VII-Георгиевская лента > 05ф-ВВС КБФ

Боевой путь 1-го минно-торпедного авиаполка

(1/2) > >>

unifex:
Над тремя морями
Хохлов П.И. 'Над тремя морями' - Ленинград: Лениздат, 1988 - с.240
Книга воспоминаний посвящена героическим будням 1-го минно-торпедного авиационного полка на Балтике в период Великой Отечественной войны. Автор, морской летчик, Герой Советского Союза, совершивший лично 192 боевых вылета, рассказывает о своих товарищах, о первых бомбовых ударах по Берлину в 1941 году, об участии в разгроме фашистских войск под Тихвином и в других операциях.

    *  О книге
    * Флагманы первых атак
    * На отпор врага!
    * Двинская эпопея
    * Земля - небо - море
    * На главную цель!
    * Бомбы падают на Берлин
    * За Ленинград!
    * Вынужденная посадка
    * Под гвардейским знаменем
    * Скрытое разящее оружие
    * Крейсерские полеты
    * Снова с Токаревым
    * На севастопольских трассах
    * Заполярье
    * Разгром
    * Пути-дороги

 Заведующий редакцией В. Г. Иванов
 Редактор В. В. Богатов
 Младший редактор Ж. И. Кавецкая
 Художественный редактор А. К. Тимошевский
 Художник А. В. Сергеев
 Технический редактор И. В. Буздалева
 Корректор Т. П. Гуренкова
Х    1304010000-022    109-88
M171(03)-88
ББК 63.3(2)722.78
Х86
http://historic.ru/books/item/f00/s00/z0000105/st000.shtml

unifex:
Евгений Николаевич Преображенский


Евгений Николаевич Преображенский родился 9 июня 1909 г. в с. Волокославинское — ныне территория Волокославинского сельсовета Кирилловского района. Учился в Череповецком педагогическом техникуме. В 1927 г. по комсомольской путевке был призван служить в Военно-Морской Флот. В 1930 г. окончил военно-морское авиационное училище в Севастополе, в 1933 — курсы усовершенствования начсостава при Военно-воздушной инженерной академии. Командовал авиационными подразделениями. Во время советско-финляндской войны  (30 ноября 1939 — 13 марта 1940) войсковая авиачасть Преображенского вела бомбардировки коммуникаций противника, его береговых баз, портов и аэродромов. За боевые заслуги, мужество и героизм наш земляк в январе 1940 г. был награжден орденом Ленина. 22 июня 1941 г. командир 1-го бомбардировочного минно-торпедного полка Балтийского флота полковник Е. Н. Преображенский встретил на своем аэродроме в Прибалтике. Полк, которым он командовал, уже в конце июня 1941 г. нанес первые удары по аэродромам союзницы фашистской Германии — Финляндии. Затем его авиационная часть нанесла несколько ударов по немецким танковым частям, мотопехоте и живой силе противника в районе Даугавпилса, участвовала в прикрытии войск Лужской оперативной группы в районе Ленинграда. 30 июля 1941 г. в расположение полка прибыл командующий авиацией ВМФ генерал-лейтенант авиации С. Ф. Жаворонков, который высказал идею нанесения бомбовых ударов по фашистской столице, чтобы опровергнуть заявления нацистской пропаганды о том, что советская авиация уже перестала существовать. Из-под Ленинграда летчики полковника Преображенского скрытно переправились на остров Саарема (Эстония), где в Кагуле базировался замаскированный аэродром.Цитировать>>>> В ночь на 8 августа 1941 г. авиационная группа под командованием Е. Н. Преображенского в составе 15 боевых машин сбросила 750-килограммовые бомбы на военно-промышленные объекты фашистской столицы. Утром радио Берлина сообщило о том, что 150 британских самолетов пытались штурмовать столицу Германии. Лондонская радиостанция «Би-Би-Си» тут же опровергла это сообщение. В свою очередь, Москва передала, что бомбардировку осуществила советская авиация. А 13 августа 1941 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР нашему земляку было присвоено звание Героя Советского Союза. Спустя годы немецкий писатель Олаф Греллер напишет: «То, что до сих пор не удавалось и до 1945 года больше уже никому не удастся, совершили летчики Преображенского: они застали врасплох фашистскую противовоздушную оборону, самую сильную и оснащенную, какая только была в 1941 году».<<<<
Всего авиагруппа полковника Е. Н. Преображенского штурмовала Берлин 10 раз, в налетах участвовало почти 90 бомбардировщиков дальнего действия. Полеты прекратились лишь после того, как по личному приказу Гитлера аэродром в Кагуле был полностью уничтожен превосходящими силами авиации группы армии «Север».
В начале 1942 г. командование предоставило Евгению Николаевичу краткосрочный отпуск на родину, где в то время проживали его мать, жена, дети. Отважный летчик в отпущенные ему два дня встретился с семьей, учениками Кирилловской средней школы, принял участие в работе пленума райкома партии, порадовал семью и товарищей игрой на баяне, подаренном ему мастерами артели «Северный кустарь». Впоследствии этот украшенный перламутровой инкрустацией баян — подарок земляков — стал экспонатом Центрального военно-морского музея СССР.
С августа 1942 г. Евгений Николаевич командует авиабригадой Балтийского флота, которая бомбила войска и корабли противника в ходе битвы за Ленинград. Весной 1943 г. соединение Преображенского участвовало в налетах на Кенигсберг, Тильзит, Инстенбург. Торпедоносные авиаполки разрушили сетевую преграду и проделали выходы в Балтийское море. Одновременно самолеты наносили удары по морским транспортам в Рижском заливе. В апреле 1943 г. отважный летчик побывал на родине. Он прибыл в родные места на своем самолете, посадив его прямо на озеро. И вновь, помимо короткого свидания с семьей, — участие в работе городского собрания партийного актива, встреча с жителями района, на которой он призвал земляков еще лучше трудиться для достижения победы над врагом. Тогда же, в апреле 1943 г., Е. Н. Преображенский назначается начальником штаба ВВС Северного флота. 31 марта 1944 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР генерал-майор Е. Н. Преображенский был удостоен ордена Суворова II степени «за умелое и мужественное руководство боевыми операциями». С сентября 1944 г. он исполняет обязанности командующего ВВС Северного флота. Находясь на этом посту, внес большой вклад в дело защиты своих и союзных коммуникаций, проявил себя талантливым руководителем летного состава в ходе Петсамо-Киркенесской операции, проведенной в октябре 1944 г. с целью изгнания немецко-фашистских оккупантов из Заполярья. С апреля 1945 г. наш земляк — заместитель командующего ВВС Тихоокеанского флота. Под его руководством осуществляется высадка воздушных десантов в Порт-Артуре (Люйшунь) и Дайрене (Далянь) в августе 1945 г. С февраля 1946 г. Е. Н. Преображенский командует ВВС Тихоокеанского флота, а с февраля 1950 г. ему доверяют возглавить авиацию Военно-Морского флота СССР. С 1962 г. генерал-полковник Е. Н. Преображенский — военный консультант Группы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР.
Скончался Евгений Николаевич 29 октября 1963 г., похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Здесь же покоится его однофамилец — Герой Советского Союза генерал-майор Г. Н. Преображенский — уроженец г. Грязовца, командир Темрюкской стрелковой Краснознаменной дивизии во время Великой Отечественной войны.


http://portal-vologda.ru/id/p3.html


unifex:
Е.Н.Преображенскому - 100 лет.20 июня 2009 

Командир авиационного полка Балтийского флота, наш земляк Е.Н.Преображенский с первого дня Великой Отечественной войны размышлял о возможности бомбового удара по Берлину силами морской авиации и пришёл к выводу, что такая операция вполне возможна. Со своими предложениями он пришёл к наркому Военно-Морского флота Н.Г.Кузнецову. Тот внимательно выслушал доклад и поддержал его смелую идею. Н.Г.Кузнецов попросил Верховного Главнокомандующего принять его и Е.Н.Преображенского и получил согласие.

.Сталин не торопясь раскурил трубку и с прищуром посмотрел на стоящего рядом наркома Николая Кузнецова.

- Идея бомбить Берлин мне нравится, - произнес он. - А как вы мыслите это осуществить?

После короткого доклада последовали вполне закономерные вопросы об их осуществлении. Кузнецов дал исчерпывающие ответы.

Еще задолго перед тем, как появиться в Ставке пред ясные очи Верховного, он послал на Балтику командующего ВВС ВМФ генерал-лейтенанта Сергея Жаворонкова выяснить, какая часть готова к выполнению такого задания. Шел июль 1941 года...

Генерал с задачей справился и порекомендовал для выполнения задания полк скоростных бомбардировщиков с опытными летчиками, прошедшими финскую войну, командует которыми Евгений Николаевич Преображенский, налетавший уже около полумиллиона километров. Сейчас часть «сидит» под Ленинградом, готова к выполнению задания. Сталин дал «добро».

...Решение Ставки по-прежнему хранилось в секрете. Даже летчики полка не знали о предстоящей операции. В тайну были посвящены лишь командир авиаполка Евгений Преображенский и его флаг-штурман Петр Хохлов.

В операции намечено было задействовать 15 самолетов ТБ-3 конструкции нашего земляка Сергея Владимировича Ильюшина.


Соколы Преображенского рвались в небо! Но погода подвела. Неделю шли дожди, был туман, и лишь 6 августа поступило «добро» на проведение операции.

...7 августа, в 20 часов 30 минут, три звена самолетов, предельно загруженные бомбами, вырулили на старт с аэродрома под условным наименованием «Кагул». А через несколько минут они уже в воздухе. И вот под ними Берлин. Внизу море огней. Последняя сверка с картой, и тут же включается тумблер передатчика:

- Мое место - Берлин!

Голос Преображенского спокоен. Его слова - сигнал для остальных экипажей: бомбы на сброс! Самолет чуть подпрыгнул, освободившись от неимоверной тяжести. Внизу - сполохи разрывов. Не ожидавшие такой «наглости» немцы лишь через 35 минут после воздушной атаки применили светомаскировку...

После налета германское радио передало экстренное сообщение: «В ночь с 7 на 8 августа крупные силы английской авиации, в количестве 150 самолетов, пытались бомбить нашу столицу... Из прорвавшихся к городу 15 самолетов 9 сбито».

В ответ на эту фальшивку почти сразу с берегов туманного Альбиона пришло опровержение: «В ночь с 7 на 8 августа ни один самолет с нашей территории не поднимался вследствие крайне неблагоприятных метеоусловий».

Налеты советской авиации привели Гитлера в бешенство. Фашистским войскам, готовившимся атаковать Моонзундский архипелаг, была отправлена срочная телеграмма: «Совместными усилиями соединений сухопутных войск, авиации и военно-морского флота ликвидировать военно-морские и военно-воздушные базы на островах Эзель и Даго...». Но тщетно!

По данным историков, официально зарегистрировано девять вылетов летчиков 1-го минно-тор-педного полка Краснознаменного Балтийского флота на Берлин. В общей сложности было израсходовано 311 бомб различного калибра общим весом 36050 килограммов. К слову, англо-американской авиацией за весь 1941 год сброшено на Берлин всего 35500 килограммов бомб...

Указом Президиума Верховного Совета СССР нашему прославленному земляку было присвоено звание Героя Советского Союза.

После войны Евгений Николаевич занимал ряд высоких должностей, а в 1950 году был назначен командующим авиацией ВМФ. К сожалению, сердце отважного летчика не выдержало тягот, выпавших на его долю, и в 1963-м генерал-полковник Преображенский скончался. Он похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. В 1975 году в старинном селе Волокославино Кирилловского района, на малой родине героя, был торжественно открыт мемориальный комплекс, посвященный его памяти и памяти воинов-земляков, погибших в годы Великой Отечественной войны. Здесь установлен бюст Преображенского, выполненный череповецким скульптором Т.П.Контаревой. Имя прославленного летчика присвоено суперсейнеру, школе в городе Кириллове, где стараниями благодарных земляков открыт музей его имени.

Сергей ЦВЕТКОВ Красный Север
http://www.krassever.ru/piece_of_news.php?fID=10098&fMode=print

Летный состав 1-го мтап. В первом ряду в центре Е.Н. Преображенский
http://shkolazhizni.ru/img/content/i60/60726_or.jpg

unifex:
Как в августе 1941 года советские летчики заставили Берлин ощутить ужас ночных бомбежек?

В начале августа 1941 года Гитлер впервые отчитывал Геринга как провинившегося мальчишку. Рейхсминистру авиации возражать было нечего, его уверения, что ни одна бомба не упадет на столицу Рейха, оказались не более чем бравадой. Советские летчики заставили берлинцев почувствовать ужас ночных бомбежек, показав, что возмездие неотвратимо.

Удары по Берлину наносили летчики авиации Балтийского флота. Любопытно, что идея бомбежек столицы Германии родилась, как говорится, и снизу, и сверху. В двадцатых числах июля её впервые высказал адмиралу Н.Г. Кузнецову командующий авиацией ВМФ генерал-лейтенант С.Ф. Жаворонков. 26 июля Кузнецов с предложением о бомбардировках Берлина был у Сталина. Уже на следующий день было принято решение поручить нанесение ударов дальней авиации Балтфлота, так как только с её аэродрома на острове Сааремаа можно было достичь столицы Германии.

30 июля Жаворонков прилетел на Балтику в 1-й минно-торпедный авиаполк, которым командовал полковник Е.Н. Преображенский. Именно этому полку решили поручить нанесение ударов возмездия по Берлину. К удивлению Жаворонкова, после его слов об ответственном задании Ставки, командование полка сразу же представило карту предполагаемого маршрута, расчеты и список из 36 экипажей, предварительно отобранных для этой операции.

Оказалось, что идея нанесения ударов по Берлину родилась и у командования полка, уже подготовившего все необходимые расчеты. Такая инициатива летчиков значительно ускорила подготовку к операции. Уже 4 августа группа самолетов полка перелетела на остров Сааремаа и приступила к подготовке налетов на Берлин.

Стоит отметить, что остров к этому времени находился практически в тылу фашистских войск, к тому же его аэродром Кагул предназначался для базирования истребителей и имел 1300-метровую земляную взлетно-посадочную полосу, чего было явно маловато для тяжелых бомбардировщиков ДБ-3Ф. Но выбирать было не из чего, поэтому ставку делали на мастерство экипажей. А мастерство от летчиков и на самом деле требовалось немалое, им предстояло взлетать с короткой земляной полосы, имея на внешней подвеске почти по тонне бомб. Любая ошибка грозила гибелью самолета и экипажа.

Уже вечером 6 августа экипажи первой группы бомбардировщиков получили боевую задачу. Вести группу поручили командиру полка. Нам теперь трудно представить, какое воодушевление испытывали те, кому поручили нанесение первого удара, встретившие боевой приказ криками ура, что явно противоречило уставу. Летчики поклялись любой ценой задачу выполнить. И свою клятву сдержали.

Цитировать>>>>Маршрут был сложен и на пределе возможностей самолетов. Лететь предстояло над морем, затем с поворотом на юг над Германией до Штеттина, а от него уже на Берлин. Длина маршрута в одну сторону составляла около 900 километров. Ошибаться нельзя. Всего 15-20 лишних минут полета, и самолетам не хватит топлива для возвращения на свой аэродром. Самолеты ДБ-3Ф (в 1942 г. их переименовали в Ил-4) грузоподъемны (до тонны), но тихоходны, поэтому вылететь решили в 21 час, чтобы вернуться с восходом солнца в районе 4 часов утра.<<<<
День прошел в усиленной подготовке, и вечером 7 августа тринадцать загруженных бомбами ФАБ-100 и листовками самолетов взяли курс на Берлин. Полет проходил более, чем успешно. Германская ПВО явно не ожидала такой наглости от советских летчиков, поэтому не обращала на них внимания, принимая за свои самолеты. Правда, до Берлина смогли долететь не все. К столице Рейха вышли пять самолетов, остальные вынуждены были отбомбиться по Штеттину, служившему морским портом Берлина, где их тоже не ожидали.


Цитировать>>>>Берлин предстал перед нашими летчиками в море огней, были видны идущие по улицам машины и трамваи, составы на вокзалах, самолеты на аэродромах. Столица Рейха была уверена в своей безнаказанности, а зря. На центр города посыпались бомбы. Вспыхнули первые для Берлина пожары, взвыли сирены ПВО, город погрузился во тьму, в небо устремились лучи прожекторов, стали взрываться снаряды зениток. Но было уже поздно, бомбардировщики легли на обратный курс.<<<<
Успех был впечатляющий, самолеты не только нанесли удар по Берлину и Штеттину, вызвав пожары и панику, но и все вернулись на свой аэродром. Руководство Германии не могло поверить, что их столицу бомбили русские, даже листовки не убеждали. Немецкие радиостанции сообщили, что ночью была попытка прорыва к Берлину 150 английских самолетов, которую, естественно, успешно отбили. Только несколько самолетов смогли прорваться к столице, из них шесть было сбито, они-то и вызвали пожары.

Советское Информбюро 8 августа известило, что наша авиация успешно бомбила Берлин, что с ликованием было встречено в стране, подобные сообщения тогда были нужны как воздух. В этот же день вышел приказ наркома обороны № 0265, который отредактировал Сталин: Цитировать>>>>«В ночь с 7 на 8 августа 1941 года группа самолетов Балтийского флота произвела разведывательный полет в Германию и бомбила город Берлин. 5 самолетов сбросили бомбы над центром Берлина, а остальные на предместья города. Объявляю благодарность личному составу самолетов, участвовавших в полете, и выхожу с ходатайством в Президиум Верховного Совета СССР о награждении отличившихся. ...»<<<<
Последовали новые налеты, они стали намного труднее, ведь теперь наши самолеты в Германии ждали. Последний вылет был совершен 4 сентября. Всего летчики Балтфлота совершили 86 вылетов, 33 самолета бомбили Берлин, сбросив на него 21 тонну бомб, 37 самолетов не смогли выйти к столице Германии и нанесли удары по другим городам, 16 самолетов по различным причинам были вынуждены прервать полет и вернуться на аэродром. Во время осуществления налетов полк потерял 18 самолетов и 7 экипажей, причем, два самолета и один экипаж погибли на аэродроме, когда пытались взлететь с 1000-килограммовой и двумя 500-килограммовыми бомбами на внешних подвесках. Больше подобных экспериментов не проводили и взлетали со 100 и 250-килограммовыми бомбами. На немецкие города были сброшены и 34 агитбомбы с листовками.

http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-27777/




unifex:
Михаил Николаевич Плоткин  майор Помощник командира эскадрильи 1-го МТАП Балтфлота


Вечером 7 августа 1941 года капитан Михаил Плоткин сидел в кабине дальнего бомбардировщика ДБ-ЗФ на своем месте – месте пилота, то и дело поглядывая на циферблат: казалось, светящаяся часовая стрелка никогда не подойдет к цифре 9 – времени старта. Великое нетерпение охватило экипажи еще 14 таких же точно самолетов. Ничего удивительного: ведь им предстояло отсюда, с аэродрома Кагул, что разместился на эстонском острове Эзель, лететь на самую первую бомбежку столицы фашистской Германии.

Ровно за полмесяца до этого, вечером 22 июля, самолеты люфтваффе начали налеты на Москву. Хотя из 180–200 машин к городу, как правило, прорывались лишь единицы, врагу всё же удавалось нанести нам определенный ущерб. Конечно, было обидно: нашу столицу бомбят, а мы что же? Когда будет ответный удар?

Практическое решение задачи продумал нарком Военно-морского флота адмирал Н. Г. Кузнецов. Ближе других к цели находилась тогда авиация Балтийского флота, но и она со своих баз под Ленинградом могла достичь лишь района Либавы. А вот если лететь с Эзеля прямо над морем и, сбросив бомбы, возвращаться прямым курсом... Консультации со специалистами подтвердили: каждая машина, взяв полный запас горючего и не более 750 килограмм бомб, пройдет расстояние до Берлина (около 900 километров) за три с небольшим часа и вернется домой даже с остатками бензина в баке. «Иначе говоря, – вспоминал Кузнецов, – лететь было можно, если найдутся отважные летчики, если будет исправна материальная часть и если при возвращении туман не закроет аэродром».

Во время очередного доклада в Ставке нарком ВМФ разложил перед Верховным Главнокомандующим карту Балтийского моря, на которой четкая прямая линия соединяла остров Эзель и Берлин. Верховный понимал, какое огромное значение имел бы в случае удачи удар по Берлину. Ведь гитлеровцы не уставали трубить на весь мир о полном разгроме советской авиации. И Сталин утвердил предложение моряков.

А что до отважных летчиков, то решено было отобрать 15 лучших экипажей 1-го минно-торпедного авиационного полка Балтфлота – того самого, где служил Михаил Плоткин. Летчики этой части уже имели боевой опыт и познали радость побед. Вместе с однополчанами капитан Плоткин участвовал в успешных бомбардировках Мемеля, Кенигсберга, Хельсинки. Ставил минные заграждения в Ирбенском проливе и Рижском заливе, обрушивал мощные удары на морские конвои и колонны наступавших в Прибалтике танков.

Годилась и материальная часть полка: дальние бомбардировщики ДБ-ЗФ, машины с форсажем, были лучшими в своем классе, конструировал их С. В. Ильюшин. (С 1942 года этот основной дальний бомбардировщик советских ВВС назывался ИЛ-4.) Пилоты прекрасно владели грозной боевой машиной и верили в реальную возможность успешного полета на ней в глубокий тыл врага. Больше того, командир части полковник Е. Н. Преображенский и флаг-штурман капитан П. И. Хохлов одновременно с наркомом по собственной инициативе продумали тот же самый курс – от Эзеля до Берлина!

Ранним утром 4 августа 15 экипажей полка, включая и экипаж Плоткина, завершили перелет из-под Ленинграда, приземлившись на эзельском аэродроме Кагул. Построенный перед самой войной аэродром имел взлетно-посадочную полосу всего в 1300 метров и был рассчитан на истребителей, но опытные летчики сумели использовать эту полосу для своих ДБ-ЗФ. Была и еще одна трудность: запасов топлива и авиабомб, нужных для операции, на острове явно не хватало. И тогда из Кронштадта в уже осажденный Таллин, а оттуда на Эзель, мимо минных полей, под усиленной охраной потянулись баржи с бензином и боеприпасами.

Понимая лежащую на них ответственность за людей, которым предстояло выполнить столь рискованное задание, Н. Г. Кузнецов и командующий авиацией ВМФ генерал С. Ф. Жаворонков (он специально прибыл на Эзель) решили провести несколько пробных полетов, чтобы убедиться на практике в возможности задуманного и собрать как можно больше данных о противовоздушной обороне Берлина.

Поначалу были сброшены бомбы на Свинемюнде – военно-морскую базу противника. Этот полет доказал: отлично тренированные летчики полка могут стартовать с Кагула на своих тяжелых машинах с полным грузом. В ночь на 6 августа состоялся разведывательный полет на Берлин. Он принес ценные сведения: зенитная оборона столицы рейха расположена кольцом вокруг города в радиусе 100 километров и снабжена большим количеством прожекторов с дальностью действия до 6 тыс. метров.

Всё наконец стало ясно. Налет, конечно, очень труден, но осуществим. Последовал приказ: выполнить задание при первой возможности. И, как уже говорилось, старт назначили на 7 августа, на 9 вечера.

…Истекали последние минуты перед началом операции. Вместе с боевыми друзьями был готов к взлету и Михаил. Наступал звездный час 29-летнего капитана. Сыну школьного учителя-еврея, ставшему советским офицером, предстояло нанести карающий удар по главному гнезду лютых человеконенавистников, стремящихся покорить его родину и растоптать его народ.

Ровно в 21.00 Евгений Преображенский поднял в воздух флагманскую машину и взял курс на Берлин. Вслед за ним взлетели и остальные тяжело нагруженные бомбардировщики. Вслушиваясь в натужный рев моторов, Плоткин с трудом, но вовремя оторвал от земли свой самолет и занял место в строю воздушной эскадры.

Сообщение о взлете было немедленно передано в Москву, в Наркомат ВМФ. Нарком получил его перед самым отъездом на доклад в Ставку и был уверен, что именно об этом там его спросят прежде всего. Так и случилось.

– Как обстоит дело с налетом на Берлин? – сразу же поинтересовался Верховный.

– Операция началась, – доложил Кузнецов. – Они летят…

Они летели над Балтийским морем на высоте 6 тыс. метров. Сколько ни смотрел Михаил вниз, видны были только плотные облака, целиком скрывавшие важные ориентиры: острова Готланд и Борнхольм. Однако эти же облака сделали невидимыми для противника и наши самолеты. В кабинах самолетов наступил страшный холод, Плоткин остро ощущал нехватку кислорода. Но вот сквозь облака пробился свет: это флаг-штурман Петр Хохлов вывел всю группу на маяк Штеттина, служивший ориентиром. После трех с лишним часов полета над Балтикой наши самолеты шли уже над Северной Германией.

Здесь были совсем другие условия для ориентации: никакого затемнения! Считая саму мысль о возможном появлении советских самолетов абсурдной, а в случае налета британских ВВС имея время погасить огни, командование германских сил ПВО не тревожилось. Ориентируясь на огни и на контуры местности, летчики-балтийцы уверенно двигались к Берлину. Конечно, их полет не мог не быть замечен, но немцы с наблюдательных постов сочли неизвестные самолеты своими, просто сбившимися с курса, и даже предлагали им сесть на ближайшие аэродромы.

Сорок минут полета через Германию – и балтийцы оказались над Берлином. По ярко горевшим уличным фонарям отчетливо прослеживалась конфигурация городских магистралей. Плоткин видел, как, искря, по улицам шли трамваи. Полная луна высвечивала линию реки Шпрее. Полковник Преображенский аэронавигационными огнями подал идущим за ним экипажам – каждый из них имел подробную карту города – команду рассредоточиться и самостоятельно выходить на нужные цели. Надо заметить, что в качестве целей были выбраны не жилые кварталы, а военные объекты: заводы «Даймлер-Бенц», «Хейнкель», «Фокке-Вульф», «Цеппелин», электростанции, железнодорожные узлы. Целью считались и важнейшие административные здания. За считанные минуты летчики сбросили 96 фугасных авиабомб весом по 100 килограмм каждая. Восемь из них самолет Преображенского обрушил на рейхсканцелярию Гитлера, Цитировать>>>>после чего флагманский стрелок-радист, сержант Кротенко, передал на базу: «Мое место – Берлин. Задачу выполнил. Возвращаюсь».<<<<
Тут-то наконец взвыли сирены воздушной тревоги, погасли городские огни и вспыхнули прожектора ПВО. Зачастили зенитки, в воздух поднялись ночные истребители. К счастью, они опоздали. Советские самолеты, набрав предельную высоту, благополучно ушли в сторону Балтийского моря и через семь часов после старта приземлились на аэродроме Кагул. Соответствующее донесение немедленно ушло в Москву.

В Берлине же радио и печать сообщили: «В ночь с 7 на 8 августа английская авиация пыталась совершить налет на Берлин. Большая группа самолетов была рассеяна на подступах, но несколько десятков всё-таки прорвались. Шесть из них сбиты и упали в черте города…» В ответ на это англичане официально заявили, что «в связи с неблагоприятными погодными условиями над Британскими островами королевские ВС над Берлином не летали, поэтому сообщение о шести сбитых бомбардировщиках вызвало в Лондоне крайнее недоумение».

В Москве было опубликовано краткое, но полное затаенного торжества сообщение, вызвавшее общую радость. Его напечатали 9 августа на третьей странице «Правды» в правом верхнем углу:

«Налет советских самолетов на район Берлина.

В ночь с 7 на 8 августа группа наших самолетов произвела разведывательный полет в Германию и сбросила некоторое количество зажигательных и фугасных бомб на военные объекты в районе Берлина. В результате бомбежки возникли пожары и наблюдались взрывы. Все наши самолеты вернулись на свои базы без потерь».

Налеты на Берлин продолжались с 7 августа по 5 сентября. Кроме балтийцев в них приняла участие прилетевшая на Эзель группа самолетов армейской авиации. За это время было произведено 10 налетов на германскую столицу, в ходе которых наши летчики сбросили 311 бомб и зарегистрировали 32 пожара. Таков был итог первой в истории Великой Отечественной войны крупной стратегической воздушной операции, имевшей целью нанести бомбовые удары по крупным военно-промышленным объектам и политическим центрам в глубоком тылу противника.

Полеты к Берлину с Эзеля (Плоткин со своим экипажем продолжал в них участвовать уже с 9 августа) стали невозможны после захвата Таллина войсками вермахта. Да и летчики наши понесли к тому времени немалые потери. 8 сентября оставшиеся в строю пилоты, включая капитана Плоткина, покинули остров Эзель, чтобы возобновить борьбу с фашистами на других участках фронта.

Подвиг отважных летчиков получил высокую оценку. Многих участников тех, воистину исторических, налетов на Берлин наградили боевыми орденами, а пятерым Президиум Верховного Совета СССР присвоил звание Героев Советского Союза: полковнику Е. Н. Преображенскому, капитанам П. И. Хохлову, В. А. Гречишникову, А. Я. Ефремову, М. Н. Плоткину.

…Помощник командира эскадрильи 1-го МТАП Балтфлота майор Михаил Николаевич Плоткин погиб при возвращении с боевого задания 7 марта 1942 года. Его имя выбито золотом на белом мраморе в славном списке Героев, который украшает большой зал Музея Великой Отечественной войны, что на Поклонной горе столицы.

Поклонимся великим тем годам.
Михаил Палант
ЛЕХАИМ  АПРЕЛЬ 2005 АДАР-2 5765 – 4 (156) 
http://www.lechaim.ru/ARHIV/156/palant.htm

Плоткин Михаил Николаевич http://blokada.otrok.ru/biogr.php?l=16&n=1ren&t=1

   

Михаил Николаевич Плоткин во главе своей эскадрильи бомбил врагов под Новгородом и Лугой, у Пскова и Тихвина. Он первым поставил во вражеских водах мины с воздуха. В январе сорок второго года, чтобы точнее ударить по узлу обороны противника, Плоткин пошел на риск: бомбил с небольшой высоты. Внезапно появившись над целью, Плоткин так же внезапно исчез. Сотни зенитных снарядов полосовали небо впустую.

Андрей Яковлевич Ефремов шесть раз летал на Берлин. Однако и его боевая слава началась раньше. Уже 30 июня у переправы через Западную Двину он громил немецкую танковую колонну.

Ефремов не раз глядел смерти в глаза.

Однажды, несмотря на то, что самолет уже был подбит, Ефремов пошел в атаку. Экипаж не только сбросил бомбы на цель, но и зажег "мессершмитт", пытавшийся нанести удар по советской машине.

7 июля сорок первого года во главе группы самолетов капитан Ефремов пробился сквозь полосу заградительного огня зениток и атаковал морской конвой. Два транспорта были потоплены.

В первые месяцы войны произошел случай, который, пожалуй, наиболее полно раскрыл характер этого человека. В момент атаки железнодорожных эшелонов на станции Остров немецкая зенитка подбила машину летчика Селиверстова. Горящий самолет сел на лес.

Навигация

[0] Главная страница сообщений

[#] Следующая страница