управление 7-го отдельного полка войск правительственной связи НКВД.
16) 242, 252, 256, 297, 455 и 477 отдельные батальоны войск правительственной связи НКВД.
17) 26, 60, 122, 123, 124, 125, 129, 131, 132, 161, 162, 314, 317, 319, 322, 754, 1148, 1154, 1164, 1277, 1167, 1185, 1273, 1278, 1289 отдельные роты войск правительственной связи НКВД»
.


Автор – Григорий ЗУЕВИЧ
ВЫХОД НА НОВУЮ ГРАНИЦУ В ПРЕДЕЛАХ ВОСТОЧНОЙ ПРУССИИ
(Из документальных материалов по истории органов государственной безопасности Калининградской области)[/i]
В начале ноября 1944 года пограничные части НКВД, входившие в состав охраны тыла 2-го (II ф) и 3-го Белорусских, а также 1-го Прибалтийского фронтов вышли на довоенную границу СССР с Германией. Для возобновления ее охраны Государственный Комитет Обороны постановлением от 8 апреля 1944 года обязал НКВД СССР сформировать управления пограничных войск западных округов и пограничные отряды.
15 августа 1944 года было сформировано Управление пограничных войск НКВД Литовского округа. В его состав вошли 23-й дважды Краснознамённый, 94-й (II ф), 95-й ордена Ленина и 97-й (II ф) пограничные отряды и рота связи. Начальником войск округа был назначен генерал-майор М. Бычковский.
Выход войск округа на государственную границу и восстановление ее охраны осуществлялось поэтапно, по мере освобождения территории Литвы от противника. Главная особенность заключалась в том, что войска вначале были выставлены на охрану государственной границы между СССР и Германией, а с 12 февраля 1945 года 23-й дважды Краснознамённый, 95-й ордена Ленина пограничные отряды приступили к охране участка границы, установленной в соответствии с договором от 28 января 1928 года между бывшей Литовской Республикой и Германией.
Таким образом, после освобождения от противника Мемельского края, пограничные войска Литовского округа приняли под охрану участок границы в пределах территории Германии, завершив тем самым восстановление литовского суверенитета над территорией, отторгнутой Германией у Литвы в 1939 году.
В соответствии с Потсдамским соглашением, заключённым с 17 июля по 2 августа 1945 года лидерами трёх крупнейших держав антигитлеровской коалиции во Второй мировой войне, северная часть Восточной Пруссии (примерно одна треть всей её территории) была передана Советскому Союзу, остальные две трети – Польской Республике. Присоединение к СССР части территории Восточной Пруссии привело к значительным изменениям западного участка советской границы.
16 августа 1945 года в Москве глава НКИД СССР Вячеслав Молотов и премьер польского Временного правительства национального единства Эдвард Осубка-Моравский подписали советско-польский договор, который в общем виде определял разграничение между двумя государствами. В данном случае говорить о полноценной делимитации границы не приходится, поскольку проведенная договаривающимися сторонами на карте граница не сопровождалась исчерпывающе подробным ее описанием. Выработанные дипломатами документы, в части касающейся пограничных вопросов, были немедленно направлены в НКВД СССР для изучения и принятия соответствующих решений.
Процесс принятия под охрану нового участка границы включал два этапа:
- первый (подготовка органов к выходу на охрану границы) – с 31 августа по 28 сентября 1945 г.;
- второй (выход войск на новый участок границы и прием его под охрану) – с 28 сентября по 15 октября 1945 г.
Первый этап начался 31 августа 1945 года, когда из Главного управления пограничных войск (ГУПВ) в адрес штаба Литовского округа поступила карта с нанесенной на ней границей. После изучения документа и согласований с Уполномоченным НКВД СССР штаб округа выработал предварительные предложения о дислокации соединений и организации охраны границы. 8 сентября 1945 года согласованные с НКВД СССР дислокационные документы, а также копии полученной из Главного управления пограничных войск карты были направлены Уполномоченному НКВД СССР в Кенигсберг и начальникам 23-го дважды Краснознамённого, 95-го ордена Ленина и 97-го пограничных отрядов. Начальникам отрядов предписывалось «немедленно организовать рекогносцировочные группы во главе с начальником штаба отряда и комендантами участков для изучения участков границы и составления рабочих справок».
Справки должны были содержать сведения об изменениях в намеченном прохождении границы с «учетом топографических и тактических выгод для наших войск». При этом в расчет должны были приниматься национальный состав проживающего населения, ценность земельных угодий, наличие господствующих высот над местностью и т.д. Особое внимание обращалось на серьезную обоснованность предложений по изменению прохождения границы. Кроме того, высылаемые группы должны были уточнить на местах проектную дислокацию войск. 15 сентября все документы должны были быть представлены в штаб округа.
Как видно, на выполнение поставленной задачи отводилось 7 суток. Учитывая это обстоятельство, еще до отправки рекогносцировочных групп, решением начальника войск округа, после согласования с Уполномоченным НКВД СССР в Кенигсберге и командованием 3-го Белорусского фронта, на территорию Особого военного округа были направлены группы для подбора помещений для штабов частей, пограничных застав и оперативных сотрудников.
21 сентября 1945 года Правительство СССР приняло постановление о принятии под охрану и войсками НКВД СССР участка границы СССР с Польской Республикой в пределах бывшей Восточной Пруссии в соответствии с Договором между двумя странами о государственной границе. 1 октября 1945 года предполагалось начать работу по демаркации участка границы. Представителями Литовского округа по демаркации границы с Польшей были назначены начальники штабов 94-го и 95-го ордена Ленина пограничных отрядов. В этой работе приняли участие и оперативные сотрудники.
В установленные сроки рекогносцировочные группы приступили к работе на территории Особого военного округа. Координация деятельности групп была возложена на территориальный орган безопасности в лице генерал-лейтенанта В. Тутушкина и начальника штаба УПВ НКВД Литовского округа полковника Л. Головкина.
Обстановка на новом участке границы в этот период была сложной, обусловленной двумя особенностями. Первая заключалась в отсутствии постоянного взаимодействия на уровне Главного управления пограничных войск НКВД СССР и Генерального штаба Вооруженных Сил (ГШ ВС). Она повлекла за собой значительные проблемы с размещением передислоцируемых подразделений и войск. Вторая связана с возникновением спорных вопросов о прохождении границы.
Отсутствие взаимодействия стало причиной того, что решения, принятые дипломатами относительно будущего территории Германии, командованию советских оккупационных войск своевременно доведены не были. Это привело к тому, что начальникам подразделений безопасности и рекогносцировочным группам округа пришлось на месте заниматься не столько изучением самой границы, сколько решением вопросов, связанных с предстоящим размещением отделов и подразделений.
Согласно донесениям начальников рекогносцировочных групп, с размещением и обустройством складывалась критическая ситуация. Прибывающие в большом количестве соединения и части армии и флота, не считаясь с доводами наших сотрудников, занимали подобранные для дислокации комендатур и застав помещения, выдворяя оттуда представителей НКВД, выставленных для охраны.
В создавшейся ситуации начальник 23-го дважды Краснознамённого пограничного отряда 4 сентября 1945 года обратился к начальнику войск округа на выброску маневренной группы для усиления охраны подобранных помещений. Подобным образом дела обстояли на всех участках. Дело доходило до прямых физических столкновений подразделений пограничников и армии. В ходе конфликта в г. Дракменен (Озерск), где должен был располагаться штаб 97-го пограничного отряда, только выдержка контрразведчиков и пограничников предотвратила вооруженное столкновение.
Вмешательство руководства округа, обращения к командованию армии результатов не дали. Штаб Особого военного округа отстаивал интересы своих частей, которые в предвидении зимних холодов размещались в пригодных для жилья населенных пунктах. На все доводы органов безопасности о государственном значении охраны границы, командование отвечало отказами, мотивируя их отсутствием указаний Генерального штаба Вооруженных Сил.
Аналогичная ситуация складывалась с базированием морской части пограничных войск. Например, штаб Особого округа на 29 августа 1945 года не имел указаний Генерального штаба выполнить постановление ГКО от 12 июля 1945 года № 9518 о передаче гавани и помещений в г. Нойкурен (Пионерский) для базирования дивизиона пограничных судов.
Решение возникшей проблемы было найдено после 21 сентября 1945 года, когда Правительством СССР было принято постановление о принятии под охрану войсками и органами нового участка границы. В тот же день, командующий Особым военным округом генерал-полковник К. Галицкий, отдал приказ соответствующим командирам о размещении частей и подразделений органов безопасности в соответствии с их дислокационными ведомостями. Таким образом, только угроза срыва постановления ГКО относительно пограничного вопроса заставила армейское командование занять конструктивную позицию.
Однако с трудом найденное приемлемое решение вопроса о размещении практически ничего не гарантировало на практике. Дезорганизующее начало имело большие негативные последствия. Части и подразделения армии, освобождая переходящие пограничникам и чекистам поселки, хутора и городские помещения забирали с собой материальные ценности, оборудование, разрушали строения, снимали сохранившиеся с войны линии связи, электропередач и т.д. Это вынуждало начальников рекогносцировочных групп по мере подбора помещений вносить изменения в дислокацию подразделений. Подобные изменения, как правило, не отвечали требованиям оперативной и тактической целесообразности. Так, например, здания в г. Пиллау (Балтийск), где планировалось разместить пограничную комендатуру 23-го пого и оперативную группу, оказались непригодными для обустройства. В поселках вблизи г. Пальмникен (Янтарный), вследствие разрушения частями армии систем жизнеобеспечения, началась эпидемия тифа.
Несмотря на сложности с размещением оперативных групп и войск, рекогносцировочные группы продолжали деятельность по изучению границы. В процессе этой работы обозначилась вторая важная проблема. В ходе работы на местности выяснилось, что ряд населенных пунктов, которые в соответствии с имеющимися документами отходили к СССР, уже заняты польской военной и гражданской администрациями. При этом польскими властями уже была развернута деятельность по подготовке данных районов к массовому заселению польскими гражданами. Таким образом, в сентябре 1945 года возникла спорная ситуация относительно прохождения будущей советско-польской границы.
Возникновение этой проблемы было вызвано двумя обстоятельствами: с одной стороны, некомпетентным вмешательством командования Красной Армии в вопросы, связанные с государственной границей и, с другой стороны, - стремлением польской стороны изменить межправительственное соглашение, принятое относительно разграничения территории, в свою пользу.
Зачастую польские власти вводились в заблуждение советскими военными чиновниками. Так, еще 23 июня 1945 года по поручению командования 3-го Белорусского фронта г. Прейсиш-Эйлау (Багратионовск) был принят временным поверенным Польской Республики от представителя фронта, военного коменданта города гвардии майора В. Малахова. Передача города, прилегающего района и промышленных предприятий была осуществлена по акту с приложением схемы, на которой уже обозначена граница между СССР и Польшей, проходящая в 2 км севернее города. Очевидно, что подобного рода передачи территории были незаконными, поскольку осуществлялись до советско-польских переговоров о границе и даже до решения Потсдамской конференции, завершившей свою работу 2 августа 1945 года. Кроме того, известно, что в международной практике при решении вопросов территориального разграничения между государствами применяются делимитация и демаркация границы.
С другой стороны, польские власти сами, не дожидаясь официальных решений, стремились занять как можно большую территорию. При этом расчет делался на доброе союзническое отношение к Польше со стороны советского командования. Только рекогносцировочной группой 95-го пого в период ее работы на участке границы отошедшей к СССР территории были выявлены 9 населенных пунктов и прилегающих к ним районов, занятые польской администрацией. При этом польская сторона демонстрировала полную уверенность в принадлежности территории Польше.
Следует заметить, что советско-польские переговоры 16 августа 1945 года не могли изменить решения Потсдамской конференции, в резолюции которой относительно пограничного вопроса записано о том, что союзники не возражают, чтобы «… прилегающая к Балтийскому морю часть западной границы СССР проходила от пункта на восточном берегу Данцигской бухты к востоку - севернее Браунсберга (Бранево) – Гольдапа (Гольдап) к стыке трех границ». Заметим: не севернее, например, Хайлигенбайля (Мамоново) – Дракменена (Озерск)… Именно так, как определено Потсдамской конференцией и стала проходить граница в результате советско-польских переговоров.
Решение, которое выработали дипломаты после утверждения Правительством СССР, было детально проработано в НКВД СССР и направлено в виде приказа от 28 сентября 1945 года начальнику пограничных войск НКВД Литовского округа для приема нового участка границы и организации службы. Прием под охрану нового участка границы предписывалось осуществить 10 октября 1945 года. Особый пункт приказа категорически запретил войскам выходить южнее границы, установленной советско-польским договором и обозначенной на прилагаемой карте. Вместе с тем приказ НКВД не определял порядок действий командования округа по урегулированию спорных вопросов.
Характерной особенностью при этом была значительная степень самостоятельности, которую предоставляли Уполномоченный НКВД СССР и начальник войск округа своим подчиненным в принятии решений и их реализации. Другая особенность заключалась в том, что согласно приказу НКВД и Главного управления пограничных войск личный состав подразделений и оперативный состав, ранее выделенные для борьбы с бандитизмом в Мариямпольском и Клайпедском оперативных секторах, должен был временно оставаться на своих местах. Таким образом, силы, выделяемые для работы на границе и начавшие передислокацию на территорию Особого округа, заранее значительно ослаблялись.
18 октября 1945 года в НКВД СССР из ГУПВ был направлен доклад о принятии под охрану Литовским пограничным округом нового участка границы с 15.00 15 октября. При выходе подразделений в пункты намеченной дислокации было установлено, что поляками заняты 9 населенных пунктов, которые в соответствии с договором между СССР и Польшей от 16 августа 1945 года находятся на территории, отошедшей к Советскому Союзу. От НКВД СССР были получены указания - эти населенные пункты не занимать и охрану границы осуществлять несколько севернее их до решения вопроса в дипломатическом порядке.
Из представленного документа видно, что спорный территориальный вопрос, не решенный вышестоящими инстанциями на этапе подготовки к приему под охрану участка границы, обозначился вновь.
Пограничные заставы и оперативные сотрудники, при выходе в назначенные места дислокации, находили их, занятыми польской администрацией. На законные требования освободить населенные пункты, польские власти отвечали официальными протестами. Например, один из офицеров разведотдела 95-го пого при встрече с польскими представителями 10 октября 1945 года был ознакомлен с топографической картой, где линия границы была обозначена не южнее г. Гердауен (Железнодорожный), как на советских картах, а севернее.
На местах ситуация требовала незамедлительного решения, поскольку приказ руководства о приеме границы под охрану обязывал оперативных работников и пограничников неукоснительно выполнять все его пункты, причем в строго определенные сроки. Начальники отрядов запрашивали указания командования округа, как поступать в создавшихся условиях. Однако бюрократические барьеры не позволяли оперативно решать сложные проблемы.
Так, например, из документов известно, что в пункте дислокации 4-й комендатуры 95-го пограничного отряда польские власти разместили свою военную комендатуру и подразделение полиции. Начальник 95-го пого полковник С. Скородумов 26 октября 1945 года доложил в штаб округа и Уполномоченному НКВД в Кенигсберге о том, что охрана границы осуществляется по окраинам нп Норденбург. При этом он особо подчеркивал, что подобное положение наносит ущерб интересам охраны границы и обратился за разрешением предложить полякам отойти на польскую территорию и освободить город с прилегающим районом. Выдержка и настойчивость чекистов, командования оперативной группы округа, а также начальников отрядов позволили на большинстве участков границы решить спорные вопросы в соответствии с советско-польским договором. Так, уже 9 ноября 1945 года польская администрация покинула г. Норденбург (пос. Крылово). После этого здесь разместился штаб комендатуры, пограничная застава и оперативные сотрудники. А 95-й пограничный отряд организационно состоял из штаба, шести пограничных комендатур, 28 погранзастав, шести застав боевого обеспечения и манёвренной группы.
Однако не все территориальные проблемы были решены в ходе приема участка границы. В ходе последующей работы по демаркации и делимитации границы польская сторона неоднократно возвращалась к вопросу о спорных участках и требовала территориальных компенсаций. Такие уступки Польше были сделаны Советским Союзом на других участках границы (в Белоруссии и Украине). При этом не принимались во внимание крупные затраты материального и морального характера. Однако когда польское руководство было проинформировано о том, что СССР не намерен уступать просьбам Польши о передаче ей г. Пиллау (Балтийск), демаркация советско-польской границы затянулась на десять лет.
Следующей важной проблемой, с которой столкнулись войска и оперативники на новом участке, стала неурегулированность положения частей Красной Армии, которые дислоцировались вблизи границы после завершения боевых действий. Сложилась ситуация, при которой отдельные подразделения и подсобные хозяйства частей, расквартированных на территории, отошедшей к СССР, оказались на польской территории. Здесь они занимались боевой подготовкой, осуществляли заготовку продовольствия и готовились к зиме. Потребности армейских частей в перемещении военнослужащих и транспорта вошли в противоречия с режимом государственной границы. Это стало причиной конфликтных ситуаций.
Существенное влияние на оперативную работу и служебно-боевую деятельность в период приема под охрану и освоения нового участка границы оказывала социально-экономическая обстановка на присоединенной территории.
Согласно международным договоренностям Восточная Пруссия исключалась из состава бывшего рейха, поэтому здесь, в отличие от Германии, не создавалось органов местного самоуправления. Вся полнота власти первоначально сосредоточилась в военных комендатурах, которые подчинялись командованию фронта. 10 мая 1945 года Военным советом 3-го Белорусского фронта при комендатуре Кенигсберга было создано Временное управление по гражданским делам. В это время основным гражданским населением были немцы. На 1 января 1946 года в пределах отошедшей СССР территории проживало около 160 тысяч немецких граждан. На всем протяжении границы в тылу, во всех сохранившихся от разрушения населенных пунктах проживало немецкое население, состоявшее преимущественно из женщин, детей, стариков. Только на участке 115-го пограничного отряда было зарегистрировано свыше 10 тысяч граждан немецкой национальности. Поэтому, так же как в сфере действия военных комендатур, в пограничной зоне был установлен особый режим: с 18.00 до 8.00 запрещалось всякое движение немецкого гражданского населения.
К зиме 1945 года первоначально установленный для немецких граждан жесткий режим был ослаблен. Они получили право свободного передвижения и общения с советскими людьми, включая военнослужащих, допускались к работе в учреждениях и воинских частях. Устранялась охрана в местах их проживания. Из немецких активистов стала назначаться местная администрация. На селе ее функции выполнял староста. Немцы получили более широкую возможность трудоустройства и денежного заработка. Тем не менее, немецкое население стремилось уйти на Запад. Пытаясь установить связь со своими родственниками, а также для организации подрывной работы на территории СССР, немцы из западных зон оккупации часто осуществляли высадки на побережье с использованием быстроходных катеров и других плавсредств. Уцелевшие мелкие подразделения, агентура противника изыскивали пути и способы нелегального ухода на Запад.
Руководство НКВД требовало от своих сотрудников «… строго следить за сохранением в районах дисциплины, порядка, пресекать самочинные действия военнослужащих, пьянство, мародерство, незаконные поборы и изъятие имущества у местного населения: задерживать и передовать следственным органам военнослужащих, нарушивших дисциплину…».
Ко всему этому следует добавить, что на новом участке границы проходило массовое движение воинских эшелонов, автомобильного и гужевого транспорта. Перемещались соединения армии, их тыловые подразделения и учреждения, а с сопредельной стороны эвакуировались госпитали, переправлялись пленные, перевозились трофеи, возвращалось население, угнанное оккупантами в Германию. Существовала угроза, что среди этого потока через границу на территорию СССР попытается проникнуть агентура западных государств, изменники Родины.
Еще одной крайне важной особенностью послевоенного периода стало массовое переселение на новую территорию семей колхозников из областей России. К концу 1946 года общая численность населения здесь составляла уже 440 тысяч человек.
15 октября 1945 года начальник войск округа доложил в НКВД СССР о выходе подчиненных частей в пункты дислокации и приеме под охрану нового участка границы. Начался этап освоения новой территории, организации службы и адаптации органов и войск к новым условиям.

Сканы 4-7 страниц № 3 за май 2018 года газеты ветеранов КГБ-ФСБ Калининградской области «Ветеран янтарных рубежей»:


« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 11:35:02 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович

ЯДОВИН Иван Фёдорович (1908-1992), ветеран системы отечественного МВД и одновременно – становления Калининградской области, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, подполковник милиции в отставке.
Родился 10 сентября 1908 года в деревне Якушевская Тавреньгского сельского поселения Ровдинского района Архангельской области. Член ВКП(б)-КПСС с 1930-х гг.
Образование (по неполным данным): в 1934 году – Центральную школу ОГПУ СССР в городе Москве.
На службе в органах правопорядка и безопасности с 1933 года.
К 1945 году – начальник одного из райотделов НКВД Татарской АССР, капитан по воинскому званию.
Предположительно, с января 1945 года – в правительственной командировке при Управлении контрразведки «Смерш» 3-го Белорусского фронта: последовательно являлся сотрудником Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту и Аппарата/Штаба Уполномоченного НКВД (с 4 января 1946 года – НКВД-НКГБ) СССР по Восточной Пруссии и в данном качестве – участник боёв за Восточную Пруссию и штурма города и крепости Кёнигсберг.
20 апреля 1945 года начальник УКР «Смерш» 3-го Белорусского фронта генерал-лейтенантом В.П. Зелениным представлен к награждению орденом Красной Звезды: «Находясь в составе оперативной группы НКВД СССР при 3-м Белорусском фронте по выполнению специального задания на территории Восточной Пруссии, провёл большую работу по розыску и разоблачению агентуры противника, диверсантов и террористов, оставленных противником в тылу Красной Армии для подрывной деятельности». Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 686196, д. 4061, л. 316.
Данное представление получило реализацию в строках приказа по вейкам 3-го Белорусского фронта за № 0420 от 23 апреля 1945 года: от имени Родины удостоился своей первой по счёту государственной награды – ордена Красной Звезды.
К 1946 году – начальник Земландского оперативного сектора Штаба Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии.
В конце мая-начале июня 1946 года капитан И.Ф. Ядовин был назначен начальником Фишхаузенского (с 4 июля 1946 года – Приморский) районного отдела МВД СССР Кёнигсбергской (с 4 июля 1946 года – Калининградская) области.
20 декабря 1954-1 января 1959 гг. – начальник водной милиции Калининградской области в лице Линейного отделения милиции порта «Калининград» Литовского водного бассейна (с 1 апреля 1957 года – ЛОМ порта «Калининград» УВД Калининградского облисполкома).
С 1 января 1959 года – пенсионер органов внутренних дел, но в течение многих лет продолжал трудиться на руководящих должностях в подразделениях военизированной охраны промышленных предприятий города Калининграда.
Последнее специальное звание в период службы – подполковник милиции.
Кавалер не менее, чем двух орденов, – в Отечественной войны (с 6 апреля 1985 года) и Красной Звезды (с 23 апреля 1945 года), – а также многочисленных медалей, включая,  «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина». Кроме того, был удостоен нагрудного знака «50 лет пребывания в КПСС».
Скончался в 1992 году. Похоронен в городе Калининграде.
По какой-то причине не увековечен на страницах двухтомника «Назовём поимённо», выпущенного к 60-летию Победы МВД Республики Татарстан и Советом ветеранов МВД Республики Татарстан «о мужественных людях 40-х годов – сотрудниках органов внутренних дел Татарстана, фронтовиках Великой Отечественной войны» (Казань, издательский дом «Титул-Казань», 2005).
Юрий РЖЕВЦЕВ.


И.Ф. Ядовин со знаками различия помощника начальника отряда ВОХР/начальника отдельной команды ВОХР.
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 10:13:29 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
БЕЛЯКОВ Владимир Афанасьевич (1922-1991), ветеран калининградской милиции, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга из числа сотрудников Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, полковник милиции (1975) в отставке.
Родился 25 июля 1922 года в селе Аннино Собинского района Владимирской области. Из крестьян. Член ВКП(б)-КПСС с 1949 года.
Образование: в довоенный период – Учительский институт, в июне 1943 года – в городе Ачинске Красноярского края Сумское военно-артиллерийское училище имени М.В. Фрунзе; в послевоенный период – заочно Калининградский государственный университет.
На военной службе в Красной Армии с 17 ноября 1941 года по май 1944 года. Первая должность здесь – старший разведчик одного из гвардейских полков реактивной артиллерии.
Боевое крещение принял на Северо-Западном фронте в боях под городом Старая Русса современной Новгородской области.
В последующем – заместитель командира роты по политической части, курсант военного училища и командир взвода управления артиллерийской батареи.
В боевой обстановке дважды ранен с последующей эвакуацией в госпитали – 27 марта 1942 года на Северо-Западном фронте и 29 октября 1943 года на 4-м Украинском.
С конца мая 1944 года и по 1953 год – на службе в органах госбезопасности. Начинал в структурах УНКГБ по Татарской АССР, при этом с февраля 1945 года лейтенант В.А. Беляков – в правительственной командировке на 3-м Белорусском фронте.
С мая 1945 года – оперативный сотрудник Аппарата/Штаба Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии, а с 4 января 1946 года – Аппарата Уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 года – МВД-МГБ) СССР по Восточной Пруссии.
В апреле 1946-1953 гг. – оперативный сотрудник контрразведывательного отдела УМГБ по Калининградской области (до 13 сентября 1946 года – Оперативная группа МГБ СССР по Кёнигсбергской-Калининградской области). В 1953 году уволен в запас по сокращению штатов, после чего трудился в Калининграде в качестве школьного учителя.
В 1957-1978 гг. – на службе в органах внутренних дел: последовательно – преподаватель, старший преподаватель и начальник цикла криминалистики Калининградской специальной средней школы милиции МВД СССР.
С 1978 года – пенсионер органов внутренних дел с местом постоянного проживания в городе Калининграде.
Кавалер большого количества государственных и ведомственных наград и, в частности, двух орденов – Отечественной войны 2-й степени и Красной Звезды, – многочисленных медалей, включая «За боевые заслуги», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» и «За взятие Кёнигсберга», а также нагрудного знака «Отличник милиции». Кроме того, в 1967 году удостоился Почётной грамоты Президиума Верховного Совета РСФСР.
Скончался 26 марта 1991 года. Похоронен в Калининграде.
Юрий РЖЕВЦЕВ.
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 10:13:44 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Сегодня, 13 сентября 2016 года, – 70 лет УФСБ России по Калининградской области, но истоки которого – в летописи аппаратов Уполномоченных НКВД СССР по 3-му Белорусскому и 1-му Прибалтийскому фронтам, а также Штаба Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии![/b]

Отравляющие здравый смысл и одновременно до неузнаваемости искажающие историческую истину раковые метастазы Кисловщины уже проникли из погранведомства в чекистские ветеранские структуры. Вот наглядное доказательство на примере только сегодня вышедшего из печати 4-го номера газеты ветеранов КГБ-ФСБ Калининградской области «Ветеран янтарных рубежей»:

Уже сам заголовок – оголтелая ложь, поскольку никакого прямого родства между УКР «Смерш» Особого военного округа и УМГБ по Калининградской области не было и нет! Так, УМГБ по Калининградской области ведёт свою историю от аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ (с 15 марта 1946 года – МВД-МГБ) СССР в Восточной Пруссии, созданного в свою очередь совместным приказом наркома внутренних дел СССР генерал-полковника С.Н. Круглова и наркома госбезопасности СССР генерала армии В.Н. Меркулова № 004/002 от 4 января 1946 года «Об организации аппарата уполномоченного НКВД-НКГБ СССР в Восточной Пруссии».
Своим приказом за № 00168 от 29 апреля 1946 года министр государственной безопасности СССР генерал-полковник В.С. Абакумов предписал Уполномоченному МВД-МГБ СССР в Восточной Пруссии генерал-майору Б.П. Трофимову создать Оперативную группы МГБ по Кёнигсбергской области. Для этой цели генерал-майор Б.П. Трофимов вычленил из структур возглавляемого Аппарата несколько десятков профессиональных контрразведчиков, что по объективным причинам затянулось на две с небольшим недели – ровно столько занял процесс кадрового укомплектования группы и обеспечения её всем необходимым для полноценной работы. К автономной работе на правах самостоятельного регионального правоохранительного органа она приступила 16 мая, юридическим основанием к чему послужил изданный в этот день соответствующий (№ 0018) приказ генерал-майора Б.П. Трофимова. Возглавил группу полковник Евгений Васильевич Рудаков, трудившейся до этого момента в качестве заместителя Уполномоченного, а ещё ранее, до командировки в Восточную Пруссию, – на высоких и ответственных постах в органах правопорядка и безопасности Москвы, Чечено-Ингушской АССР и Литовской ССР. Забегая вперед скажем, что именно на базе этой Оперативной группы впоследствии на основании приказа МГБ СССР № 00359 от 13 сентября 1946 года (но сугубо путём её переименования!) было рождено областное управление госбезопасности, реорганизованное к настоящему моменту в УФСБ по Калининградской области. Так что, как видим, у калининградских чекистов общие исторические корни с калининградским гарнизоном внутренних дел (и, прежде всего, с милицией-полицией и УИС), который тоже рождён из структур Аппарата Уполномоченного НКВД-НКГБ/МВД-МГБ СССР в Восточной Пруссии, но отнюдь не с военными контрразведчиками!
Ложь № 2: созданный 9 июля 1945 года на советской территории Восточной Пруссии Особый военный округ своё существование прекратил на основании Постановления Совета Народных Комиссаров СССР от 29 января 1946 года. С этого момента его УКР «Смерш» – это уже УКР «Смерш» 11-й гвардейской армии Прибалтийского военного округа. Таким образом, наглядно видно отсутствие всякого прямого родства между кёнигсбергскими/калининградскими военными контрразведчиками и их «земляками» чекистами-территориалами!
Ложь № 3 – это упоминание «Смерш» по состоянию на осень 1946 года, ибо 4 мая 1946 года структуры «Смерш» Министерства Вооружённых Сил СССР и Министерства внутренних дел СССР были влиты в МГБ СССР и с этого момента все они в «одном флаконе» как единые органы контрразведки МГБ и соответственно в войсках уже вновь Особые отделы, а не управления или отделы контрразведки «Смерш».
И ложь № 4 – она в подписи к фотопортрету первого по счёту начальника УМГБ по Калининградской области: по состоянию на осень 1946 года специальных званий с приставкой «госбезопасности» не существовало, поскольку таковые были официально упразднены ещё 9 июля 1945 года и тогда же заменены на аналогичные воинские. Таким образом, Евгений Васильевич Рудаков полковником госбезопасности по специальному званию являлся с февраля 1943 года (ранее – майор госбезопасности, что условно соответствовало армейскому комбригу и бригадному комиссару и им равным) и по 9 июля 1945 года, а с 9 июля 1945 года и до выхода в отставку – полковник по воинскому званию.
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 10:21:57 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Скан с 6-й страницы 5-го номера за октябрь 2016 года газеты ветеранов КГБ-ФСБ Калининградской области «Ветеран янтарных рубежей»: http://www.imageup.ru/img180/2578698/str-6.jpg
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Роль органов «Смерш» в отношении фронтовых структур НКПС СССР и железнодорожных войск выполняли органы госбезопасности на транспорте и, в частности, в полосе 3-го Белорусского фронта – личный состав Отдела НКГБ СССР Военно-эксплуатационного отдела 16-го военно-эксплуатационного управления:


1940 год, город Тамбов, Сергей Федосеевич Нехорошев (1904-2000) как сотрудник «без звания» транспортных органов госбезопасности.

НЕХОРОШЕВ Сергей Федосеевич (1904-2000), ветеран системы отечественного МВД, участник боёв за Восточную Пруссию, майор милиции в отставке.
Родился 8 октября 1904 года в посёлке Кировский Золотухинского района Курской области. Русский. Из рабочих. Партийность: в 1920-х – член ВЛКСМ, а в 1930-х-августе 1991 гг. – член ВКП(б)-КПСС.
В 1920-х годах – комсомольский вожак на родине и в данном качестве – участник вооружённой борьбы с политбандитизмом: боец-доброволец в рядах переменного состава частей войск ЧОН.
В 1930-х – профессиональный железнодорожник, партийный активист, спортсмен-разрядник. Жил и трудился сначала в городе Курске, а затем – в Москве.
На службе в органах госбезопасности с 15 апреля 1940 года по партийной мобилизации. Первая должность здесь – оперуполномоченный Дорожно-транспортного отдела НКВД станции Москва, а с 15 апреля 1941 года – оперуполномоченный 2-го Управления центрального аппарата НКВД СССР.
15 сентября 1941-конце марта 1945 гг. – в подразделениях НКВД-НКГБ СССР на Московско-Рязанской железной дороге: опер- и старший оперуполномоченный Транспортного отдела НКВД-НКГБ СССР станции Тамбов, а с 15 сентября 1944 года – старший оперуполномоченный Транспортного отдела НКГБ СССР станции Мичуринск.
Непосредственный участник Великой Отечественной войны с 29 марта 1945 года: старший оперуполномоченный Отдела НКГБ СССР Военно-эксплуатационного отдела 16-го военно-эксплуатационного управления 3-го Белорусского фронта. И в данном качестве – участник боёв з Восточную Пруссию.
С 1 января 1946 года – в Литовской ССР (ныне – Литовская Республика): оперативный работник сначала в ряде линорганов, а затем в аппарате Дорожного отдела милиции Литовской железной дороги.
С 19 июля 1951 года – в Калининградской области: начальник 2-го отделения Отдела охраны МГБ станции Калининград.
11 декабря 1952-13 сентября 1960 гг. – заместитель начальника ЛОМ станции Калининград, но по состоянию здоровья с руководящей работы вновь перешёл на оперативную, приняв в данном линотделе должность старшего оперуполномоченного уголовного розыска.
Последнее специальное звание в период службы – майор милиции.
С 10 января 1967 года – пенсионер органов внутренних дел с местом постоянного проживания в городе Калининграде.
Кавалер более двух десятков государственных и ведомственных наград, в том числе двух орденов – Отечественной войны 1-й степени (в 1985 году) и Красной Звезды (за выслугу в 15 лет, предположительно, в 1955 году), – а также медалей «За боевые заслуги» (за выслугу в 10 лет, предположительно, в 1950 году), «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «В память 800-летия Москвы» и «ХХХ лет Советской Армии и Флота 1918-1948».
Скончался в январе 2000 года. Похоронен в городе Калининграде.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

В день 95-летия Сергея Федосеевича Нехорошева поздравить юбиляра приехали представители руководства и ветеранского актива Западного УВД на транспорте МВД России:
« Последнее редактирование: 05 Апреля 2019, 14:22:24 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
МЕСЯЦЕВ Николай Николаевич (1920-2011), ветеран органов военной контрразведки и дипломатической службы, участник боёв за Восточную Пруссию, известный советский государственный и российский общественный деятель, кандидат юридических наук (1955), член-корреспондент международной организации информатизации при ООН, Чрезвычайный и Полномочный Посол в отставке, офицер в отставке.
Родился 3 июля 1920 года в городе Вольске Саратовской области. Из семьи служащих: отец- счетовод. С 1941 года и по 1 августа 1972 года и с 18 мая 1984 года (восстановлен) состоял членом ВКП(б)-КПСС. Из рядов партии был исключён 1 августа 1972 года с формулировкой: «За грубое нарушение норм партийной морали в бытность Чрезвычайным и Полномочным послом СССР в Австралийском Союзе и неискренность при рассмотрении персонального дела».
Семья: супруга – Месяцева Алла Николаевна (1923-1994); два сына – Александр 1948 года рождения и Алексей 1954 года рождения; внуки.
Образование: в 1937 – среднюю школу в Вольске; в 1940 – три курса Московского юридического института; в сентябре 1941 – Военно-морской факультет Военно-юридической академии Красной Армии; в 1955 – Академию общественных наук при ЦК КПСС.
В 1937-1940 гг. – студент Московского юридического института.
На военной службе в 1940-июле 1946 гг. Начинал же её в качестве слушателя Военно-юридической академии Красной Армии, но с сентября 1941 года – в структурах военной контрразведки:
- в 1941-1942 гг. – младший следователь 3-го (военная контрразведка) управления Наркомата Военно-Морского флота СССР.
- в марте 1942-апреле 1943 гг. – следователь и начальник отдела в аппарате Управления особых отделов НКВД СССР;
- в июне 1945-июле 1946 гг. – на ответственных должностях в аппарате Главного управления контрразведки «Смерш» наркомата (с 15 марта 1946 года – Министерство) обороны СССР.
В июле 1946-1972 гг. – на партийно-государственной и дипломатической работе, в том числе до 1959 (но с перерывом в 1952-1955 годы на учёбу) – в высших органах ВЛКСМ:
- с июле 1946 года в течение нескольких последующих месяцев – инструктор ЦК ВЛКСМ;
- в 1946-1948 гг. – ответственный организатор организационно-инструкторского отдела ЦК ВЛКСМ;
- в 1948-1950 гг. – 2-й секретарь ЦК ЛКСМ Молдавии;
- в 1950-1952 гг. – заместитель заведующего отделом комсомольских органов ЦК ВЛКСМ;
- в 1952-1955 гг. – аспирант Академии общественных наук при ЦК КПСС и одновременно в январе-июне 1953 года – помощник начальника следственной части по особо важным делам МГБ (с марта 1953 года – МВД) СССР;
- в 1955 году в течение нескольких месяцев – заведующий отделом пропаганды и агитации ЦК ВЛКСМ;
- в ноябре 1955-1959 гг. – секретарь ЦК ВЛКСМ.
В 1950-х годах при непосредственном участии Н.Н. Месяцева как одного из высших комсомольских функционеров были учреждены такие новые журналы для детей, школьников и молодёжи, как «Весёлые картинки», «Юный натуралист», «Юный техник», «Юность» и «Молодая гвардия», а в регионах самому серьёзному реформированию подверглась местная периодическая комсомольская печать.
В этот же период Н.Н. Месяцев принимал участие в съездах коммунистических молодёжных организаций ряда зарубежных государств; он входил в состав оргкомитета по проведению в Москве Всемирного фестиваля молодёжи и студентов – отвечал здесь за подготовку советской программы фестиваля.
В 1959-1962 гг. – 1-й заместитель председателя Всесоюзного общества по распространению политических и научных знаний.
В 1963-1964 гг. – заместитель заведующего отделом ЦК КПСС по связям с коммунистическими и рабочими партиями социалистических стран и в данном качестве встречался с такими выдающимися деятелями мировой политики, как Фидель Кастро и Че Гевара (Куба), Хо Ши Мин и Ле Зуан (Вьетнам), Ден Сяопин, Джоу Эньлай и Чжу Дэ (Китай), Пальмиро Тольятти и Энрико Берлингуэр (Италия), Юмжагийн Цеденбал (Монголия), Болеслав Берут (Польша), Вылко Червенков, Тодор Живков, Лучезар Аврамов (Болгария) и многими другими.
В октябре 1964-декабре 1965 гг. – председатель Государственного комитета Совета Министров СССР по радиовещанию и телевидению (в том числе до октября 1965 года – в статусе министра), а в декабре 1965-апреле 1970 гг. – председатель Государственного Комитета СССР по радиовещанию и телевидению. На данном посту внёс весомейший вклад в дело превращения Советского Союза в могучую телевизионную державу. Под его руководством, в частности, была разработана и реализована на практике концепция единого многопрограммного телерадиовещания с подачей (посредством космических спутников связи) телевизионного сигнала на районы Сибири и Дальнего Востока.
В этот период принимал непосредственное участие и в создании ряда теле- и радиопрограмм и, в том числе, «Минуты молчания», а также 50-серийного фильма «Летопись полувека».
Дважды в статусе дипломата: в 1962-1963 гг. – советник-посланник Посольства СССР в Китайской Народной Республике, а в 1970-1972 гг. – Чрезвычайный и Полномочный Посол СССР в Австралийском Союзе. Также в 1972 году – посол по особым поручениям МИД СССР.
С 1972 года и до выхода на пенсию – старший научный сотрудник Института научной информации по общественным наукам Академии наук СССР.
С 1989 года – пенсионер с местом постоянного проживания в городе Москве.
Н.Н. Месяцев избирался:
- в 1966-1970 гг. – депутатом Верховного Совета СССР;
- в 1966-1971 гг. – кандидатом в члены ЦК КПСС.
Кроме того, также на выборной основе являлся членом редколлегий журналов «Молодой коммунист» и «Журналист», секретарём Союза журналистов СССР, членом Комитета по Ленинским и Государственным премиям в области литературы и искусства, членом Президиума профсоюза работников культуры.
Автор многочисленных книг и научно-публицистических выступлений в СМИ, в частности, он – один из соавторов «Очерков по истории Российского телевидения», а также книжной серии «История отечественного телевидения».
Кавалер большого числа государственных наград и, в частности, шести орденов – Отечественной войны 1-й степени (1985), двух Отечественной войны 2-й степени, трёх Трудового Красного Знамени, – а также многочисленных медалей, включая «За боевые заслуги», «За оборону Москвы» и «За взятие Кёнигсберга».
Скончался 3 сентября 2011 года. Похоронен в Москве – на Троекуровском кладбище.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
ЗЕМЦОВ Фёдор Фёдорович (1920-1991), ветеран калининградской милиции, органов военной контрразведки и пограничных войск, участник боёв за Восточную Пруссию и штурма Кёнигсберга, полковник милиции (1975) в отставке.
Родился 1 мая 1920 года в селе Савинки (оно же – Савинка, Савинское, Шуты, Шутово, Шутовка) сельского поселения «Вьюнский сельсовет» Наровчатского района Пензенской области. Член ВКП(б)-КПСС с 1942 года.
Образование: в 1940 году – техникум механизации сельского хозяйства, а в послевоенный период – заочно один из вузов.
В армию призван 15 октября 1940 года Беднодемьяновским РВК Пензенской области с направлением в пограничные войска НКВД СССР: сначала рядовой боец, а затем младший командир в подразделениях 11-го Себежского пограничного отряда войск НКВД СССР Управления пограничных войск НКВД Ленинградского округа.
На фронтах Великой Отечественной с первых же минут гитлеровской агрессии против СССР.
К сентябрю 1941 года – младший командир в звании младшего сержанта в рядах личного состава пограничного взвода Особого отдела НКВД СССР 33-й стрелковой (впоследствии – Холмско-Берлинская Краснознамённая ордена Суворова) дивизии и в данном качестве – в боях и сражениях на Северо-Западном и Калининском фронтах.
Весной 1942 года (но не позднее 24 апреля) 1942 года начальником Особого отдела НКВД СССР 33-й стрелковой (впоследствии – Холмско-Берлинская Краснознамённая ордена Суворова) дивизии старшим лейтенантом госбезопасности Васильевым представлен к награждению медалью «За отвагу»: «За время службы в погран. войсках НКВД проявил себя исключительно с положительной стороны. Бдительно охранял госграницу, имел ряд задержаний нарушителей. При освобождении Зап. Белоруссии участвовал в разгроме польских стражниц [данное утверждение откровенно ошибочное, поскольку младший сержант Ф.Ф. Земцов на действительной военной службе состоял только с осени 1940 года!].
В дни Отечественной войны с германским фашизмом помимо выполняемых спец. заданий по охране тыла Красной Армии, борьбе с диверсантами и шпионами, засылаемыми врагом в наш тыл, неоднократно принимал непосредственное участие в боях.
7 сентября 1941 года совместно с погран. взводом удерживал оборонительный рубеж против превосходящих сил противника в районе Дягилево [в настоящий момент не существует, на неё месте в Марёвском районе Новгородской области – одноимённое урочище].
8 сентября 1941 года в лесу (восточнее д. Дягилево Молвотицкого района) совместно с погран. взводом отбивал атаку противника, стремившегося окружить КП дивизии, противник был отброшен и понёс большие потери. [В качестве справки ныне территория бывшего Молвотицкого района Ленинградской области находится в составе современного Марёвского района Новгородской области.]
В боях под дер. Горшковицы [ныне – в составе Ямникского сельского поселения Демянского района Новгородской области] 10 сентября 1941 года с группой бойцов участвовал в бою по уничтожению автоматчиков противника.
Во всех указанных боях тов. ЗЕМЦОВ проявил храбрость, мужество и отвагу, личным примером воодушевляя бойцов на беспощадное уничтожение врага». Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 682524, д. 678, л. 470.
Данное представление получило реализацию в строках приказа по войскам 3-й ударной армии Калининского фронта за № 302 от 19 мая 1942 года: от имени родины удостоился своей первой по счёту государственной награды – медали «За отвагу». Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 682524, д. 678, л. 423 и 424.
С октября 1942 года и по весну 1946 года – на службе в органах военной контрразведки: оперативный работник Особого отдела НКВД СССР (с 1943 года – контрразведка «Смерш») 16-й (с 16 апреля 1943 года – 11-я гвардейская) армии и одновременно приблизительно с апреля 1945 года – заместитель начальника 6-й оперативной группы города Кёнигсберга Кёнигсбергского оперативного сектора сначала Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по 3-му Белорусскому фронту, а затем Аппарата Уполномоченного НКВД СССР по Восточной Пруссии. И, в частности, в июле 1945 года офицер-чекист Ф.Ф. Земцов, действуя во главе группы оперативных работников 6-й оперативной группы города Кёнигсберга, выявил и выкорчевал одну из ячеек антисоветского диверсионно-террористического подполья. Её костяк составляли пятеро подростков, проживавших в районе завода «Шихау» (ныне – ОАО «Прибалтийский судостроительный завод «Янтарь»). Все они являлись активными членами профашистской организации «Гитлерюгенд» и одновременно – выпускниками одной из разведшкол Абвера. На своем вооружении данная диверсионно-террористическая группа имела пистолеты, снабжённые устройствами для бесшумной стрельбы, а также большой запас боеприпасов и взрывчатки. В ходе следствия ее члены были изобличены в коллективном совершении на ночных улицах Кёнигсберга двух тщательно спланированных и хладнокровно исполненных убийств одиночных советских военнослужащих.
В 1946-1954 гг. капитан Ф.Ф. Земцов – сотрудник УМГБ по Калининградской области. Отсюда уволен по сокращению штатов.
В 1954-1985 гг. – на службе в органах внутренних дел, в том числе до 1969 года – в структурах УВД Калининградского облисполкома: участковый и старший участковый уполномоченный, заместитель начальника 1-го отделения милиции Калининграда, а с 1962 года – начальник Ленинградского РОВД города Калининграда.
С 1969 года и до выхода на пенсию – старший преподаватель цикла специальных дисциплин Калининградской специальной средней школы милиции МВД СССР.
С 1985 года – пенсионер органов внутренних дел с местом постоянного проживания в городе Калининграде.
Кавалер большого числа государственных и ведомственных наград и, в частности, двух орденов – Отечественной войны 2-й степени (в 1985 году) и «Знак Почёта» (в 1965 году), – а также многочисленных медалей, включая, «За отвагу» (с 19 мая 1942 года), «За боевые заслуги» (предположительно, в 1940 году, за выслугу в 10 лет) и «За взятие Кёнигсберга».
Скончался 3 июня 1991 года. Похоронен в Калининграде.
Юрий РЖЕВЦЕВ.
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович

1 мая 1945 года, предместье Кёнигсберга Шпандин (ныне – посёлок Суворова Калининграда) по будущей калининградской улице Можайская следует советский военный комендант немецкого посёлка Шпандин по делам гражданского управления.
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Наградной лист на бойца комендатуры 3-го района г. Кёнигсберг 3-го Белорусского фронта красноармейца Петра Антоновича Егоров 1901 г.р. по факту задержания им фашистского диверсанта. Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 686196, д. 4616, лл. 376 и 376об.
http://podvignaroda.ru/filter/filterimage?path=VS/177/033-0686196-4616%2b040-4625/00000730.jpg&id=26024538&id1=f58cb28d884dd2442b98b1d4a8698294
http://podvignaroda.ru/filter/filterimage?path=VS/177/033-0686196-4616%2b040-4625/00000731.jpg&id=26024539&id1=639d231fa659ea5c856379bb667b29cc

Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
КОНОВАЛОВ Пётр Фёдорович, советский офицер-фронтовик.
Родился в 1914 году в деревне Запольки Верхнетоемского сельского поселения Верхнетоемского района Архангельской области. Русский. Из крестьян. Член ВКП(б) с 1942 года
В 1938 году окончил военное училище войск НКВД СССР. В армию призван в 1935 году Шенкурским РВК на тот момент времени Северной, а теперь современной Архангельской области.
В сентябре 1939 года принял непосредственное участие в Освободительном походе Красной Армии в Западную Белоруссию.
С 1940 года – заместитель по разведке коменданта 3-го пограничного участка «Нур» 88-го Шепетовского пограничного отряда пограничных войск НКВД СССР Управления пограничных войск НКВД Белорусской ССР, при этом к лету 1941 года – уже старший лейтенант по воинскому званию. И в данном качестве – непосредственный участник Великой Отечественной войны с первых же её минут, при этом боевое крещение принял 22 июня 1941 года в боях по обороне военного городка дислоцировавшейся в польском местечке Обритчизна 12-й линейной пограничной заставы и, в частности, под минометно-пулеметным огнём противника организовал эвакуацию с заставы оружия, боеприпасов и секретной переписки. Осколком мины был ранен в руку, но остался в строю. И более того, сплотив вокруг себя немногочисленных защитников заставы, повёл их оказавшийся успешным прорыв из кольца окружения.
С 22 июля 1941 года – начальник штаба Отдельного стрелкового батальона при Особом отделе НКВД СССР Западного фронта, в связи с чем приказом по войскам по охране тыла Западного фронта за № 101 от 14 августа 1941 года был исключён из списков личного состава пограничных войск. В данный период по-прежнему старший лейтенант по воинскому званию.
По состоянию на весну 1943 года – уже капитан воинскому званию, при этом с 19 апреля 1943 года – начальник штаба 7-го отдельного стрелкового батальона (в/ч «Полевая почта № 73617») Управления контрразведки «Смерш» последовательно Западного и 3-го Белорусского фронтов.
По состоянию на апрель 1945 года – уже майор воинскому званию, старший оперуполномоченный Отдела контрразведки «Смерш» 31-й армии последовательно 3-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов.
Являлся кавалером ряда государственных наград и, в том числе, ордена Отечественной войны I степени, медалей «За боевые заслуги», «За оборону Москвы» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».
Дальнейшая судьба неизвестна.

Прошу откликнуться родственников!
Записан
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »