VIII-Форум Особого Назначения: спецслужбы, правоохранительные и пенитенциарные структуры > 01-Истоки

Из истории российской жандармерии

(1/2) > >>

Sobkor:
Созданное в 1878-1879 гг. Василием Васильевичем Верещагиным (1842-1904) полотно «Шпион»:

Впервые термин «жандарм» в практику военного дела было введено французским королем Карлом VII. Учредив в 1445 году первую регулярную конницу, он приказал в каждой из ее, так называемых, ордонансовых рот иметь 100 жандармов – тяжеловооруженных дворян, а каждому жандарму - собственную свиту, состоявшую из пажей, оруженосцев, ратников, конных стрелков и слуг.
В дальнейшем тяжеловооруженные дворяне-кавалеристы получили название кирасиров, однако слово «жандарм» не исчезло из военного лексикона – во французской и прусской армиях им стали обозначать представителей специальных полков военной полиции.
В России жандармы впервые появились в 1792 году: в составе гатчинских войск цесаревича Павла Петровича была учреждена конная команда, называвшаяся то кирасирским, то жандармским полком. По воцарении же Павла I она была влита в состав лейб-гвардии конного полка.
В 1815 году жандармы вновь появились в русской армии. Так стали именовать военнослужащих временных военно-полицейские команд, специально созданных при расквартированных во Франции корпусных штабах. Эти специализированные подразделения так и назывались: военно-полицейские команды жандармов. Правда, просуществовали они недолго – 27 августа того же года их функции были переданы Борисоглебскому драгунскому полку, переименованному в связи с этим в жандармский полк. А еще через три месяца из нижних чинов гвардейской кавалерии был сформирован лейб-гвардии жандармский полуэскадрон.
В 1817 году в составе Отдельного корпуса внутренней стражи (исторический аналог современных внутренних войск) учреждены два жандармских дивизиона (в Санкт-Петербурге и Москве) и 56 жандармских команд (во всех губерниях и крупных портовых городах).
Дата рождения Отдельного корпуса жандармов – 1827 год.
К началу XX века различались: 1) Отдельный корпус жандармов, подчиненный особому шефу (он же министр внутренних дел) и командиру корпуса (он же товарищ министра внутренних дел, то есть заместитель министра); 2) не подчиненные шефу жандармов полевые жандармские эскадроны и полуэскадроны при войсках, которые выполняли в вооруженных силах царской России роль военной полиции.
К началу первой мировой войны Отдельный корпус жандармов российского МВД состоял из главного управления, штаба, губернских, городских и областных жандармских управлений, уездных жандармских управлений Привисленского края, особых отделений по охранению общественной безопасности и порядка (исторические аналоги современных органов госбезопасности), жандармских полицейских управлений железных дорог и их отделений в регионах (исторический аналог современной транспортной милиции), крепостных и портовых жандармских команд, трех жандармских дивизионов (Санкт-Петербургский, Московский и Варшавский) и Одесской городской конной жандармской команды (исторические аналоги современных специальных моторизованных частей внутренних войск МВД России)…
Юрий РЖЕВЦЕВ.
ЖАНДАРМ - ЭТО ЗВУЧАЛО ГОРДО!Еще в начале XIX века кроме городской и сельской полиции в России существовали полицейские органы на транспорте. Так, в 1809 году был создан орган центрального управления путями сообщений - Дирекция водяных и сухопутных коммуникаций. Вся территория Российской Империи разделялась на десять округов, в каждом из которых создавалась специализированная транспортная полиция. Задачей последней являлось обеспечение безопасности на транспорте, сопровождение и предотвращение хищений грузов. Полицейские команды формировались окружным директором водяных и сухопутных коммуникаций, подчинялись ему и действовали независимо от местных администраций, городской и сельской полиции.
С появлением и дальнейшим развитием железнодорожного транспорта задача борьбы с преступностью на нем была возложена на жандармские полицейские управления железных дорог, входивших в состав Отдельного корпуса жандармов.
По принятому 16 марта 1867 года Порядку учреждения жандармского надзора на вновь проводимых железных дорогах в ведение каждого жандармского полицейского управления включался участок дороги протяженностью 200 верст. В штат управления входили: начальник, адъютант, начальники отделений и унтер-офицеры. Всего по штату - от 120-300 человек. Все они имели статус военнослужащих, но несли «все обязанности и пользовались всеми правами наружной полиции, принимая участие в охранении внешнего порядка и в предупреждении и пресечении нарушений общественного благочиния и безопасности на определенных районах железных дорог». Кроме того, железнодорожные жандармы должны были наблюдать за целостностью пути и дорожных сооружений, не допускать к ним посторонних и даже проверять качество продуктов из станционных буфетов.
Основными силами охраны «благочиния и порядка» являлись, говоря современным языком, сотрудники патрульно-постовой службы - жандармские унтер-офицеры, вахмистры и подпрапорщики. Последними патрулировались не только станции и вокзалы, но и депо, мастерские, склады, подъездные пути и все прочие пристанционные объекты железной дороги. Кроме того, один раз в месяц патрульные были обязаны обойти всю территорию вверенного им под охрану участка железной дороги.
Полномочия патрульных жандармов были чрезвычайно широки: проверки исправности люков запоров и дверей вагонов, пресечение допуска к погрузки посторонних, присутствие при наложении пломб, вторичный осмотр пломб и замков перед отправлением поезда, проверка и присутствии понятых сохранности груза при каждом подозрительном случае, выезд на место происшествия и т.д. Кроме того, жандармы были обязаны требовать от начальника станции сосредоточенного размещения вагонов с грузом при длительных стоянках, их охрану и освещение места стоянки.
Отличительным знаком нижних чинов железнодорожной жандармерии от нижних чинов других жандармских структур были особые нагрудные бляхи, на которых выбились название конкретного жандармского полицейского управления и личный номер владельца бляхи.
Вследствие бурного развития транспортной сети жандармские полицейские управления железных дорог сделались самыми крупными подразделениями Отдельного корпуса жандармов.
Наиболее распространенным видом преступлений в те годы были хищения грузов. В 1910 году для чинов железнодорожной жандармерии была даже издана брошюра с описанием способов хищения грузов, в которой приводился и такой пример: «Преступник отправил из Москвы лошадь, а сам поехал в том же вагоне проводником. Бывшие с ним в сговоре железнодорожники поставили этот вагон вслед за другим, перевозившим мануфактуру. В пути преступник с тормозной площадки проник в соседний вагон и перетащил часть груза к себе. На первой же станции вагон с преступником был отцеплен и отправлен с другим поездом. Через сутки похититель и украденная мануфактура оказались за сотни верст от места совершения преступления».
Авторами брошюры обращалось внимание полицейских и жандармов на то, что в подобных преступлениях почти всегда участвуют служащие железной дороги, и они должны включаться в число подозреваемых в первую очередь.
Однако, по признанию руководства Отдельного корпуса жандармов, успехи железнодорожной жандармерии в борьбе с хищениями были весьма скромны, что было обусловлено тем, что в составе последней не было органа, занимавшегося бы оперативной работой. Переодеваться же в гражданское платье жандармам, как и всем российским военнослужащим, категорически запрещалось.
Отсутствие сыскных подразделений, однако, частично компенсировалось неплохо налаженной системой учетов и хорошей организацией патрульно-постовой службы.
Положительный эффект дала и установка на активное применение на жандармской службе специально обученных собак. На этом поприще особенно прославилось Киевское жандармское полицейское железнодорожное управление, где в период первой мировой войны на довольствии находилась собака-сыщик по кличке «Валлота». Вот только два характерных примера относительно эффективного применения «Валлоты» для раскрытия преступлений. Оба они датируются февральскими днями 1915 года.
Итак, на киевской станции Пост-Волынский несущими здесь службу жандармскими чинами были обнаружены свежие следы взлома одного из складских помещений. Неизвестный преступник тайком проник вовнутрь и выкрал несколько мешков с хлебом.
Применение состоящей с недавнего времени на довольствии местного железнодорожного жандармского полицейского управления служебно-розыскной собаки Валлоты санкционировал лично начальник этого управления жандармский подполковник Крякин.
След преступника Валлота по оставленному тем запаху взяла сразу и в ходе начавшегося преследования ни разу не потеряла. Оперативная группа едва поспевала за собакой и кинологом. Изнурительный забег-преследование закончился только в селе Жуляны, у дверей дома некого местного жителя Михаила Лахманюка.
Едва на пороге появился сам хозяин, Валлота с рычанием набросилась на него, указывая тем самым жандармам на разыскиваемого ими преступника. Михаилу Лахманюку ничего не оставалось иного, как тут же сознаться в совершении кражи и выдать тайник, где он укрыл похищенные считанные часы назад со станции Пост-Волынский мешки с хлебом.
К участию в расследовании следующего преступления (на Сырце обворованной оказалась пригородная дача одного из киевлян) чины железнодорожной жандармерии не имели никакого повода - кража совершена на территории, подведомственной исключительно городской полиции. И все-таки они не устояли перед настойчивыми просьбами-мольбами потерпевшего. После необходимых согласований с полицмейстером, на место преступления в сопровождении кинолога и группы жандармов была отправлена Валлота. Последняя сразу взяла след и в итоге привела оперативную группу на Бондарскую улицу, что на Куреневке, в квартиру некой Ефросиньи Тарасюковой, где в ходе обыска и была обнаружена значительная часть похищенных из дачи домашних вещей...
Железнодорожная жандармерия была ликвидирована вместе с Отдельным корпусом жандармов в ходе кровавых событий Февральской революции 1917 года...
Полковник милиции Юрий РЖЕВЦЕВ.
Из Циркуляра Департамента полиции от 22 ноября 1907 года в адрес начальников губернских жандармских управлений и охранных отделений: «В целях практического ознакомления офицеров, командированных для прохождения подготовительных курсов для поступления в Отдельный корпус жандармов, с внешним видом и конструкцией различного рода разрывных снарядов, оружия и других предметов преступных покушений и проявления революционной деятельности, при Департаменте полиции образовать учебный музей, на пополнение которого будут и впредь поступать вышеозначенные принадлежности, отбираемые при обысках и которые не подлежат хранению в качестве вещественных доказательств по делам еще подлежащих судебному рассмотрению.
Сообщая об изложенном, Департамент полиции просит в возможно непродолжительном времени препроводить в Регистрационный отдел Департамента все заслуживающие внимания в сказанном отношении экземпляры, предварительно разряженных, разрывных снарядов и различных к ним приспособлений, их описания и чертежи, а равно фотографии и другие предметы, имеющие отношение к проявлению преступной деятельности революционеров и анархистов, за исключением взрывчатых веществ».

Жандармский генерал П.Г. Курлов (в первом ряду в центре) среди чинов одного из конных жандармских дивизионов Отдельного корпуса жандармов. 1909-1911 гг.:


1913 год, товарищ министра внутренних дел (он же – командир Отдельного корпуса жандармов) Свиты Его Величества жандармский генерал-майор В.Ф. Джунковский (сидит во втором ряду, в центре) среди подчинённых, в том числе жандармов (в третьем ряду, около правого плеча В.Ф. Джунковского, при аксельбантах) и чиновников наружной полиции (в форме военного образца, но без аксельбантов), остальные – штатские чиновники:


Трое жандармов – два полковника и генерал-майор (в центре):


Начало XX века, Санкт-Петербург, центральный аппарат штаба Отдельного корпуса жандармов. Как следует из этого снимка, всё внутреннее делопроизводство штаба Отдельного корпуса жандармов держалось исключительно на плечах нижних чинов!


Групповое фото сотрудников Санкт-Петербургского охранного отделения:


Филеры (то есть агенты наружного наблюдения) одного из охранных отделений. Все загримированы для оперативной работы:


Русские офицеры-жандармы:


Жандармский ротмистр в парадной форме:


Ближайшие друг к другу коллеги-правоохранители:
- сидят – два полицейских чиновника: в мундире военного образца с погонами – из наружной полиции; в штатском мундире – из сыскной полиции;
- стоят: городовые плюс – жандармский вахмистр:
 

Документ, выданный за подписью жандармского офицера:


Вот здесь на нашем уважаемом Форуме о командире (период март 1909-сентябрь 1911 гг.) Отдельного корпуса жандармов МВД Российской Империи жандармском генерал-лейтенанте (1910) Павле Григорьевиче Курлове: http://voenspez.ru/index.php?topic=3701.0
 

Представитель жандармерии военного ведомства:СЕЛИВАЧЁВ Иван Дмитриевич (1826-1870), командир лейб-гвардии Жандармского полуэскадрона военного ведомства, капитан, отец Селивачёва Владимира Ивановича (1868-1919) – генерал-лейтенанта Русской императорской армии и высокопоставленного краскома РККА.
Родился 29 июля 1826 года.
Последовательно по военному чину: поручик, с 8 июня 1864 года – штабс-капитан, а с 3 июня 1866 года – капитан.
С 31 октября 1865 года состоял в должности командира лейб-гвардии Жандармского полуэскадрона военного ведомства.
Скончался 22 августа 1870 года в Санкт-Петербурге. Отпет был 24 августа и в это же день похоронен на Смоленском кладбище Санкт-Петербурга.

Analizator_Sam:
Уже в наши дни я узнал, что мой прадед по материнской линии, Василий Павлович Алексинский, родился в Симбирске в один год с Володей Ульяновым. Здесь же учился в гимназии, по окончанию которой в 1887 году был зачислен на юридический факультет Императорского Казанского университета. Однако в отличии от ровесника-земляка этот юрфак он успешно закончил в 1892 году с назначением в Нижний Новгород адъюнктом кафедры права на Специальные курсы офицеров жандармского надзора железных дорог…
В 1903 году, после смерти отца, приват-доцент В.П. Алексинский, оставив службу в звании штабс-ротмистра, переехал с семьей в Симбирск и вступил во владение наследством… В родном городе до революции В.П. Алексинский вел адвокатскую практику, имел договора на юридические консультации с казенными предприятиями…
В мае 1917 года «жандарм» Алексинский с семейством, спасаясь от революционного негодования масс, срочно перебрался в Самару. Кстати, в Самаре семейство приобрело и новую фамилию – АЛЕКСЕЕВСКИЕ. Вместе с новой фамилией Василий Павлович заполучил и новую профессию – стал учителем музыки. В связи с этим как не вспомнить Михаила Самуэлевича Паниковского из «Золотого Теленка»: «Городовой следил даже, чтоб меня не обижали. Хороший был человек… Я его недавно встретил. Он теперь музыкальный критик»… Справедливости ради, прадед Василий и его дочери профессионально музицировали. По воспоминаниям мамы, «дед Вася» был замечательным шахматистом.
В.П. Алексеевский на старости лет «осилил» юридические курсы при Рабфаке и поступил в 1925 году на службу юрисконсультом профсоюзного «Дворца Труда» Третьего района (ныне Самарского). Здесь он в 1931 году дослужился до советской пенсии, но «профсоюзную» работу продолжал до 1947 года…

Прошу форумчан просмотреть http://analizator-sam.livejournal.com/9226.html т дать комментарии и советы, уточнить исторические факты, исправить ляпы...

Цитата: Sobkor от 27 Ноября 2010, 16:04:17>>>>Очень интересно и познавательно! Спасибо! Вот только не следует к железнодорожной жандармерии подходить с лекалом тайной полиции. Железнодорожная жандармерия – особый и самый многочисленный род оружия внутри Отдельного корпуса жандармов. Она не выполняла функций тайной (то есть политической полиции), а несла наружную полицейскую службу по обеспечению правопорядка на объектах железнодорожного транспорта как стратегической внутри страны структуры. Официальное наименование её экстерриториальных управлений – жандармские полицейские управления конкретных железных дорог…
Своих собственных оперативных служб (и, в том числе, уголовного сыска) железнодорожная жадармерия не имела...<<<<
Я про школу и преподавание в ней прадеда узнал от ныне живущего дяди – Виктора Васильевича Дикарева. С ним доживала моя бабушка – Елизавета Васильевна, родная дочь В.П. Алексинского.. Кстати, АЛЕКСЕЕВСИЕ – известные в Самаре купцы, были родственниками по одной из ветвей АЛЕКСИНСКИХ, так что «легенда прикрытия» прошла успешно...
Наш исследователь наткнулся на реабилитационные дела выпускников унтер-офицерской Школы Железнодорожного Надзора ОКЖ... выпуски периода 1-й Мировой войны.
Штаб-ротмистр для прадеда в 33 года был нормальный чин?
Цитата: Sobkor от 27 Ноября 2010, 17:12:30>>>>Чинопроизводство в Русской Императорской армии не было головокружительным, а в спецслужбах – и подавно.
По утверждению генерала Деникина, основная масса офицеров увольнялась на военную пенсию в чине подполковника. Отец самого генерала Деникина, отбыв 25-ть лет солдатчины и оставшись на сверхсрочную, вырос в пограничной страже до майора…
Мощнейшим стимулом в офицерской и чиновничьей службе, наряду с чинами, для разночинцев было право на дворянство: при получении уже самого первого обер-офицерского чина (но за исключением чина «прапорщик») лицам недворянского происхождения присваивалось право на личное дворянство (то есть сам обладатель чина дворянин, но его дети – ещё нет), а при достижении чина «капитан» или ему равных – наступало право на потомственное дворянство. Именно таким образом отец Ленина, безродный чувашский крестьянин, стал дворянином, а его дети в конечном итоге – потомственными дворянами…
Штабс-ротмистр, начиная с реформы 1884 года, – чин IX класса. Он условно равен современному воинскому званию «капитан».
Для сравнения: в Советской Армии капитанами в среднем становились к 30-ти годам от роду: 4-5 лет – учёба в военном вузе. Ценз в воинском звании «лейтенант»: для выпускников средних военных училищ – 3 года; высших с 4-летней программой обучения – 2 года; инженерных с 5-летней программой обучения – 1,5 года.
Ценз в воинских званиях «старший лейтенант» и «капитан» – по 3 года в каждом...<<<<
Потомственное дворянство для прадеда, Василия Павловича Алексинского, было естественным фактором. Его отец, Павел Иванович, был в Симбирске следователем ОВД Окружного суда, чиновником VI класса – коллежским советником.
Жена Василия Павловича, Анна Гавриловна, происходила из семьи священника. Это мезальянс или были священнослужители дворянского происхождения?..
Мой покойный тесть, Савелий Ефремович Косолапов, был капитаном, сотрудником органов контрразведки «Смерш». Савелий Ефремович перед пенсией возглавлял ВОХР завода «Металлург». Его регулярно приглашали в милицейскую школу в качестве инструктора по рукопашного боя и стрельбе...
Цитата: Sobkor от 27 Ноября 2010, 17:44:59>>>>Священники – лица духовного звания. Это особая категория.
Раз православный священник имел семью, то он, выходит, из числа представителей белого духовенства. Для этих священников доступны три сана: первичный – иерей, что условно равно современному майору-подполковнику; протоиерей – полковнику и архимандрит. Последний тоже как бы полковник, но он при всём этом – старшее лицо в кафедральном храме над протоиереями и иереями и ниже стоящими – дьяками и т.д.
«Генералами» от духовенства (то есть от епископа  и выше) могут стать только представители чёрного духовенства, то есть монашества…
Статус жён в Российской Империи – исключительно по статусу мужа…<<<<

Платунов Евгений:
Сегодня получил от историка и поисковика из Бийска Константина Ярославцева (для сборника «Генералы Алтая») вот эту сводную предварительную справку на одного из жандармов, служивших на Алтае: «Козинцов Евгений Максимович. Родился в 1848 г. Окончил Харьковскую гимназию. Вступил в службу 18 мая 1864 г. Окончил Гельсингфорское пехотное юнкерское училище по первому разряду. Прапорщик – с 8 сентября 1868 г. Из училища выпущен в 90-й пехотный Онежский полк 23-й пехотной дивизии Финляндского военного округа, дислоцировавшийся в Выборгской губернии Великого Княжества Финляндского. Подпоручик – с 25 марта 1870 г. Поручик – с 1 апреля 1871 г. (3 февраля 1876 г.) Состоял в прикомандировании к Санкт-Петербургскому губернскому жандармскому управлению. В отставке – 24 марта 1872 г. – 3 февраля 1877 г. С 3 февраля 1877 г. в Отдельном корпусе жандармов. С 1877 г. – адъютант … губернского жандармского управления. Штабс-капитан (штабс-ротмистр) – с 12 апреля 1881 г. за отличие по службе. 17 февраля 1882 г. – 1895 г. – помощник начальника Санкт-Петербургского губернского жандармского управления в Гдовском и Ямбургском уездах с квартирой в г. Нарва. Ротмистр – с 1 ноября 1886 г. В 1887 г. пожалован орденом св. Станислава 3-й степени. Пожалован прусским орденом Красного Орла 4-й степени. Подполковник – с 26 февраля 1895 г. В 1896 г. пожалован орденом св. Анны 3-й степени. 1 ноября 1897 г. – 1 ноября 1901 г. – помощник начальника Томского губернского жандармского управления Сибирского жандармского округа в Барнаульском, Бийском и Змеиногорском округах (затем уездах) с квартирой в г. Барнаул. Занимал должность помощника начальника губернского жандармского управления 20 лет. В 1901 г. пожалован орденом св. Станислава 2-й степени. 3 (27) февраля – 25 мая 1902 г. – начальник Томского губернского жандармского управления. Полковник – с 30 марта 1902 г. за отличие по службе. На 1904 г. – начальник Иркутского охранного отделения. В 1906 г. пожалован орденом св. Владимира 4-й степени. С 3 мая 1907 г. – начальник Бакинского губернского жандармского управления. Генерал-майор – с 13 апреля 1908 г. за отличие по службе. Уволен от службы в период 1 июля – 1 октября 1909 г. На 1891 г. – председатель Нарвского музыкального общества, автор работы по истории общества. Был женат, 2 детей: сын Евгений и дочь.
Есть ряд следующих моментов.
1. В документах РИА его фамилия Козинцов, в документах Отдельного корпуса жандармов - Казинцов, в документах Томской губернии - Козинцев.
2. Училище окончил по первому разряду, но произведен в прапорщики. Обычно перворазрядники получали чин подпоручика.
3. Есть путаница с производством в поручики.
4. Неизвестно ГЖУ, где он был адъютантом. Возможно Санкт-Петербургское.
5. Путаница с производством 12 апреля 1881 г. - по документам РИА в штабс-капитаны, по документам ОКЖ в штабс-ротмистры. Чины равнозначные. Пока еще не выяснил, когда в ОКЖ был отменен чин ш.-к. и введен чин ш.-р.
6. Не удалось точно определить временные рамки пребывания в должности помощника СПб ГЖУ.
7. Путаница с периодизацией пребывания в должности начальника Томского ГЖУ.
8. Не удалось установить время выхода в отставку.
9. Темная история с сыном. Он имел связь с подпольщиками в г. Нарва. На 1 ноября 1907 г. указывается лишь дочь. Возможно отказался от сына или последний к этому времени почил.
10. Пока не удалось найти фото».
Евгений Максимович Козинцев неоднократно упоминается в различных публикациях в связи с арестом в Баку 25 марта 1908 года «жителя селения Маквини Кутаисской губернии и уезда Когана Бесовича Нижерадзе». 1 апреля 1908 года выяснилось, что Коган (или Гайос) Бесович оказался на самом деле Иосифом Виссарионовичем Джугашвили...

Sobkor:
Из досье еженедельника МВД России «Щит и меч»
Братья Бенкендорф – Александр Христофорович и Константин Христофорович:
 

Автор – Виктор БОРИСОВ, активист работающего при еженедельнике МВД России «Щите и мече» Клуба историков спецслужб.
ПРОСЛАВИЛИСЬ КАК… СПЕЦНАЗОВЦЫ!Малоизвестный факт: имена родных братьев генерала от кавалерии Александра Христофоровича Бенкендорфа (1783-1844) и генерал-лейтенанта Константина Христофоровича Бенкендорфа (1785-1828) внесены в недавно созданную под эгидой военной разведки Энциклопедию спецназа России. И они здесь оглашены наравне с легендарным Денисом Давыдовым! Таким образом, наконец-то официально признано, что будущий шеф жандармов и его младший брат – прославленные герои-партизаны Отечественной войны 1812 года! Советская историография по понятным причинам боевые заслуги братьев Бенкендорф замалчивала. Правда же такова: на момент вторжения наполеоновских полчищ в пределы Российской империи старший из братьев Бенкендорфов, Александр Христофорович, уже являлся полковником русской армии, кавалером ордена Святого Георгий 4-й степени. За его плечами было участие в многочисленных баталиях, а также опыт командования на греческом острове Корфу туземным легионом. Успел он проявить себя и на военно-дипломатическом поприще, то есть на ниве агентурной военной разведки.
А вот Константин Христофорович же служил по ведомству иностранных дел и был близок к императорскому Двору, о чем свидетельствует Высочайше дарованный ему придворный чин камергера. С началом наполеоновского вторжения он добровольно ушел в армию, где ему сразу были пожалованы эполеты майора.
Оба брата сражались с французскими захватчиками в рядах военного партизанского (он же – особый кавалерийский) отряда генерала от кавалерии барона Фердинанда Винцингероде и в данном качестве били врага под Смоленском и Москвой. Напомним, что этот особый кавалерийский отряд официально считается первым партизанским формированием Отечественной войны 1812 года, а сам Фердинанд Федорович – ее первым партизаном. Де-факто же это было соединение (боевой состав – драгунский и три казачьих полка) армейского спецназа! При этом старший из братьев Бенкендорфов, Александр Христофорович, командовал в нем авангардом!
27 июля 1812 года на Смоленщине этот самый авангард, ведомый в бой своим командиром, лихой атакой сбил пикеты неприятеля, преграждающие путь к только что оккупированному Велижу, за что Александр Бенкендорф в этот же день был удостоен эполет генерал-майора.
Во время боевых действий в тылу врага под Звенигородом и Спасском Александр Христофорович полноценно заменил собой временно выбывшего на “большую” землю генерала Фердинанда Винцингероде. В частности, под его руководством было проведено большое количество массированных нападений на коммуникации противника, что позволило только пленными захватить около восьми тысяч человек!
Начиная с 10 октября 1812 года и на протяжении некоторого времени, пока не добился отправки на фронт, генерал-майор Александр Бенкендорф исполнял обязанности коменданта покинутой французами Москвы…
При преследовании отступающих войск Наполеона находился в составе военного партизанского отряда, возглавляемого бывшим обер-полицмейстером Санкт-Петербурга генералом Павлом Голинищевым-Кутузовым. В ходе серии вылазок пленил трех генералов и свыше шести тысяч человек прочих чинов…
Не кланялся французским пулям и младший из братьев Бенкендорфов – Константин Христофорович. За свои боевые подвиги он последовательно был произведен в подполковники, полковники и генерал-майоры…
Впоследствии, уже в ходе русско-турецкой войны 1828-1829 годов, он, к слову сказать, вновь отличился как командир зафронтового спецназа: действуя в тылу неприятеля во главе легкого отряда, стремительными налетами парализовывал движения на коммуникациях, уничтожал базы продовольственного снабжения и обозы с оружием и боеприпасами…».

Автор – Александр МИХАЙЛОВ, историк спецслужб, писатель.
САНОВНИК С ДУШОЮ… ОПЕРААлександр Христофорович Бенкендорф вошел в историю как личность спорная и противоречивая. Так бывает с фигурами, которые волей судьбы оказываются на переломах истории. Потомками он до сих рассматривается через призму одного десятилетия. Десятилетия, когда всесильный глава русских жандармов по личному поручению Государя Императора всячески опекал светоча русской поэзии – Александра Сергеевича Пушкина. В результате в обществе сложилось превратное мнение: единственное, что-де наполняло существование Александра Христофоровича, – это как бы еще навредить великому поэту. Или, говоря иначе, видел якобы свое предназначение в том, чтобы «душить прекрасные порывы».
Александр Христофорович Бенкендорф родился в 1783 году. Родом он из дворянской семьи генерала от инфантерии Христофора Бенкендорфа. Его бабушка по отцу была воспитательницей великого князя Александра Павловича, а мать, урожденная баронесса Шиллинг, – подругой детства императрицы Марии Федоровны.
Молодой Бенкендорф получил светское образование в модном тогда пансионе иезуита аббата Николя.
В 1798 году он поступил юнкером в лейб-гвардии Семеновский полк и в том же году, 15 лет от роду, был произведен в офицеры и пожалован флигель-адъютантом.
В 1803 храбро воевал на Кавказе. Участвовал в сражении при Прейсиш-Эйлау. В 1811 году в турецкую кампанию отличился в битве при Рущуке, за что удостоился чина генерал-майора: стремительной атакой опрокинул турецкий отряд, угрожавший тылу русской армии,
В 1812 году после отхода русских войск с Бородинского поля Александр Христофорович Бенкендорф командовал русским арьергардом, который своими решительными и дерзкими действиями помешал французам настичь армию Кутузова в Москве.
Позже провел смелое и искусное наступление на Волоколамск, разбив неприятеля и захватив при этом свыше восьми тысяч пленных.
После освобождения Москвы – ее военный комендант.
Впоследствии, участвуя в преследовании наполеоновской армии, на подступах к Неману пленил шесть тысяч французов, в том числе трех генералов.
Не раз отличался как военачальник и в заграничном походе.
За храбрость и умелое руководство вверенными ему частями Бенкендорф был награжден многими русскими и иностранными орденами.
Барон Корф пишет, что «в 1819 году Александр I назначил его [Бенкендорфа] начальником штаба гвардейского корпуса – пост, который он удержал за собою недолго. Уже через два года его перевели начальником 1-й кирасирской дивизии, и в этом звании застал его, при вступлении на престол, император Николай. С сей собственно поры начинается блестящая и самобытная карьера Бенкендорфа. 25 июня 1826 года он вдруг возведен был в звание шефа жандармов, командующего императорскою главною квартирою и главного начальника учрежденного в то время III отделения».
Поворот, который сделала фортуна для генерала Бенкендорфа, возвысив его до руководства российской специальной службой, имеет свою предысторию. Еще в 1821 году он начинает осознавать, что не все так спокойно в Государстве Российском. Не все так просто в войсках, где умы офицеров все чаще будоражат мысли о коренном переустройстве России, а вольнодумство становится серьезной угрозой не только для трона и самодержавия, но и самой России.
По собственному почину преданный престолу генерал подал Александру I две записки – о тайных обществах и об организации тайной полиции. В первой со знанием дела изложил собранные им сведения о «Союзе благоденствия» и высказался за срочные и действенные меры. Вторая содержала перечень необходимых мер борьбы с этим злом.
Император оставил доклад без внимания, поскольку рассматривал деятельность заговорщиков, как блажь. Но случилось, что случилось: 14 декабря 1825 года группа высокопоставленных офицеров вывела свои полки на Сенатскую площадь и поставила солдат под картечь, верных трону войск. Сотни солдат и унтер-офицеров погибли в тот морозный день, так и не осознав, за что же, собственно, они проливают сейчас свою кровь. Об этом написаны сотни томов, в том числе и хрестоматийные строки о том, что «страшно далеки они от народа, но их дело не пропало даром». И, вправду, дело декабристов не пропало даром: конец XIX и начало XX веков ознаменовались невиданным по своему размаху террором. И многие убийцы делали это ради того, чтобы взойти на эшафот с гордо поднятой головой. Слишком привлекательна была для экзальтированных студентов и курсисток судьба пяти повешенных. Романтизация бунтарей – «ах, эполеты, аксельбанты, полет романтических идей!» множила клуб «самоубийц от революции».
Но вернемся к Александру Христофоровичу. Как верный трону офицер, он 14 декабря 1825 года участвовал в подавлении восстания, а затем был назначен членом следственной комиссии по делу бунтовщиков. На этом последнем посту и сблизился с только что вошедшим на трон императором Николаем I.
Бенкендорф в тот период искренне мечтает о всеобщем союзе монархов – об этаком прообразе современной Организации Объединенных Наций, но с условием, что первенствующая роль в нем будет принадлежать России и ее государю.
Существует легенда, что Николай I при назначении Бенкендорфа на пост главы русских жандармов подарил ему платок, коим шефу Ш отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии поручалось осушить слезы сирых и обездоленных.
В ведение Третьего отделения, в частности, входило: все распоряжения и извещения по всем случаям высшей полиции; сведения о числе существующих в государстве разных сект и расколов; известия об открытиях по фальшивым ассигнациям, монетам, штемпелям и прочее; сведения подробные обо всех людях, под надзором полиции состоящих; высылка и размещение людей подозрительных и вредных; заведование наблюдательной и хозяйственной жизнью всех мест заключения, в коих заключаются государственные преступники; все постановления и распоряжения об иностранцах, в пределы государства прибывших и из оного выезжающих; статистические сведения, до полиции относящиеся. Как видно из этого перечня, обязанности новой структуры были обширны и в силу этого не очень уж четкие.
Численность чиновников Ш отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии на разных этапах истории составляла от 16 до 40 чиновников.
Для графа Бенкендорфа защита личности всегда была на первом плане. Не допустить произвола, использования служебного положения представителей власти, защитить права и законные интересы граждан – подданных российского престола.
В целях выявления бунтовщиков им берется на вооружение перлюстрация писем, поскольку это, по словам Бенкендорфа, – «одно из средств тайной полиции и при этом самое лучшее, т.к. оно действует постоянно и обнимает все пункты империи».
Он же создал стройную систему поощрения секретных агентов. По мнению Бенкендорфа, «чины, кресты, благодарности служат для офицеров лучшим поощрением, нежели денежные награждения», но для тайных агентов они «не имеют такого значения, и они нередко служат шпионами за и против правительства».
Жандармские части, подчиненные Третьему отделению, включали в свой состав 4278 чинов и в том числе: 3 генерала, 41 штаб-офицер, 160 обер-офицеров, 3617 рядовых и 457 нестроевых чинов. В последующие годы численность генералов возросла в четыре раза, а офицеров и нижних чинов – в полтора раза. Вооруженной силой Третьего отделения, необходимой для проведения его мероприятий при арестах, несении обязанностей “наблюдательной полиции”, явился корпус жандармов. Последний был создан императорским указом от 28 апреля 1827 года.
Бенкендорф разработал и первое положение о корпусе жандармов: высшими экстерриториальным органами являлись округа, объединяющие от 8 до 11 губерний. Во главе округа стоял окружной начальник в чине генерала и обладавший властью командира дивизии. Командир же корпуса обладал правами командующего армией.
Общая численность жандармов устанавливалась по одному жандарму на 10,5 тысяч жителей России. Итого – 4278 человек: мизерное на поверку число «голубых мундиров»!
При создании особого ведомства Бенкендорфу удалось поставить во главу угла два важных момента, не соблюдаемых в прежних тайных службах: первое – была создана система строгой централизации власти и второе – сам корпус жандармов внушал не только страх, но и уважение к власти.
Правосудие в России того периода – тема особая. Не только простой человек, но и важная особа не всегда были способно разрешить спор в судебном порядке. Никакие реформы не помогали. И как всегда в критические моменты право де-юре подменялось правом де-факто. И это право де-факто нередко принуждено было исполнять учреждение Александра Бенкендорфа.
Короля играет свита. Опытный и искушенный царедворец Бенкендорф, понимал это прекрасно. Поэтому он окружил себя умными и весьма способными людьми. Так, в частности, в ноябре 1826 его секретарем становится Алексей Федорович Львов – скрипач и композитор, автор музыки первого российского гимна.
К чести Бенкендорфа как главы Третьего отделения необходимо сказать, что он не боялся докладывать императору достаточно острую, объективную информацию, имеющую прогностический характер. Так, в 1828 году, характеризуя обстановку в Царстве Польском, где наместник, великий князь Константин, относился к жандармам довольно скептически, в польские губернии их не допускал и управлял по собственному разумению, Бенкендорф писал Николаю I: «Власть продолжает там оставаться в руках презренных субъектов, возвысившихся путем лихоимства и ценою несчастья населения. Все государственные чиновники, начиная со служащих канцелярии генерал-губернатора, продают правосудие с аукциона».
Постоянной заботой Бенкендорфа являлся Кавказ. Бенкендорф не понимал и не принимал политики жесткой руки. Еще в 1826 году он с удивительным постоянством требовал от царя убрать с Кавказа А.П. Ермолова, который пытался русифицировать туземцев «огнем и мечом».
В 1834 году при участии Александра Христофоровича была создана компания «Российское общество для застрахования пожизненных и других срочных доходов и денежных капиталов». Инициатива его создания принадлежала нескольким высокопоставленным чиновникам, среди которых был и глава корпуса жандармов. Он же стал учредителем и «Российского общества застрахования капиталов и доходов «Жизнь». Влиятельный граф сумел-таки обойти императорский запрет на создание новых страховых обществ.
В 1840-е годы функции жандармов намного усложняются, что было вызвано ростом напряженности в стране, кризисом крепостного строя. Офицеры корпуса отныне не только заседают в рекрутских комиссиях, выявляют злоупотребления чиновников, но и участвуют в контроле производимой для армии амуниции. Без жандармов не обходилось ни одно расследование крестьянских волнений и убийств крепостными своих помещиков.
Говоря о жандармском следствии николаевского времени, следует сказать, что в большинстве случаев оно велось объективно. Провокаций не допускалось. Наоборот, с провокаторами и лжедоносителями поступали строго. Так, в 1846 году в Ярославль из Санкт-Петербурга был выслан под надзор полиции отставной гвардейский полковник Яковлев, донесший, будто ему известно о существовании антиправительственного заговора.
И, тем не менее, современники отмечали недостатки Бенкендорфа как администратора. Так, о рассеянности Александра Христофоровича, как, впрочем, и рассеянности его отца, ходили анекдоты самого невероятного свойства, вплоть до такой байки, что-де Бенкендорф-старший порой не мог вспомнить свою фамилию, не достав из кармана визитную карточку…
Как уже отмечалось выше, в нашей истории личность Бенкендорфа невозможно рассматривать в отрыве от личности Александра Сергеевича Пушкина. Увы, многое в их конфликте носит больше навязанный критиками характер. Обратимся к фактам. В июле 1831 года Пушкин обращается к своему псевдогонителю А.X. Бенкендорфу: «Заботливость истинно отеческая Государя Императора меня трогает. Осыпанный уже благодеяниями Его Величества, мне давно было тягостно мое бездействие...». Далее он просит Бенкендорфа походатайствовать о восстановлении его, Пушкина, на государственной службе. Уже через два дня Бенкендорф передает уведомление графу Нессельроде, на письме пометка: «Государь велел его [Пушкина] принять в иностранную Коллегию, с позволением рыться в старых архивах для написания Петра I».
В недельный срок Пушкин был определен на службу с жалованием 5000 рублей. Более того – 12 января 1832 г. сам же «гонитель», генерал Бенкендорф, испрашивал Высочайшего соизволения на открытие Пушкину всех секретных бумаг о первой супруге Петра I, о цесаревиче Алексее и даже – дел тайной канцелярии! Николай I разрешил.
31 декабря 1833 года поэту был пожалован чин камер-юнкера. Это соответствовало чину V класса. Впоследствии сложилась легенда о том, что этим царь унизил и оскорбил поэта. Однако если посмотреть объективно мы увидим, что до этого Пушкин имел чин титулярного советника, что соответствовало чину 1Х класса. Новый чин был условно равен статусу бригадного генерала. Но самое главное – в новом качестве поэт мог являться ко двору, чего раньше по определению без соответствующего приглашения сделать не мог...
Вопреки расхожему мифу будто бы Николай I считал Пушкина эдаким опасным элементом и по этой причине якобы даже сам лично его цензурировал, император в действительности существу освободил Пушкина от бюрократических препон цензоров. «Освобождённый от цензуры, я должен, однако ж, прежде чем что-либо печатать, представить оное выше? – писал Пушкин С.А. Соболевскому 1 декабря 1826 года. – Из этого вижу для себя большую пользу: освобождение от альманашников, журнальщиков и прочих щепетильных литераторов». Его «подневольное положение» было определено письмом Бенкендорфа от 30 сентября 1826 года: «Честь имею уведомить, что государь император не только не запрещает приезда вам в столицу, но представляет совершенно на вашу волю, с тем только, чтобы предварительно испрашивали разрешение через письмо. Его Величество совершенно остается уверенным, что вы употребите отличные способности ваши на предание потомству славы нашего Отечества, передав вместе бессмертию имя ваше… Сочинений ваших никто рассматривать не будет; на них нет никакой цензуры: государь император сам будет и первым ценителем произведений ваших и цензором. Объявляя вам сию монаршую волю, честь имею присовокупить, что как сочинения ваши, так и письма можете для предоставления его величеству доставлять ко мне; впрочем, от вас зависит и прямо адресовать на высочайшее имя».
Многие писатели даже в советскую эпоху желали бы такого «гонения»! Уже сам факт, что высшее лицо государства первым среди читателей будет знакомиться со свежей рукописью, делал неслыханную честь автору!
В ряде исследований много внимания уделяется взаимоотношениям Пушкина и главы спецслужбы. При этом некоторые берутся утверждать, что Бенкендорф пытался использовать поэта как агента. И тот якобы вызывающе от такой чести отказался. Для людей далеких от деятельности специальных служб, это кажется реальным. Но все дело в том, что мир, в котором существовал Пушкин, был невероятно прозрачен. Не было никакой нужды в агенте Пушкине. Все, что происходит вокруг Пушкина, вокруг людей, так или иначе симпатизировавших декабристам, было и без того известно. К тому же светский мир – это мир сплетен.
«В последние годы он был наиболее счастлив, – пишет П.А. Плетнев о Пушкине. – Пользуясь всеобщим уважением. Государь Император всемилостивейше пожаловал его в камер-юнкеры Двора Его Величества. Возраставшие успехи в литературе, собранные уже материалы для истории Петра Великого, лучшие годы жизни, семейная жизнь – все предвещало ему в будущем одни радости и славу».
Как бы ни ненавидел поэт власть в целом и Ш Отделение в частности, в минуты роковые он искал у них защиты. Впрочем, не только. Получив осенью 1836 года подметное письмо, он тут же обратился к главе жандармов: «По внешнему виду бумаги, по слогу письма и по тому, как оно составлено, я в первый же миг распознал, что оно исходит от иностранца, человека, принадлежащего к высшему обществу, от дипломата. Я пустился в розыски..., я уверился, что безыменное письмо исходило от г-на Геккерена».
Но что может Бенкендорф? Сочувствовать? Принять меры? Ни то, ни другое. Для первого он не готов морально, для второго – нет правовых оснований. Какие мер ждет от него поэт? Наказания клеветника? Высылки из страны? В итоге – письмо Пушкина остается без ответа и реакции. Финал известен – Пушкин смертельно ранен на дуэли.
Бенкендорфа срочно затребовали к императору. «Я знаю все, – полиция не исполнила своего долга», – раздраженно бросил царь в глаза Бенкендорфа. Тот ответил: «Я посылал в Екатерингоф, мне сказали, что дуэль там». Государь пожал плечами: «Дуэль состоялась на островах, вы должны были это знать и послать всюду». И добавил: «Для чего тогда существует тайная полиция, если она занимается только бессмысленными глупостями!?».
«Когда я возвратился к Пушкину с утешительным ответом Государя, – писал потом Жуковский в письме к С.Л. Пушкину, – он поднял руки к небу с каким-то судорожным движением.
- Вот, как я утешен! – сказал он. – Скажи Государю, что я желаю ему долгого, долгого царствования, что я желаю ему счастья в его сыне, что я желаю ему счастия в его России».
Исполняя свой долг перед поэтом, император сделал распоряжение: «I. Заплатить долги. 2. Заложенное имение отца очистить от долга. 3. Вдове пенсион и дочери по замужество. 4. Сыновей в пажи и по 1500 р. на воспитание каждого по вступление на службу, 5. Сочинения издать на казенный счет в пользу вдовы и детей. 6. Единовременно 10 т.».
Но смерть, как и болезни, не приходит в одиночку. Спустя некоторое время хворь напала на всесильного главу жандармов: в 1837 году Бенкендорф, заразившись во время организации мер по ликвидации эпидемии холеры, опасно заболел Государь и его семья окружили его знаками внимания и участия. Некоторые иностранные государи (австрийский, прусский, шведский) выразили ему свое сочувствие; спешили засвидетельствовать свои чувства и представители русской знати и высшей бюрократии. Есть указания (в записках самого Бенкендорфа и барона Корфа), что боялись за его жизнь и низшие слои населения, среди которых он мог быть популярен за терпеливо-любезное отношение к просителям и за помощь в делах судебных монарха. Корф пишет: «Справедливо и то, что во время болезни его в 1837 году император Николай проводил у его постели целые часы и плакал над ним, как над другом и братом. В упомянутой выше некрологической статье наших газет, напечатанной, разумеется, не иначе, как с высочайшего разрешения, сказано, что в одно из таких посещений государь произнес перед окружавшими его следующие достопамятные слова: «В течение 11 лет он ни с кем меня не поссорил, а со многими примирил».
В тот раз Бенкендорф выкарабкался…
В апреле 1844 года, изнуренный новою жестокою болезнью, Бенкендорф отправился на заграничные воды, государь в щедрости своей пожаловал ему на эту поездку полмиллиона рублей серебром.
Из записок Корфа: «Он скончался на пароходе «Геркулес» 11-го сентября, перед Ревелем, Он был, конечно, не гений, нельзя его назвать и отличным государственным человеком, но благородная и добрая его душа делала его драгоценным для места, которое он занимал. Он был, как известно, начальником тайной полиции в Империи и Императорской Главной квартиры, по званию сему он был неразлучен с царским лицом и сопровождал везде и всюду Государя; следственно, <был> лицом, через которое все прибегали к Высочайшему престолу. Человек с сердцем мстительным и к добру не расположенным много мог бы делать вреда, много вооружать недоброжелателей против правительства, место сие доставляло <бы> ему все средства к тому, но Бенкендорф власть свою употребил совсем на противное»…

Sobkor:
САМАРСКОЕ ГУБЕРНСКОЕ ЖАНДАРМСКОЕ УПРАВЛЕНИЕРазмещалось в наёмном двухэтажном доме на Саратовской улице (дом Санина, № 59/60; ныне – улица Фрунзе). При этом на нижнем этаже находилась служебная квартира начальника управления, а на втором – помещения аппарата управления.
По свидетельству очевидцев, «за прихожей помещалась канцелярия, где занимались пять человек унтер-офицеров. За канцелярией – кабинет адъютанта.
Перед жандармским управлением – постоянный полицейский пост».
И ещё свидетельства очевидцев:
- «В 1916 г. около двух часов дня входит в управление какой-то молодой человек, направляется в канцелярию и с порога бросает, что-то с белым дымящимся проводом. Пока пять человек унтер-офицеров, остолбенев приковались взглядом к этому ужасному предмету, молодой человек повернулся и быстро вышел на двор. Через мгновение один из унтер-офицеров, придя в себя, подскочил к брошенному предмету и выдернул запал. Взрыв был предотвращён. Оказалось, что была брошена шашка динамита величиной и формой в торец для деревянной мостовой. Но только двойной толщины. Взрыва этой шашки было бы достаточно для разрушения всего дома до основания. Адъютант был на пороге канцелярии, когда бросили динамит. Он понял в чём дело, отступил в кабинет и хотел выпрыгнуть из окна, но услышал вздох облегчения вследствие вынутого запала и отступил от задуманного намерения. Опомнившись все, бросились искать злодея. Молодой человек перебрался через забор, отделяющий управление от соседней усадьбы, переменил там шапку и тужурку, прежнее тут же бросив, и скрылся. Впоследствии он был задержан»;
- «Жандармская полиция в Самаре была поставлена тогда крайне неудовлетворительно. Она тратила большие деньги на розыскную часть, всё вела за революционерами так называемое наблюдение, т.е. тайно за ними следила, но материалов, сколько-нибудь достаточных для возбуждения судебного преследования не добывала. Самые тяжкие преступления оставались не только не открытыми, но жандармы даже не имели сколько-нибудь определенных сведений, где следовало искать виновных».

Начальники Самарского губернского жандармского управления:Жандармский генерал-лейтенант Александр Иванович Смальков.
С 1 апреля 1879 года – жандармский генерал-майор, а с 1 января 1885 года – жандармский генерал-лейтенант.
Кавалер следующих государственных наград:
- ордена Св. Владимира 4-й степени;
- двух орденов Св. Анны 2-й степени – с императорскою короною и без короны;
- двух орденов Св. Станислава 2-й степени – с императорскою короною и без короны;
- ордена Св. Анны 3-й степени;
- медали на Владимирской ленте «В память войны 1853-1856 гг.»;
- знаки отличия за 15 и 25 лет беспорочной службы;
- перстень с вензелевым изображением Высочайшего Имени;
Был женат.
Самарское дворянское депутатское собрание своим постановлением от 8 декабря 1883 года постановило: «Так как генерал-майор Смальков по заслугам своим имеет право на возведение в потомственные дворяне, то, согласно просьбе г. Смалькова, внести его во 2-ю часть Дворянской родословной книги». Данное постановление было утверждение Указом за № 770 от 21 февраля 1884 года Правительствующего Сената.
Был похоронен на территории Самарского Иверского женского монастыря рядом с другими ранее усопшими заслуженными жителями Самары.

По состоянию на 1897 год начальник Самарского жандармского губернского управления – жандармский полковник Иван Григорьевич Чернолуский. Он же по состоянию на 1880 год – помощник начальника Томского губернского жандармского управления по Мариинскому округу, штаб-капитан по военному чину. Источник: Метрические записи // ГАКО: ф. Д–60, оп. 1, д. 276, лл. 85об. и 86, но как Чернолусский по фамилии.

БОБРОВ Михаил Павлович (1867-1907), начальник Самарского губернского жандармского управления, жандармский полковник.
Родился 4 ноября 1867 года в городе Санкт-Петербурга в семье столичного чиновника, состоявшего в чине титулярного советника.
Образование: последовательно закончил Санкт-Петербургское коммерческое училище и Казанское пехотное юнкерское училище.
По выпуску из юнкерского училища произведён в подпрапорщики с назначением в 140-й пехотный Зарайский полк.
При производстве в подпоручики переведён в 116-й пехотный Малоярославский полк.
С 1894 года – на службе в Отдельном корпусе жандармов при МВД Российской империи с одновременной переаттестацией в корнеты. Последовательно: адъютант Лифляндского губернского жандарского управления, помощник начальника Бессарабского губернского жандармского управления, офицер при Петербургском, Саратовском и Одесском жандармских управлениях.
С 3 августа 1906 года – жандармский подполковник, начальник Поволжского районного охранного отделения (г. Самара). На данном посту произведён в жандармские полковники.
С 1907 года – начальник Самарского губернского жандармского управления.
Трагически погиб в 18.00 19 декабря 1907 года: был убит террористами на главной улице Самары, куда вышел за покупками.
НА АРХИВНЫХ СНИМКАХ: Михаил Павлович Бобров в парадном мундире жандармского подполковника, 1906 год, город Самара:
 
Жандармский полковник Александр Павлович Критский 1860 г.р.
В Отдельном корпусе жандармов при МВД Российской империи с 1886 года и, в том числе, в 1897 году – помощник начальника Нижегородского губернского жандармского управления, откуда переведён на аналогичную должность в Самарское губернское жандармское управление.
С 1907 года – заведующий Поволжским районным охранным отделением.
По состоянию на 1912 год – начальник Самарского губернского жандармского управления.
В 1912-1914 гг. – начальник Екатеринославского губернского жандармского управления.
Дальнейшая судьба неизвестна.
НА АРХИВНОМ СНИМКЕ: Александр Павлович Критский ещё в погонах жандармского ротмистра:

ПОЗНАНСКИЙ Михаил Игнатьевич (1871-не ранее октября 1918), жандармский полковник.
Родился 30 июля 1871 года в городе Нижний Новгород. Из семьи кадрового военного – Игнатия Николаевича Познанского.
Образование: последовательно закончил Нижегородский Аракчеевский кадетский корпус (в 1890 году) и Константиновское артиллерийское училище.
На военной службе с 30 августа 1890 года: последовательно юнкер военного училища, с  5 августа 1891 года – подпоручик, а с 5 августа 1895 года – поручик в  40-м Колыванском пехотном полку, шефом которого некоторое время был его отец. 5  произведён в поручики.
Пойдя по стопам отца, перевёлся в Отдельным корпусом жандармов, где 6 декабря 1901 года был произведён в жандармские штабс-ротмистры, а 6 декабря 1902 года – в ротмистры.
Одна из первых должностей как жандармского офицера – начальник пешей жандармской команды Жандармского полицейского управления Китайско-Восточной железной дороги. И в данном качестве – непосредственный участник героической обороны Порт-Артура. Также в ходе русско-японской войны в период с 5 (18) марта 1904 по 24 марта (6 апреля) 1905 года находился в распоряжении полевого штаба наместника Его Императорского Величества, заведовал велосипедно-санитарным отрядом, набранным из добровольцев. За боевые отличия неоднократно был награждён и, в частности, (15 (28) января 1905 года произведён в жандармские подполковники.
В послевоенный период – помощник начальника Московского губернского жандармского управления, а 1907 года – в резерве Санкт-Петербургского губернского жандармского управления.
В 1909 году произведён в жандармские полковники с назначением на должность начальника Иркутского губернского жандармского управления. На этом посту находился до 1912 года.
С 1912 года и до событий Февральской революции 1917 года – начальник Самарского губернского жандармского управления.
С весны 1917 года и по 20 июля 1918 года – арестант Самарской тюрьмы, откуда был освобождён по распоряжению начальника чешской контрразведки полковника Рабенды, после чего поступил на воинскую службу в белую армию на должность начальника велосипедной команды. Сведения о дальнейшей судьбе обрываются с октября 1918 года, то есть с момента взятия Самары частями Красной Армии...

Так к началу XXI века выглядело здание, в котором веком раньше размещалось Самарское губернское жандармское управление:


Страница из одного из следственных дел Самарского губернского жандармского управления:

Навигация

[0] Главная страница сообщений

[#] Следующая страница