Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Правила Форума: личная порядочность участника и признание им царящего на Форуме принципа субординации, для экспертов вдобавок – должная компетентность! Внимание: у Администратора и Модераторов – права редактора СМИ!

Автор Тема: Из истории военной разведки: Восточно-Прусское направление  (Прочитано 17577 раз)

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович

Автор – Юрий РЖЕВЦЕВ
Нелегальные резидентуры внешней (по линии чекистского ведомства) и стратегической разведки Красной Армии активно работали в Восточно-Прусской провинции 3-го рейха уже задолго до начала гитлеровской агрессии против СССР. В состав одной из них - носившей кодовое название «Север» и подчинённой Разведывательному управления Генерального штаба Красной Армии с весны 1943 года – РУ НКО СССР) - летом 1941 (по другим данным – с 1940)-июле 1943 гг., входил Николай Иванович Кузнецов – будущий Герой Советского Союза и полный кавалер ордена Славы. По состоянию на вторую половину 1941 года 19-летний Н.И. Кузнецов уже действовал под маской офицера Абвера.

В январе-марте 1941 года особое задание в Восточной Пруссии как советский разведчик выполнял майор (впоследствии – генерал-лейтенант) Кузьма Николаевич Деревянко (14.11.1904-30.12.1954) - будущий прославленный советский военачальник, удостоившийся высокого права 2 сентября 1945 года от имени  Советского Союза подписать Акт капитуляции Японии, Герой Украины (7 мая 2007 года, посмертно).

В течение Великой Отечественной войны стратегическая (со стороны Красной Армии) и внешняя (со стороны НКВД-НКГБ СССР) разведка в отношении противника на территории Восточной Пруссии и сопредельных к ней регионов осуществлялась Главным разведывательным управлением Наркомата обороны СССР и 1-м Главным (внешняя разведка) управлением НКВД, а с апреля 1943 года – НКГБ СССР.
А оперативная (она же – специальная и глубинная) разведка - следующими субъектами:
- аппаратом Разведывательного управления (в/ч «Полевая почта 38729») Генерального штаба Красной Армии и его полевыми органами в лице разведывательных отделов штабов 1-го Прибалтийского, 1-го (2-го формирования), 2-го (2-го формирования) и 3-го Белорусских фронтов, а также Краснознамённого (ныне – дважды Краснознамённый) Балтийского флота;
- 4-м (зафронтовой работы – разведка, диверсии и террор в тылу врага) управлением НКВД, а с апреля 1943 года – НКГБ СССР и, в первую очередь, силами Отдельного отряда особого назначения НКГБ СССР (до октября 1943 года – Отдельная мотострелковая бригада особого назначения войск НКВД СССР);
- силами спецрот и аппаратов агентурной разведки управлений войск НКВД по охране тыла 1-го Прибалтийского, 2-го (2-го формирования) и 3-го Белорусских фронтов;
- зафронтовыми органами Главного управления контрразведки «Смерш» Наркомата обороны СССР (с апреля 1943 года и только в отношении разведорганов противника);
- диверсионно-разведывательными формированиями 9-го отдельного гвардейского батальона минёров Московского военного округа;
- Центральным штабом партизанского движения в лице таких его полевых органов, как Украинский, Белорусский и Литовский штабы партизанского движения.

В течение Великой Отечественной войны стратегическая (со стороны Красной Армии) и внешняя (со стороны НКВД-НКГБ СССР) разведка в отношении противника на территории Восточной Пруссии и сопредельных к ней регионов осуществлялась Главным разведывательным управлением Наркомата обороны СССР и 1-м Главным (внешняя разведка) управлением НКВД, а с апреля 1943 года – НКГБ СССР.
А оперативная (она же – специальная и глубинная) разведка - следующими субъектами:
- аппаратом Разведывательного управления (в/ч «Полевая почта 38729») Генерального штаба Красной Армии и его полевыми органами в лице разведывательных отделов штабов 1-го Прибалтийского, 1-го (2-го формирования), 2-го (2-го формирования) и 3-го Белорусских фронтов, а также Краснознамённого (ныне – дважды Краснознамённый) Балтийского флота;
- 4-м (зафронтовой работы – разведка, диверсии и террор в тылу врага) управлением НКВД, а с апреля 1943 года – НКГБ СССР и, в первую очередь, силами Отдельного отряда особого назначения НКГБ СССР (до октября 1943 года – Отдельная мотострелковая бригада особого назначения войск НКВД СССР);
- силами спецрот и аппаратов агентурной разведки управлений войск НКВД по охране тыла 1-го Прибалтийского, 2-го (2-го формирования) и 3-го Белорусских фронтов;
- зафронтовыми органами Главного управления контрразведки «Смерш» Наркомата обороны СССР (с апреля 1943 года и только в отношении разведорганов противника);
- диверсионно-разведывательными формированиями 9-го отдельного гвардейского батальона минёров Московского военного округа;
- Центральным штабом партизанского движения в лице таких его полевых органов, как Украинский, Белорусский и Литовский штабы партизанского движения.
Наиболее широко применявшийся метод - заброска в глубокий тыл противника различных как по своему составу, так и по предназначению спецподразделений (спецотряды, ДРГ, радиофицированные группы и резидентуры), а также одиночек в лице резидентов и маршрутных агентов.
Первые советские диверсанты на территории Восточной Пруссии (но в её границах, установленных нацистами в январе 1941 года) высадились на парашютах, как надо полагать, уже в первые недели Великой Отечественной войны, если уже не в самые первые дни. Так, в частности, немецкие архивные источники донесли до нас факт высадки советской ДРГ в ночь с 27 на 28 декабря 1941 года в нескольких километрах южнее восточнопрусского города Плёнен (ныне - польский Плоньск) - на берегу реки Вислы (в немецкой транскрипции - Вайксель). Подробности – в строках Секретного отчёта органов юстиции Кёнигсберга от 5 января 1942 года: «В ночь на 28.12.1941 г. на берегу р. Вайксель (район южнее Плёнен) были десантированы два и чуть позднее ещё четыре парашютиста. Речь, по всей видимости, идёт о поляках, десантированных с английских самолётов, взлетевших с аэродромов за линией русского фронта.
Первые два парашютиста были застрелены при посадке немецкими таможенниками, второй группе (четыре парашютиста) удалось скрыться после того, как ими были убиты три и тяжело ранен один из пытавшихся их уничтожить немецкий таможенник.
При обыске у убитых парашютистов обнаружены стрелковое оружие, предположительно, яды, большое количество листовок, журналов и других пропагандистских материалов на польском языке».
Впоследствии активность присутствия советской военной разведки в Восточной Пруссии только нарастала, подтверждения чему, в частности, нередко можно встретить в документах нацистских властей. Вот несколько цитат в доказательство.
Из Секретного отчёта органов юстиции Кёнигсберга от 11 июня 1942 года: «В отдельных округах Восточной Пруссии сбрасывались листовки и бомбы, а в округе Инстербург – несколько парашютистов.
…По конфиденциальному сообщению полиции на самом деле в последние недели повторно отмечена высадка русских разведчиков на парашютах. Работа по их розыску и захвату ведётся всеми компетентными органами».
Из Секретного отчёта органов юстиции Кёнигсберга от 11 августа 1942 года: «Участившиеся полёты авиации противника рассматриваются как действия по активизации десантирования на парашютах саботажников и диверсантов, которые выполняют задачи не только по уничтожению транспортных средств (например, железнодорожная авария в Гданьском «коридоре» и поджог девяти не сцепленных друг с другом вагонов воинского эшелона в районе Коббельбуде [ныне – посёлок Кремнёво Зеленоградского района], о которых я доложил по телефону, и объектов промышленной инфраструктуры, но и уничтожение урожая в Восточной Пруссии перед его уборкой, что подтверждается резко возросшим количеством поджогов сельхозугодий».
Из Секретного отчёта органов юстиции Кёнигсберга от 30 марта 1943 года: «За последние месяцы бомбардировок территории Восточной Пруссии не отмечено. Несмотря на это у нас нередко объявляется воздушная тревога, причём не только на побережье, но и внутри провинции. Частично это объясняется действиями английских лётчиков, которые ставят минные заграждения в порту, а частично – русских, которые ведут разведку и десантируют парашютистов».
Из Секретного отчёта органов юстиции Кёнигсберга от 29 мая 1943 года: «…Членами банд, нападающих на представителей власти, являются партизаны, десантированные с вражеских самолётов, в том числе с целью установления связи с бывшими польскими коммунистическими кругами…».
Из Секретного отчёта органов юстиции Кёнигсберга от 29 ноября 1943 года: «Отмечены случаи десантирования советских парашютистов с целью проведения диверсий и распространения пропагандистских материалов в Цихенау [ныне – польский Цеханув]».
Среди советских разведчиков, десантированных в Восточной Пруссии в 1943 году, был и агент 1-го (внешняя разведка) управления НКГБ СССР Хайнц Глоджай («Шустрый»), ставший одним из девяноста семи советских разведчиков-нелегалов (десять из них, в том числе и сам Х. Глоджай, - этнические немцы), которые на начало 1944 года по линии чекистского ведомства эффективно действовали в фашистской Германии или её странах-сателлитах.
Хайнцу Глоджау удалось благополучно легализоваться в Кёнигсберге, где он принял на себя миссию местного резидента НКГБ СССР. К сожалению, этот мужественный боец-антифашист не дожил до светлого дня свержения германского нацизма: в августе 1944 года стал жертвой печально знаменитых массированных рейдов тяжёлой бомбардировочной авиации союзников на Кёнигсберг.
Кроме того, необходимо упомянуть, что, начиная с конца 1943 года и вплоть до середины июля 1944 года, со стороны Польши и Литвы на территорию Восточной Пруссии для выполнения здесь своих специфичных боевых задач регулярно проникали специальные диверсионно-разведывательные группы и маршрутные агенты Интернационального отряда майора Сергея Ивановича Волокитина («Майор Серго») – партизанского спецсоединения Отдельного отряда особого назначения НКГБ СССР.
Бойцы-испанцы из чекистского спецотряда «Гвалдахара»:

Осень 1943 года. Лучшие бойцы 88-го истребительного батальона НКВД СССР (данная в/ч в действительности - Спецшкола подрывников УНКВД г. Москвы и Московской области) перед убытием для дальнейшего прохождения службы в состав спецроты Управления войск НКВД по охране тыла Западного фронта. Многим из них впоследствии уже как секретным сотрудникам Разведотдела штаба 3-го Белорусского фронта выпало совершить слепой прыжок в тыл Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск...

В начале 1944 года южного периметра границы Восточной Пруссии в ходе своего легендарного Львовско-Варшавского рейда достигла 1-я Украинская партизанская дивизия имени дважды Героя Советского Союза С.А. Ковпака, во главе которой стоял представитель органов оперативной разведки Генерального штаба Красной Армии полковник Пётр Петрович Вершигора, ставший впоследствии Героем Советского Союза (7 августа 1944 года), генерал-майором (8 августа 1944 года) и широко известным в мире советским литератором-мемуаристом.
Легендарный Пётр Петрович Вершигора в погонах полковника и генерал-майора:

По-настоящему всерьёз «партизанской угрозой», как то вытекает из немецких архивных документов, власти Восточной Пруссии обеспокоились ещё летом 1943 года. «Участились случаи нападения на представителей органов власти в Цихенау [ныне – польский Цеханув], Белостоке, Судауэне [ныне – польский Сувалки], - говорится в строках Секретного отчёта органов юстиции Кёнигсберга от 27 июля 1943 года. – Действуют три группы нападающих:
а) партизаны, т.е. русские (военнослужащие и гражданские лица). Они появились в этих местах после прочёсывания немцами территории, находившейся за средним участком фронтовой полосы, и нашли себе убежища в болотах и лесах Беловежа и севернее Гродно. Они хорошо оснащены, экипированы и подчиняются русскому военному командованию. Через авиацию и парашютистов они получают сведения по обстановке и указания. Чувствуют себя на территории округа очень уверенно, насильственных действий в отношении мирного населения избегают. Основной район их действий – восточная часть округа Белосток».
24 июля 1944 года наркомом обороны СССР Маршалом Советского Союза И.В. Сталиным была издана директива, обязавшая начальников штабов фронтов и подчинённых им начальников разведывательных отделов немедленно начать работу по форсированному созданию на территории Германии, Венгрии, Румынии, Польши, Чехословакии и других стран Западной Европы (но на глубине, не превышающей 500 км от линии фронта) советской агентурной сети. При этом в качестве основных объектов интереса были избраны не только военно-стратегические замыслы противника, но и существующие там, в прифронтовой полосе, местные организации и военизированные формирования националистического толка.
Чуть позже, в самом начале 1945 года, нарком обороны в другом своём приказе - № 001 по агентурной разведке - потребовал по мере приближения советских войск к территории Германии усиливать диверсионно-разведывательную деятельность, в том числе и путём увеличения числа забрасываемых в тыл противника специальных диверсионно-разведывательных групп.
Как пишет в своих мемуарах бывший начальник 4-го (по обработке поступающей разведывательной информации) отдела Разведывательного отдела штаба 1-го Прибалтийского фронта полковник в отставке Афанасий Григорьевич Синицкий («Разведчикам ошибаться нельзя» / М.: Воениздат, 1987. - 190 с. / Литературная запись Ю.П. Галкина. Тираж 65 000 экз.), «разведчики 1-го Прибалтийского фронта сделали всё зависящее от них для того, чтобы своевременно раскрыть планы врага… В считанные дни нам предстояло сформировать несколько небольших разведывательных групп во главе с офицерами. Эти группы, снабжённые продовольствием, боеприпасами, радиостанциями, должны были действовать во вражеском тылу в период всей предстоящей операции. Их задача после выброски с самолетов состояла в том, чтобы следить за передвижениями войск противника по дорогам, вскрывать характер инженерных сооружений врага в глубине обороны, информировать нас о местах расположения пунктов управления, складов и баз гитлеровцев.
Отбирали в группы только добровольцев из числа коммунистов и комсомольцев. И неудивительно. Задание было исключительно важным и опасным. Ведь действовать предстояло в районах, которые весьма плотно были насыщены вражескими войсками, да ещё в назначенные часы выходить на связь по радио. Гитлеровцы могли и запеленговать разведчиков, и визуально обнаружить их».
Всего же, по утверждению А.Г. Синицкого, «при подготовке Мемельской операции (сентябрь 1944 г.) войсками 1-го Прибалтийского фронта было составлено 10 таких групп, в каждую из них включены военные переводчики. Они сбрасывались на парашютах с самолётов в оперативном тылу врага. Добываемые военными переводчиками сведения передавались по радио командованию наших войск. Они захватывали там и пленных, допрашивая их на месте, а показания передавали по радио в штаб». Источник - материалы http://www.tgl.ru/podrazd/archive/book/front/gl2.shtml
В начале августа 1944 года в белорусский областной город Брест с задачей взять на себя непосредственное руководство процессом подготовки личного состава советских групп оперативной разведки и одиночных резидентов и агентов, предназначенных для заброски на территорию Восточной Пруссии, прибыла Оперативная группа Разведывательного управления (в/ч «Полевая почта 38729») Генерального штаба Красной Армии. Её возглавлял профессиональный офицер-разведчик В.А. Никольский (впоследствии генерал-майор). Известно, что, помимо него, в состав группы входили также подполковники В.И. Кириленко, И.М. Семёнов, С.И. Шепелев, майоры В.П. Алексеев, П.Н. Савельев, старший лейтенант В.Б. Величко и некоторые другие офицеры.
Всего при участии данной Оперативной группы, как следует из мемуаров самого генерала В.А. Никольского, было подготовлено и переброшено за линию фронта 120 диверсантов-разведчиков, что равняется по своей численности приблизительно 10-15 «стандартным» разведгруппам.
Как можно судить по библиографическим источникам, в боях лета 1944-весны 1945 гг. за Восточную Пруссию костяк личного состава подразделений оперативной разведки наряду с профессиональными диверсантами-разведчиками из числа военнослужащих спецчастей оперативной разведки Генерального штаба Красной Армии и 4-го (диверсионного) управления Наркомата госбезопасности СССР (речь в данном случае идёт об Отдельном отряде особого назначения НКГБ СССР) составляли бывшие белорусские партизаны, но при этом преимущественно только те из них, которым выпало сражаться с оккупантами именно в составе штатных специальных диверсионно-разведывательных формирований оперативной разведки. Исключения если и были, то редко. А это в свою очередь – бесспорное свидетельство в пользу того, что по уровню своей профессиональной подготовки вкупе с прошлым боевым опытом бойцы данных разведгрупп являлись не кем-нибудь, а именно диверсантами-профи.
Вооружение и экипировка разведгрупп - тоже соответственно роду выполняемой задачи. И, в частности:
- вооружение: пистолет-пулемёты (ППШ-41, реже - ППС-43), но за исключением радистов; крайне редко – одна или две на всю разведгруппу винтовки советского образца (в ряде случаев – снабжённые съёмными глушителями для беззвучной стрельбы); личное оружие – у каждого (пистолет ТТ, реже - револьвер системы Нагана образца 1895 года); нож-финка марки «НЖ» (нож-разведчика) - у каждого; пистолеты-ракетницы – очевидно, только у командиров групп и их заместителей; ручные осколочные гранаты (преимущественно – оборонительного действия марки «Ф-1») – у каждого; лёгкие противопехотные мины и тротиловые шашки с детонаторами – на правах коллективного оружия;
- индивидуальная экипировка: одежда – чаще всего штатского образца при кирзовых сапогах и кепке, но нередко дополнялась маскхалатами во всём многообразии существовавших тогда образцов, солдатскими плащ-палатками; в ряде случае – стандартное военно-полевое обмундирование без знаков различия; в холодное время года в качестве верхней одежды использовалась солдатская шинель без знаков различия; десантный подшлемник - выдавался каждому перед погрузкой на борт самолёта; вещмешки солдатского образца (в отдельных случаях, не исключено, что ранцы); кобуры и подсумки для боекомплекта; электрические фонарики общеармейского образца; у командиров дополнительно – планшетка с набором топографических карт, а у радистов – рация типа «Север», сумка для переноски запасных батарей электропитания и санитарная сумка, поскольку радисты являлись ещё и прошедшими соответствующую подготовку внештатными санинструкторами. Разведчики, занимавшиеся вербовкой агентуры, в целях маскировки нередко пользовались предметами обмундирования немецко-фашистской армии.
Как это ни горько констатировать, но судьба подавляющего большинства из разведгрупп, резидентур и маршрутных агентов, целенаправленно заброшенных летом 1944-весной 1945 гг. в тыл Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск, оказалась трагической: за редким исключением, они были оперативно выявлены и обезврежены вражескими контрразведывательными органами, причём многие из них – буквально сразу же после приземления на вражескую территорию.
Именно столь непомерно высокие потери в рядах диверсантов-разведчиков и привели в конечном счёте к тому, что роль, которую в боях за Восточную Пруссию сыграла оперативная разведка, оказалась, если не намного, то, по меньше мере, всё же несколько ниже той, которая ей изначально отводилась высшим командованием Красной Армии. И это уже - мнение наших военных экспертов. В результате основная миссия по сбору разведданных в ходе подготовки и осуществления Прибалтийской и Восточно-Прусской стратегических наступательных операций вынужденно легла тогда на плечи войсковой разведки. Последней, например, в январе 1945 года удалось силами ряда своих подразделений, предварительно замаскированных под власовцев (но каждое силой до роты!), проникнуть даже в границы Кёнигсберга – главного оплота вражеской обороны.
Причины же всех этих неудач, приведшие, в том числе, и к непомерно высоким потерям в рядах личного состава оперативной разведки, по компетентному и единодушному мнению как независимых, так и военных экспертов, лежат, прежде всего, в стремлении высшего советского командования как можно быстрее испытанными методами и без учёта совершенно иной агентурной обстановки, которая реально сложилась на тот момент на территории Германии, добиться желаемых результатов. Вот, в частности, точка зрения на эту проблему уже упоминавшегося выше заслуженного ветерана советской военной разведки генерала В.А. Никольского: «Конечные итоги главного направления нашей деятельности не оправдали надежд командования. Ещё до окончания войны нам стало известно, что почти все наши диверсионно-разведывательные группы были уничтожены противником вскоре после приземления. Сбылись наши худшие опасения, высказывавшиеся в своё время руководству. Посылка относительно большого числа групп из советских людей, не знающих языка, являлась фактически авантюрой. Наши спецподразделения были слишком малочисленны, чтобы защитить себя и вести разведку, и слишком велики для маскировки и укрытия в искусственно насаженных аккуратных лесах Западной Польши и Восточной Пруссии. Широкие просеки, разветвлённая система лесных объездчиков, совершенные средства связи с телефонами не только в квартирах, но и на дорогах, покрывающих густой сетью всю страну, давали возможность по малейшему сигналу любого немца о появлении советских парашютистов направлять моторизованные карательные отряды полицейских и эсэсовцев с собаками в любой пункт, где могли скрываться наши люди. В таких облавах принимали участие все немцы, способные носить оружие. Проводилась так называемая «хазенягд» - «охота на зайцев», где в качестве зайцев выступали обнаружившие себя наши разведчики.
Из 120 опытных разведчиков и агентов, направленных нами из Бреста и Кобрина, уцелело всего с десяток человек, с трудом выживших до прибытия в район их выброски советских войск». Цитата - по материалам http://wartime.narod.ru/gru.html
Поскольку «приходилось летать без средств навигационного обеспечения, не имея данных о ПВО противника» (цитата из воспоминаний непосредственного участника тех событий ветерана советских ВВС полковника в отставке В.П. Сололова), немалые потери несла и вспомогательная авиация, приданная разведуправлениям фронтов, а соответственно - и личный состав парашютно-десантных служб спецчастей оперативной разведки, поскольку судьбу экипажей не вернувшихся с боевого задания военно-транспортных самолётов, как правило, разделяли и неизменно находившиеся на борту инструкторы парашютной подготовки. В частности, осенью 1944 года вместе с экипажем одного из Ли-2, не вернувшегося из Восточной Пруссии, куда вылетел, чтобы доставить советским диверсантам-разведчикам очередные контейнеры с грузом, погиб и инструктор парашютной подготовки роты парашютно-десантной службы Отдельного отряда особого назначения НКГБ СССР Виктор Павлович Антонов (воинское звание неизвестно).
В воздухе, так и не долетев до района десантирования, погибла вместе с экипажем самолёта и, по меньшей мере, одна разведгруппа – «Эрих» в составе трёх разведчиков-немцев. Трагедия произошла в ночь с 30 на 31 октября 1944 года где-то над линией фронта…
Негативную роль, в совокупности с другими причинами, отмечают в своих работах историки спецслужб, исследующие эту проблему, сыграли также: в целом низкий уровень профессиональной подготовленности лётного состава вспомогательной авиации и не всегда правильный выбор районов десантирования. В результате этого, например, многие из диверсантов-разведчиков и значительная часть грузов были сброшены на парашютах в буквальном смысле слова прямо на штыки немецких военнослужащих.
Случалось также, что выброска производилась далеко в стороне от намеченного Центром района. Например, из-за ошибки экипажа транспортного самолёта ДРГ «Делегат» Разведывательного отдела штаба 2-го Белорусского фронта (2-го формирования) была десантирована 12 декабря 1944 года в 150 км от назначенной Центром точки.
Тем не менее, характеризовать понесённые оперативной разведкой потери как абсолютно напрасные вряд ли допустимо уже в принципе. В доказательство - строки отчёта Разведывтельного отдела штаба 3-го Белорусского фронта (текст даётся по известной повести О.А. Горчакова «Лебединая песня»): «…В Восточной Пруссии мы не имели ни одной разведывательной точки. О рубежах обороны да и вообще обо всём тыле противника в этой области Германии у нас было слабое представление. В такой обстановке для раздумий времени не оставалось – надо было действовать решительно, быстро, идя на вынужденный риск и повышенные потери. Иного пути не было…».
Нельзя сбрасывать со счетов и тот мощный деморализующий эффект, который на нацистские власти и гражданское население производил факт присутствия в Восточной Пруссии невидимого, но опасного и коварного врага в лице советских диверсантов-разведчиков (но в терминологии самых немцев – «парашютисты» и «партизаны»). В качестве доказательств – вновь строки из секретных отчётов органов юстиции Кёнигсберга.
Из Секретного отчёта от 19 октября 1944 года: «Убийства, поджоги и грабежи осуществляют многочисленные русские агенты, десантированные на парашютах на территорию Восточной Пруссии. Речь при этом идёт, в том числе, о бывших немецких военнопленных, которые прошли подготовку в русских разведывательных школах. Часть этих разведчиков воспользовалась бегством из России и десантированием для того, чтобы добровольно сдаться немецким властям».
Из Секретного отчёта от 18 января 1945 года: «Сельское население Восточной Пруссии обеспокоено действиями русских парашютистов в округе. При этом нередко речь идёт о пленных немецких военнослужащих, часть из которых сразу же сдаётся немецким властям в добровольном порядке. Агенты оснащены радиопередатчиками и вооружены автоматами».
А это цитата из публикации прессы ФРГ «Бои в Восточной Пруссии», авторами которой являются бывшие гитлеровские вояки генерал Хорст Гроссман и майор Диккерт:
«С августа 1944 отдельные русские партизаны начали высаживаться с самолетов в лесах Восточной Пруссии, сначала в лесу Хайдвальде (лес Скаллишер) в районе Ангерапп. Затем партизаны внезапно появились в Мемельском лесном массиве, в лесу Кранихбрух и лесу Астрау, юго-западнее Инстербурга.
В целом они нанесли не слишком большой ущерб, однако беспокоили население.
В районе Лётцена [ныне – польский Гижицко] в канун рождества 1944 г. насчитали 87 выброшенных с парашютом партизан, из которых некоторое количество было захвачено после выброски или уничтожено.
…Общий причиненный ими ущерб оказался незначительным, за исключением случая неожиданного столкновения с более сильной группой, имевшего место в начале ноября 1944 г. западнее Норденбурга [ныне – Крылово Правдинского района].
Участников же диверсионных групп за период до 20 января 1945 г. было захвачено и обезврежено около двухсот. Большим недостатком являлось то, что задержанные должны были передаваться охранной полиции, вследствие чего своевременная проверка результатов допросов в дальнейшем не была возможна.
В ходе боевых действий, последовавших за блокированием Земланда, русские также делали попытки направить туда диверсионные группы, например, на электростанцию в Пайзе.
Весьма неприятным оказалось присутствие в Пиллау агентов, которые корректировали по не обнаруженному телефонному кабелю огонь русской артиллерии и причинили тем самым большой ущерб судоходству».
О сложности работы представителей советской оперативной разведки в тылу Восточно-Прусской группировки войск противника свидетельствуют и такие факты: гражданское немецкое население круглосуточно по месту своего постоянного жительства было задействовано властями в осуществлении визуального контроля за воздушным пространством; все крестьяне, даже работающие в поле, имели при себе оружие; по проселочным дорогам круглосуточно разъезжали радиопеленгаторы, а на самих дорогах регулярно организовывались засады; коменданты участков имели при себе именные списки проживающих в округе граждан с указанием их примет (рост, возраст, цвет волос и глаз). Одновременно немецкие военные имели приказ, который гласил, что (цитата даётся по тексту приказа командира 48-го танкового корпуса вермахта) «все шатающиеся по дорогам мужчины в возрасте от 16 до 60 лет должны направляться в лагеря для военнопленных», а сельскому гражданскому населению – приказ, запрещающий открывать двери незнакомым людям и одновременно требующий незамедлительно сообщать в полицию или гестапо о каждом замеченном в округе незнакомом человеке или подозрительном факте.
Небезынтересно в этом отношении и письменное распоряжение доктора Роде из Кёнигсберга, направленное в начале лета 1944 года в адрес органов власти и гестапо восточнопрусского административного округа Гумбиннен: «В ближайшее время в провинциях Восточной Пруссии надо рассчитывать на приземление отдельных парашютистов. Требуется повышенная бдительность, так как они уже приземлялись в бывшей Польше. При появлении доносить срочно по телефону с условным выражением «парашют». По указу командующего полицией охраны порядка Кёнигсберга при появлении парашютистов поднять по тревоге полицейских, сельскую стражу, оцепить местность, оповестить бургомистра, коменданта крепости Мемель, начальников гарнизонов Тильзит, Инстербург, Лётцен, Зудауэн. Силы держать до тех пор, пока это требуется».
Небезынтересные строки в отношении деятельности советских разведгрупп содержатся в журнале боевых действий армейской группы «Земланд» вермахта за 25 февраля-1 апреля 1945 года. Итак…
Запись за 9 марта 1945 года: «Различные показатели - ...возросшее количество направляемых агентов, показания пленных ... - указывают на продолжение подготовки к наступлению против Земландского фронта» (стр. 65).
Запись за 14 марта 1945 года: «командующий [армейской группой «Земланд»] говорит [коменданту Кёнигсбергской крепости] о том, что противник направил в наш тыл большое количество своих агентов. Именно Кёнигсбергская крепость представляет для агентов широкие возможности перехода. В случае, если они будут сдаваться добровольно, они должны быть направлены через армейскую группу на допрос в империю [то есть через штаб армейской группой «Земланд» эвакуированы в центральную Германию]. В случае, если они будут схвачены, они должны быть допрошены и после этого приговорены к смертной казни» (сс. 100 и 101).
Запись за 22 марта 1945 года: «Ранним утром также в районе северо-западнее Кёнигсберга была захвачена группа немецких солдат в количестве 35 человек «Национального комитета свободной Германии» под командованием одного перебежчика» (стр. 165).
В современной Калининградской области подвиг представителей советской оперативной разведки увековечен в материалах тематических экспозиций ряда музеев, а также путём возведения памятников и обелисков. Перечислим наиболее известные из числа последних:
- воинский мемориал «Разведчикам спецгрупп 1-го Прибалтийского, 2-го и 3-го Белорусского фронтов» - на 101-м километре шоссе Калининград – Советск, у посёлка Большаково Славского района. Создан весной 1976 года по проекту калининградских архитекторов А.П. Коломийца и А.В. Невежина (но по другим данным - только Е.В. Долганя). Представляет из себя выполненную из бетона и металла композицию из трёх раскрытых парашютов и положенной на невысокий постамент гранитной мемориальной доски, которая также оформлена в виде раскрытого парашюта и украшена надписью: «С июля 1944 г. по февраль 1945 г. на территории бывшей Восточной Пруссии действовали спецразведгруппы «Джек», «Максим», «Невский», «Матросов», «Прибалтийцы» и др., добывавшие разведданные для подготовки крупнейшей военной операции Великой Отечественной войны по ликвидации восточно-прусской группировки фашистских войск»;
- закладной камень в Парке Победы города Калининграда на месте будущего воинского мемориала в честь фронтового подвига советской военной разведки, совершённого на Восточно-Прусском театре военных действий. Торжественно открыт 7 мая 2008 года;
- скорбный обелиск на месте гибели в ночь с 10 на 11 сентября 1944 года в бою с карателями разведчика ДРГ «Джек» Иосифа Ивановича Зварика – у посёлка Сосновка Полесского района. Представляет из себя выполненный из мрамора, бетона и белого металла щит, установленный на импровизированный могильный холмик. Создан в 1970-х-1980-х гг. активистами современного КРИПОО «Поиск»;
- памятник первому командиру ДРГ «Джек» капитану Павлу Андреевичу Крылатых – на дороге посёлок Залесье – посёлок Громово Славского района, на изгибе лесной дороги. Создан по проекту калининградского скульптора Е.В. Долганя. Открыт был 9 мая 1988 года. Представляет из себя высокий обелиск, выполненный из гранита, бетона и нержавеющей стали и украшенный в центральной части двумя композициями – с изображением щита и меча и барельефом героя;
- памятник второму по счёту командиру ДРГ «Джек» лейтенанту Николаю Андреевичу Шпакову - на 101-м км шоссе Калининград – Советск у посёлка Десантное Славского района. Создан в 1970-х-1980-х гг. по проекту калининградского скульптора Е.В. Долганя. Представляет из себя высокий обелиск, выполненный из гранита, бетона и нержавеющей стали и украшенный в центральной части двумя композициями – с изображением щита и меча и барельефом героя;
- памятник третьему по счёту командиру ДРГ «Джек» сержанту Ивану Ивановичу Мельникову – в лесных окрестностях посёлка Дальнее Полесского района. Создан в 1970-х-1980-х гг. по проекту калининградского скульптора Е.В. Долганя. Представляет из себя высокий обелиск, выполненный из гранита, бетона и нержавеющей стали и украшенный в центральной части двумя композициями – с изображением щита и меча и барельефом героя;
- скорбный обелиск в память подвига ДРГ «Мороз» (2-го формирования) - в Славском районе, у шоссе Гастеллово – Большаково, вблизи того места, где некогда располагался ныне уже не существующий восточнопрусский посёлок Розенвальде;
- памятный знак в честь специальной диверсионно-разведывательной группы «Вол» – на восточной окраине города Советска;
- обелиск на могиле, в которой предположительно похоронена радистка ДРГ «Док» Т.И. Васильева - в окрестностях посёлка Красная Горка Черняховского района. Возведён в 1965 году. Судя по всему, официального статуса не имеет;
- мемориальный знак в память о подвиге ДРГ «Док» - у стен средней школы № 7 города Черняховска;
- обелиск, украшенный памятной мемориальной доской, в честь подвига советских разведгрупп, совершённого в тылу Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск, - в посёлке Заозёрное Озёрского района, у стен Малого православного мемориального храма Георгия Победоносца.
Кроме того, имена Героев Советского Союза из числа представителей оперативной разведки присвоены:
- красноармейца Зои Анатольевны Космодемьянской - улице Балтийского района Калининграда («Улица Зои Космодемьянской») и, вероятней всего, - двум созвучным по названию посёлкам: Космодемьяново (бывший восточнопрусский Бурбельн) Черняховского и Космодемьянское (бывший восточнопрусский Мользенен) Гурьевского районов;
- полковника в отставке Станислава Алексеевича Ваупшаса (Ваупшасова) - пограничной заставе «Победино» бывшего 23-го пограничного дважды Краснознамённого отряда Пограничного управления ФСБ России по Калининградской области.
Установлен бюст секретному сотруднику в/ч 9903 3-го (диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба Западного фронта Герою Советского Союза красноармейцу З.А. Космодемьянской - по улице Победы города Гусева. Автор – Николай Петрович Тищенко (г. Гусев). Материал - гранит и бронза.
Установленные выполненные из мрамора памятные мемориальные доски:
- секретному сотруднику в/ч 9903 3-го (диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба Западного фронта Герою Советского Союза красноармейцу З.А. Космодемьянской – на улице Зои Космодемьянской Балтийского района города Калининграда, на фасаде средней школы № 5;
- легендарному партизанскому военачальнику, ветерану органов госбезопасности Герою Советского Союза полковнику в отставке Станиславу Алексеевичу Ваупшасу (Ваупшасову) – на территории военного городка пограничной заставы «Победино» бывшего 23-го пограничного дважды Краснознамённого отряда Пограничного управления ФСБ России по Калининградской области;
- легендарному войсковому разведчику из числа героев осады и штурма города и крепости Кёнигсберг, ветерану органов военной контрразведки полному кавалеру ордена Славы полковнику в отставке Михаилу Васильевичу Сурикову – на улице Чернышевского Центрального района города Калининграда, на фасаде дома № 32. Автор – скульптор Юрий Кушнеров.
Подвиг, совершённый советскими диверсантами-разведчиками в тылу Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск, нашёл своё отражение и в ряде художественных произведений калининградских писателей, при этом наиболее масштабное из них – роман Юрия Николаевича Иванова «На краю пропасти». Он был издан Калининградским книжным издательством в 1983 году тиражом в 30 тысяч экземпляров (На краю пропасти: Роман/Оформл. худож. В.Н. Рыжова. – Калининград: Кн. изд-во, 1983. – 248 с., ил.), а впоследствии в переводе отдельным изданием - в Японии.
В основу сюжета этого произведения положена боевая летопись сразу двух разведгрупп Разведывательного отдела штаба 3-го Белорусского фронта - «Джек» и «Максим».
Перу Ю.Н. Иванова также принадлежит рукопись неопубликованного романа «Пруссия в огне», который тоже целиком посвящён подвигу, совершённому в тылу Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск представителями советской оперативной разведки.
« Последнее редактирование: 19 Декабря 2018, 14:40:53 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Начальники разведывательных отделов фронтов, принявших участие в разгроме Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск:

…1-го Белорусского фронта (2-го формирования) генерал-майор Пётр Никифорович Чекмазов

…2-го Белорусского фронта (2-го формирования) генерал-майор (впоследствии – генерал-лейтенант) Илья Васильевич Виноградов (фото в открытой печати отыскать не удалось)

…3-го Белорусского фронта генерал-майор Евгений Васильевич Алёшин

…1-го Прибалтийского фронта полковник (с 11 июля 1945 года – генерал-майор) Арсений Андреевич Хлебов

Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
На снимке Станислава Ломакина: инициатор проведения летом 2008 года в янтарном крае России встречи ветеранов-фронтовиков оперативной разведки РККА и НКВД-НКГБ СССР, председатель АПО «Память» Михаил Некрасов (второй справа) среди чествуемых калининградцам живых легенд отечественной военной разведки. Слева направо: бывший 15-летний боец разведчик ДРГ «Джек» подполковник милиции в отставке Геннадий Владимирович Юшкевич (г. Минск), бывший радист ДРГ «Восход» капитан-лейтенант в отставке Константин Иванович Панасенко (г. Брянск), бывший войсковой разведчик из числа героев осады одного из самых мощных кенигсбергских фортов - № 5, ветеран калининградской милиции майор внутренней службы в отставке Дмитрий Андреевич Бородин...

На снимке Станислава ЛОМАКИНА: в почётном карауле у закладного камня на месте будущего мемориала бойцам молчаливого подвига – наиболее заслуженные бойцы-фронтовики Отряда особого назначения «Бастион» УФСИН России по Калининградской области.
« Последнее редактирование: 19 Декабря 2018, 14:20:14 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Воинский мемориал в посёлке Заозёрное Озёрского района Калининградской области. Фото капитана 2 ранга Владимира СУЛЬЖЕНКО.


Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Воинский мемориал «Разведчикам спецгрупп 1-го Прибалтийского, 2-го и 3-го Белорусского фронтов» - на 101-м километре шоссе Калининград – Советск, у посёлка Большаково Славского района. Создан весной 1976 года по проекту калининградских архитекторов А.П. Коломийца и А.В. Невежина (но по другим данным - только Е.В. Долганя). Представляет из себя выполненную из бетона и металла композицию из трёх раскрытых парашютов и положенной на невысокий постамент гранитной мемориальной доски, которая также оформлена в виде раскрытого парашюта и украшена надписью: «С июля 1944 г. по февраль 1945 г. на территории бывшей Восточной Пруссии действовали спецразведгруппы «Джек», «Максим», «Невский», «Матросов», «Прибалтийцы» и др., добывавшие разведданные для подготовки крупнейшей военной операции Великой Отечественной войны по ликвидации восточно-прусской группировки фашистских войск»:
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Скорбный обелиск на месте гибели в ночь с 10 на 11 сентября 1944 года в бою с карателями разведчика ДРГ «Джек» Иосифа Ивановича Зварика – у посёлка Сосновка Полесского района. Представляет из себя выполненный из мрамора, бетона и белого металла щит, установленный на импровизированный могильный холмик. Создан в 1970-х-1980-х гг. активистами современного КРИПОО «Поиск»:

Памятник первому командиру ДРГ «Джек» капитану Павлу Андреевичу Крылатых – на дороге посёлок Залесье – посёлок Громово Славского района, на изгибе лесной дороги. Создан по проекту калининградского скульптора Е.В. Долганя. Открыт был 9 мая 1988 года. Представляет из себя высокий обелиск, выполненный из гранита, бетона и нержавеющей стали и украшенный в центральной части двумя композициями – с изображением щита и меча и барельефом героя:

Памятник второму по счёту командиру ДРГ «Джек» лейтенанту Николаю Андреевичу Шпакову - на 101-м км шоссе Калининград – Советск у посёлка Десантное Славского района. Создан в 1970-х-1980-х гг. по проекту калининградского скульптора Е.В. Долганя. Представляет из себя высокий обелиск, выполненный из гранита, бетона и нержавеющей стали и украшенный в центральной части двумя композициями – с изображением щита и меча и барельефом героя:

Памятник третьему по счёту командиру ДРГ «Джек» сержанту Ивану Ивановичу Мельникову – в лесных окрестностях посёлка Дальнее Полесского района. Создан в 1970-х-1980-х гг. по проекту калининградского скульптора Е.В. Долганя. Представляет из себя высокий обелиск, выполненный из гранита, бетона и нержавеющей стали и украшенный в центральной части двумя композициями – с изображением щита и меча и барельефом героя:

Скорбный обелиск в память подвига ДРГ «Мороз» (II ф) - в Славском районе, у шоссе Гастеллово – Большаково, вблизи того места, где некогда располагался ныне уже не существующий восточнопрусский посёлок Розенвальде:

Памятная мемориальная доска в честь легендарного войскового разведчика из числа героев осады и штурма города и крепости Кёнигсберг, ветерана органов военной контрразведки полного кавалера ордена Славы полковникау в отставке Михаила Васильевича Сурикова – на улице Чернышевского Центрального района города Калининграда, на фасаде дома № 32. Автор – скульптор Юрий Кушнеров.
« Последнее редактирование: 19 Декабря 2018, 14:32:03 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Отсюда - http://kaliningrad.rfn.ru/rnews.html?id=57907
Здесь же и сам видеосюжет ГТРК «Калининград»

12.10.2009 13:18
НОВЫЙ ТОМ КНИГИ ПАМЯТИ ПОСВЯТИЛИ РАЗВЕДЧИКАМ
Через считанные дни в Калининграде выйдет в свет очередной том книги Памяти. Его уникальность в том, что издание посвящено разведчикам, воевавшим во второй мировой на территории Восточной Пруссии. Такой обширной публикации о людях героической профессии ещё не было ни в России, ни за рубежом.
Новая книга Памяти – 22-я по счету. Новый том готовят специально ко Дню военного разведчика, он отмечается 5 ноября. Книгу уже назвали уникальной. С ней будет удобно работать специалистам. А прежние лишь играли роль своеобразного мемориала.
Юрий Ржевцев, специальный корреспондент объединенной редакции МВД России в Калининградской области: «Главное - увековечить фамилии. Исследователям с этими томами работать невозможно. Потому что идут двойняшки, тройняшки, несколько фамилий повторяются по не зависящим от составителей томов причинам. Потому что они создают тома по принципу накопительному, а это впервые создана по принципу исследовательской работы».
Известная разведгруппа «Джек», оказывается, существовала всего месяц. С августа 44 –го эта группа имела наименование «Еж», потом она стала «Гладиатором». Но в истории ее упоминают по первому кодовому названию. Новая книга памяти раскрывает существование целых разведформирований и резидентур на территории Восточной Пруссии. Впервые затронута ранее запретная тема о действовавших здесь разведчиках Балтийского флота, НКВД-МГБ, ГРУ и даже «Смерш».
Александр Будаев, руководитель рабочей группы по подготовке и изданию Книги Памяти «Назовем поименно»: «Герои все попадут, единственно, каким шрифтом будет издана книга. Мы считали не по листам, потому что сложно считать текст и фото по листам, а по символам, компъютерная технология позволяет подготавливать материал по таким критериям».
Готовящееся издание обещает быть очень востребованным. И на это есть причины. Читатели и исследователи найдут здесь то, о чем никогда не слышали. Например, с самого начала нового тома открыта страница о разведчике Николае Кузнецове.
Полный тезка знаменитого Кузнецова, который готовил покушение на Коха, этот старшина Красной Армии был офицером Абвера в Кенигсберге, получил Героя Советского Союза, а позже участвовал в штурме столицы Восточной Пруссии. За эти бои – стал полным кавалером орденов Славы. Одно только беспокоит издателей - слишком большой объем информации. Утвержденный формат книги для нее слишком тесен.
Автор видеосюжета - Александр ХРИСТОФОРОВ.
« Последнее редактирование: 16 Октября 2009, 13:39:42 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Мемориальная доска, посвящённая секретному сотруднику в/ч 9903 3-го (диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба Западного фронта Герою Советского Союза красноармейцу З.А. Космодемьянской – на улице Зои Космодемьянской Балтийского района города Калининграда, на фасаде средней школы № 5.
В июле 2008 года здесь по инициативе Союза работников правоохранительных органов здесь в целях самой широкой пропаганды бессмертного подвига «партизанки Тани» был проведён многолюдный митинг, который вели воспитанник 3-го (диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба Западного/3-го Белорусского фронта подполковник милиции в отставке Геннадий Владимирович Юшкевич (справа) и руководитель Калининградского корпункта Объединённой редакции МВД России полковник милиции Юрий Петрович Ржевцев.
Фото подполковника запаса Александра БУДАЕВА.
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Обелиск на могиле, в которой предположительно похоронена радистка ДРГ «Док» Т.И. Васильева - в окрестностях посёлка Красная Горка Черняховского района. Возведён в 1965 году. Судя по всему, официального статуса не имеет.

« Последнее редактирование: 20 Октября 2009, 17:18:29 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Мемориальный знак в память о подвиге ДРГ «Док» - у стен средней школы № 7 города Черняховска. Фото подполковника запаса Александра БУДАЕВА.

« Последнее редактирование: 20 Октября 2009, 17:27:52 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Памятный знак в честь специальной диверсионно-разведывательной группы «Вол» – на восточной окраине города Советска.
Инициаторы создания данного мемориала в лице современной КРИПО «Поиск» грубо пренебрегли исторической правдой. Так, во-первых, на момент десантирования будущие бойцы ДРГ «Вол» входили в состав ДРГ «Сокол» (2-го формирования). И в этом статусе (бойцов ДРГ «Сокол» 2 ф) – по начало сентября 1944 года. Затем неполные три недели сражались в составе агентурной группы «Олень» и лишь спустя два месяца после заброски в тыл противника были объединены под образным знаменем ДРГ «Вол». При этом Центр по воздуху прислал в состав новой группы ещё двух бойцов – заместителя командира и радистку. Это – всё во-вторых.
Ну, а, в третьих, - истинное место десантирование будущих «воловцев» в тылу врага в ночь с 16 на 17 июля 1944 года отнюдь не район бывшего восточнопрусского Тильзита (ныне – Советск), а лесные окрестности литовского уездного города Таураге…

« Последнее редактирование: 20 Октября 2009, 17:41:41 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Бюст секретному сотруднику в/ч 9903 3-го (диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба Западного фронта Герою Советского Союза красноармейцу З.А. Космодемьянской - по улице Победы города Гусева. Автор – Николай Петрович Тищенко (г. Гусев). Материал - гранит и бронза. Фото Анатолия ФЕСЕНКО.
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Ново выявленный:

ДАНИЛЕВСКИЙ Леонид Иванович, предположительно, угодивший в немецко-фашистский плен представитель советской военной разведки.
Родился 10 марта 1910 года в городе Владивостоке. Электрик по гражданской специальности. Адрес семьи по состоянию на осень 1942 года? Алтайский край, город Барнаул, улица Степная, 2.
Согласно трофейным немецким документам, 5 ноября 1942 года был пленён нацистами в районе латвийского города-порта Лиепая как советский парашютист, лейтенант по воинскому званию. Источник – ЦАМО: Картотека советских пленных офицеров.
Первоначально содержался в лагере дулаг-375, находившемся в эстонском городе Вильянди. Присвоенный здесь лагерный номер – «28834».
Впоследствии – узник лагеря шталаг-1А, находившегося в восточнопрусском посёлке Штаблак (ныне – окрестности посёлка Нагорное Багратионовского района).
С 5 ноября 1943 года и, в том числе, по состоянию на 31 января 1944 года, – узник лагеря шталаг-1Б, находившегося в восточнопрусском городе Хохенштайн (ныне – польский Ольштынек).
Дальнейшая судьба неизвестна.
Дважды увековечен в Книге Памяти Калининградской области «Назовём поимённо» - т. 10 стр. 469 и т. 13 стр. 114 и в обоих случаях как якобы погибший 15 апреля 1943 года в лагере шталаг-1А.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

http://www.obd-memorial.ru/221/Memorial/Z/013/112/1120700.jpg
http://www.obd-memorial.ru/221/Memorial/Z/013/112/1120700_1.jpg
Записан

Александр Слободянюк

  • Гость
Старшина Руденко Сергей Михайлович- ас радиоэфира!
Старшина Руденко Сергей Михайлович 1913 года рождения, украинец, член ВКП(б), в Красной Армии с 8 января 1940 года был призван Ново-Шульбинским РВК Семипалатинской области Казахской ССР. Участник Отечественной войны с 22.6.1941 года.
Все время работает на Радиоузле Разведывательного отдела Западного Особого военного округа, а с началом Отечественной войны РО штаба Западного фронта. Показал себя как крупный радиоспециалист, умеющий обеспечить радиосвязь в любых условиях, с любой радиостанцией, находящейся в тылу противника.
С 1943 года работает радио-инструктором 3-го отделения (разведывательно-диверсионного) разведотдела штаба фронта. За один год подготовил 37 радистов для работы в тылу противника, многие из которых работаю в тылу и награждены орденами и медалями. Все подготовленные радисты благодаря их отличной подготовке, давали связь в первый день выброски в тыл противника. Приказом войскам 3-го Белорусского фронта от 06.08.1944 г. награжден орденом Красного Знамени.
Старшина Руденко С.М. приложил много энергии и стараний для подготовки радистов для обеспечения связи специальных групп и резидентур с разведывательным отделом. Для обеспечения операций в Восточной Пруссии им лично подготовлено 19 новых радистов и переподготовлено 13 радистов, что способствовало успешной работе разведчиков в тылу врага и своевременной передаче добытых разведывательных данных в Центр. Приказом войскам 3-го Белорусского фронта от 14.05.1945 года №512 награжден орденом Отечественной войны II-й степени. Кроме этого, старшина Руденко С.М. в 1944 году был награжден медалью «За оборону Москвы».
05.04.2012 г. Александр Слободянюк
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 24 992
  • Ржевцев Юрий Петрович
Ново выявленный исследовательскими трудами Александра Николаевича Соколова (г. Москва) – летописца боевого пути Отряда особого назначения Западного фронта:

АНОСОВ Александр Петрович (1923-не ранее мая 1946), ветеран спецчастей оперативной разведки Генерального штаба Красной Армии, участник боёв за Восточную Пруссию, гвардии старшина.
Родился в 1923 году в районном селе Бессоновка Пензенской области. Русский. Беспартийный. Родственники по состоянию на весну 1947 года: мать – Аносова Татьяна Михайловна; проживала по месту рождения сына, где трудилась в колхозе «Политотделец».
В армию призван в ноябре 1941 года Бессоновским РВК Пензенской области.
Непосредственный участник Великой Отечественной войны с декабря 1941 года: боец Отряда особого назначения Западного фронта под командованием сначала полковника С.И. Иовлева, а с декабря 1941 года – кадрового офицера войск НКВД СССР майора В.В. Жабо. И в данном качестве – непосредственный участник легендарной операции 2-3 февраля 1942 года в тылу врага у деревни Пинашино Износковского района на тот момент Смоленской, а ныне современной Калужской области, когда подчинённые майора-пограничника В.В. Жабо изрядно потрепали намного превосходящий их в силах 4-й полк войск СС. За мужество, проявленное в этом бою, приказом удостоен своей первой по счёту государственной награды – медали «За отвагу»: «Участник 3-х походов в тыл врага. При занятии обороны под деревней Пинашино проявил стойкость, выдержку. Несмотря на интенсивный огонь и численное превосходство врага, пробыл в обороне 17 часов. Командиром роты вместе с двумя товарищами был послан для ликвидации немецкой группировки численностью 20 человек. Задача была выполнена. Товарищ Аносов убил 7 фашистов». Источники – ЦАМО: ф. 33, оп. 682524, д. 279, лл. 9, 12 и 117.
В марте 1942-сентябре 1943 гг. – в тылу врага на стыке современных Смоленской, Брянской и Калужской областей:
- 20 марта 1942-15 октября 1942 года – военнослужащий Отряда особого назначения капитана (на август 1942 года – уже майор) Г.И. Орлова (спецотряд Г.И. Орлова) Западного фронта;
- 15 октября 1942-сентябре 1943 гг. – боец Дятьковской партизанской бригады (комбриг – майор Г.И. Орлов) Западного штаба партизанского движения. В качестве справки: Дятьковская партизанская бригада – партизанское соединение, созданное 15 октября 1942 года на базе спецотряда майора Г.И. Орлова Западного фронта и активно действовавшее затем в тылу врага на оккупированных территориях Жуковского и Дятьковского районов современной Брянской области и Людиновского и Жиздринского районов современной Калужской области.
В боях начала 1942-начала 1944 гг. был один раз ранен.
К лету 1944 года – старшина, секретный сотрудник в/ч «Полевая почта № 83462» 3-го (диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба 3-го Белорусского фронта: сначала разведчик одной из специальных диверсионно-разведывательных групп, а затем и командир группы.
Летом 1944 года в качестве разведчика одной из ДРГ действовал в тылу врага на оккупированной территории Белоруссии, за что 24 августа 1944 года, уже по возвращению с боевого задания, был представлен начальником 3-го диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба 3-го Белорусского фронта полковником Г.И. Орловым к награждению орденом Отечественной войны 1-й степени: «В тыл противника выброшен в составе диверсионно-разведывательной группы авиадесантом. За период боевой деятельности в тылу противника проявил мужество и героизм. Лично вёл разведку воинских перевозок проводимых противником по важной прифронтовой магистрали. Лично участвовал в операции по захвату 3-х языков и важных оперативных документов противника». Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 690155, д. 3641, л. 20.
Данное представление получило реализацию в строках приказа по войскам 3-го Белорусского фронта № 0855 от 31 октября 1944 года: от имени Родины удостоился своей второй по счёту боевой награды – ордена Отечественной войны 1-й степени. Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 690155, д. 3641, лл. 2, 3 и 20об.
Предположительно, осенью 1944 года был заброшён в тыл Восточно-Прусской группировки немецко-фашистских войск в качестве командира неустановленной пока ещё по своему кодовому названию ДРГ, за что 14 декабря 1944 года, уже по возвращению с боевого задания, был представлен начальником 3-го диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба 3-го Белорусского фронта полковником Г.И. Орловым к награждению орденом Красного Знамени: «Выполняя специальное задание по разведке противника, группа под его руководством в исключительно трудных условиях добывала и своевременно передавала ценные разведданные о противнике, проявляя при этом мужество, находчивость и отвагу. Группой захвачено 7 контрольно пленных и убито 20 солдат противника. Лично руководил захватом 3 «языков». Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 686196, д. 5180, л. 103.
Данное представление получило реализацию в строках приказа по войскам 3-го Белорусского фронта № 083 от 30 января 1945 года: от имени Родины удостоился своей третьей по счёту боевой награды – ордена Красного Знамени. Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 686196, д. 5180, лл. 98 и 103об.
По состоянию на весну 1946 года – военнослужащий управления старшина роты одной из частей 55-й гвардейской стрелковой Иркутско-Пинской ордена Ленина дважды Краснознамённой орденов Суворова и Трудового Красного Знамени УССР дивизии имени Верховного Совета РСФСР (в/ч «Полевая почта № 61381) 9-го гвардейского стрелкового Брестского Краснознамённого ордена Кутузова корпуса 28-й армии (III ф) Белорусского военного округа, по утверждению матери – якобы старшина роты. Отсюда в мае 1946 года отправил матери последнюю весточку о себе. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 977520, д. 256, л. 226.
Был включён в материалы подворового опроса, представленные Бессоновским райвоенкомом Пензенской области за Исходящим № 0160 от 18 апреля 1947 года, но на официальный учтён в качестве без вести пропавшего оборонным ведомством взят не был. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 977520, д. 256, л. 226.
В Книге Памяти Пензенской области не увековечен.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

http://i58.tinypic.com/6tcsqg.jpg
Записан
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »