Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Правила Форума: личная порядочность участника и признание им царящего на Форуме принципа субординации, для экспертов вдобавок – должная компетентность! Внимание: у Администратора и Модераторов – права редактора СМИ!

Автор Тема: 102-я стрелковая дивизия (I ф)  (Прочитано 5058 раз)

Михаил Матвиенко

  • Опытный пользователь
  • Участник
  • ***
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 1 513
  • ХИЩНИК
    • WWW
102-я стрелковая дивизия (I ф)
« : 11 Ноября 2012, 23:34:10 »
Н.С. Борисенко «Днепровский рубеж: трагическое лето 1941-го»
В марте 1940 года в Харьковском военном округе сформирован 67-й стрелковый корпус в составе 102-й, 132-й и  151-й стрелковых дивизий, 194-го отдельного сапёрного батальона, 207-го отдельного батальона связи. Управление корпуса и специальные части корпуса дислоцировались в г. Полтава.
В марте 1940 года управление дивизии и специальные части дивизии дислоцировались в Кременчуг.
22 июня 1941 года 102 сд (I ф) дислоцировалась в Кременчуг. Входила дивизия в состав 67 ск (I ф) РГК (Харьковский военный округ, 19-я армия (I ф).
67 ск (I ф) дислоцировался: г. Полтава - г. Тараща, корпус входил в состав Группы армий Резерва Главного Командования с 21.06.1941 г. по 02.07.1941 г.
Дивизия вошла в действующую армию во время Великой Отечественной войны со 2 июля 1941 г.
Имела в своем составе:
410-й стрелковый полк,
467-й стрелковый полк,
519-й стрелковые полки,
346 легкий артиллерийский полк,
586-й гаубичный артиллерийский полк,
240 отдельный противотанковый дивизион,
412-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион,
154-й отдельный разведывательный батальон,
196-й отдельный саперный батальон
211-й отдельный батальон связи.
Дислоцировалась в районе г. Кременчуга Харьковского военного округа в составе 67-го стрелкового корпуса (I ф).
Дивизией командовали:
Гудзь Порфирий Мартынович (01.07.1940-17.07.1941), полковник;
Чернюгов Спиридон Сергеевич (21.07.1941-19.09.1941), полковник.
410 сп: Пидоренко Николай Дмитриевич (с 14.06.1941) - http://forum.patriotcenter.ru/index.php?topic=27457.0
467 сп: Капиани Шалва Георгиевич (с 29.07.1940)
519 сп:  Майский Сахиб Нургуланович (с 29.07.1940 по 21.11.1941).
О состоянии частей, растерянности командования и трагизме положения в начале июля дает представление донесение командира дивизии Гудзь П.М. командующему 21-й армии и представителю Ставки Маршалу Советского Союза С.М. Буденному:
…Имею дивизию в составе двух стрелковых (410-й и 467-й) и двух артиллерийских (346-й и 586-й гаубичный) полков. 519-й стрелковый полк, стоявший в г. Золотоноше Черкасской области, в дивизию не прибыл и где находится неизвестно.
Дивизия совершенно не имеет тылов, так как в момент ее отмобилизования автотранспорт, занаряженный из ПРИВО (Приволжский военный округ - авт.) в дивизию не поступил, в связи, с чем средств снабжения боеприпасами, продфуражом, эвакуации нет.
Боеприпасами обеспечены одним боекомплектом и подвезти своими средствами не имеем возможности. Зенитный дивизион имеет 4 орудия без мехтяги, передвижение его крайне затруднено. В артиллерийских и стрелковых полках некомплект 17 гаубиц и 15 зенитных счетверенных установок. Средствами связи обеспечены на 50%, совершенно отсутствуют противотанковые мины, нет ни одного килограмма колючей проволоки...
По вашему приказу дивизия в составе 2-х полков имеет задачу обороняться на фронте 40 км. Приказ мной получен в 19.05 8.7.41 г.
410-му стрелковому полку до линии обороны надо совершить марш 30 км, а 467-й полк вывести из боя и перегруппировать в северном направлении. Все тылы направлены на Пропойск по прошлому приказу командарма, а в настоящее время необходимо переключить в обратном направлении на 50 км.
Совершить указанные перегруппировки к рассвету 9.7.41 г., в связи с поздним получением вашего приказа, не имею никакой возможности. Кроме того, представитель штаба армии майор Алексеенко не смог конкретно указать, какие части я именно должен сменить и где их штабы…

Несмотря на несоответствие приказа штаба 21-й армии (I ф) сложившейся ситуации, командир дивизии приступил к его исполнению. В ночь с 10 на 11 июля части заняли оборону в Быховском районе на фронте Нов. Быхов (иск.), Обидовичи, Шапчицы Гадиловичи (иск.) по левому берегу Днепра и усиленно производили отрывку окопов и щелей полного профиля. Каждый день с раннего утра начинались оборонительные работы. Красноармейцы, в потемневших от пота гимнастерках, час за часом упорно вгрызались лопатами в твердую пересохшую землю. Несмотря на жару, работали все, как никогда раньше, старательно. Старый кавалерист и опытный воин, прошедший боевую школу гражданской войны, командир дивизии полковник Гудзь приказал всему комначсоставу срезать с гимнастерок петлицы и нарукавные знаки. На воротниках гимнастерок и верхних вещей на местах петлиц оставались эмалированные знаки различия.
С соседом справа, 187-й дивизией полковника И. И. Иванова 45-го стрелкового корпуса, установить связь не удалось. На левом фланге занимали оборону подразделения 63-го стрелкового корпуса комкораЛ. Г. Петровского.
10 июля 1941 года в полосе обороны 338-го стрелкового полка 187-й дивизии, севернее Ст. Быхова 10-я моторизованная и 4-я танковая дивизии немцев форсировали Днепр и стремительно начали распространяться на восток. Южнее, перед фронтом 102-й стрелковой дивизии, 11-12 июля, по данным разведки, на протяжении 5 км на запад серьезных сил противника не было.
В 4.20 13 июля командир 67-го стрелкового корпуса комбриг Ф. Ф. Жмаченко приказал полковнику П. М. Гудзю немедленно установить связь с 338-м полком 187-й стрелковой дивизии, виновных за самовольный уход расстрелять, лично восстановить порядок на участке полка и подчинить действующие в этом направлении части 187-й дивизии себе. Однако выполнить это приказание в условиях полной неясности обстановки полковник Гудзь не смог, более того, несколько позднее он сам чуть не попал под расстрел за «неудачные» бои на правом берегу Днепра.
Одновременно 102-й стрелковой дивизии с 15-мм минометным батальоном к 12.00 13 июля предписывалось захватить плацдарм на правом берегу Днепра в полосе Н. Быхов и главными силами, в 18.00 перейти в наступление в направлении Н. Быхов, Комаричи, Ст. Быхов, уничтожая группировку немцев, действующую в Быховском направлении. Этот удар дивизии, по замыслу штаба 21-й армии, наносился как вспомогательный, в развитие известного контрудара 63-го стрелкового корпуса (I ф).
Командир 187-й стрелковой дивизии  (полковник ИВАНОВ Иван Иванович) получил приказание к исходу 13 июля собрать все свои части в районе Роги - Зимница (Пропойский район), занять оборону и не допустить прорыва противника на юг. Однако этой дивизии к тому времени уже не существовало. Ее уцелевшие разрозненные подразделения на западном и восточном берегах Днепра, в силу полной неясности обстановки, не имея связи со своим штабом, самостоятельно отходили в разных направлениях.
К северу от Ст. Быхова, у деревень Сидоровичи, Следюки, командующий 13-й армией, собрав ударный кулак, ожесточенными атаками пытался сбить заслоны противника, тем самым лишив его переправы через Днепр и продвижения танковых частей на восток. Но эти меры оказались запоздалыми. Удары сводной группы 13-й армии с севера и 67-го стрелкового корпуса 21-й армии с юга не были скорректированы и ввиду их разрозненности и разновременности успеха не имели. Немцы прочно удерживали переправы у Ст. Быхова и Барколабова, выставив на флангах «коридора» мощные заслоны из артиллерийско-минометного, пулеметного огня, танков и пехоты.
В то же время сложилась благоприятная обстановка для нанесения контрудара нашими войсками в районе Рогачева, откуда часть сил противник перебросил к Ст. Быхову и Могилеву.  63-й стрелковый корпус комкора Л. Г. Петровского, действуя на главном направлении 21-й армии, 13 июля форсировал Днепр, освободил Рогачев, Жлобин и, продолжая наступать в направлении Бобруйска, вклинился в оборону противника до 30 км.
Освобождение городов Рогачева и Жлобина явилось первым серьезным успехом войск Красной Армии за прошедшие горькие недели отступления на Западном фронте. В дальнейшем развить контрудар не удалось. Подтянув свежие силы, противник остановил наступление 21-й армии и окружил корпус Л. Г. Петровского. Комкор погиб в бою 17 августа 1941 года у д. Скепня Жлобинского района, а части его корпуса, уцелевшие в боях, еще долго выходили из окружения обратно за Днепр.
Обеспечивая наступление 63-го стрелкового корпуса с севера, в ночь с 13 на 14 июля 1941 года, на участке д. Шапчицы - Н. Быхов форсировала Днепр и 102-я стрелковая дивизия с задачей отрезать тылы прорвавшейся на восток немецкой группе войск, освободить Ст. Быхов и в дальнейшем развивать наступ¬ление на Могилев.
В первой половине дня 14 июля ее 410-й стрелковый полк подполковника Пидоренко, переправившись на правый берег уже наступал вдоль реки на север в направлении Ст. Быхова, а 467-й стрелковый полк полковника Ш. Г. Кипиани сосредоточился к переправе в районе д. Шапчицы. Следует отметить, что все приданные стрелковым полкам дивизионы 346-го артиллерийского и 586-го гаубичного полков остались на позициях по левому берегу и в районе переправы у д. Шапчицы, а значит, эффективно поддерживать наступление пехоты артиллеристы не могли. О соседях справа и слева у штаба дивизии сведений не было.
В течение 15 июля стрелковые полки продолжали успешное наступление на западном берегу Днепра в северном направлении. К середине дня они заняли Н.Быхов и вышли к совхозу Лудчицы. В тот же день батальоны 410-го полка, сломив упорное сопротивление немцев на высотах в районе Лудчицы, захватили деревню.

К утру 16 июля пехотные части дивизии с тяжелыми огневыми боями вышли на рубеж деревень Красный Пахарь – Неряж. Здесь немцы, перегруппировавшись и подтянув свежие силы, с помощью авиации, артиллерии и танков нанесли контрудар. Разгорелся ожесточенный бой. В течение дня под непрерывной бомбежкой и пулеметным огнем с постоянно висевших в воздухе пикирующих бомбардировщиков наши стрелковые подразделения с большими потерями вынуждены были отступить от Ст. Быхова. Противник со своей стороны потерял 2 самолета, 5 танков и до батальона пехоты.
Как следует из донесения штаба 102-й стрелковой дивизии (I ф), тяжелые потери и отход частей произошли в результате полного и безнаказанного господства немецкой авиации в воздухе, против чего наша пехота оказалась бессильной. Отчаянную просьбу командира дивизии о помощи самолетами-истребителями выполнить было не возможно, так как взять их командованию корпуса и армии было негде.
17 июля, не выдержав мощных ударов противника, пехотные части дивизии начали отход к Лудчицам и Н.Быхову Штабы полков, оказавшись под сильным огнем, потеряли управление и связь между собой. Их части были рассеяны, и для того чтобы отойти на юг, к переправе, подразделениям 410-го стрелкового полка пришлось, теперь уже с севера, брать д. Лудчицы, где закрепились немцы.
А в воздухе продолжали свирепствовать немецкие бомбардировщики. Грохот разрывов авиабомб и снарядов, танки и мотопехота преследовали отступающие остатки наших батальонов...
Несмотря на то, что бойцы и командиры пехотных подразделений дивизии сделали все возможное, а временами и невозможное, приказ командующего 21-й армией генерал-полковника Ф.И. Кузнецова был жестким: «Командира 102-й стрелковой дивизии полковника Гудзь за отсутствие руководства боевой деятельностью дивизии в течение 17 июля, что привело в срыву успешно начатого боя в Быховском направлении, отстранить от занимаемой должности, возбудить ходатайство перед Главкомом о предании суду».
К счастью, этот приказ до конца выполнен не был. После снятия его с дивизии и выхода из окружения, Порфирий Матвеевич Гудзь принял другую дивизию и прошел с ней всю войну.
23 сентября 1943 года ее части отличились при форсировании Днепра в Комаринском районе, за что командир получил звание Героя Советского Союза.
18 июля 1941 года в командование дивизией вступил начальник штаба комбриг И. Г. Бессонов. Остатки стрелковых подразделений продолжали отступать.
Командир 410-го стрелкового полка Пидоренко докладывал:
«Полк наступление немцев не сдержал будучи обойден с левого фланга. Остатки полка мелкими группами отходят к переправе. Два дополнительных рубежа натиск противника не удержали» .

Несмотря на всю тяжесть положения, батальоны полка за 17 июля уничтожили 2 самолета, 1 танк и 3 мотоцикла противника. После боев 19 и 20 июля 410-й полк, по существу, перестал существовать. Остатки его к утру 21 июля, переправившись через Днепр, сосредотачивались на восточном берегу в районе д. Звонец.
Тяжело пришлось и 467-му стрелковому полку полковника Ш. Г. Кипиани. Полк вел бои в окружении южнее Н. Быхова в районе пос. Покровский.  21 июля батальоны полка, прижатые немцами к излучине Днепра, пошли в контратаку. Уничтожив до полутора вражеских батальонов из 17-го пехотного полка, штыками и гранатами нашим бойцам удалось отбросить противника на 3-5 км к северо-западу от д.Виляховки. В ожесточенных боях 21-22 июля 467-й стрелковый полк потерял больше половины личного состава, остальные мелкими группами вышли на левый берег и к утру 23 июля сосредоточились в районе д. Ильич.
В боях геройски погиб и командир полка полковник Шалва Григорьевич Кипиани. О его последних минутах жизни написал К. Симонову после войны участник того боя, бывший офицер 102-й стрелковой дивизии Ф. Животов «... полковник Кипиани умер на моих глазах. Будучи тяжело раненным (без обеих ног), он, пока был в памяти, отдавал боевые приказы капитану Матвейцу... Погиб он в разгар боя. Характерно, что, будучи без ног, он ни от кого не требовал эвакуации в тыл, а требовал выполнения своих боевых приказов и не трогать его никуда! Вся эта трагедия проходила несколько минут, он никого к себе не допускал и говорил: я умру на месте, но враг должен быть разгромлен».
По данным Главного управления кадров Министерства обороны Российской Федерации, командир 467-го стрелкового полка полковник Ш.Г. Кипиани 20 и 21 июля 1941 года дважды был тяжело ранен, а 22 июля умер от ран. По распоряжению командира дивизии, разведчики должны были вынести Кипиани и доставить его на командный пункт. Однако их группа из 5 человек понесла потери, а оставшиеся в живых бойцы похоронили командира полка и его солдат где-то в районе д. Виляховки Быховского района.
519-й стрелковый полк, организационно входивший в 102-ю дивизию, весь период боев на Днепре находился в подчинении командира 151-й стрелковой дивизии (I ф) генерал-майора В.И. Неретина и участвовал в не менее тяжелых боях на восточном берегу Днепра в районе д. Искань.
Командир санитарного взвода 3-го батальона полка А.Е. Слуцкий вел дневник за каждый день боев, в котором отмечал: «...Заняли оборону на поляхуд. Искань. Целый день ничего не ели. Доставлять питание на линию обороны невозможно. В ночь на 20 июля фашист попробовал несколько раз атаковать нас, но потерял много убитыми и ранеными. Есть потери и у нас.
22 июля. С утра немец снова пошел в наступление. Бесконечные разрывы снарядов и мин не давали поднять голову. Стояли сплошной дым и пыль. Используя дымовую завесу, наш санвзвод выносил раненых с передовой. Артиллерия от Хотовни своим огнем штурмовала немецкую линию обороны.
25 июля. Всю ночь вывозили раненых, отдохнуть пришлось часа полтора. Линия обороны переместилась к Искани. Стрельба усилилась. Вечером прибыло пополнение, часть местных, часть из Краснодарского края.
27 июля. В д. Искань пожары. Положение наше ухудшилось В 14 час. немцы пошли в наступление, обошли наши фланги. Под прикрытием пушек и минометов отходим на Журавичи. На мотоциклах и автомашинах немцы ворвались в Искань...».

Андрей Ефимович Слуцкий в этом бою был контужен и взят в плен, а дневник, который он успел спрятать под кустом картофеля, после войны был обнаружен и передан его родным.
Смена командира дивизии в разгар тяжелых боев, естественно, не могла улучшить положения ее подразделений. В боевом донесении штаба 102-й стрелковой дивизии командиру 67-го корпуса за 20 июля говорится, что, встретив значительное превосходство сил противника, в особенности мотоциклетных и бронетанковых частей, после 5-часового сопротивления, она вынуждена была отойти на левый берег Днепра.
Фактически, 20 июля на левый берег отошли только штаб дивизии и батальон связи, а стрелковые полки с тяжелыми боями 21 и 22 июля выходили к переправе самостоятельно, по частям. Удержать рубеж даже в условиях героического самопожертвования было невозможно. За прошедшие бои дивизия понесла огромные потери и имела в своем составе не более 2, 5 батальона пехоты.
21 июля 1941 года дивизией командовал уже полковник С.С. Чернюгов, бывший командир 117-й стрелковой дивизии (I ф), снятый с должности после Жлобинской операции 6-7 июля 1941 года. Источник: http://rkka.ru/docs/spv/SPV6.htm
Через два дня уцелевшие ее части заняли оборону по линии Шапчицы – Ильич. Бойцы приводили себя в порядок, укрепляли оборону. Здесь, на границе Быховского и Журавичского районов, остатки дивизии, ведя оборонительные бои местного значения, находились на позициях почти три недели до 12 августа. Относительное спокойствие на этом участке объяснялось активными действиями 63-го стрелкового корпуса (I ф) комкора Л.Г. Петровского на Бобруйском направлении и контрнаступлением наших частей в районе Кричева Сил для наступления в южном направлении на Гомель у немцев не было. После беспрерывных июльских боев они также были измотаны и перешли к обороне.
В описании боевых действий всегда вызывает интерес положение противоборствующей стороны. О моральном состоянии и вооружении подразделений 31 -й пехотной дивизии, стоявшей перед фронтом 102-й стрелковой дивизии (I ф), можно судить по показаниям Милля Германа, санинструктора 5-й роты 17-го пехотного полка, взятого в плен у д. Веть Быховского района разведчиками 467-го стрелкового полка: «…В каждом взводе имеется по одному легкому и одному тяжелому миномету. В роще в 500 м севернее д. Веть около 12-ти 37-мм пушек, 3-105-мм и 3 150-мм пушки... Рота состоит из 120 человек, 60 % которых в возрасте до 35 лет, остальные весеннего призыва. Солдаты сильно недовольны войной, питание очень плохое. Горячую пищу принимают только вечером, а на день выдают хлеб и рыбу. Днем из окопов не разрешают никуда выходить…».
Проблемы на войне у солдат-окопников как с одной, так и с другой стороны были одинаковыми.
24 июля 1941 года решением Ставки был создан Центральный фронт (I ф) в составе 13-й и 21 -й (I ф) армий под командованием генерал-полковника Ф. И. Кузнецова. В его задачу входило прикрытие стыка между Западным и Юго-Западным (I ф) фронтами, а также обеспечение активными боевыми действиями в направлении Гомель – Бобруйс наступления Западного фронта на Смоленском направлении.
12 августа противник, подтянув свежие силы, после сильной артиллерийской и авиационной подготовки, на участке 21-и армии (I ф) перешел в наступление, пытаясь окружить ее на восточном берегу Днепра в районе Довск – Рогачев – Жлобин. Здесь вновь разгорелись ожесточенные кровопролитные бои. Мощные удары 13-го и 12-го армейских корпусов немцев обрушились на соединения 21-й армии (I ф), которые безуспешно пытались отбить их атаки в Пропойском Быховском, Журавичском и Рогачевском районах.
К исходу 13 августа противнику удалось сломить сопротивление 21-го, 63-го и 67-го стрелковых корпусов (все – I ф) и поставить их перед угрозой полного окружения.
Заслуживает внимания достойный солдата поступок уже упоминавшегося командира 63-го стрелкового корпуса (I ф) комкора Л.Г. Петровского. В конце 1930-х гг., будучи заместителем командующего Московским военным округом, был арестован и осужден. В декабре 1940 года он был освобожден и назначен командиром стрелкового корпуса, с которым в начале войны и должен был «искупить вину».
63-й корпус своими дивизиями на западном берегу Днепра пытался развить контрудар на Бобруйск. Находясь в глубоком окружении, комкор получил звание генерал-лейтенанта и приказание вступить в командование 21-й армией (I ф). Приказ, подписанный командующим фронтом в ночь с 13 на 14 августа, был послан адресату самолетом У-2. На этом же самолете генерал Петровский должен был прилететь в штаб армии. Самолет благополучно вернулся назад с тяжело раненным бойцом, но командующего на его борту не было. Генерал просил отсрочить вступление в командование армией и передал, что «поставление в такой тяжелой обстановке войск корпуса равносильно бегству».
17 августа 1941 года Военный совет Центрального фронта (I ф) принял решение объединить разрозненные, потерявшие управление части разбитых корпусов под командованием комбрига Гусовского (бойцов и командиров из 151-й – «отряд Неретина», 102-й, 167-й стрелковых дивизий, 453-го и 560-го артиллерийских полков, отряд подполковника Маневича и др.). Однако это приказание, как и многие другие в то время, выполнено не было. Остатки наших подразделений, в т.ч. и 102-й стрелковой дивизии (I ф), продолжая очаговые бои, мелкими группами выходили из окружения на восток и юго-восток самостоятельно.
Одна из таких групп, в которую входило до 200 бойцов и командиров, во главе с бывшим начальником штаба и командиром 102-й стрелковой дивизии комбригом И. Г. Бессоновым (до войны – командир дивизии войск НКВД), в боях при выходе из окружения была рассеяна.
26 августа комбриг Бессонов сдался в плен охране немецкого медсанбата в д. Роги Старосельского района Гомельской области и перешел на службу к врагу.
Находясь в плену и помещенный в лагерь для офицеров Красной Армии, он отказался сотрудничать с бывшим командиром 2-й ударной армии генерал-лейтенантом А. А. Власовым, заявляя, что выше Власова как в политическом, так и в военном отношении. Стал у немцев видным деятелем по разработке планов борьбы с партизанским движением за счет создания лжепартизанских отрядов. Создал штаб, так называемый «Политический центр борьбы». Предлагал освободить СССР от коммунистического режима с помощью заключенных исправительно-трудовых лагерей в Сибири. Разработал и передал немцам детальный план высадки в северные районы Советского Союза крупного воздушного десанта, состоящего из советских военнопленных, с целью захвата лагерей НКВД, вооружения заключенных и поднятия восстания в тылу Красной Армии. Неоднократно обращался к правительству Германии с разного рода меморандумами.
15 мая 1945 года Бессонов, находившийся уже в американской зоне, изъявил желание вернуться в Советский Союз. Его желание было выполнено. Через 5 лет, 19 апреля 1950 года Военной коллегией ВС СССР приговорен к расстрелу.
...19 августа немцы взяли Гомель, а 25 августа директивой Ставки Верховного Командования Центральный фронт, фактически уже переставший существовать, был расформирован.
В конце августа 1941 года закончилась и боевая деятельность первого формирования 102-й стрелковой дивизии (расформирована приказом НКО СССР от 19 сентября 1941 года), после чего одна из дивизий народного ополчения Москвы получила номер 102-й стрелковой. В третий раз дивизия была сформирована уже в Хабаровске осенью 1942 года.

Сведения о боевом составе на 10 августа 1941 года и соотношение сил на фронте 21-й армии (I ф)

05.01.1941 года. Донесение о боевом и численном составе Брянского фронта (I ф) по состоянию на 01.09.1941 года:
« Последнее редактирование: 07 Августа 2016, 09:39:48 от Sobkor »
Записан
О чем историк умолчал стыдливо,
 Минувшее не вычерпав до дна,
 О том на полках старого архива,
 Помалкивая, помнят письмена.

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 650
  • Роман Никитин
Re: 102-я стрелковая дивизия (I ф)
« Reply #1 : 10 Марта 2013, 22:36:03 »
26 августа комбриг Бессонов сдался в плен охране немецкого медсанбата в д. Роги Старосельского района Гомельской области и перешел на службу к врагу.
Находясь в плену и помещенный в лагерь для офицеров Красной Армии, он отказался сотрудничать с бывшим командиром 2-й ударной армии генерал-лейтенантом А. А. Власовым, заявляя, что выше Власова как в политическом, так и в военном отношении. Стал у немцев видным деятелем по разработке планов борьбы с партизанским движением за счет создания лжепартизанских отрядов. Создал штаб, так называемый «Политический центр борьбы». Предлагал освободить СССР от коммунистического режима с помощью заключенных исправительно-трудовых лагерей в Сибири. Разработал и передал немцам детальный план высадки в северные районы Советского Союза крупного воздушного десанта, состоящего из советских военнопленных, с целью захвата лагерей НКВД, вооружения заключенных и поднятия восстания в тылу Красной Армии. Неоднократно обращался к правительству Германии с разного рода меморандумами.
15 мая 1945 года Бессонов, находившийся уже в американской зоне, изъявил желание вернуться в Советский Союз. Его желание было выполнено. Через 5 лет, 19 апреля 1950 года Военной коллегией ВС СССР приговорен к расстрелу .
С уверенностью можно сказать одно. Этот коллаборационист был несколько иного сорта, нежели Власов. Но и у него, как и у Власова, были, говоря языком англосаксов, большие крысы и большие тараканы, говоря языком нашим. Иначе бы не захотел вернуться.
Кстати, оба были судьбой не обижены - карьера и у того, и у другого блестящая.
Поймал себя на мысли, что у многих "идейных" предателей общими были какие-то их личные "обидки" на "вождя народов".
Очерк о Бессонове "Десант на ГУЛАГ":
http://www.carabaas.blog.ru/8093443.html
« Последнее редактирование: 10 Марта 2013, 22:46:48 от Nick-69 »
Записан

картограф

  • Эксперт
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 724
  • Иван Юрьевич
Re: 102-я стрелковая дивизия (I ф)
« Reply #2 : 06 Августа 2016, 20:30:42 »


« Последнее редактирование: 07 Августа 2016, 09:19:07 от Sobkor »
Записан

Жуков Андрей

  • Гость
Re: 102-я стрелковая дивизия (I ф)
« Reply #3 : 23 Августа 2016, 13:33:52 »
В марте 1940 года в Харьковском военном округе сформирован 67-й стрелковый корпус в составе 102-й, 132-й и  151-й стрелковых дивизий, 194-го отдельного сапёрного батальона, 207-го отдельного батальона связи. Управление корпуса и специальные части корпуса дислоцировались в г. Полтава.

В действительности управление 67-го стрелкового корпуса было сформировано в марте 1941-го, а не 1940 года!
« Последнее редактирование: 23 Августа 2016, 13:37:48 от Sobkor »
Записан
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »