Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Правила Форума: личная порядочность участника и признание им царящего на Форуме принципа субординации, для экспертов вдобавок – должная компетентность! Внимание: у Администратора и Модераторов – права редактора СМИ!

Автор Тема: Из досье Калининградского информационного еженедельника «Новый караван»  (Прочитано 3220 раз)

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
ПРОЩАНИЕ С ГЕРОЕМ
В субботу 28 ноября 2009 года в Гусеве прошло торжественное перезахоронение останков Героя Советского Союза, гвардии капитана Сергея Ивановича Гусева, чье имя носит город.
Событие это еще до того, как оно состоялось, успело вызвать бурную полемику на калининградских сайтах. Кто-то обвинял местную администрацию в попытке расчистить место под новое строительство (хотя официально везде уже объявлено, что речь идет исключительно о реконструкции центрального сквера). Кто-то поддерживал идею. Чтобы узнать, что происходит в Гусеве, на место отправился наш корреспондент.

Перенос
Один раз останки Сергея Гусева уже перезахоранивали. Было это 8 мая 1953 года, когда их перевезли с госпитального кладбища в Чистых Прудах. Их предали земле в сквере на улице Зои Космодемьянской, около моста через реку Писсу, в центре города, носившего уже его имя. Теперь решено было перенести их на улицу Юрия Смирнова, где у ворот воинской части расположена братская могила, в которой покоятся солдаты, павшие при штурме города.
- Это действительно пожелание родственников, - рассказал мне директор Гусевского историко-краеведческого музея имени А.М. Иванова Анатолий Фесенко. – Его сын, Михаил Сергеевич, полковник медицинской службы в отставке, регулярно приезжает в город. Он лично знаком с главой администрации. И было его письмо с таким пожеланием. Вопрос обсуждался с ветеранами, и они тоже высказались за то, чтобы прах героя покоился там, где лежат его боевые товарищи. Только после этого появился документ за подписью главы.
Все действия было решено провести в один день. Около семи часов утра в город прибыли поисковики из отряда «Фридрихсбург», которых попросили провести эксгумацию останков. Для того, чтобы обеспечить нормальные условия работы над захоронением были установлены палатки. Отдельно, рядом, была поставлена палатка, в которой на специальном постаменте должен был быть установлен гроб.
В народе, как оказалось, ходили легенды об этом захоронении. Поговаривали, что в могиле лежат трое. Другие говорили, что вообще никого нет, и в 53-м году туда опустили пустой гроб. Однако все это оказалось слухами. Около 11 часов утра поисковики закончили свою работу. Останки единственного человека, который покоился в могиле позади бетонного бюста у моста через Писсу, были аккуратно извлечены и выложены в гроб.
- Никаких трудностей в работе не было, - рассказал мне Вальдас Рыжков, командир «Фридрихсбурга». – Место было известно точно. Главное было, как обычно, не пропустить случайно мелкие фрагменты. Но песок и копать, и проверять легко. Так что все сделано аккуратно.

Прощание
Около двух часов к зданию отеля «Кайзерхоф» стали собираться жители города, пришедшие проститься с Гусевым. В два часа дня от сквера в сторону братской могилы двинулась колонна. Во главе ее – почетный караул с портретом Сергея Гусева, следом – БТР, на который водрузили покрытый государственным флагом гроб. Следом растянулась процессия.
Когда прибыли на место, оказалось, что провожать в последний путь героя, чье имя носит город, собралось под тысячу человек.
Траурный митинг был недолгим. Выступили глава администрации, председатель ветеранской организации, командир расквартированной тут бригады. Говорили искренне и коротко.
Пожалуй, единственным, что резануло во всей церемонии, было выступление министра Михаила Плюхина, прибывшего ради торжественного момента из областного центра. Выступая перед собравшимися на траурном митинге он произнес немало дежурных слов о том, как Россия не допустит переписывания истории. А затем почему-то назвал погибшего героя Сергеем Кузнецовым.
- Это он случайно, - тут же зашептались в толпе сочувственно. Действительно – скорее всего случайно. Не может же простой министр по делам развития территорий помнить всех героев той далекой уже войны и названия всех райцентров. А тем более – знать, в честь кого какой город назван. Впрочем, это не смогло испортить того тихого и торжественного настроения, что царило на площадке.
Священник отслужил над гробом заупокойную службу. Офицеры, стоявшие в почетном карауле, свернули флаг, которым гроб был накрыт. Его – вместе с офицерской фуражкой и портретом – передали на хранение в музей.
И буквально через несколько минут над могилой уже выстроили небольшой памятник, увенчанный гранитной плитой. К нему потянулись люди с цветами: ветераны, школьники, родители с детьми.
…И по тому, как они шли, было видно – это не «участники мероприятия», не «массовка». Это просто люди, которые пришли попрощаться с тем, кто дал имя их городу. Попрощаться с солдатом, прошедшим всю войну на переднем крае. С солдатом, который погибнув – победил.
Министры поменяются, а они, эти люди – останутся жить здесь. И пока они помнят – память жива.

Кто такой Сергей Гусев
Гвардии капитан Сергей Иванович Гусев был заместителем командира по политчасти 2-го стрелкового батальона 664-го стрелкового полка 130-й Таганрогской, ордена Ленина, ордена Суворова стрелковой дивизии. На фронте, где Гусев получил боевое крещение в октябре 1941 года, он успел принять участие в боях под Ленинградом и Сталинградом. Он освобождал Донбасс, Таганрог, форсировал Днепр, воевал в Белоруссии и Литве. Был награжден орденами Отечественной войны II и I степени, Красной Звезды, медалями.
18 января 1945 года в бою за Гросс-Байтчен (ныне – поселок Подгоровка) заменил выбывшего командира 6-й роты. Под его командованием рота захватила немецкие позиции и отразила несколько контратак. В этом бою Сергей Гусев был смертельно ранен автоматной очередью. За этот подвиг он был посмертно представлен к званию Героя.
По одним данным он погиб на месте, по другим – товарищи успели доставить его в медсанбат, расположенный в местечке Тольмингнемен (сейчас – поселок Ясная Поляна Нестеровского района), где он и скончался 21 января – как раз в тот день, когда был взят штурмом город, носящий ныне его имя. Ему было только 27 лет.

Гумбиннен - Гусев
Город Гумбиннен возник в первой четверти XVIII века. Он был административным центром самого восточного округа Восточной Пруссии, в который входили и Мемель (Клайпеда) и Шталлупенен (Нестеров),  Голдап. По сути, это был город чиновников. «Нашим» он становился трижды: в 1758 и 1914 году его взяли штурмом русские войска, 21 января 1945 – советские. В этом городе родились основоположник литовской литературы Кристионас Донелайтис, знаменитый конструктор ракетной техники Вернер фон Браун и российский эстрадный певец Олег Газманов.
Гумбиннен был переименован в Гусев Указом Президиума Верховного Совета РСФСР «Об административно-территориальном устройстве Калининградской области» от 7 сентября 1946 года.

Как изменится сквер?
Проект нового памятника Сергею Гусеву представил городу белорусский скульптор Виктор Копач. Это будет бронзовое изваяние высотой в 2,5 метра, изображающее Гусева в полный рост. Сейчас проект отправлен на доработку с учетом всех высказанных администрацией и ветеранами пожеланий. Одновременно будет проведена полная реконструкция сквера от моста до лицея. На эти работы требуется по предварительным данным 5 млн. рублей. Из них только 870 тысяч город получает по программе «Развитие культуры Калининградской области». Остальное предоставляют предприниматели в виде спонсорской помощи. Планируется, что все работы будут завершены к 9 мая 2010 года.
Алексей ПОПОВ.
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
ВОЙНА ЗАКОНЧИЛАСЬ. ВСЕ СВОБОДНЫ
Бойцы культурного фронта успешно отражают атаки незахороненных солдат
Местные чиновники решили начать подготовку к празднованию 65-летия Победы с того, что запретили ворошить память о тех днях, о цене самой этой Победы и о той подлости, что была совершена по отношению к павшим бойцам.
Последние солдаты
Земля, на которой мы живем, обильно полита кровью. Точного количества потерь в 1944-1945 годах до сих пор не знает никто. Называемые в некоторых источниках 126,5 тысяч человек, погибших в ходе Восточно-Прусской операции, вызывают сомнение уже хотя бы потому, что часть боев на восточных границах области велась в рамках Прибалтийской наступательной операции – еще осенью 1944 года.
Одно известно точно: до сих пор многие из погибших не имеют своей могилы - и это при том, что область является одной из самых маленьких в России. Активная работа по поиску пропавших без вести солдат и затерянных захоронений началась у нас в 90-х - несколько позже, чем поисковое движение развернулось в «Большой России». И продолжалась активно до этого лета. На местах боев работало несколько поисковых отрядов (по разным данным - до 14, хотя фактически рабочих организаций в области не более пяти). Ежегодно на мемориале «Курган славы» в Медведевке хоронят несколько сотен советских солдат, погибших в 1944-45 годах и найденных только сейчас поисковыми отрядами. Ежегодно приезжают в Калининград родственники - чтобы забрать на родину останки тех, кого более 60 лет считали дома пропавшими без вести.
Но недавно произошло событие, которое явно показало, что в этом деле наметился перелом.

Дело о пропавшем без вести
У въезда в Светлый, в леске напротив терминала «Лук-Ойла» и сейчас видна линия одиночных стрелковых ячеек. Обращены они в сторону Светлого (бывшего Циммербуде). Здесь зимой-весной 1945-го наши войска несколько раз штурмовали немецкие позиции. А этим летом группа поисковиков из организации «Совесть» провела в леске разведывательную экспедицию, в ходе которой были обнаружены останки безымянного пока что бойца Красной Армии, погибшего здесь 64 года назад.
- Очевидно, что человек погиб геройски, - рассказывает Руслан Хисамов, руководитель «Совести». - При обследовании места мы пришли к выводу, что он подорвал, связкой гранат себя и двоих немцев, останки которых были найдены рядом. А его самого буквально разорвало пополам - верхняя половина останков была по одну строну ячейки, нижняя - по другую… Возможно, у него просто закончились патроны - дно ячейки было усеяно гильзами.
Солдат, которого нашли под Светлым, воевал хорошо - судя по ордену Красного Знамени и медали «За отвагу». Две награды - это практически гарантия того, что по их номерам архив установит точное имя и адрес человека. Адрес, по которому, возможно, проживают еще родственники, которые все эти годы обивали пороги военкоматов в надежде выяснить хоть что-то о его судьбе. Казалось бы - повод для радости. Еще один солдат вернется домой с той войны. Однако именно эта вылазка стала основанием для того, чтобы на парней из «Совести» завели протокол об административном правонарушении № 5155. Дескать, раскопки не были согласованы должным образом. Отдадим должное мировому судье – 20 октября этого года она просто закрыла дело за истечением срока давности нарушения. Не стала искать возможности «прищучить» неугомонных поисковиков.
Но дело появилось на свет неспроста. На руках у поисковиков были все документы (включая согласование раскопок с Военно-мемориальной группой Штаба Балтфлота, которая является органом Министерства обороны РФ - единственной организации, в настоящее время уполномоченной вести и контролировать поисковую деятельность), но городская администрация решила, что их действия незаконны. Она вовсе не проявляла инициативу, а выполняла распоряжение Министерства культуры Калининградской области – о полном запрете на поисковые работы в преддверии 65-летия Победы.

В окопах культурного фронта
Многостраничное письмо местного минкульта за номером 2059 от 06.07.09, с суровым грифом «Для служебного пользования», разосланное летом по городам и весям, было посвящено приближению 65-летия Великой Победы и проблеме поискового движения на территории Калининградской области. В нем много рассуждений о том, что на территории области «имеется ряд негативных тенденций, связанных с реализацией Закона РФ «Об увековечении памяти павших при защите Отечества».
Министерство культуры в этом документе признало ряд фактов. То, что на местах боев до сих пор остается большое количество незахороненных останков советских воинов. То, что на территории области есть большое количество воинских захоронений, не обозначенных на местности (проще говоря - сровненных с землей). Кстати, эта величайшая подлость по отношению к своим солдатам, которую совершили советские чиновники на рубеже 70-х - «укрупнение воинских захоронений», проводившееся по большей части фиктивно, до последнего времени отрицалась. Признано и то, что советские и немецкие могилы регулярно разграбляются «черными копателями», а награды и личные вещи погибших пополняют витрины антикварных лавок.
Но из всего этого сделаны совершенно абсурдные выводы. Чиновники под предлогом того, что здесь нет «официально уполномоченной организации», повелели запретить любые поисковые работы на территории области. Запретить, понятное дело, можно только тем, кто обращается за разрешением, кто работает легально и ищет не «хлам на продажу», а пропавших без вести. Деятельность «черных поисковиков» и без минкультовских хлопот во все годы была запрещена законом.
Зачем же нужно это требование? Вот одно из объяснений. И в том, что кости лежат по лесам, и в том, что могилы советских солдат просто заровняли 40 лет назад, не перенося останки, и в том, что увековечены далеко не все павшие, виновны те, кто не выполнил свою работу. А не те, кто делает ее за них по велению собственного сердца. Однако вполне понятно, почему нужно перед Большим Праздником прижать ситуацию так, чтобы лишнего шума не было. Чтобы не возник разговор о брошенных и забытых. Тем более – тогда, когда весь честной чиновный люд соберется в хороводы, отрабатывая тему патриотической работы.

Суров ли закон?
В разное время на Думу и на Министерство культуры выходили представители поисковых отрядов «Фридрихсбург», «Совесть» и Ассоциации «Память». Они предлагали свои проекты областного «Закона о поисковой деятельности», в которых прописаны были и система согласований, и порядок проведения раскопок, и то, что следует делать с обнаруженными в их ходе останками и боеприпасами.
Закон до сих пор не принят. Поговаривают, что причиной тому деньги. Работа добровольцев сегодня не стоит ничего. Но после принятия закона можно будет выписывать суммы на нее - и они могут вылиться в несколько миллионов. Если уж выделять - то осваивать должны не случайные люди… Деньги в этом деле - вообще серьезный вопрос. Дело в том, что по современным законам основной орган, курирующий поисковую работу в России - это Министерство обороны. А деньги на нее традиционно осваиваются Министерством культуры.
На этот раз, впрочем, предсказать развитие ситуации невозможно. Поисковики готовят обращение в прокуратуру области с просьбой проверить законность действий чиновников. Они хотят узнать, почему Министерство культуры узурпирует полномочия Министерства обороны.
- Я не боюсь давления на организацию, - говорит Руслан Хисамов. - Мы не нарушаем законы. Но есть ряд вопросов, которые необходимо прояснить. За последнее время пришлось столкнуться и с давлением, и с ложью, и с подтасовкой фактов. Это нацелено на то, чтобы просто не дать нам работать… А ведь речь идет не о десятках - о тысячах солдат, до сих пор не упокоенных как должно.

Мнение
- На Советском проспекте мы поднимали захоронение, - рассказывает командир поискового отряда «Фридрихсбург» Вальдас Рыжков. – И когда стали находить документы, относящиеся к нему, то выяснилось, что в 45-м году там значилось около 30 человек, в 60-х – было уже другое количество… а к началу 70-х оно увеличилось до ста. По официальным данным оно было перенесено. Однако когда рабочие дошли до него, и мэрия Калининграда нас привлекла для проверки и эксгумации, оказалось что люди так и лежали все эти годы под дорогой. Весь «перенос» в 70-х свелся к тому, что тайно, ночью демонтировали памятник и заровняли холм. И на самом деле вопрос о том, как быть с такими «забытыми» могилами – не праздный. Нам говорят – не нужно ворошить прошлое. А потом тихонько спрашивают: а понимаем ли мы, сколько денег потребуется, чтобы восстановить памятники над всеми могилами, или просто честно перенести останки на мемориалы?
Алексей ПОПОВ.
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
Публикация за июнь 2009 года:

ДЕНЬ СКОРБИ
Местные власти достаточно прохладно отнеслись к захоронению советских воинов, погибших здесь в 1945 году
В пятницу на мемориальном комплексе в Медведевке состоялась церемония захоронения останков 66 советских воинов, павших в ходе Восточно-Прусской наступательной операции. Хоронили тех, кого обнаружили за минувший год поисковики из отрядов «Фридрихсбург» и «Совесть» на местах боев и в безвестных могилах.
Церемония эта стала традиционной – вот уже несколько лет накануне 22 июня на военном кладбище собираются люди, чтобы отдать дань памяти и проводить солдат в последний путь. На этот раз хоронили не только безымянных солдат. Имена восьми из них удалось установить. Теперь предстоит работа по поиску их родственников, до сих пор, возможно, не знающих, где закончили они свой жизненный путь.
Наблюдая за церемонией из года в год, нельзя не отметить, как все меняется. С точки зрения организации – вроде бы все лучше становится. Если два года назад поисковики сами носили гробы лишь потому, что не нашлось взвода солдат, то сейчас захоронение провели военные. И рота почетного караула из Пограничного института шагала в ногу. И оркестр играл не фальшивя. И стихи, раздававшиеся из динамиков в минувшую пятницу, были удивительно удачно подобраны – простые, искренние слова, берущие за сердце. Но… в том и дело, что есть какое-то странное «но», которое трудно не заметить…
Прежде церемония проводилась с участием губернатора, мэра Калининграда, командующего Балтийским флотом, представителей Правительства области и Областной думы. Но на этот раз никого из  них не было. Видимо, более важные дела нашлись – причем, у всех сразу. Парад принимал областной военком, от имени органов власти выступали представители районной администрации. Могли ли «VIP-ы» найти возможность почтить своим присутствием это мероприятие? Сложный вопрос. Своего министра обороны в Калининградской области нет, а остальные, похоже, решили что и без них обойдется. Все-таки – дата не юбилейная, большого пиара не получится. Может быть, следствием этого стало и отсутствие традиционных пеших казаков, не упускавших случая продемонстрировать трибуне свои стройные ряды – пусть даже в остальные дни они и не тратят лишних сил на поисковую работу.
Церковные служители присутствовали. Но кажется, им год от года все труднее нести бремя своего нелегкого служения. В 2006-м году священник по всем канонам отпевал павших воинов перед погребением. После – просто читали заупокойную над могилой, но все же и окуривали ее ладаном... На этот раз – прямо с трибуны, не ходя к гробам, пропели молитвы. Кадить над могилой не стали. Впрочем, возможно, это просто некие изменения в канонах и правилах, неведомые журналистам. Возможно, это никак не связано с тем, что церемония прошла, в общем, без «особо важных персон».
Впрочем, нельзя сказать, что отсутствие «первых лиц» так уж негативно сказалось на происходящем. Для ветеранов, поисковиков и школьников, которые собрались в пятницу в Медведевке 22 июня – День скорби, а не день пиара... Ведь не ради «VIPов» стояли в почетном карауле поисковики из отряда «Фридрихсбург» и калининградские реконструкторы из клуба «Звезда»…
Кстати, по странному совпадению, впервые за все эти годы слова благодарности с трибуны прозвучали не только в адрес органов власти и местного правительства. Говорили о поисковых отрядах. О тех, кто спустя 64 года после окончания войны работает ради того, чтобы семьи наконец узнали – где погиб и где похоронены солдаты, ушедшие защищать Родину. Кстати, как раз в феврале этого года, находясь в Ленинградской области, президент РФ Дмитрий Медведев сказал о «большой и важной роли поисковой и военно-мемориальной работы».
После окончания траурной церемонии дети, приехавшие из Петровской школы, окружили парней в форме советских солдат конечного периода войны – хотели сфотографироваться вместе на память. По крайней мере, они хотят что-то помнить…
Алексей ПОПОВ.

Тем временем
Утром 22 июня в Люблино было проведено торжественное перезахоронение останков 200 советских воинов, обнаруженных несколько дней назад на окраине поселка. Поисковики из отряда «Совесть» проверяли поступившую от местных жителей информацию о том, что в 1947 году на школьном огороде были какие-то оплывшие холмики. И действительно – там обнаружилось захоронение, не нанесенное не карты и, возможно, не отмеченное в архивах. В семи братских и двух одиночных могилах покоились останки солдат, судя по всему захороненных сразу после боя. Над этими могилами никогда не было памятников. В три-четыре слоя, с патронами и гранатами в карманах лежали здесь бойцы больше шестидесяти лет после того, как в последний раз поднялись в атаку…

Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
ПРОВЕРЕНО – МИН ЕСТЬ!
На каждого жителя области приходится почти по 1,5 снаряда, лежащих в земле со времен войны Калининградские депутаты решили, что в этом виноват маршал Конев
10 июня 2009 года Калининградская областная дума приняла закон «Об организации и порядке очистки местности от взрывоопасных предметов на территории Калининградской области». Появление этого закона неслучайно. Сегодня в России каждый второй боеприпас, уничтожаемый в течение года, приходится на Калининградскую область.
За 64 года, минувшие после окончания войны, в нашем крае извлечено и уничтожено более 2 млн. снарядов и бомб. И это несмотря на то, что еще в 1947 г. Маршал Конев сообщил в Москву о полном разминировании территории  региона. После войны от взрывов боеприпасов пострадало свыше 500 человек. Из них 260 погибло. До сих пор каждый год в Калининградской области погибает 2-4 подростка, пытающихся самостоятельно разминировать местность.
Как напомнил корреспонденту «НК» руководитель местного МЧС генерал-майор Юрий Чинчуков, в позапрошлом году авиабомбу нашли в 50 метрах от правительства области, на откосе железнодорожной насыпи, мимо которой ежедневно проходят десятки составов. Под зданием одного из калининградских детсадов также была найдена неразорвавшаяся бомба весом в 100 кг.   По оценкам Главного управления МЧС по Калининградской области в калининградской земле до сих пор находится 1,35 млн. боеприпасов – на миллионное население области. Каждый год из земли извлекается до 70000 взрывоопасных предметов. Некоторые участки на побережье требуют сплошного разминирования. Кроме того, в прибрежных водах находится почти 200 потопленных барж с боеприпасами. Одну из них сейчас нейтрализуют специалисты ГОСАКВАСПАСА, т.к. она находится вблизи возводимой государственной резиденции в Пионерском. Боеприпасы времен войны были обнаружены при начале строительства и непосредственно на территории госрезиденции. Стоит, кстати, в связи с этим задуматься и о строительстве Балтийской АЭС – сколько смертельных «гостинцев» может таить в себе земля, на которой планируется возведение ее реакторов.
Региональный закон определяет порядок действий в случае обнаружения снарядов и мин, закрывая тем самым лакуну, оставленную федеральными законодателями. При этом вопрос о финансировании разминирования опять повисает в воздухе. А вопрос это весьма существенный. Стоимость проверки одного квадратного метра при строительстве, к примеру, многоквартирного дома, составляет сейчас 20 – 30 рублей. Частные застройщики решают проблему, обращаясь в одну из существующих в области частных фирм. Но там речь идет, как правило, о нескольких «сотках». А вот для того, чтобы спокойно возводить энергоблоки, нужно обследовать, пожалуй, несколько квадратных километров. Федеральный закон предусматривает, что разминирование должно оплачиваться муниципалитетами. Но последние отказываются это делать, ссылаясь на традиционное отсутствие средств. Доходит, кстати, до смешного. Пару лет назад поисковики обнаружили в лесах под Багратионовском минометные мины и артиллерийские снаряды. Однако когда они обратились в региональное Управлением МЧС, им предложили… оплатить выезд саперов. И до сих пор неизвестно, где брать деньги на проведение необходимого в нашей области сплошного разминирования территории.
Инициатор законопроекта депутат Владимир Вуколов предложил, в частности, привлечь к разминированию Германию, США и Великобританию. Дескать, вместе засоряли землю боеприпасами – вместе и будем их утилизировать. Однако вероятность того, что «Запад нам поможет» весьма мала. Речь между тем идет о весьма серьезных инвестициях. Поговаривают о необходимости строительства целого завода по утилизации «взрывоопаски». Ведь кроме неразорвавшихся боеприпасов времен войны, на складах скопилось огромное количество просроченных снарядов, мин, торпед и бомб Советской Армии. С ними тоже надо что-то делать. Еще 10 лет назад тогдашний командующий Балтийским флотом адмирал Владимир Егоров оценивал масштабы проблемы в 26 тыс. стандартных железнодорожных составов.
В кулуарах уже озвучено мнение, что законопроект создан в интересах «частных саперов» - тех, кто сможет поставить утилизацию боеприпасов на коммерческие рельсы за счет государственного заказа. Ведь, казалось бы, до сих пор на территории области стоят воинские части Балтийского флота РФ, в составе которых есть саперные подразделения. И именно они должны бы по первому зову Родины заняться приведением территории в безопасное состояние…
Впрочем, есть вероятность того, что этот законопроект так и не будет подписан губернатором. По некоторым данным в ближайшее время ожидается принятие аналогичного закона, но уже на федеральном уровне.
Аркадий ЗУРАБОВ.

НА СНИМКЕ: эту 82-мм минометную мину корреспондент «НК» сфотографировал в лесу к югу от Корнево на прошлой неделе. Лежит себе, никому не мешает…
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
ПОСЛЕДНИЕ СОЛДАТЫ ИМПЕРИИ
Похоже, сражение под Фридландом проиграно во второй раз. Теперь уже – чиновниками.

Печальная страница
Это была одна из самых перспективных площадок для проведения реконструкций в нашей области. Фридландское сражение, которым с французской стороны руководил лично Наполеон, началось 14 июня в 3 часа утра и закончилось только в 10 вечера. Численность французской армии составляла около 80 тысяч солдат при 118 орудиях, а русской – порядка 61 тысячи бойцов при 120 орудиях. Русская армия под командованием Беннингсена двигалась к Кенигсбергу, планируя выйти к столице наперерез французам. Бонапарт, разгадав замысел, встретил ее у Фридланда. В результате битвы русские войска потеряли убитыми и ранеными до 20 тысяч человек, французы – до 12 тысяч.
Сражение было проиграно русской армией. Возможно, именно это сейчас стало одной из причин, по которым его считают не слишком подходящим для того, чтобы вспоминать слишком часто. Между тем именно во время Фридландского сражения в историю русской армии были вписаны героические страницы, которые следовало бы помнить.
За Фридландское сражение был выдан первый в истории «солдатский Георгий» - его получил за отличие в бою унтер-офицер Кавалергардского полка Егор Иванович Митрохин. Под Фридландом совершил свой подвиг шеф Павловского гренадерского полка генерал-майор Николай Мазовский. Раненый в руку и в ногу он не имел уже возможности сидеть на коне, и тогда приказав двум гренадерам нести его на руках перед строем, в последний раз повел его в штыки со словами: «Друзья, неприятель усиливается! Умрем или победим!» В этой атаке он был сражен картечной пулей. Генерал был погребен на фридландском кладбище. Его могилу не разрушили и не осквернили ни в период Первой мировой, ни во времена Гитлера. Она и сейчас стоит в городском парке.

Реконструкции
Первая – пробная реконструкция состоялась в Правдинске в 2004 году. Тогда по городу прошли несколько человек в форме той эпохи. В 2005 году было уже 32 человека. А уж в 2007, когда отмечалось 200-летие битвы, только ленивый не слышал о масштабной реконструкции. В ней приняли участие не только россияне, но и гости из соседних стран. Там было все: конная лава, залпы орудийных батарей и целый городок, выстроенный на берегу речки для того, чтобы стать ареной боя… В прошлом году битва повторилась – пусть и с немного меньшим размахом. Казалось, на карте области появилось еще одно место, которое обеспечит приток туристов. Казалось Правдинску – бывшему Фридланду – повезло. Если даже на два-три дня в году он будет становиться местом проведения крупного международного мероприятия с тысячами гостей – это уже дает неплохую возможность для развития.
Казалось бы, успех реконструкций 2007 и 2008 годов должен был подтолкнуть чиновников к тому, чтобы развивать тему и дальше. Не так много в России мест, где на реконструкцию сражений наполеоновской эпохи собиралось бы по тысяче человек (как в 2007 г. в Правдинске). Вот и флаг бы в руки правительству области да департаменту туризма. Ведь сколько разговоров велось о том, что любые возможности для привлечения туристов в область будут использоваться на полную катушку… Однако начинает казаться, что под «полной катушкой» подразумевается производство аляповатых эмблемок и выезды руководящего состава с презентациями на иностранные курорты. Прошлые масштабные реконструкции делались с помощью частного фонда «Империя истории» (говорят, что на полномасштабное действо было потрачено около двух миллионов – но и туристов там было под 10 тысяч). Но стоило ему отойти от дел – и подхватывать знамя оказалось некому.

Солдаты Империи
В отсутствие системной подготовки мероприятие в принципе не должно было состояться… Однако нашлись энтузиасты, которые своими силами, без помощи «сверху» продолжают дело.
14 июня 2009 года по улицам Фридланда-Правдинска вновь шагали русские солдаты в мундирах 1807 года. Стоял почетный караул в городском парке у могилы генерала Мазовского. Дала салют древняя пушка. Это прибыли в город почтить память соотечественников участники Багратионовского военно-исторического клуба. Как рассказал мне руководитель клуба – директор Багратионовского музея Александр Панченко, они реконструируют батарейную роту 8-й артиллерийской бригады и 1-ю роту 1-го батальона 7-го егерского полка Российской императорской армии 1805-1807 гг. Клуб существует уже пять лет, и за это время успел принять участие во многих исторических сражениях как на территории России (Прейсиш-Эйлау, Фридланд, Бородино) так и за ее пределами (Остроенка, Пултуск). Участвуют в нем не только молодые ребята, но и вполне взрослые мужчины и женщины, чей интерес к истории никак не спишешь на юношеское мимолетное увлечение…
- Я вошел в реконструкцию как-то незаметно, - поведал мне Александр Полещук. – Просто Панченко – он кого угодно завести может. Я занимался бизнесом, связанным с металлообработкой. И вот он как-то раз обратился, попросил помочь сделать для музея кольчугу. Потом – поехал с ними на реконструкцию в 2004 году, просто чтобы помочь... и на следующий год – уже ходил в историческом костюме. А вскоре стал канониром – все-таки много молодых ребят, а в обращении с пушкой важна аккуратность. Тогда и пришлось делать обмундирование. Вообще сложно с чем-то сравнить ощущение от участия в исторической реконструкции. Когда, например, выезжали в Польшу – то вообще на границе словно переключается что-то. Проезжаешь – и этот мир с его заботами и проблемами просто остается где-то в стороне. Живешь уже тем временем и тем миром.
Рядом с солдатами в мундирах XIX века оказалось и несколько женщин, как в военном, так и в цивильном платье. Корреспондент «НК» не могла удержаться, и поинтересовалась у них – как и что вовлекло их в историческую реконструкцию, что нашли они в ней для себя?
Как рассказала Галина Черных, не втянуться  в реконструкцию было невозможно. Ее семья: муж, сын и дочь – все участвуют в воссоздании страниц истории. Для нее же все началось в 2005 году, когда вслед за мужем она отправилась в польский город Пултуск. Там проходила реконструкция сражения на реке Нарев. Тогда она еще ездила, как туристка, но это оказалось очень неудобно: современная одежда сильно портила антуражный пейзаж. По словам Галины Павловны «фотограф тоже должен быть одет в соответствующий костюм». Однако не так-то просто пошить себе одежду XIX века. Все наряды надо делать вручную, даже на рубашках мужчин швы сделаны отнюдь не швейной машинкой. Ни о каких современных материалах в то время речи не было… Но благо мир не без добрых людей – каждый помогает, как может. По словам женщины, доходит до того, что друзья и знакомые даже не выкидывают собственные вещи из натуральных шелка, льна и кожи, пока не покажут их ей – вдруг пригодится…
Кстати, в том самом Пултуске оказалось совсем не просто: дело было летом, стояла 40-градусная жара. Реконструкторы спасались от изнуряющего солнца в реке Нарев: заходили на глубину «по шею» и неподвижно стояли…
Другая симпатичная девушка – сотрудник багратионовского музея, Светлана Панченко,  была одета в мужскую форму. Она представилась знаменщиком военно-исторического клуба. Светлана поделилась: бывало, ей даже на месте артиллериста приходилось покорпеть. А уж оттуда попала знамя носить. Это все-таки легче, чем с пушкой управляться.
Была среди реконструкторов и дебютантка Ольга. Девушка рассказала, что это ее первый выход в свет. Реконструкция, а конкретно «наполеоника» привлекла ее в прошлом году, когда она попала на сражение здесь же в Правдинске. Ольга призналась, что в свой первый раз больше всего волновалась за белые гольфы, которые специально надела. И волнения оказались не напрасными – гольфы были почти черными от воды и грязи… Благо это была единственная неприятность, с которой столкнулась дебютантка.
Ирина АНДРЕЕВА.
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 022
  • Ржевцев Юрий Петрович
СЕРЕБРЯНЫЕ ПУЛИ ПРОТИВ ОБОРОТНЕЙ СС
Наш специальный корреспондент вернулся из экспедиции по местам боев 50-й армии – той самой, что в апреле 1945 года штурмовала Кенигсберг. Ему удалось своими глазами увидеть, как организованы поисковые работы в Большой России.
Формальности, связанные с получением  отпуска за свой счет на работе и подготовкой к экспедиции удалось уладить за пару дней – и вот мы уже на пути в Тулу. Там должна пройти одна из поисковых экспедиций в рамках Всероссийской Вахты Памяти. Работать нам предстояло немного южнее поселка Спасское-Лутовиново, неподалеку от родового поместья Тургенева, на местах боев октября 1941 года. Именно там отходила с боями 50-я армия, которая спустя четыре с половиной года штурмовала Кенигсберг с севера. Договорились так, что до Тулы и обратно добираемся за свой счет, а питание и все перемещения на месте ребята взяли на себя.
Вот поезд подходит к границе. Литовские таможенники осматривают наш багаж.
- Это что у вас?
- Палатка.
- А это что и зачем?
- Так это спальник, мат, другие личные вещи – чтобы в палатке спать.
- Так вы что, туристы?
- Ну да, туристы, - вдаваться в лишние объяснения на таможне не стоит, себе дороже. А если сказать про военную археологию – попросят гранаты сдать. Так что проще согласиться, что собираясь десяток дней прожить в палатке в лесу, мы становимся настоящими туристами.

В Туле
С вокзала нас отвезли на квартиру, которую сняли специально для приема гостей. Времени знакомиться с городом уже не оставалось – немного отдохнуть с дороги и поспать. Рано утром – построение на площади и отъезд «в поле».
Утром, пока мы грузимся в автобус, успеваю познакомиться с коллегами. На Вахту Памяти кроме нас – представителей калининградского поискового отряда «Фридрихсбург» – прибыли отряды из Москвы, Ново-Московска и Тулы. Есть и молодежь, которая в поиске только первый год, есть и зрелые мужики, у которых за плечами по 10 – 15 лет работы на местах боев. Все – люди по-своему примечательные, но один человек – точнее, его история – поразил особо. Сотрудник милиции Юрий Апарин в конце 90-х возглавлял «оружейное» подразделение в местном Управлении уголовного розыска. Тогда ему несколько раз пришлось принять участие в расследовании уголовных дел, которые возбуждались после изъятия у местных поисковиков ржавых стволов от винтовок и другого «бывшего оружия», откопанного на полях сражений. Сперва был профессиональный интерес к тому, зачем нужно это железо. Понятно, что проще сделать оружие из водопроводных труб, чем восстановить большинство из этих изъеденных коррозией экспонатов. Потом, пообщавшись с руководителями поисковых отрядов и узнав немного больше об их работе, он совершил свой первый выход «в поле». И вот уже несколько лет в свободное время участвует в экспедициях по поиску советских солдат. Заодно – помогает организовать работу так, чтобы не возникало недопонимания с местными органами внутренних дел. Несколько лет назад он создал свой поисковый отряд на базе учебного центра УВД.
Забегая вперед могу сказать, что организовано все действительно неплохо. В последний день экспедиции к нам прибыли милиционеры из ближайшего отдела, спокойно опросили всех, кто участвовал в обнаружении взрывоопасных предметов, оружия и боеприпасов. Затем – прибыли сотрудники МЧС. Вместе они заполнили акты, оформили все документы, а затем на месте подорвали все опасные находки. Наблюдая за тем, как спокойно они работают, я вспоминал наши мытарства, когда несколько лет назад пытались передать в МЧС карту с топопривязкой найденных в лесах Багратионовского района минометных мин, снарядов и гранат. Та эпопея закончилась резолюцией, гласящей, что нам нужно… оплатить вызов саперов. Иначе никто не поедет. И теперь, наблюдая, я поминал калининградских взрывников негромким забористым словом.

В лесу фронтовом
Глубинка оставляет сложное впечатление. Какие-то поселки живут, люди здесь имеют работу. Но вокруг Спасского-Лутовиново, где мы стояли лагерем – три-четыре полностью заброшенных, «мертвых» деревни. Последние люди ушли отсюда несколько лет назад, огороды заросли, избы покосились, поля заброшены.
- Не ходим мы в тот лес, - пожимает плечами мужичок из местных, с которым я разговорился на окраине поселка. – Дурное место. Несколько лет назад пожар был из-за грозы, так там все взрывалось… с войны полным-полно мин да снарядов в земле. Так что незачем туда лазить. Грибы? Так за грибами и без него есть, куда сходить.
Сам лес – частично старый, частично – новый, поднявшийся за 70 лет на том месте, где во время войны были поля. Грибов здесь – действительно, хоть косой коси. Они оказались неплохой добавкой к нашему рациону, хотя на недостаток еды жаловаться не приходилось. Кстати, как рассказал один из товарищей, большинство продуктов предоставил один из крупных тульских предпринимателей, которого в народе причисляют к местным авторитетам. Этот человек встретился с поисковиками, послушал их рассказы и посмотрел фотографии, убедился, что они действительно ищут пропавших в годы войны советских солдат – и личным распоряжением выделил два груженых продуктами микроавтобуса. Ни на какой «пиар» он при этом не рассчитывал. Имена тех, кто помогает искателям, как тут их называют, не упоминаются в прессе – даже когда экспедиция была успешной.
Несколько дней мы обследовали лес вокруг лагеря. Обычные приборы оказались не слишком эффективны. Они чувствуют металл на глубинах до полуметра, и хороши при поиске «верховых» бойцов – тех, кто лежит почти на поверхности земли. А в окопах наиболее полезен оказался «глубинник», который привезли москвичи.
Линия обороны, судя по всему, готовилась загодя. Отлично видны окопы, блиндажи, ходы сообщения и пулеметные гнезда, оборудованные по всем правилам. На этом рубеже можно было закрепиться надолго. Однако следов серьезных боев мы так и не нашли. Стреляных гильз было мало, встретились они лишь в нескольких местах. Насколько нам удалось выяснить, немцы в октябре 1941 прорвали фронт в стороне от этих мест. И видимо часть, которая тут стояла, отошла, оставив прикрытие. Причем, судя по всему, отход был не слишком организованным. Гранаты, мины, патроны просто брошены на позициях. В одном из пулеметных гнезд мы находим семь коробок с брезентовыми лентами для «Максима». Каждая – на 250 патронов. В нескольких местах – винтовки Мосина, даже с примкнутыми (это делалось только перед атакой) штыками. Всякий раз, когда обнаруживаем винтовку – ждем, что рядом отыщется и ее хозяин. Но оружие, похоже, просто брошено в окопах. Всего мы нашли пять винтовок и карабин Мосина, несколько десятков гранат и снарядов для советской 76-мм пушки. В одном из дисков к пулемету Дегтярева обнаруживаем патроны 1929 года выпуска. Удивляемся – похоже, что он снаряжен серебряными пулями.
- Это против оборотней СС, что ли, применялось? – удивляется кто-то из ребят.
Один из старших товарищей авторитетно поясняет, что до 1930 года использовалось покрытие из мельхиора, потому что оно лучше сохраняло боевые качества ствола. И только потом, из-за его дороговизны, было решено перейти на медь.
Считать боеприпасы «протухшими» и безопасными не стоит, в чем мы вскоре и убедились, когда под лопату попала бутылка с «коктейлем Молотова». От неосторожного движения она раскололась, и почти сразу появился легкий дымок. От греха подальше ее аккуратно и быстро удалили из раскопа – в свободную пустую яму. Там она подымила еще с минуту – и в небо поднялось пламя. Спустя 68 лет смесь сохранила свои свойства.

Возвращение
В «Большой России» все действительно не совсем так, как у нас. Работать приходится на местах боев 1941-43 годов, где до сих пор тысячи и тысячи числящихся пропавшими без вести солдат лежат на полях и в лесах. При этом документальные источники, по которым можно было бы определить характер боев и списки потерь – до сих пор либо неполны, либо недостоверны. В книгах полководцев, например, неудачным операциям Красной Армии традиционно посвящалось не более нескольких строк. А ведь именно эти операции и оборачивались огромными потерями. Зачастую солдаты, имена которых удается установить по медальонам (в 41 – 42 гг. бойцы обязаны были иметь при себе пенальчики с записками) даже не значатся в списках потерь.
Отличается здесь и работа с администрацией. Если разрешения на работы дают без проблем и периодически – с областного уровня – оказывают помощь, выделяя деньги или оборудование, то мемориала, подобного нашему на Медведевке и торжественных захоронений, как проходят там, в Тульской области нет.
Поиски закончены. Мы возвращаемся в родную область, где, кстати, с лета действует почти что тайный циркуляр Министерства культуры – письмо с грифом «Для служебного пользования», разосланное по всем администрациям. Письмо это составлено аж на трех листах. Запрет попытались объяснить большим количеством выставленных на продажу личных вещей воинов Красной Армии и вермахта в антикварных салонах нашего города. В нем категорически требуется запретить любые работы на местах и не допускать поисковые группы к работам. В общем – документ предназначен исключительно для того, чтобы помешать работе нормальных поисковых групп. «Черные следопыты» по своей доброй традиции раскопки с органами власти не согласовывают, не прекращают и не прекратят.
На российской таможне повторяется почти в точности уже знакомый диалог.
- Это что у вас?
- Палатка.
- А это что и зачем?
- Так это спальник, мат, другие личные вещи – чтобы в палатке спать.
- Так вы что, спортивным ориентированием занимаетесь?
Киваю, не совсем понимая, впрочем, чем вызвана именно эта ассоциация. Но если на то пошло, то можно назвать нашу работу и ориентированием. Вот только ориентироваться приходится в событиях почти 70-летней давности.
Антон БЕЗУГЛОВ.
Записан
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »