Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Правила Форума: личная порядочность участника и признание им царящего на Форуме принципа субординации, для экспертов вдобавок – должная компетентность! Внимание: у Администратора и Модераторов – права редактора СМИ!

Автор Тема: Книга Памяти города Москвы  (Прочитано 92327 раз)

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #160 : 23 Ноября 2021, 16:47:44 »
ВАХМИСТРОВ Владимир Михайлович (1917-1942), воспитанник конницы Осоавиахима, пилот самолёта марки «МиГ-3» из боевого состава 176-го истребительного авиационного (впоследствии – Берлинский Краснознамённый) полка 207-й истребительной авиационной дивизии 2-й воздушной армии Воронежского фронта, лейтенант.
Родился 1 января 1917 года на Украине – в городе Рубежное Луганской области. Русский. Рабочий из рабочих.
Партийность:
- в 1934-1940 гг. – член ВЛКСМ;
- с 1940 года и по 19 января 1942 года – кандидат в члены ВКП(б): принят был Партийной комиссией Центральной кавалерийской школы Центрального совета Осоавиахима СССР и РСФСР;
- с 19 января 1942 года – член ВКП(б): принят был Партийной комиссией при политотделе 6-го истребительного авиационного корпуса ПВО Московского военного округа; на руках имел партбилет образца 1936 года за № 4241759.
Был холост. Родственники по состоянию на 1942-1961 гг.: мать – Вахмистрова Мария Карповна; проживала по адресу: город Москва, Большая Калужская улица, 18, квартира 48.
Образование:
- общее – среднее: в 1935 года – школу-десятилетку на родине;
- авиационное профессиональное: предположительно, осенью 1940 года – пилотскую школу одного из аэроклубов Отдела авиации Московского городского совета Осоавиахима;
- военное: 1) в марте 1938 года в стенах Центральной кавалерийской школы Центрального совета Осоавиахима СССР и РСФСР без отрыва от производства прошёл полный курс обучения по воинской специальности «кавалерист-сабельник»; 2) в июне 1938 года – в городе Москве по трёхмесячному курсу обучения одну из полковых школ (она же – Школа младшего начсостава) Особой кавалерийской ордена Ленина Краснознамённой дивизии имени И.В. Сталина по воинской специальности «помощник командира сабельного взвода»; и 3) 9 октября 1941 года – Качинскую военно-авиационную Краснознамённую школу пилотов имени А.Ф. Мясникова по специальности «военный лётчик».
По окончанию в июне 1935 года на родине школы-десятилетки перебрался в Москву, где в сентябре 1935-апреле 1938 гг. трудился электромонтёром в службе «Электрическая централизация стрелок и сигналов» Московского железнодорожного узла. Одновременно без отрыва от производства занимался в Центральной кавалерийской школе Центрального совета Осоавиахима СССР и РСФСР.
В связи с оформлением с 23 марта 1938 года на службу в конницу оборонного общества в апреле-июне 1938 года – курсант одной из полковых школ дислоцировавшейся в Москве Особой кавалерийской ордена Ленина Краснознамённой дивизии имени И.В. Сталина, где в свою очередь уже в июне 1938 года экстренном сдал выпускные экзамены за курс обучения по специальности «помощник командира сабельного взвода», после чего до ноября 1940 года – техник конного дела в родной для себя Центральной кавалерийской школе Осоавиахима имени Будённого. И в последнем качестве:
- в статусе представителя командно-строевого состава оборонного общества при знаках различия младшего инструктора Осоавиахима;
- как передовик был отмечен на 2-й полосе 20-го номера за 10 февраля 1939 года газеты Центрального и Московского городского совета Осоавиахима «На страже»: здесь было размещено коллективное фото за авторством Б. Рябинина и М. Розенбаума с текстовкой: «Комсомольцы-инструктора Центральной кавалерийской школы Осоавиахима имени С.М. Будённого С. ШЕЛЕГЕДА, М. БЕРЮЧИНСКИЙ и В. ВАХМИСТРОВ, взявшие на себя оборонные обязательства в честь XVIII съезда ВКП(б)»;
- по состоянию на 1940 год – в прежнем статусе, но уже при знаках различия инструктора Осоавиахима. И той же осенью 1940 года в ходе открывшихся в ростовском Новочеркасске 3-х Всесоюзных конно-спортивных соревнованиях Осоавиахима возглавлял сборную команду Центральной кавалерийской школы Осоавиахима имени С.М. Будённого в составе Воронина, Пересыпкина, Лукина и Ларкина. И данная команда под его началом стала тогда, в частности, победительницей первенства по многоборью, за что была удостоена Переходящего Красного знамени абсолютного победителя озвученных выше соревнований.
В период службы в кавалерии Осоавиахима проживал в Москве по адресу: Зарядьевский переулок, 4, квартира 23. Одновременно как допризывник состоял на воинском учёте в Краснопресненском РВК столицы СССР по специальности «кавалеристы (ВУС-3)» и по должности «помощник командира взвода (мк-2)». Источник – архив Военного комиссариата города Москвы, ф. «Даниловский ОВК», д. 11000820, л. 31об.
С ноября 1940 года – на военной службе в ВВС Красной Армии (но с зачётом в выслугу лет стажа службы в коннице оборонного общества):
- с ноября 1940 года и 9 октября 1941 года – под Севастополем как курсант Качинской военно-авиационной Краснознамённой школы пилотов имени А.Ф. Мясникова. По выпуску приказом по советским ВВС за № 0172 от 9 октября 1941 года как отличник учёбы был произведён в лейтенанты с направлением в 16-й истребительный авиационный полк ПВО 6-го истребительного авиационного корпуса ПВО Московского военного округа. Источники – ЦАМО: ф. 20530, оп. 2, дд. 8 и 27;
- с 8 октября 1941 года, в том числе и по состоянию на январь 1942 года, – пилот самолёта-истребителя марки «МиГ-3» из боевого состава озвученного выше 16-го истребительного авиационного полка ПВО, и с момента прибытия в данную в/ч – в боях и сражениях Великой Отечественной войны.
А к июлю 1942 года – в своём последнем качестве. Источник – ЦАМО: ф. 20530, оп. 2, д. 34.
Согласно донесению о безвозвратных потерях, погиб 10 июля 1942 года в воздушном бою, разгоревшемся в небе над деревней Орлово, «что в 30-35 км южнее г. Усмань Воронежской обл. [ныне это райцентр современной Липецкой области]»: сгорел в упавшем самолёте. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 818883, д. 1235, л. 46.
Согласно краеведческому расследованию, проведённому Оксаной Русиновой, заведующей библиотекой села Орлово Орловского сельского поселения Новоуспенского района Воронежской области: «горящий самолёт рухнул у оврага в северо-западной части села. Останки лётчика местные жители завернули в парашют и похоронили на кладбище у храма Богоявления Господня. До начала 1960-х годов на кладбище сохранялась эта могила с установленным на нём памятником с красной звездой». Источник: https://riavrn.ru/districts/novousmansky/po-krupicam-stala-izvestna-istoriya-eshe-odnogo-letchika-pogibshego-v-1942-godu-v-voronezhskom-nebe/
Из списков Красной Армии исключён приказом Главупраформа за № 0684/пог. от 26 августа 1942 года. Источник – ЦАМО: ф. 56, оп. 12220, д. 51, л. 43.
В Книге Памяти города Москвы не увековечен.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Скан со 2-й полосы 20-го номера за 10 февраля 1939 года газеты Центрального и Московского городского совета Осоавиахима «На страже»:


1940 год, город Новочеркасск Ростовской области, 3-е Всесоюзные конно-спортивные соревнования Осоавиахима СССР, команда Центральной кавалерийской школы Осоавиахима имени С.М. Будённого в составе (слева направо): Вахмистров, Воронин, Пересыпкин, Лукин и Ларкин. Вахмистров с должностными знаками различия инструктора (в тёмно-сини кавалерийских петлицах по две звёздочки), остальные – представители рядового состава. Сканировано мною с архивного подлинника:
 

Из фондов РГАСПИ:
   

Хранящиеся в ЦАМО персональные Учётно-послужные карточки лейтенанта В.М. Вахмистрова:
     

Источник – архив Военного комиссариата города Москвы, ф. «Даниловский ОВК», д. 11000820, л. 31об.
 

Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 818883, д. 1235, л. 46 (под № 2).


Из материалов ЦАМО:
 

Источник – ЦАМО: ф. 56, оп. 12220, д. 51, л. 43.
« Последнее редактирование: 25 Ноября 2021, 10:06:05 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #161 : 22 Декабря 2021, 17:10:58 »
Номера записей в ОБД – 62302277 и 350555479. Котов Николай Михайлович Родился 15.02.1918 года в Воронеже. Призван в 1937 году Московским ГВК. Воин 2-го погранполка, старший сержант. Официально учтён оборонным ведомством условно пропавшим без вести в апреле 1943 года. Но в действительности погиб в плену 15.09.1942 года в шталаге-333. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 977520, д. 489.
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #162 : 29 Марта 2022, 12:42:45 »
РЖЕВЦЕВ Пётр Максимович (1920-не ранее конца ноября 1941), не вернувшейся с полей битвы с фашизмом моряк-срочник Черноморского флота, краснофлотец.
Родился в 1921 году в деревне Гостимля Барсуковского сельского поселения Монастырщинского района Смоленской области. Русский. Православный. Рабочий из крестьян. Беспартийный. Был холост.
К весне 1939 года – молодой рабочий в городе Москве.
На военную службу призван 25 апреля 1939 году Кировским РВК города Москвы с направлением в ряды личного состава Черноморского флота. Источник – Военкомат г. Москвы: ф. «Чертановский ОВК», д. 11000738, л. 67об.
По состоянию 26 февраля 1941 года, согласно собственноручной подписи на обороте единственного фотопортрета периода военной службы, являлся военнослужащим эсминца «Бойкий» 2-го дивизиона эсминцев эскадры надводных кораблей ЧФ, краснофлотцем по воинскому званию. На данном фото он ещё и как кавалер физкультурного значка «Готов к труду и обороне». Сам же снимок был сделан в Севастополе.
По неофициальным данным, в мае 1941 года приезжал на родину в краткосрочный отпуск.
Непосредственный участник Великой Отечественной войны с 22 июня 1941 года, при этом по состоянию на осень 1941 года – рулевой одного из восьми кораблей 6-го дивизиона тральщиков Новороссийской военно-морской базы ЧФ, по-прежнему краснофлотец по воинскому званию.
На основании циркуляра начальника Отдела подготовки и комплектования ЧФ за № 0428 от 21 ноября 1941 года был исключён из списков 6-го дивизиона тральщиков с откомандированием в распоряжение начальника штаба Северо-Кавказского военного округа. Источник – ЦВМА: ф. 1250, оп. 2, д. 102, л. 194.
Дальнейшая судьба неизвестна.
Как версия: не исключено, что сгинул в рядах первой волны морских пехотинцев, участвовавших 26 декабря 1941 года в Керченско-Феодосийской десантной операции.
В Книге Памяти Смоленской области и Книге Памяти города Москвы не увековечен.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Сведения о призыве 25 апреля 1939 года Петра Максимовича Ржевцева Кировским РВК города Москвы:


26 мая 1941 года, город Севастополь, краснофлотец Пётр Максимович Ржевцев как матрос с эсминца «Бойкий» 2-го дивизиона эсминцев эскадры надводных кораблей Черноморского флота:
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #163 : 29 Марта 2022, 15:56:54 »
БУДАНОВА Екатерина Васильевна (1916-1943)
Согласно материалам личного дела, Герой Российской Федерации (с 01.10.1993 года, посмертно) Екатерина Васильевна Буданова родилась 6 декабря 1916 года в деревне Коноплянка современного Вяземского района Смоленской области. Русская. Служащая из крестьян. Партийность: в 1931-1938 гг. – член ВЛКСМ (комсомольский билет образца 1932 года № 1841127), в 1938-1939 гг. – кандидат в члены ВКП(б), а с 1939 года – член ВКП(б): партбилет образца 1936 года № 3168934.
Образование:
- общее – неполное среднее в объёме восьми классов общеобразовательной школы: в 1937 году – семь классов Новоторжской средней школы города Вязьма на тот момент времени Западной, а ныне современной Смоленской области; в 1938 году – восьмой класс в средней школе при Московском авиазаводе № 22 имени С.П. Горбунова;
- авиационное профессиональное: в 1937 году – пилотскую школу Киевского аэроклуба Отдела авиации Московского городского совета Осоавиахима и в том же 1938 году – школу инструкторов-лётчиков при родном для себя Киевском аэроклубе; в мае 1940 года – Херсонскую инструкторскую авиационную школу Осоавиахима СССР.
С 11 июня 1934 года и по сентябрь 1937 года – работница находившегося в московских Филях авиазавода № 22 имени С.П. Горбунова: сначала в качестве статиста-ответственного исполнителя, а затем подготовителя работ цеха № 2.
С сентября 1937 года и по апрель 1938 года – по комсомольской мобилизации пионервожатая Средней школы № 63 Киевского района города Москвы.
С апреля 1938 года и по январь 1940 года – инструктор-лётчик пилотской школы Киевского аэроклуба Отдела авиации Московского городского совета Осоавиахима (и в данном качестве успела сделать два выпуска учлётов), а с июня 1940 года – Фрунзенского аэроклуба Отдела авиации Московского городского совета Осоавиахима. И по занимаемой должности всегда характеризовалась блестяще.
От летописца отечественной авиации Михаила Быкова (г. Москва): «Согласно озвучиваемым в нашей библиографии утверждениям-мифам, Е.В. Буданова к моменту гибели якобы сбила десять самолётов противника: шесть-де – лично и ещё четыре – в группе. Однако в действительности, как то следует из месячных отчётов за 1943 год штаба 73 гв. иап, по состоянию на конец июля 1943 года – 2+2, то есть два самолёта противника сбила лично и два – в составе группы»…
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Будущая Герой Российской Федерации (с 01.10.1993 года, посмертно) Екатерина Васильевна Буданова (06.12.1916-19.07.1943) как учлёт-выпускник пилотской школы Киевского аэроклуба Отдела авиации Московского городского совета Осоавиахима, в связи с чем девушка запечатлена при знаках различия пилота запаса. Сканировано мною с архивного подлинника:


Екатерина Васильевна Буданова при знаках различия инструктора авиации Осоавиахима:


Зима 1941/42 гг., Энгельсский авиагарнизон, Екатерина Васильевна Буданова как представитель среднего начсостава «без звания» из рядов лётно-подъёмного состава 122-й авиационной группы под командованием майора Марины Михайловны Расковой:


Не ранее весны 1942 года, Энгельсский авиагарнизон, слева направо лётчицы 586-го (женского) истребительного авиационного полка (впоследствии – с приставкой «имени Марины Расковой») младшие лейтенанты Лилия Литвяк, Екатерина Буданова (она – командир звена) и Мария Кузнецова:


Февраль 1943 года, Екатерина Васильевна Буданова как новоиспечённый лейтенант из рядов лётно-подъёмного состава 296-го истребительного авиационного полка 268-й истребительной авиационной дивизии 8-й воздушной армии Южного фронта (II ф):


Не ранее конца марта 1943 года, гвардии лейтенант Екатерина Васильевна Буданова в паре со своей боевой подругой ещё со времён совместной службы в авиации Осоавиахим Героем Советского Союза (5 мая 1990 года, посмертно) гвардии лейтенантом Лилей Владимировной Литвяк (1921-1943). Обе девушки – как представители лётно-подъёмного состава 73-го гвардейского истребительного авиационного (впоследствии – Сталинградско-Венский Краснознамённый ордена Богдана Хмельницкого) полка 6-й гвардейской истребительной авиационной (впоследствии – Донско-Сегедская Краснознамённая ордена Суворова) дивизии 8-й воздушной армии Южного фронта (II ф) и одновременно – кавалеры ордена Красной Звезды:


Предположительно, май 1943 года, гвардии лейтенант Екатерина Васильевна Буданова на побывке в родной для себя Москве:
 

Некоторые из страниц осоавиахимовского личного дела Героя Российской Федерации (с 01.10.1993 года, посмертно) Екатерины Васильевны Будановой (06.12.1916-19.07.1943). Копии сделаны мною с архивного подлинника:
                   

Из материалов Центрального архива ДОСААФ России. Сканировано мною с архивного подлинника:
 

Хранящиеся в ЦАМО персональные Учётно-послужные карточки гвардии лейтенанта Екатерины Васильевны Будановой:
     

Из Сети: 10 сентября 2020 года в селе Туманово Вяземского района Смоленской области в торжественной обстановке местными властями был открыт памятник прославленной землячке – легендарной лётчице Екатерине Будановой. Правда, при этом в официальных отчётах с того торжества почему-то ни слова о том, что Героиня – она не просто воспитанник оборонного общества, но ещё и кадровый командир авиации Осоавиахима!


Со страниц Фейсбука от Елены Мармыш: фоторепортаж с торжественно церемонии открытия в смоленском Туманово памятника Екатерине Будановой.
               
« Последнее редактирование: 08 Мая 2022, 15:17:40 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #164 : 09 Апреля 2022, 19:08:43 »
Автор – полковник внутренней службы в отставке Юрий РЖЕВЦЕВ
…А В ГЕНЕРАЛЫ «ПРОИЗВЕДЁН»… ВРАГАМИ!
Имя подполковника Алексея Тимофеевича Дергачёва сегодня почти забыто в официальной летописи внутренних войск. И это несмотря на то, что оно все последние годы не сходит с уст украинских неонацистов. Их печатные издания, а также Интернет-порталы буквально пестрят описаниями мифической боевой «доблести» бывшего сотника УПА Мирослава Симчича, который из засады убил «генерала НКВД Николая [!?] Дергачёва, ранее служившего в Кремле и отличившегося в Финской войне, за которую был удостоен звания Героя Советского Союза» и что якобы «это тот самый генерал Дергачёв, который 18 мая 1944 года выселял крымских татар с Крыма».
5 января 2006 года на тот момент времени 85-летнему М. Симчичу – бывшему бандеровцу, проведшему в послевоенный период за свои кровавые злодеяния в местах лишения свободы тридцать два с половиной года, в ивано-франковском Коломыя был даже воздвигнут прижизненный памятник…
Кто же этот доблестный советский офицер, которого враги, восхваляя тем самым самих себя, посмертно «произвели» аж в генералы и кавалеры Золотой Звезды Героя?! И что это вдобавок за ужасающая слух «карательная дивизия империалистической Москвы генерала Дергачёва на Западной Украине»?


Он был настоящим офицером!
Если бы не трагическая гибель в бою с бандеровцами, Алексей Тимофеевич Дергачёв наверняка бы к середине 1950-х уже входил бы в число представителей когорты высших военачальников системы отечественного МВД. На момент гибели ему ведь было только тридцать два, но он уже носил погоны подполковника и командовал боевым полком!
А началась его, коренного москвича, служба в армии в 1933 году. Причём с самого начала ему посчастливилось пополнить собой строй именно солдат правопорядка! Ко второй половине 1930-х он уже не просто кадровый, а, безусловно, преуспевающий на командирской стезе офицер войск НКВД СССР. Так, в ходе практически всей Финской кампании – с декабря тридцать девятого и по февраль сорокового включительно – возглавлял штаб сводного лыжного отряда, состоявшего из пограничников и предназначавшегося для диверсионных действий в тылу противника. В общем, прошёл через самое пекло, но государственных наград и уж тем паче Золотой Звезды Героя не удостоился. Зато теперь его фамилия неизменно и, подчеркнём, вполне заслуженно присутствовала в кадрово-аппаратных списках кандидатов на выдвижение! Впрочем, посудите сами: за один только 1940 год – пять перемещений с одной ответственной должности на другую: последовательно – начальник штаба сводного лыжного отряда пограничных войск действующей армии, командир роты 8-го запасного стрелкового полка войск НКВД СССР действующей армии, начальник штаба стрелкового батальона 6-го отдельного стрелкового полка войск НКВД СССР действующей армии, начальник манёвренной группы 3-го Сортавальского пограничного отряда Управления пограничных войск НКВД Карело-Финской ССР и, наконец, помощник начальника штаба дислоцировавшегося в столице Латвии городе Риге 5-го мотострелкового полка оперативных войск НКВД СССР…
Участник Великой Отечественной войны с первых её минут. Уже утром 22 июня 1941 года получил предписание принять пост начальника 1-го (оперативный) отделения штаба развёртываемой в Прибалтике в соответствии с мобланом 22-й мотострелковой дивизии оперативных войск НКВД СССР. Напомним, что по военным канонам начальник 1-го отделения штадива он же одновременно ещё и первый заместитель начальника штаба соединения!
В боях по обороне Таллинна получил тяжёлую контузию и морем был эвакуирован в Кронштадт. Приговор врачей – пожизненная инвалидность, но офицер сумел-таки добиться права продолжить военную службу. Правда, кадровики, совсем не на радость назначенцу, направили его в органы военного снабжения, хотя и не в интенданты, – в Новосибирск, на вакантную должность старшего помощника начальника отделения по начсоставу Управления военного снабжения НКВД Западно-Сибирского округа. В 1943-м Алексея Тимофеевича здесь отыщет награда, к которой был представлен ещё командованием двадцать второй дивизии, – орден Красного Знамени!
В том же сорок третьем он убедил-таки врачей, что окончательно оправился от контузии. В итоге был переведён в Москву на должность заместителя по строевой части командира 232-го полка конвойный войск 36-й дивизии конвойных войск НКВД СССР.
Специально поясним: двести тридцать второй конвойный не имел никакого отношения к охране Кремля, на чём бездоказательно настаивают летописцы бандеровского движения. Он в действительности охранял лагеря с немецкими военнопленными и одновременно обеспечивал конвоями вывод этого спецконтингента к местам повседневной производственной деятельности.
Пиком офицерской карьеры Алексея Тимофеевича Дергачёва стало полученное 8 августа 1944 года назначение на должность командира 256-го полка конвойных войск НКВД СССР всё той же тридцать шестой дивизии. Правда, полка как боевой единицы ещё не было, а имелся лишь приказ наркома внутренних дел СССР за № 00943 от 8 августа 1944 года, провозглашавший его создание. И нужна была именно энергия такого столь деятельного и решительного во всём офицера, как подполковник Алексей Дергачёв, чтобы за считанные недели не только с «нуля» сформировать новую часть, но и произвести её полноценное боевое сколачивание!
Кстати, военнослужащим двести пятьдесят шестого конвойного в те же дни стала и супруга офицера – красноармеец Дергачёва. Она приняла должность делопроизводителя финчасти полка...
Уже в сентябре сорок четвертого новый полк приступил к выполнению ответственных служебно-боевых задач, и, в частности, его 1-й батальон, дислоцировавшейся в селе Котово бывшего Краснополянского района Московской области (ныне данный населённый пункт в черте городского округа «Долгопрудный» Московской области), силами 3-й роты (134 штыка, город Красногорск Московской области) принял под охрану лагерь для военнопленных № 27, в котором содержалось 3750 человек спецконтингента. Одновременно батальон осуществлял конвоирование военнопленных на завод № 313 в городе Красногорске и на завод № 500 в городе Тушино. Поясним, что оба этих производственных объекта находились в подчинении Наркомата авиационной промышленности СССР.
Обострение оперативной обстановки на Западной Украине, вызванное участившимися кровавыми злодеяниями националистических банд, заставило руководство НКВД СССР экстренно рассмотреть вопрос об усилении группировки Управления внутренних войск НКВД Украинского округа и Управления пограничных войск НКВД Прикарпатского округа за счёт частей войск правопорядка и безопасности столичного гарнизона. И совершенно не случайно, что как на наиболее боеспособную в/ч выбор пал тогда именно на полк подполковника Дергачёва! Принятию такого решения не помешал даже «конвойный» статус полка, то есть статус, который не предусматривал штатное использование части ни только на правах чекистского спецназа, но и даже на правах боевой пехоты! Видимо, уже одна только фамилия командира во многом гарантировала успех в предстоящих чекистско-войсковых операциях!..
5 октября 1944 года в соответствии с распоряжением комдива-36 256-й полк передал находившиеся под его охраной объекты подразделениям соседнего 236-го полка и, говоря современным языком, начал подготовку к убытию в зону проведения контртеррористической операции.

И биты были бандиты неизменно!
Вся «карательная дивизия империалистической Москвы» подполковника (ой, простите в глазах бандеровских недобитков – «генерала») Алексея Дергачёва на момент её прибытия в ноябре 1944 года к месту новой постоянной дислокации в Станиславскую (ныне – Ивано-Франковская) область – 1589 штыков. Кстати, по штату полагалось 1680, но на лицо был некомплект личного состава в неполную стрелковую роту.
Структурно это всего на всего три батальона по три роты и одному взводу 50-мм миномётов в каждом. Из боевых подразделений ещё только пулемётно-миномётная рота численностью личного состава в девяносто пять штатных единиц.
Не ахти какое и вооружение имела эта опять же таки в глазах бандеровцев «дивизия»: 844 далеко не самых лучших по своей конструкции СВТ-40 – самозарядных винтовок Токарева образца 1940 года, 77 карабинов (и все они на базе мосинской трехлинейки!), 108 снайперских винтовок (но какой конструкции в архивных документах не указано), 90 пистолет-пулемётов системы Судаева образца 1943 года (знаменитые ППС-43!), 108 ручных и двенадцать станковых пулемётов, четыре 82-мм и девять 50-мм миномётов, двенадцать 14,5-мм противотанковых ружей системы Симонова образца 1941 года…
И никакой при этом вам ствольной артиллерии, никаких единиц бронетанковой техники и никакого вдобавок кавалерийского дивизиона, то есть всех тех средств боевого усиления, которые в своём в составе на штатной основе имели как части внутренних войск, так и части войск НКВД СССР по охране тыла действующей армии. Полк подполковника А.Т. Дергачёва, напомним, изначально создавался под эгидой конвойных войск и по воле судьбы включился в борьбу с политическим бандитизмом на Западной Украине в статусе именно полка конвойных войск! Каким образом, пробандеровские горе-историки умудрились в лице типичной, но выполнявшей совершенно не типичные для себя служебно-боевые задачи конвойной в/ч увидеть «карательную дивизию империалистической Москвы» – можно лишь диву даваться. Это какую же надо иметь буйно-больную фантазию, чтобы выдать бойцов-конвойников за элитных чекистов-«кремлёвцев»!
Впрочем, это во многом пусть косвенная и пусть из вражьих уст, но похвала! Похвала, уточним, и самому Алексею Тимофеевичу Дергачёву как комполка-256, и всем его доблестным подчинённым: находясь в самом эпицентре бандитского гадюшника, малыми силами били бандеровцев в хвост, и в гриву, заставляя тех в злобе и панике воображать, что денно и нощно по гуцульским горам их безжалостно гоняет-де отборная чекистская дивизия!
Чтобы избежать обвинений в голословности, обратимся к документам, хранящимся в РГВА в фонде 256-го полка конвойных войск НКВД СССР. Они гласят, что только в ноябре 1944 года воины этой части осуществили восемнадцать успешных чекистско-войсковых операций. Их итоги отражены в отчёте комполка-256 за Исходящим № 0077 от 14 декабря 1944 года: «1. С 1 по 5 ноября 1944 г. провёл операцию совместно с 19-й бригадой ВВ НКВД в районе Майдах и Чёрного леса. При проведении данной операции захвачено: 1) винтовок – 5; 2) патронов – 7 ящиков и 1 ящик гранат; 3) лошадей – 4; 5) повозок – 1; 5) взято – 25 бандеровцев.
Уничтожено: 1) 44-мм орудий – 1; 2) автомашин – 1; 3) кухонь – 1; 4) разрушено и сожжено – 6 лагерей противника; 5) убито – 40 бандитов...
Потери личного состава за ноябрь 1944 года: убито – 2 чел. Ранено – 6, из которых впоследствии умерло 2.
Разбито: машин грузовых – 1: винтовок СВТ – 1.
Итого за ноябрь 1944 бандитам противника нанесены следующие потери:
Захвачено:
…3) винтовок – 85;
4) патронов 7,62-мм – 5500 шт.;
5) гранат – 1 ящик (70 шт.);
6) автоматов – 11 шт.;
7) раций – 2 шт.;
8 ) пулемётов – 4 шт.;
…15) Задержано – 944 чел.
Уничтожено:
1. убито – 269 бандитов…
За отличное выполнение боевых операционных задач и проявленную смелость и храбрость 13 бойцов и офицеров по приказу наркома внутренних дел Украины представлены к награждению орденами через 4-й Украинский фронт».
А эти строки – из донесения № 084 от 14 декабря 1944 года командования полка в адрес начальника УПВ НКВД Прикарпатского округа генерал-майора И.И. Демшина: «…2. Группой (РПГ [разведывательно-поисковая группа]) в составе 40 человек от 8 роты под командованием пом. ком. [полка] ст. л-та Слободянюка 13 декабря 1944 года в районе Ославы была встречена банда около 100 чел., в результате боя уничтожено 11 чел., взято в плен 9 бандеровцев. Своих потерь нет…».
Из документа «Сведения о проведённых операциях с 1 по 10.01.1945 г.» (РГВА: ф. 38778, оп. 1, д. 8, л. 2): «…Операция по прочёске села Ловачи Перешинского района. Захвачено в плен 10 бандеровцев, 1 автомат, 5 гранат, 1 револьвер. Участвовало РПГ – 50 чел. из них: из штаба батальона – 7 чел., из 9 роты – 43 чел. Руководил операцией гв. ст. л-т Слободянюк...
…Отселение семей бандеровцев, изъятие оружия с. Резяшнято, с. Наваги – 2 пулемёта и 10 винтовок. Участвовало 50 чел.: из штаба батальона – 7 чел., РПГ от 7 роты – 43 чел. Руководил операцией гв. ст. л-т Слободянюк».
Неоднократно упомянутый выше офицер Ануфрий Климентьевич Слободянюк впоследствии, поясним, стал живой легендой отечественных пограничных войск и, прежде всего, как один из инструкторов по подготовке для действий в Афганистане в составе групп «Каскад» бойцов алма-атинского полка Отдельной бригады особого назначения КГБ СССР – соединения, ставшего впоследствии родоначальником прославленного спецназа внешней разведки КГБ СССР «Вымпел».
А это об итогах операции, которой руководил лично комполка-256: «РПГ из состава 9 роты под руководством командира полка подполковника Дергачёва участвовала в уничтожении банды в с. Акример. В результате операции убито 20, ранено 12 бандитов» (источник – РГВА: ф. 38778, оп. 1, д. 15, л. 62).

И пала под их натиском бандеровская «столица»!
По состоянию на вторую половину января 1945 года 256-й полк конвойных войск НКВД СССР уже стоял своими главными силами в районном городе Коломыя, находясь в оперативном подчинении у командования УПВ НКВД Прикарпатского округа.
29 января 1945 года по приказу начальника штаба данного управления полковника Чугунова полк выделил из своего состава боевую группу в 120 штыков. Ей предстояло вместе со водными подразделениями 31-го, 33-го и 87-го пограничных отрядов принять участие в чекистско-войсковой операции по штурму села Космач – высокогорного населённого пункта, который бандеровцы объявили своей бандитской столицей.
Во главе сводного боевого отряда 256-го полка был поставлен заместитель командира полка по строевой части капитан Василий Николаевич Шикин.
Историки-националисты с Украины сегодня с упоением вопят о якобы безоговорочной победе бандеровцев в селе Космач над «большевистскими ордами». Брешут! – другого слова и не подберёшь! Если со стороны бандитов и была победа, то Пиррова.
Да, нельзя не признать, что из-за малых сил группировки, сосредоточенной на подступах к селу штабом пограничников, и слабо организованного взаимодействия между боевыми отрядами васильковых и зелёных фуражек полного разгрома бандитского гнезда воинам-чекистам достичь тогда не удалось, но бандеровцев они с минимальными для себя потерями потрепали тогда изрядно. Вот итоги той операции со стороны 256-го полка и только за первый день операции: «В ходе боя противнику нанесены следующие потери:
1. По показаниям пленных, было убито в бою за опорный пункт до 100 чел, из них на поле боя противник оставил 20 трупов, в том числе убитого командира сотни «Федорчука».
2. Ранено по показаниям пленных до 250 чел., в том числе ранен и взят в плен главарь банды под кличкой «Лопух» и командир сотни «Нечай».
3. Взято в плен 14 чел. Взяты трофеи: винтовки – 2; патроны разные – 2000 шт.; гранат – 15 шт.
Наши потери: убиты – 6 чел.; раненых – 5; ручной пулемёт – 1.
Вывод: Опергруппа совершила марш и вышла на исходный рубеж своевременно. Первой вступила в бой с противником и в течение 8 часов вела непрерывный бой. Личный состав показал себя боеспособным и стойким с врагами нашей Родины. Особенно отличились в бою: мл. л-т Шигало, мл. с-т Мешков – погиб смертью храбрых, автоматчик Петров, пулемётчик Яковлев, миномётчики: Лузин, Степанов, командир отделения Пачеев и др.». Источник – РГВА: ф. 38778, оп. 1, д. 8, лл. 41-45.
Забегая вперёд, скажем, что это последний прижизненный документ, подписанный капитаном Василием Шикиным.
Упущения, допущенные в организации боя полковником Чугуновым, привели к тому, что к утру 3 февраля 1945 года бандиты, перейдя в контрнаступление, взяли в кольцо боевой отряд 256-го полка, что в свою очередь вынудило комбата-3 капитана Сафронова отбить в 10.30 в адрес подполковника А.Т. Дергачёва шифрованную радиограмму со словами: «Прошу помощи!». Впоследствии проверяющие, прибывшие из высоких штабов, неправедно объявят её панической и якобы порождённой «проявлением тактической неграмотности, неумением правильно оценить обстановку, т.к. серьезной опасности группе около 170 чел., нахождение в 4 км основных сил 300 чел. абсолютно не угрожало». На самом деле положение создалось тогда по-настоящему критическое. По крайней мере, двести пятьдесят пограничников во главе с полковником Чугуновым, пробившись штыками вперёд, сумели деблокировать группу капитана Сафронова только к 14.00. Остатки той банды васильковые и зелёные фуражки добивали в Космаче уже вместе, уничтожив к вечеру в общем итоге сто шестьдесят бандеровцев (в том числе двух сотников) и пленив восьмерых, включая и одного из бандитских главарей. Наши же потери составили: «Убит 1 чел., ранено 9 чел., в том числе командир 3 батальона капитан Сафронов ранен в ногу».
Однако комполка-256, не имея никакой уточняющей информации, тоже спешил на помощь. Вот что гласят архивные документы: «Подполковник Дергачёв собрал имеющийся резерв в составе взвода 82-мм миномётов, 2 расчётов станковых пулемётов, двух отделений автоматчиков, одного стрелкового взвода во главе с командиром 9 стрелковой роты старшим лейтенантом Кузнецовым, одного взвода 3 стрелковой роты во главе с командиром роты Грошенко, совместно со мной [речь о заместителе командира полка по политической части майоре Афанасии Семёновиче Курдове], начальником санслужбы капитаном Прокопец, врачом медпункта старшим лейтенантом м/с Емельяновой, старшим фельдшером 3 батальона младшим лейтенантом м/с Столяровой, инструктором оргпартработы политчасти полка капитаном Калининым, Врио парторга полка лейтенантом Волковым, начальником связи полка старшим лейтенантом Букиным. Всего группа составила 85 чел.».
Под переброску этого сводного боевого отряда были выделены шесть автомашин: четыре грузовых «форда», санитарный фургон и командирский «виллис». В путь из Коломыя колонна тронулась ровно в 11.30 и уже через полчаса была в селе Яблонув, «где находился зам. командира полка капитан Шикин с двумя стрелковыми взводами численностью 60 чел.». Из этой группы подполковник Дергачёв присовокупил к своим силам сорок человек. Последние должны были во главе с капитаном Шикиным «на одной автомашине следовать в головной походной заставе».
В селе Рушар пришлось остановиться, поскольку путь вперёд преграждал разрушенный мост. Подполковник А.Т. Дергачёв приказал погрузить наличный боекомплект на его «виллис», который в свою очередь «необходимо было на руках перенести через реку, для доставки боеприпасов к месту действия группы капитана Сафронова». Командирский джип должен был прибыть в Космач раньше пешей походной колонны.
В момент загрузки «виллиса» «внезапно с трёх сторон бандиты численностью около трёхсот чел. из засады, расположенной на возвышенности [, что] по обеим сторонам дороги, открыли сильный ружейно-пулемётный и миномётный огонь – одновременно по охранению и главным силам, тем самым не дали возможности своевременно развернуться и приготовить огневые средства к бою, прижали к земле, так как местность была исключительно пристрелена и выгодна для действия банд. Но всё же благодаря отдельным группам бойцов и офицеров (капитан Грошенко, старший лейтенант Кузнецов), которые под сильным огнём противника продвинулись на флангах и стали его [то есть противника] окружать и одновременно открыли по нему ружейно-пулемётный огонь, тем самым заставили банды ослабить огонь по основным силам, в результате чего дали возможность силам привести в боевую готовность миномёты и станковые пулемёты. После чего банды стали отходить в разных направлениях, оставив на поле боя тридцать трупов.
В результате внезапного нападения банд были убиты Дергачёв, Прокопец, Емельянова. Тяжело ранен капитан Шикин, который спустя 8 часов умер в больнице г. Коломыя. Кроме того, убито сержантов и рядовых – 8 чел. Ранены: офицер Калинин – легко, командир взвода 9 роты лейтенант Фадеев – тяжело, старший фельдшер младший лейтенант м/с Столярова – тяжело, ранено сержантов и рядовых – 20 чел. Всего убито 12 чел., ранено 23» (источник – РГВА: ф. 41182, оп. 1, д. 28, лл.141 и 142).

Лих бандит лишь как трепач!
Личному составу о смерти их боевого командира было объявлено приказом по части, изданным на следующий день, 4 февраля 1945 года, за подписью Врио командира полка капитана Емельяна Семёновича Кузнецова: «С прискорбием извещаю весь личный состав полка о том, что 3 февраля 1945 года при выполнении оперативно-боевой задачи по уничтожению банд немецко-украинских националистов героической смертью погибли: командир полка подполковник Дергачёв А.Т.; заместитель командира полка капитан Шикин В.Н.; начальник медслужбы полка капитан м/с Прокопец П.П.; врач санитарной части полка ст. лейтенант м/с Емельянова Е.И.; снайпер 9 роты красноармеец Бурдасов В.И., стрелок 9 роты красноармеец Блинов Я.Б., пулемётчик № 1 9 роты красноармеец Корнаук М.С.; автоматчик 9 роты красноармеец Шапилов А.М.; стрелок 3 роты красноармеец Сумин И.С.; пулемётчик № 1 пул. роты красноармеец Балюк М.Г.; командир отделения 3 роты сержант Аксёнов Г.Н.; пулемётчик № 1 6 роты красноармеец Кудрешов И.К.
1. Похороны провести 5.02. с.г. на базарной площади гор. Коломыя.
2. Вынос тел (умерших) погибших из клуба полка в 16.00…
Вечная слава товарищам, павшим героической смертью в борьбе с врагами нашей Родины. Смерть немецко-украинским националистам!».
Однако некоторые подробности, но, правда, обильно сдобренные астрономическими преувеличениями, содержатся в интервью для украинской националистической прессы престарелого Мирослава Симчича – бывшего кровавого бандита и экс-зека с более чем 32-м летним стажем «отсидки». Тот бой Симчич, откровенно рисуясь, величает «своїм коронним боєм з московськими імперіалістами».
Приведем несколько уже переведённых на русский язык цитат, но с комментариями, изобличающими наглую и отъявленную ложь фашистского недобитка.
М. Симчич: «Командир дивизии генерал Сергей Дергачёв поехал на выручку окружённым в Космачи со своим полком – и как раз поехал через Коломыю сюда, где наша сотня была. Здесь мы его и поймали».
Комментарий. В действительности, как мы знаем, Алексей Тимофеевича Дергачёв следовал в село Космач во главе сводной роты, а не полка!
М. Симчич: «Гул машин приближается всё ближе, ближе, ближе. Я по цепи дал команду приготовиться к бою. Приготовились ребята к бою, зарядили пулемёты. Только зарядили пулемёты, оружие приготовили – смотрим появляется одна грузовая машина впереди. А здесь, где мы сделали засаду, был мостик на повороте… Мы тот деревянный мост разобрали вручную и разбросали. И первая машина врезалась в срез обломков моста... За ней вторая, за той третья, четвёртая подъехала, а за четвёртой – легковая автомашина. Мы поняли, что в легковой автомашине сидит кто-то из командования. Кто он там сидел – Господь его знает. Остановилась и легковая. Подъехало 12 «студебекеров», в которых, как селёдки в бочке, – чекисты …».
Комментарий. Не было отродясь в наличном автопарке 256-го полка «студебекеров»! Вот раскладка на тот период начала сорок пятого: автомобилей марки «Виллис» – 3; ГАЗ-АА – 3; ГАЗ-55 – 1; «Harley-Davidson» – 3; грузовиков марки «Форд-6» – 32. Всего – 42 легковых и грузовых автомобиля. Источник – РГВА: ф. 38778, оп. 1, д. 20, лл. 91 и 92.
А в самой атакованной колонне, напомним, находилось всего на всего семь единиц автотранспорта!
М. Симчич: «Когда подошла последняя машина, я дал команду: «Огонь!»… А сотня наша была вооружена неплохо: 22 лёгких пулемёта, полковой миномёт, где-то десятка два автоматов, десятка полтора полуавтоматических винтовок… были и гранаты. Мы сразу как громыхнули, как ударили огнём… Погибло 405 человек, в том числе командир карательной дивизии Сергей Дергачёв, о котором я уже рассказал, кто он такой был. Дивизия эта была организована специально из комсомольцев, причём в большинстве из выходцев из азиатских народов... Бой длился часа два. За два часа мы их там перемололи всех до одного».
Комментарий. Кровавый бандит и экс-зек Симчич если и заслуживает прижизненного памятника, то исключительно как непревзойдённый враль и лжец. Это надо же – выдал сводную роту за батальон, который целиком и «положил» из засады!
Правда в его словах лишь в том, что вражеским кинжальным огнем в ходе отражения нападения из засады были срезаны командир полка Дергачёв, его боевой «зам» капитан Шикин и ещё два офицера из числа военных медиков, включая женщину-врача. Это – четыре человека. Плюс один сержант и шестеро рядовых бойцов, погибших уже в ходе огневого поединка. Позже от ран, полученных в том бою, умер «красноармеец пульроты Синицин Иван Сергеевич 1924 года рождения, призван из Московской области». Итого в действительности – тринадцать жертв со стороны «васильковых фуражек».
Кстати, в этом скорбном списке ни одной тюрской фамилии, а только славянские…
«Погибло 405 человек… За два часа мы их там перемололи всех до одного...», – бесстыже, не считаясь ни с какой исторической правдой, бахваляется Симчич. А почему в таком случае, собственно спрашивается, только 405, а не 1405, скажем, а то и все 405000?! Зачем скромничать то лжецам и вралям!?
А она, историческая правда, такова: с 1 ноября 1944 года по 30 ноября 1945 года, то есть за весь период участия 256-го полка конвойных войск НКВД СССР в контртеррористической операции против бандеровцев, общие боевые потери этого самого полка составили (но без учёта крайне немногочисленного на фамилии списка погибших офицеров) 80 человек убитыми и 85 раненными (в том числе 32 умерли впоследствии от тяжести ранений). Небоевые потери – 30 человек. Пропали без вести – трое военнослужащих. И эти потери официально зафиксированы в поимённых списках! Более того, напротив каждой фамилии в каждом из тех скорбных списков – ещё и запись, какого числа и за каким исходящим номером из штаба части в адрес родных отравлено официальное извещение-«похоронка». Как говорится, тут ни прибавить, как, впрочем, и ни убавить, увы…
И вновь к мифической цифре «405 убитых». Такие потери в феврале 1945 года, специально подчеркнём, не понесли даже в целом войска НКВД СССР! Так, они, включая все виды войск и, в том числе, в/ч правительственной связи, потеряли тогда 239 человек убитыми, 19 умершими от ран, 4 попавшими в плен и 25 пропавшими без вести. При этом сами внутренние войска, по линии которых и были, собственно, учтены потери 256-го полка, убитыми 127 человек, из которых: офицеров – 15, сержантов – 31, солдат – 81. Таким образом, как видим, все войска правопорядка и безопасности в феврале сорок пятого скопом от дислоцировавшихся на Камчатке погранзастав до фронтовых частей потеряли на правах безвозвратных потерь всего то на всего 287 человек, что почти в два раза меньше, чем террорист и убийца сотник Симчич себе приписал за один теракт, совершённый в отношении подчинённых подполковника А.Т. Дергачёва из засады!
Кстати, в современных публикациях украинской националистической прессы потери бандитов за тот бой озвучиваются так: «Зі свого боку повстанці мали 12 стрільців убитих і 18 поранених». А куда в таком случае, спрашивается, делись ещё восемнадцать трупов из тридцати, обнаруженных васильковыми фуражками в районе засады?!
Сам горе-вояка Симчич в том бою был тяжело ранен, по поводу чего плакался воспевающим его пробандеровским журналистам: «Разрывная [?!] пуля перебила мне выше локтя правую руку».
С учётом всего вышесказанного бандеровскому «главкомату» в том суровом феврале сорок пятого, честно говоря, следовало бы отдать Симчича на расправу таким же, как он сам, бандитам. Причём с формулировкой: «За предельно отвратительную в военном отношении организацию боя из засады». Посудите сами: до зубов вооружённая сотня (то есть по-нашему партизанская рота) с выгодного для себя рубежа и вдобавок сразу с трёх позиций бьёт в упор по колонне из засады и при этом со стороны большевиков ни одной выведенной из строя автомашины! Советская автоколонна в действительности не только не разгромлена, но и после того, как угодившие в засаду оправилась от шока, вызванного внезапным нападением, дала достойный отпор бандитам, положив замертво среди них в два с лишним раза больше, чем сама потеряла убитыми. Да никакие каноны военного дела не предусматривают, чтобы собственные потери при нападении из засады численно уступали урону, нанесённому при этом противнику. А иначе, скажите, какой же тогда смысл-то подобном коварном нападении из-за угла!?
Да и вряд ли сам тот бой длился два часа, на чем настаивает лгун и враль Симчич. В действительности, как надо полагать, от силы несколько минут: бандиты ударили из всех стволов по хвосту колонны, где находились штабной «виллис» и санитарный фургон, а затем, когда всё уверенней и уверенней зазвучали ответные залпы, просто дали дёру, в панике разбежавшись по горам, как зайцы! Если бы бой действительно вёлся два часа, то и потерь с обеих сторон было бы куда больше, да и от бандеровской сотни мало бы что осталось как от банды!
Кстати, оперативная группа 256-го полка настигла сотню, в которой состоял Симчич, уже 8 февраля 1945 года в районе Кживе – Броды и на голову разгромила её, уничтожив на месте шестьдесят пять боевиков и пленив одного из них. А как потом донесли агентурные источники, из сумевших сбежать с поля боя бандитов двадцать шесть были изранены советскими пулями…

Злу добро не растоптать!
Как мы уже знаем, доблестный офицер войск правопорядка и безопасности подполковник Алексей Тимофеевич Дергачёв и двенадцать павших вместе с ним однополчанами, с отданием последних воинских почестей были похоронены в центре районного города Коломыя. Та братская могила наверняка сохранилась, но вот только в той же самой Коломыя где-то по соседству с 5 января 2006 года возвышается почти трёхметровый гранитный памятник, поставленный здесь в честь фашистского недобитка Симчича.
Странно, но в ходе митинга по открытию того неправедного памятника никто из украинских неонацистов не удосужился дойти до братской могилы воинов-чекистов, чтобы, скажем, уточнить истинное звание «большевистского генерала» Дергачёва и его имя: по бандеровским «святцам», напомним, он проходит где-то как Сергей, а где-то – как Николай, да и фамилию его порой националистически настроенные украинские историки пишут с искажениями. И вправду – зачем? Тогда ведь публичное враньё не получится столь астрономическим в своих преувеличениях, как того хочется представителям этой грязной нечисти. А на митинге, судя по журналистским отчётам, ложь и кривда лились мутным бурным потоком. Вот цитаты в доказательство: «Как заявил во время торжественного митинга лидер Всеукраинской молодёжной общественной организации Студенческое братство Олег Яценко, сотник УПА Мирослав Симчич вместе со своей сотней разгромил в 1945 году целую дивизию НКВД, известную преступлениями против человечности, истреблением гражданского населения и депортацией в Сибирь крымско-татарского народа и народов Кавказа.
По словам активиста, именно Симчичу сотни тысяч украинцев благодарны за то, что был сорван сталинский план их депортации в Сибирь, поскольку «разведке Симчича удалось перехватить и взять под контроль радиограммы войск НКВД в Карпатах, завлечь в горы и без всяких потерь для повстанцев уничтожить основные силы дивизии во главе с генералом Дергачёвым, которому Сталин поручал проведение депортаций мирного населения и целых народов».
Вот оно даже как – Симчич, оказывается, якобы не допустил мифической депортации народа Украины! «Герой», причём явно что «вселенского» масштаба – как-никак пол-Европы в лице Украины, видите ли, «спас»! А коль «герой», то оратор призвал тогдашнего президента Украины Виктора Ющенко «присвоить звание Героя Украины политзаключённому Мирославу Симчичу, который 32 послевоенных года провёл в тюрьме (он был трижды заключённым, в последний раз он вышел на свободу во время горбачёвской перестройки), а имя Симчича увековечить в названиях улиц и площадей украинских городов, что уже было сделано в его родном селе – Берёзове»…
Пока что на улице западноукраинских неонацистов праздник, но вряд ли чтобы он затянулся надолго: не на их стороне историческая правда, а на стороне всех тех истинных героев, которые когда-то беспощадно громили бандеровцев! И в том числе она на стороне героически павшего в бою с бандитами комполка-256 подполковника А.Т. Дергачёва и его доблестных однополчан. Придёт время и от памятника фашистскому недобитку не останется камня на камне, но появится более величественный, чем сегодня, монумент на могиле Алексея Тимофеевича Дергачёва и его боевых побратимов, ибо они этого заслужили по праву!

А враньё продолжает литься!
На пробандеровских сайтах растиражирована русскоязычная статья-«исследование» за подписью некоего Юргена «Засады в тактике УПА». Почему «исследование» нами взято в кавычки? Почитайте хотя бы кусок, который ниже: оказывается, в колонне, которую вёл подполковник А.Т. Дергачёв, помимо двенадцати мифических, а не семи авто, ещё якобы находились и несколько… бронемашин, три из которых бандиты (и опять же якобы!) уничтожили! Правда, число погибших вместе с комполка-256 «москалей» автор той бездарной «стряпни» занизил почему-то до «скромной» сотни вместо четырёхсот пяти, озвучиваемых со своей стороны кровавым вралем Симчичем. Откровенно смошенничал псевдоисторик Юрген и в количестве потерь, понесённых бандитами в том же бою убитыми и ранеными: не мудрствуя лукаво, секвестрировал те цифры более чем в два раза! Итак: «Одной из наиболее успешных операций УПА с применением засады в период действий крупных отрядов стала операция, проведённая в январе 1945 года в районе Коломыи. Тогда возле Космача действовал, кроме местных отрядов, курень «Скажені» под командованием известного полевого командира майора Василия Андрусяка («Грегіт», «Різун»). Вместе с местными куренями «Гайдамаки» и «Карпатський» силы УПА в этом районе достигали 10 неплохо укомплектованных сотен – всего около 1200 бойцов и командиров, поэтому в горных деревнях фактически существовала «повстанческая республика» с местными органами самоуправления на базе подполья ОУН. В середине января 1945 года войска НКВД развернули масштабную операцию по ликвидации деятельности крупных отрядов УПА, с привлечением сил 31, 33 и 87 погранотрядов, а также батальона из 256 полка НКВД. Однако 30 января группа грузовиков (12 шт.) и несколько бронемашин попали в умело организованную засаду куреней «Скажені» и «Гайдамаки», причём при подрывах от мин были потеряны 3 бронемашины, а командир 256 полка Дергачов и несколько офицеров из штаба батальона этого полка погибли.
Занимая господствующие высоты, части УПА открыли концентрированный огонь из пулемётов и гранатомётов, уничтожив или повредив все транспортные средства. Потери советской стороны составили около 100 человек, два куреня УПА потеряли 12 бойцов убитыми и 18 ранеными».
Комментарии, как говорится, излишни, поскольку и не вооружённым глазом видно, что вся статейка буквально соткана из откровенной лжи и подтасовок!..

Подполковник А.Т. Дергачёв мною увековечен на страницах вышедшей в апреле 2015 года Книги Памяти МВД России:











Сегодня имя подполковника Алексея Тимофеевича Дергачева увековечено также на страницах Книги Памяти погибших и пропавших без вести в Великой Отечественной войне (т. 4, стр. 631), изданной Правительством Москвы в 1993 году. Зато со страниц националистической украинской прессы все последние годы не сходит портрет фашистского недобитка Мирослава Симчича, на котором тот запечатлен в годы своей кровавой бандитской юности как вояка УПА…

Из Сети. Фотопанорамы села Космач. Здесь же рекламные предложения: земельные участки под индивидуальное жилищное строительство в селе Космач – 1200 долларов США за одну сотку:
   

Мерзавца-недобитка возвели в герои. История учит: такое государство, где высшие нравственные ценности злонамеренно вытоптаны подлецами и негодяями, не имеет будущего...
Фото Симчича

Кстати, первая версия моего очерка о героической гибели комполка-256 подполковника А.Т. Дергачёва была опубликована в октябрьской книжке за 2011 года журнала «Пограничник». К сожалению, авторского экземпляра не имею: на момент выхода номера из печати я находился в отпуске с выездом из златоглавой в Калининград. Первые лица редакции журнала «Пограничник», в том числе и один из моих однокашников, взяв с меня слово, что по возвращению я это выкуплю за наличные, оставили мне несколько экземпляров свежего номера, но потом... виновато извинялись. И вот почему: отложенное и для меня, и для других авторов, не сумевших, как и я, оперативно выкупить авторские экземпляры, руководство редакции было вынуждено под приказом и так сказать на правах дополнительной «дани» передать в центральный аппарат погранведомства.
Но сам тот номер я видел, листал и более того – в той же редакции получил скромное авторское вознаграждение в сумме где-то около полутора тысячи рублей...


Моя свежая публикация во 2-м (за март) номере 2022 года
научно-практического альманаха МВД России «Профессионал»:

           
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #165 : 28 Апреля 2022, 16:12:40 »
ЛАПОВОК Савелий Евгеньевич (1894-1941), боец 2-го батальона Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области, воинского звания не имел.
Родился в 1894 года в областном центре Белоруссии городе Гомеле. Явно что выходец из иудейской семьи. Служащий. Беспартийный. Был женат: супруга, Лаповок Софья Васильевна, по состоянию на зиму 1946/47 года проживала по адресу: город Москва, Перовский проспект, 19, квартира 7.
К лету 1941 года проживал в одном из жилых домов, обслуживаемых домоуправлением № 84 Сталинского района города Москвы, а трудился в качестве инспектора Отдела налогов Московского городского финансового управления.
К октябрю 1941 года – боец-доброволец в рядах Красногвардейского истребительного батальона УНКВД по г. Москве и Московской области, а с 16 октября 1941 года – соответственно в своём последнем качестве. Но в списках данных ополченских в/ч столичного гарнизона внутренних дел был внесён с искажением фамилии – как якобы Лопоток, а не Лапоток.
В ночь с 18 на 19 ноября 1941 года в составе одной из одиннадцать оперативных групп, сформированных из 168 (по другим данным – 176) бойцов и командиров 2-го батальона Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области с диверсионной миссией был заброшен в тыл противника на Дороховском направлении (речь идёт о территории современного Дороховского сельского поселения Рузского городского округа Московской области). Известно, что все те оперативные группы благополучно перешли линию фронта, чтобы вести диверсионно-партизанскую войну на участке деревня Строганка – деревня Макеиха, в том числе на шоссе Москва – Минск, а также у следующих населённых пунктов: посёлок Дороховка, село Архангельское, деревни Ботино, Грибцово, Контемирово, Кузянино, Мишинка, Усадково, Хомяки, Шелковка и Ястребово. Истреблять же оккупантов эти группы должны были, в том числе, и путём сожжения «10 населённых пунктов, занятых противником», но при этом название данных селений в документе не перечислены. Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 1, л. 2.
Через несколько дней назад вернулись все группы, но с потерями в лице четырёх раненых, двух убитых и пятидесяти пяти без вести пропавших, в том числе среди последних значится и боец С.Е. Лаповок.
Из списков Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области исключён приказом по части за № 12 от 14 января 1942 года. Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 20, л. 27.
Весной 1947 года на основании Розыскной анкеты, оформленной супругой 25 февраля 1947 года через Первомайский РВК города Москвы, официально учтён условно пропавшим без вести в марте 1942 года. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 977520, д. 3244, л. 34.
Своим письмом за Исходящим № 09 от 13 сентября 1967 года руководство Мосгорфинуправления обратилось в адрес военного комиссара Первомайского района столицы с просьбой «сообщить действительно ли тов. Лаповок С.Е. погиб при защите Родины от немецких захватчиков». Источник – архив Измайловского ОВК г. Москвы: оп. «1967 год», д. под инв. № 186 (т. 39), л. 116.
Увековечен в:
- Книге Памяти погибших и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны – т. 8, стр. 57, но с тремя искажениями: 1) как якобы «призван в 1941 Московским ГВК», а не как боец-доброволец из Истребительных формирований НКВД СССР; 2) как якобы красноармеец, а не имевший воинского звания боец-ополченец; и 3) как якобы пропавший без вести в марте 1942 года, а не в ноябре (но не ранее 19-го числа) 1941 года;
- Книге Памяти сотрудников органов контрразведки – стр. 284, но с двумя искажениями: 1) как якобы Лоповок, а не Лаповок по фамилии; и 2) как якобы уроженец районного города Ельня Смоленской области, а не областного города Гомель Республики Беларусь;
- Книге Памяти Смоленской области – т. «Ельнинский район», стр. 266, но с тремя искажениями: 1) как якобы Лоповок, а не Лаповок по фамилии; и 2) как якобы уроженец районного города Ельня Смоленской области, а не областного города Гомель Республики Беларусь; и 3) как представитель личного состава мифического «Истринский мсп УНКВД», а не Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области».
В Книге Памяти воинов-евреев не значится.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 20, лл. 26 и 27 (под № 10).


Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 977520, д. 3244, лл. 34-35.
 

Источник – архив Измайловского ОВК г. Москвы: оп. «1967 год», д. под инв. № 186 (т. 39), лл. 116-119.
     

Скан с 57-й страницы 8-го тома Книги Памяти погибших и пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны:


Скан с 284-й страницы Книги Памяти сотрудников органов контрразведки:


Скан с 266-й страницы тома «Ельнинский район» Книги Памяти Смоленской области:
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #166 : 01 Мая 2022, 20:51:41 »
Согласно материалам, представленным на сайте Министерства обороны РФ подвигнарода.ру, в первый раз да на военную службу Сергей Николаевич Струнников (08.10.1907-22.06.1944) был призван 28 ноября 1931 года. Эта была срочная, которую будущий фотокорреспондент газеты «Правда» проходил, как известно, в войсках ОГПУ и при этом, вероятней всего, в качестве так называемого «одногодичника», поскольку являлся выпускником техникума. Во второй раз в качестве действующего военнослужащего – с 1942 года с присвоением в качестве первичного воинского звания «воентехник 2 ранга», что соответствовало лейтенанту. Однако в начале 1943 года в связи с реформой в сфере воинских званий его переаттестовали в лейтенанты административной службы, а к лету 1944 года он уже носил погоны старшего лейтенанта административной службы…
Таким образом, в декабре 1941 года Сергей Николаевич участвовал в Можайском рейде по тылам врага Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области в качестве... сугубо штатского человека...

Юрий РЖЕВЦЕВ.

Сделанный в 1933 году карандашом портрет красноармейца войск ОГПУ Сергея Струнникова работы Струнникова-старшего – Николая Ивановича:


Черновик Наградного листа. Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 29, лл. 101 и 102.
 

Второй экземпляр Наградного листа. Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 29, лл. 100 и 100об.
 

С сайта Министерства обороны РФ подвигнарода.ру:


1942 год, Сергей Николаевич Струнников как новоиспечённый представитель военно-технического состава Красной Армии:


1943 год, Сергей Николаевич Струнников в погонах лейтенанта административной службы:
« Последнее редактирование: 02 Мая 2022, 08:35:48 от Sobkor »
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #167 : 03 Мая 2022, 12:59:43 »
ГОЛОЩЁКОВ Алексей Петрович (1914-1944), воспитанник системы отечественного МВД, командир специальной диверсионно-разведывательной группы «Шпала» в/ч «Полевая почта № 83462» 3-го (диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба 3-го Белорусского фронта, младший лейтенант.
Родился в 1914 году в деревне Клементьево Климентьевского сельского поселения Можайского городского округа Московской области. Русский. Партийность: с 1940 года (и в том числе по состоянию на весну 1942 года) – кандидат в члены ВКП(б) (кандидатская карточка № 3254982), а к 1944 году – член ВКП(б). Родственники по состоянию на лето 1941-лето 1944 гг.: мать – Голощёкова Анна Дмитриевна; проживала по адресу: Московская область, Кунцевский район, посёлок Некрасова, дом № 5 (по другим данным – 9), квартира 11.
В 1936-1939 гг., будучи призванным Кунцевский РВК Московской области (ныне город Кунцево в черте Москвы), проходил действительную военную службу в автобронетанковых войсках. На момент увольнения в запас – командир танка, отделённый командир по воинскому званию.
Однако в ходе советско-финляндской войны (30 ноября 1939-13 марта 1940 гг.) – в боях и сражениях на Карельском перешейке как доброволец в частях 13-й армии и за проявленную тогда ратную доблесть Указом Президиума Верховного Совета СССР от 7 апреля 1940 года был удостоен ордена Красной Звезды.
После демобилизации – рабочий в цехах кунцевского оборонного завода № 95; проживал в одной квартире с матерью.
С лета 1941 года и по 2 ноября 1943 года – доброволец в ополченческих формированиях УНКВД по г. Москве и Московской области и, в том числе:
- в декабре 1941 года – курсант пятого набора Спецшколы подрывников УНКВД по г. Москве и Московской области (она же – «88-й истребительный батальон НКВД СССР»), дислоцировавшейся в городе Покрове Петушинского района на тот момент Московской, а ныне современной Владимирской области. По выпуску 4 января 1942 года назначен командиром «Отряда № 1» – одного из двух диверсионно-партизанских отрядов общей численностью 58 (по другим данным – 59) штыков, сформированных руководством озвученной выше Спецшколы подрывников из выпускников пятого набора курсантов. В данном качестве в тот же день, 4 января 1942 года, убыл на боевое задание в тыл противника;
- ко второй половине апреля 1942 года – командир 3-го взвода спецроты Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области, уже кавалер ордена Красной Звезды. Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 29, л. 81.
Одновременно по партийной линии являлся агитатором возглавляемого взвода. Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 66, л. 59.
С 24 апреля 1942 года в составе спецроты – в зафронтовой командировке с местом временного базирования данного спецотряда между расположенными на железнодорожной ветке Фаянсовая (г. Киров) – Рославль станциями Бетлица и Феликсово.
Из датированного 7 мая 1942 года рукописного рапорта командира спецроты младшего лейтенанта запаса П.Н. Муратикова: «Переход линии фронта был произведён ротой 24.04.42 г. без обстрела и встречи с противником в районе д. Жилино [ныне – в черте города Кирова современной Калужской области].
Ночь с 24 на 25.04.42 рота ночевала в лесу на пути следования на базу.
25.4.42 была установлена в лесу в районе пос. Гуриково [правильно – Гуриков, располагался в 15 км северо-западнее города Киров] база роты.
В этот же день были поставлены задачи группам исполнителей:
…в) 3-й взвод в составе 14 чел. – на установку связи с партизанским отрядом. [Ответственные –] командир взвода т. Голощеков, Врид политрука роты т. Сергеев.
…3-й взвод в количестве 14 человек под командой к-ра взвода т. Голощекова и ВРИО политрука т. Сергеева выбыл из базы 26.4.42.
Достигли в тот же д. Милеево [деревня Куйбышевского района], но партизан там не обнаружили.
27.04.42 в лесу в р-не ст. Снопоть [расположена в Рогнединском районе современной Брянской области] – [станция] Бетлица [расположена в Куйбышевском районе] удалось разыскать одну группу партизанского отряда т. Аксенова.
28.04.42 была организована засада заминирован ж.д. путь западнее станции Бетлица близ переезда у д. Студенец [правильно – Верхний Студенец; деревня Куйбышевского района].
28.04.42 поездов не было.
29.04.42 к 15.00 приняли в этом месте атаку немецкой заставы, взрыв поезда не удался». Источники – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, лл. 26 и 28; ф. 38706, оп. 1, д. 6, лл. 160, 160об, 163 и 163об.
Из служебной характеристики, датированной 10 мая 1942 года и подписанной командованием спецроты Истребительного мотострелкового полка УНКВД по г. Москве и Московской области: «Действовал в тылу с 25.04.42 по 3.05.42.
С группой бойцов имел задачу установить связь с партизанским отрядом, выяснить местонахождение взвода разведки и роты 1-го б-на [батальона], совершение диверсии на ЖД [железнодорожной] линии в р-не [районе] ст. Снопоть [находится на территории Спас-Деменского района современной Калужской области].
т. Голощёков установил связь с партизанским отрядом и устроил засаду на ЖД линии, которая [то есть засада] была обнаружена и атакована с тыла: в бою убито было 13 немцев.
Уточнил совместно с политруком роты местонахождение роты 1-го б-на и взв. разведки.
т. Голощёков – смелый, требовательный командир, решительный в действиях.
Имеет награду – орден Кр. Звезды.
Достоин представления к ценному подарку или отдаче приказом». Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 29, л. 80.
15 мая 1942 года командиром 8-й роты (она же до 14 мая 1942 года – спецрота) младшим лейтенантом П.Н. Муратиковым в группе «бойцов и командиров, участвовавших в операции по уничтожению немцев», представлен командованию полка к награждению ценным подарком или к вынесению благодарности приказом по части: «Инициативный ком-р. Несмотря на болезненное состояние, повёл отряд для связи с партизанами: приказ ком-ра роты был выполнен». Источники – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, л. 30; ф. 38706, оп. 1, д. 6, л. 166об; ф. 38706, оп. 1, д. 29, л. 76.
На основании выше процитированного документа командованием полка под номером «2» был внесён в «Список бойцов и командиров 8-ой роты, отличившихся при выполнении спецоперации в тылу врага (Кировский район – Западный фронт)». Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 29, л. 41.
С 28 апреля по 10 мая 1942 года – на лечении в партизанском госпитале, дислоцировавшемся на оккупированной фашистами территории у посёлка Бытошь и деревни Ивоть Дятьковского района на тот момент времени Орловской, а ныне современной Брянской области: «Командир 3-го взв. т. Голощеков по болезни выбыл из строя 28.04.42, отправлен в госпиталь… в р-не действий партизан» и «Заболел и находится [по состоянию на 9 мая 1942 года] в госпитале д. Ивоть Дятьковского р-на Смоленской обл. [правильно – Орловской, но ныне современной Брянской области] ком. взв. тов. Голощёков Алексей Петрович». Источники – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 4, л. 29; ф. 38706, оп. 1, д. 6, лл. 164 и 170об.
Из-за линии фронта в ряды однополчан вернулся, предположительно, в конце мая-начале июня 1942 года.
Приказом по Истребительному мотострелковому полку УНКВД по г. Москве и Московской области за № 184 от 11 июня 1942 года объявлен находящимся в отпуске «по болезни» с 11 по 26 июня 1942 года: «Основание: рапорт командира 8-й роты с резолюцией командира полка и справка Бытошинской болезни от 10.5.42 г.». Источники – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 22, л. 68об; ф. 38706, оп. 1, д. 24, л. 96.
Предположительно, с конца июня 1942 года и по 2 ноября 1943 года – командир спецгруппы «88-го истребительного батальона НКВД СССР» УНКВД по г. Москве и Московской области» (данная в/ч в действительности – сначала Спецшкола подрывников УНКВД по г. Москве и Московской области, а, предположительно, с весны 1943 года – Учебный центр подготовки специальных разведывательно-диверсионных отрядов УНКВД по г. Москве и Московской области с местом дислокации в подмосковной исторической усадьбе Быково). При этом по состоянию на лето 1943 года – кавалер уже трёх боевых наград: помимо ордена Красной Звезды, которого был удостоен ещё за Финскую, вдобавок медалей «За отвагу» и медали «Партизану Отечественной войны» 2-й степени.
Со 2 ноября 1943 года и по 6 марта 1944 гг. – офицер в звании младшего лейтенанта из рядов личного состава спецроты Управления войск НКВД по охране тыла Западного фронта.
6 марта 1944 года завербован военной разведкой Красной Армии и с этого момента – секретный сотрудник в/ч «Полевая почта № 83462» 3-го (диверсионных действий) отделения Разведывательного отдела штаба Западного и (с 24 апреля 1944 года) 3-го Белорусского фронтов.
По состоянию на первую половину 20-х чисел июня 1944 года – командир диверсионно-разведывательной группы «Шпала», действовавшей в тылу врага на территории бывшего Богушевского, а ныне современного Сенненского района Витебской области Белоруссии.
Согласно донесениям о безвозвратных потерях, погиб 25 июня 1944 года: «Убит в бою с противником… при обстреле бронедрезиной противника». Источники – ЦАМО: ф. 33, оп. 11458, д. 691, л. 66; ф. 33, оп. 11458, д. 778, л. 163; ф. 58, оп. А-93012, д. 1, л. 48.
Из списков Красной Армии исключён приказом ГУК НКО СССР за №
Похоронен был в Белоруссии: «Школьная площадь, д. Добрино Богушевского района Витебской области».
Из списков Красной Армии исключён приказом ГУК НКО СССР № 0317-пог. от 13 февраля 1945 года. Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 11458, д. 625, л. 40.
Увековечен в Книге Памяти погибших и пропавших без вести в Великой Отечественной войне – т. 4, стр. 205, но с двумя искажениями: 1) как якобы уроженец «с. Климентьево Уваровского р-на Московской обл.», а не Можайского городского округа Московской области; и 2) как якобы «призван Московским ОВК», а не как поступивший добровольно на военную службу в спецчасти оперативной разведки УНКВД по г. Москве и Московской области.
В Книге Памяти Московской области не значится.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Источник – РГВА: ф. 38706, оп. 1, д. 29, л. 80.


Источники – ЦАМО: ф. 33, оп. 11458, д. 691, л. 66; ф. 33, оп. 11458, д. 778, л. 163.
 

Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 11458, д. 625, л. 40.


Скан с 205-й страницы 4-го тома Книги Памяти погибших и пропавших без вести в Великой Отечественной войне:
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #168 : 07 Мая 2022, 15:03:51 »
КОЛЕСОВ Виктор Васильевич (1913-1941), оперуполномоченный Московского уголовного розыска (и он же по общественной линии – секретарь комсомольской организации МУРа), сержант милиции, что условно соответствовало армейскому лейтенанту.
В первой половине ноября 1941 года возглавил самую первую из числа сформированных из сотрудников МУРа диверсионно-партизанских групп (они же – истребительные группы). По меркам же военной разведки, это был полнокровный спецотряд, поскольку насчитывал аж тридцать штыков!
Район оперирования в тылу врага – оккупированная территория Волоколамского и Ново-Петровского районов Московской области.
Героически погиб 16 ноября 1941 в неравном бою с карателями.
Посмертно приказом по войскам Западного фронта за № 024 от 11 января 1942 года от имени Родина удостоен ордена Красного Знамени: «Руководил боевыми действиями группы в тылу врага. Проявил себя самоотверженным, решительным и умелым командиром.
В бою пал смертью героя, выводя свою группу из окружения противника.
Под его руководством было уничтожено в дер. Ново-Павловское [правильно – Новопавловское; ныне – в составе городского поселения «Сычёво» Волокаламского городского округа Московской области] около 60 немецких автоматчиков». Источник – ЦАМО: ф. 33, оп. 682524, д. 244, л. 75.
Также посмертно сержант милиции Виктор Васильевич Колесов приказом МВД СССР за № 360 от 3 июля 1975 года навечно зачислен в списки личного состава Управления уголовного розыска ГУВД Мосгорисполкома.
В Книге Памяти города Москвы не увековечен.
Юрий РЖЕВЦЕВ.

Супруги Виктор и Валентина Колесовы:


Будущий прославленный герой-диверсант столичного гарнизона внутренних дел Виктор Васильевич Колесов еще в статусе курсанта школы среднего начсостава милиции:
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #169 : 10 Мая 2022, 16:15:23 »
Колоритный бородач, запечатлённый на обоих снимках, сделанных в июле 1941 года, – московский ополченец И.И. Резниченко. Он же – красный партизан периода Гражданской войны, кавалер многочисленных значков Осоавиахима и спортивно-физкультурных обществ и инспектор Коммунального отдела Ленинского районного Совета депутатов трудящихся города Москвы по последнему месту работы в предвоенный период.
Явно что он из рядов личного состава 1-й Московской стрелковой дивизии народного ополчения (она же – Дивизия народного ополчения Ленинского района города Москвы) – иррегулярного соединения, преобразованного 26 сентября 1941 года в 60-ю стрелковую (впоследствии – Севско-Варшавская Краснознамённая ордена Суворова) дивизию.
Судя по всему, это Иван Иванович Резниченко 1891 года рождения, уроженец Краснодарского края, проживавший в Москве по адресу: улица Якиманка, 44, квартира 16. Состоял в рядах членов ВКП(б). В армию ушёл лётом 1941 года и… пропал без вести. В послевоенный период его безуспешно разыскивала супруга – Резниченко Анна Иосифовна…
Если эти две персоны и вправду одно лицо, то могила Ивана Ивановича, но как, увы, неизвестного солдата Великой Отечественной, где-то под калужским районным городом Спас-Деменск...

 

Источник – Гагаринский РВК города Москвы: оп. «1946 год», д. 22 (т. 1), л. 176. Фамилия И.И. Резниченко предпоследняя на странице:
Записан

Sobkor

  • Администратор
  • Участник
  • *****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 17 140
  • Ржевцев Юрий Петрович
Re: Книга Памяти города Москвы
« Reply #170 : 10 Мая 2022, 17:07:46 »
Московские ополченцы:
ГУСЕВ Константин Михайлович (1899-1944), военнослужащий 1293-го стрелкового (впоследствии – Брестский Краснознамённый) полка 160-й стрелковой (впоследствии – Брестская Краснознамённая) дивизии 24-й армии (I ф) Резервного фронта (I ф), узник нацистских лагерей, воентехник 1 ранга.
Родился 9 декабря 1899 года в городе Москве. Русский. Православный. Служащий: бухгалтер по гражданской специальности. Был женат: супруга, Гусева Валентина И., проживала:
- по состоянию на лето-осень 1941 года по адресу: город Москва, Лялин переулок, 7;
- по состоянию на зиму 1943/1944 гг. по адрес: город Свердловск (ныне – Екатеринбург), Сибирский тракт, дом № 5 (мебельной фабрики), квартира № 40, комната № 119.
Рост имел в 165 см. Девичья фамилии матери – Губанова.
К лету 1941 года жил и трудился в Москве, и здесь же, в столице, как воентехник 1 ранга запаса, что соответствовало старшему лейтенанту, состоял на воинском учёте в Дзержинском РВК.
На военную службу поступил добровольцем в июле 1941 года, вступив тогда через Дзержинский РВК города Москвы в ряды 6-й Московской стрелковой дивизии народного ополчения (сокращённо – 6 МСДНО; она же – Стрелковая дивизия народного ополчения Дзержинского района города Москвы). При этом по учётам данного военкомата был проведён по категории «Призванные на сборы и затем оставленные в в/частях». Источник – архив Военного комиссариата Московской области, ф. «Останкинский ОВК», д. 11001059, л. 39об.
Непосредственной участник Великой Отечественной войны с 16 июля 1941 года.
С преобразованием 26 сентября 1941 года 6 МСДНО в 160-ю стрелковую (впоследствии – Брестская Краснознамённая) дивизию 24-й армии (I ф) Резервного фронта (I ф) – в последней как военнослужащий 1293-го стрелкового (впоследствии – Брестский Краснознамённый) полка.
Связь между супругами оборвалась в октябре 1941 года. Последний почтовый адрес воентехника 1 ранга К.М. Гусева: Полевая почтовая станция № 303, 1293-й стрелковый полк. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 18002, д. 6, л. 69. В качестве справки: ППС-303 по состоянию на осень 1941 года последовательно принадлежала 6 МСДНО и 160-й стрелковой (впоследствии – Брестская Краснознамённая) дивизии.
Согласно трофейным документа вермахта, 10 октября 1941 года, будучи больным, попал в плен при неудачной попытке вырваться из Вяземского «котла».
Первоначально содержался нацистами в офицерском филиале «Калвария» каунасского лагеря шталаг-336. Присвоенный здесь лагерный номер – «4023». И здесь же 19 и 26 февраля, 4 марта 1943 года, а также в мае 1943 года подвергся насильственной вакцинации против тифа и паратифа.
С 31 октября 1943 года – узник лагеря шталаг-5Ц (Stalag V C), который находился в немецком городе Оффенбург (ныне – в составе района Ортенау федеральной земли Баден-Вюртемберг ФРГ), при этом:
- с 6 ноября 1943 года и по 28 февраля 1944 года – на рабских работах в составе рабочей команды № 3016 «Neuburg». Выбыл отсюда по болезни;
- с 28 февраля и по 17 марта 1944 года – в городе Страсбург (на тот момент времени – территория провинции Штутгарт 3-го рейха, а ныне департамента Нижний Рейн Франции) как госпитализированный в лагерный лазарет «Страсбург». Диагноз: «Подозрение на туберкулёз лёгких»;
- с 17 марта 1944 года – в посёлке Мютциг (на тот момент времени – территория провинции Штутгарт 3-го рейха, а ныне это коммуна Мюциг кантона Мюциг округа Мольсем департамента Нижний Рейн Франции) как госпитализированный в лагерный лазарет «Мютциг», где и умер в 05.30 7 мая 1944 года от туберкулёза лёгких, при этом труп советского военнопленного К.М. Гусева был доставлен в Страсбургский анатомический институт СС гауптштурмфюрера СС Августа Хирта как биологический материал для использования в преступных медицинских программах Аненербе. Источники – РГВА: ф. 517, оп. 1, д. 92098, лл. 344и 344об; ЦАМО: Картотека пленённых советских офицеров, ящ. № 112, лл. 79 и 79об.
5 января 1944 года на основании письменного запроса супруги официально учтён оборонным ведомством как условно пропавший без вести в ноябре 1941 года, но при этом с одним искажением – как якобы красноармеец, а не воентехник 1 ранга по воинскому званию. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 18002, д. 6, л. 69.
Увековечен в Книге Памяти погибших и пропавших без вести в Великой Отечественной войне – т. 4, стр. 498, но с двумя искажениями: 1) как якобы красноармеец, а не воентехник 1 ранга по воинскому званию; и 2) как якобы пропавший без вести в ноябре 1941 года, а не погибший в нацистском плену 7 мая 1944 года.
Юрий РЖЕВЦЕВ.
Источник – ЦАМО: Картотека пленённых советских офицеров, ящ. № 112, лл. 79 и 79об.
  ]

Источник – РГВА: ф. 517, оп. 1, д. 92098, лл. 344и 344об.
 

Скан с 498-й страницы 4-го тома Книги Памяти погибших и пропавших без вести в Великой Отечественной войне (она же – Книга Памяти Москвы):


ЛЮКШИН Фёдор Андреевич (1901-не ранее марта 1942), советский военнослужащий из войск 33-й армии Резервного фронта (I ф), узник нацистских лагерей, красноармеец.
Родился 20 апреля 1901 года в деревне Теньсюпино Агломазовского сельского поселения Сасовского района Рязанской области. Русский. Скорняк по гражданской специальности, но, вероятней всего, являлся рабочим одного из расположенных в Москве или ближайшем Подмосковье кожевенных производств. Беспартийный. Семья: супруга – Люкшина Елизавета Фёдоровна и двое детей – сын Михаил и дочь Екатерина; семья проживала по месту рождения кормильца.
В июле 1941 года добровольцем вступил в ряды Московского народного ополчения, в связи с чем был направлен рядовым бойцом в 3-й стрелковый полк или 1-й (Ленинского района), или 5-й (Фрунзенского района), или 17-й (Москворецкого района), или 18-й (Ленинградского района) или же 21-й (Киевского района) иррегулярных стрелковых дивизий. И в данном качестве с 30 июля 1941 года – в боях и сражениях Великой Отечественной войны.
Согласно «зелёной карте» советского военнопленного (ЦАМО: ф. 58, оп. 977526, д. 98, лл. 360 и 350об), 5 октября 1941 годы пленён противником под смоленским районным городом Ельня. В плену был учтён как боец мифического с 26 сентября 1941 года 3-го стрелкового полка.
С 20 ноября 1941 года – узник барака № 23 шталага-3Б – нацистского лагеря, находившегося в немецком городе Фюрстенберг-на-Одере (ныне – в составе федеральной земли Бранденбург ФРГ). Присвоенный здесь лагерный номер «62151».
Согласно рукописной записи, сделанной на озвученной выше «зелёной карте» в послевоенный период советским переводчиком, на основании некоего донесения красноармейца Ф.А. Люкшина следует считать умершим в нацистском плену в марте 1942 года. Вероятней всего, тот переводчик руководствовался документом, который ныне хранится в ЦАМО под архивными реквизитами «ф. 58, оп. 18003, д. 1137, л. 215» (идентификационный номер в ОБД-Мемориал – 6928085). Это ставшие весной 1945 года трофеем 5227-го хирургического полевого подвижного ордена Красной Звезды госпиталя Красной Армии «списки в/пленных, находившихся в 1942-43 гг. в немецком лагере № 3-Б для советских в/пленных в г. Фюрстенберг-на-Одере и умерших от голода и истощения. В списках общее количество умерших – 3696 чел., из них пофамильно – 300 чел., остальные записаны по немецким лагерям в/пленных». Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 18003, д. 1137, л. 210.
Похоронен был на лагерном кладбище в братской могиле под № 565.
30 декабря 1946 года на основании материалов подворового опроса, представленных Каверинским РВК Рязанской области за Исходящим № 0184 от 16 августа 1946 года, официально учтён оборонным ведомством условно пропавшим без вести в ноябре 1941 года, но с двумя искажениями: 1) как якобы уроженец села Ернеево, а не Теньсюпино на тот момент времени Каверинского, а ныне современного Сасовского района Рязанской области; и 2) как якобы призванный 20 августа 1941 года Каверинским РВК Рязанской области, а не как доброволец с июля 1941 года в рядах Московского народного ополчения. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 19004, д. 446, л. 18.
Дважды увековечен в Книге Памяти Рязанской области:
- т. 2 стр. 152, но почему-то без указания воинского звания и с одним искажением – как якобы пропавший без вести в 1941 году, а не погибший в нацистском плену не ранее осени 1941 года;
- т. 8 стр. 146, но с двумя искажениями: 1) как якобы уроженец села Ернеево, а не Теньсюпино современного Агломазовского сельского поселения Сасовского района Рязанской области; 2) как якобы рядовой, а не красноармеец по воинскому званию; и 3) как якобы пропавший без вести в ноябре 1941 года, а не погибший в нацистском плену не ранее осени 1941 года.
Юрий РЖЕВЦЕВ.
Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 977526, д. 98, лл. 360 и 350об.[/color]
 

Воин-ополченец Егор Михайлович Русаков 1900 г.р. Источник – ЦАМО: ф. 58, оп. 977520, д. 364, л. 113.
« Последнее редактирование: 10 Мая 2022, 17:27:19 от Sobkor »
Записан
Страниц: 1 ... 4 5 6 7 8 [9]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »