Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Войти
Расширенный поиск  

Новости:

Правила Форума: личная порядочность участника и признание им царящего на Форуме принципа субординации, для экспертов вдобавок – должная компетентность! Внимание: у Администратора и Модераторов – права редактора СМИ!

Автор Тема: Окружная морская база ОГПУ Северо-Кавказского края, 1922-1933 гг.  (Прочитано 6374 раз)

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
Командир Окружной морской базы ОГПУ Северо-Кавказского края Франц Янович Вакке. Жаль только, что никто ничего о нём не знает.

В списке знамен – только два шефских:


Также 1-го мая 1933 года (первомайское обязательство?) шефом базы стала Новороссийская электростанция "НОВОРЭС", а сама база с июня 1932 г. шефствовала над Коммуной "Красное Черноморье".

Предшественниками этой ОМБ значатся Черноморская пограничная флотилия, 3-й морской погранотряд, а также Морская инспекция Черноморского погранотряда, 32-й Новороссийский погранотряд ВОГПУ.
Что касается преемника, то таковым, исходя из диспозиции материалов в деле и общего контекста, следует считать Морпогранбазу № 5 НКВД СКО, "врид командир(а)" которой на январь 1938 г. был капитан-лейтенант Кузнецов. Некоторые штрихи к строительству части:


Судя по немногочисленным сведениям в разделе "Караульно-сторожевая служба", эпохе НЭПа пограничники были "обязаны" турецкой контрабандой, борьбу с которой вел в 1923 г. 3-й отряд Черноморпогранфлотилии ОГПУ. Более всего отличилось погрансудно (истребитель) "Летучий". Со слов бывшего командира отряда Ткаченко фиксируются два эпизода в августе и сентябре 1923 г. Одно судно с контрабандой было задержано командиром "Летучего" Павловским между Лазаревским и Туапсе, другое, носившее имя "Илдыз" и имевшее контрабандный груз галантерейных товаров - в районе Туапсинской комендатуры. Это "м.с." (моторное судно - парусно-моторная шхуна - примечание К.Б. Стрельбицкого) впоследствии вошло в списки судового состава погранфлотилии.

К 92-й годовщине фактического начала несения погранслужбы в составе Береговой Обороны МСЧМ погрансудна "Летучий"
Судя по немногочисленным сведениям в разделе "Караульно-сторожевая служба", эпохе НЭПа пограничники были "обязаны" турецкой контрабандой, борьбу с которой вел в 1923 г. 3-й отряд Черноморпогранфлотилии ОГПУ. Более всего отличилось погрансудно (истребитель) "Летучий"...
До начала использования в охране побережья катер "Летучий" постройки Ленинградской верфи принадлежал Службе связи ШМСЧМ (очевидно, – штаб морских сил Черного моря) с дислокацией в Новороссийске.
На первое сентября 1922 года в характеристике "Элементы катера "Летучий" приводятся следующие данные (дословно):
Корпус деревянный - килевой.
Длина – 62 фута.
Ширина – 9 фут.
Осадка – 4,5 фут.
Скорость хода – 15 узлов.
Район плавания – 200 миль.
Вооружение – 1 пулемет "максим".
Два мотора "Вамблерк" по 150 сил.
Команда – 8 человек.

Судя по немногочисленным сведениям в разделе "Караульно-сторожевая служба", эпохе НЭПа пограничники были "обязаны" турецкой контрабандой, борьбу с которой вел в 1923 г. 3-й отряд Черноморпогранфлотилии ОГПУ. Более всего отличилось погрансудно (истребитель) "Летучий". Со слов бывшего командира отряда Ткаченко фиксируются два эпизода в августе и сентябре 1923 г. Одно судно с контрабандой было задержано командиром "Летучего" Павловским между Лазаревским и Туапсе, другое, носившее имя "Илдыз" и имевшее контрабандный груз галантерейных товаров – в районе Туапсинской комендатуры. Это "м.с." (моторное судно – парусно-моторная шхуна – примечание К.Б. Стрельбицкого) впоследствии вошло в списки судового состава погранфлотилии.
Ряд фрагментов формуляра демонстрирует усложнение буквенных обозначений контрабандных моторных судов. Оригинальная аббревиатура стала выглядеть вот так: "п/м.с.", что расшифровывается как "парусно-моторное судно".
Таковых судов к середине 20-х обнаруживается два, причем упомянутый "Илдыз" так и не был переименован, в отличие от своего собрата по контрабандному несчастью (и погрансчастью  :)) п/м.с. "Пограничник". Единожды (в контексте продажи судна за непригодностью к дальнейшей службе 24.04.1925 г.) применительно к "Илдызу" употребляется аббревиатура п/м.ф. Таким образом, с помощью уважаемого К.Б. Стрельбицкого, вновь выступившего в качестве консультанта, установлено, что погрансудно "Илдыз" было парусно-моторной фелюгой (фелукой).

До начала использования в охране побережья катер "Летучий" постройки Ленинградской верфи принадлежал Службе Связи ШМСЧМ (очевидно, штаб морских сил Черного моря) с дислокацией в Новороссийске.
На первое сентября 1922 года в характеристике "Элементы катера "Летучий"" приводятся следующие данные (дословно):
Корпус деревянный - килевой.
Длина - 62 фута.
Ширина - 9 фут.
Осадка - 4.5 фут.
Скорость хода - 15 узлов.
Район плавания - 200 миль.
Вооружение - 1 пулемет "Максима".
Два мотора "Вамблерк" по 150 сил.
Команда - 8 человек.
Поможем составителю сего: Гражданская война в России: Черноморский флот / Составитель В. Доценко. — М.: ООО «Издательство ACT», 2002. — 544 с.: 16 л. ил. — (Военно-историческая библиотека). ISBN 5–17–012874–6. Тираж 5100 экз. / Справочник. В. Гончаров.
Красный флот
1. Азовская флотилия
Создана 8 мая 1920 года из кораблей Доно-Азовской флотилии. Расформирована в начале 1921 года, часть кораблей передана Морским силам Черного моря, остальные возвращены в гражданский флот...
...Других типов — 6 единиц
«Легкий» (№ 303)
«Ловкий» (№ 304)
«Летучий» (№ 305)
«Лихой» (№ 306)
Прибыли в Мариуполь 1 сентября 1920 г. из состава Морских сил Каспийского моря. Технические характеристики неизвестны (возможно — 25 т, 12 узлов, две 75-мм горные пушки, два пулемета)..."
Итак, никаких горных пушек и двух пулеметов!
Ну, а вышеуказанный сборник поможет нам в установлении сенсационного, наверное, факта, который заключается в том, что черноморская морпогранохрана на заре своего существования имела в своем судовом составе... колчаковские речные бронекатера.
"2. Морские силы Черного моря...
б) Морские силы восточной части Черного моря
Созданы в апреле 1920 г. после освобождения Таманского полуострова и Кавказского побережья, первоначально находились в подчинении Кавказского фронта...
Бронекатера — 4 единицы
«Кугуар»
«Пантера»
«Рысь»
«Ягуар»
Водоизмещение 15 т, длина 14,6 м, ширина 2,4 м, осадка 0,6 м. Мощность мотора 72 л.с., скорость 15 узлов. Вооружение — одно 47-мм орудие и пулемет. Экипаж 12 человек.
Построены в 1918 г. на Каме (Мотовилихинский завод) для Сибирской армии Колчака. В июне 1919 г. брошены при отступлении из Перми. В октябре 1919 г. переведены в Астрахань и зачислены в состав Волжско-Каспийской военной флотилии. 13 мая 1920 г. отправлены железной дорогой в Витебск  :) и 28 мая включены в состав формирующейся Западно-Двинской флотилии, но затем перенаправлены на Черное море и 4 октября 1920 г. прибыли в Новороссийск. 25 мая 1921 г. переданы в распоряжение сухопутных войск".
События 1921-22 гг. Записано со слов бывшего командира 3-го отряда ЧПФ ОГПУ т. Ткаченко: "До организации морской пограничной охраны побережья с моря охрана побережья была возложена на  Береговую Оборону МСЧМ, суда которой были дислоцированы в Туапсе в составе: "Рысь", "Пантера", "Ягуар" и "Кугуар". Все эти катера имели плоскодонные металлические корпуса, и вследствие недостаточных мореходных качеств высылались в море только в благоприятную погоду с обслуживанием района Анапа-Сочи. Систематическая охрана границы этими катерами не велась, а были использованы для пограничной службы лишь в особо важных случаях или же при оказии".
Далее, конечно, нам без А.Б. Широкорада - никуда, но забегая вперед, скажу, что ряд его данных, в частности, по мощностям двигателей и по скорости хода катеров расходятся с нашими данными (хотя, нельзя исключать последствий разного рода ремонтов, вплоть до полной переборки). Более того, ни справочник, ни Широкорад не приводят марку моторов бронекатеров - "IKAGAI" (со слов товарища Ткаченко - "ИКИГАТ"). Что для нашего исследования принципиально для понимания того, что замены двигателя не было. Вернее, двигателей, так как их было два, а не один, как ошибочно утверждает справочник (Широкорад здесь, однако, более точен - и мотора два, и японское их происхождение, все же, подчеркнуто).
...А по крупному счету, все широкорады не заменят в данном вопросе вот этого: http://russrivership.ru/public/files/doc1159.pdf
...И там еще ссылочка есть интересная в разделе "Основные показатели": "по материалам К.Б. Стрельбицкого".

События 1921-22 гг. Записано со слов бывшего командира 3-го отряда ЧПФ ОГПУ т. Ткаченко...
Возможно, тот самый товарищ Ткаченко (и какие люди рядом - Федор Раскольников, Лариса Рейснер - это ж, можно сказать, сама воплощенная Революция)! Если он, то прибыл на Черное море вместе с истребителем "Летучий".
"8 первой половине ноября 1919 г. красная 9-я армия начала наступление на отряды Уральской армии генерала B. C. Толстова. Волжско-Каспийская флотилия получила приказ поддержать огнем наступление и высадить десант моряков у села Ганюшкино, примерно в 100 км восточнее Астрахани.
9 ноября с наступлением темноты в море вышли три группы судов. Говоря «море», автор формально прав, но глубина там (на 1913 г.) составляла всего 1,25 сажени, то есть 2,67 м; и лишь кое-где 1,5 сажени — 3,2 м. Понятно, что красные использовали только мелкосидящие суда, зато не приходилось опасаться белых крейсеров.
В первую группу вошли плавбатарея «Сережа» (четыре 102/60-мм и одна 75/50-мм пушки) и пароход «Сыновья», буксировавший ее. Плавбатарея была отбуксирована к деревне Сафоновке. 9–10 ноября плавбатарея вела огонь по Сафоновке, которую 11 ноября заняли части 9-й армии.
Вторая группа — дозорные суда «Екатерина» и «Татарин», вооруженные пулеметами, — под командованием Шурышкина двинулась на село Утеры (Синее Морцо) с целью перерезать белым путь отступления, если они попытаются отступить из Сафоновки в Ганюшкино водой.
Третья группа — две плавбатареи (по одному 76-мм орудию на каждой) и пароход «Смотритель» (2 пулемета) — под командой начдива сторожевых судов Ткаченко двинулась для бомбардировки Сафоновки и левого фланга белых.
Любопытно, что Раскольников 6 ноября приказал командовать третьим отрядом товарищу Рейснер, но военморы Ляльку послали довольно далеко, и в донесении от 11 ноября в этой должности фигурирует уже «т. Ткаченко». Суда третьего отряда приблизились к Ганюшкино на дистанцию 4–5 кабельтовых и начали обстрел села. Однако высадить десант из 380 военморов под командованием товарища Коптева не удалось. Подул сильный северный ветер, и начался спад воды, десантные суда не смогли близко подойти к берегу, а военморы отказались лезть в холодную воду. Пришлось идти обратно".
http://coollib.net/b/193239/read

...А по крупному счету, все широкорады не заменят в данном вопросе вот этого:
http://russrivership.ru/public/files/doc1159.pdf
...И там еще ссылочка есть интересная в разделе "Основные показатели": "по материалам К.Б. Стрельбицкого".
Скоро 15 лет исполнится вот этой публикации нашего многоуважаемого коллеги: Стрельбицкий К. Речные бронекатера типа «Барс» // Моряки в Гражданской войне. М., 2000. С. 28.
Когда сборник вышел в свет, молодому историку флота Н.А. Кузнецову, ссылающемуся на эту работу в своей "Технические аспекты Гражданской войны на реках России (1918–1920 годы)", шел 22-й год. http://siberia-miniatures.ru/forum/showthread.php?tid=38&fid=12&block=10
Публикация молодого (условно) историка (1978 г.р.) вызывает вопросы. Только у него катер, в других источниках (включая К.Б. Стрельбицкого и справочник) называющийся "Кугуар", носит название "Гепард". Заслуживает ли эта информация доверия, не знаю. Но вот этот фрагмент выглядит спорно:
"При отступлении флотилии в район Тюмени катера были эвакуированы и в дальнейшем служили на реках Сибири.
Известно, что в августе – сентябре 1919 г. на Оби был сформирован дивизион катеров, в который входили «Тигр» и «Барс», а также 4 легких катера. В дальнейшем катера были захвачены Красной армией и продолжили службу в составе Советского флота".

События 1921-22 гг. Записано со слов бывшего командира 3-го отряда ЧПФ ОГПУ т. Ткаченко.
"До организации морской пограничной охраны побережья с моря охрана побережья была возложена на  Береговую Оборону МСЧМ, суда которой были дислоцированы в Туапсе в составе: "Рысь", "Пантера", "Ягуар" и "Кугуар"..."
В оригинале название четвертого бронекатера выглядит как "КИГУАР". Что не удивительно, если вспомнить мотор ИКИГАТ. Но суть не в этом. А в том, что перед нами доселе неизвестный конечный источник информации по этим бронекатерам и, конкретно, по "Кугуару". И если у К.Б. Стрельбицкого, А.Б. Широкорада, тов. Ткаченко, а также в справочнике приводится это название - откуда прокрался "Гепард" в работу Н.А. Кузнецова, отнюдь не страдающую от отсутствия библиографических и архивных ссылок? Ведь гепард и кугуар (пума), хоть и одного семейства, но кошки-то разные.
Приведенные уважаемым К.Б. Стрельбицким данные по бронированию катеров свидетельствуют о его "эксклюзивности" по отношению ко всем прочим судам (в терминологии тех лет - речным боевым кораблям) КРБФ белых:
Борт 12,7 мм
Рубка 19,0 мм
Для сравнения приведу данные уважаемого Н.А. Кузнецова по "типическому" бронированию вооруженных пароходов - судов не специальной постройки:
"Для бронирования применялись тонкие броневые листы толщиной 6-8 мм. Листы эти выделывались на Чусовском заводе. Из брони делались: а – барбеты и орудийные щиты для защиты прислуги орудий, б – пулеметные башни, в – рубка, где сосредоточено управление судном, г – дымоходы...
Подготовкой судов для вооружения и их бронированием ведал энергичный и талантливый корабельный инженер штабс-капитан Е.М. Токмаков. Он задался целью приготовить лекальную броню так, чтобы ее можно было ставить на буксирный пароход любого типа, и чтобы деревянные подкрепления палуб можно было переносить с одного судна на другое. Задачи эти были достигнуты и опыт показал, что при выводе из строя парохода можно было переносить с него вооружение и броню на другой пароход в четырехдневный срок.
Испытания брони показали, что 6 мм лист не пробивается ружейной пулей с расстояния 100 шагов".
Как видим, бронекатера обладали наилучшей противопульной защитой из всех судов белой флотилии!

На фото 1920 года, сделанном, предположительно, в Витебске (судя по очертаниям берега и постройкам на нем) - предположительно, бронекатер "Пантера", вооруженный 47-мм орудием Гочкиса и пулеметом "максим":

« Последнее редактирование: 03 Ноября 2014, 08:45:54 от Sobkor »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
Утром 23 сентября, находясь в составе группы коллег-исследователей в Центральном Пограничном музее Федеральной Службы Безопасности РФ, по случаю своего 45-летнего юбилея  ;D сделал сообщение о "колчаковском" происхождении первенцев советской морпогранохраны на Черном море. Сообщение вызвало интерес. Автор получил предложения от ряда ведомственных изданий о публикации статьи.

Егор Бероев в художественном фильме "Адмирал" совсем не похож на своего героя. На втором фото М.И. Смирнов слева от А.В. Колчака.


Командующий белой Камской речной боевой флотилией контр-адмирал М.И. Смирнов и начальник гидроавиации старший лейтенант В.М. Марченко, погибший в 1937 г. в Испании, сражаясь на стороне Франко. Обратил внимание на сапоги Марченко и вспомнил рассказы о спецсапогах для И.В. Сталина со "встроенным" высоким каблуком.
« Последнее редактирование: 08 Июня 2015, 13:14:07 от Sobkor »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
С великим трепетом начинаю публикацию своего первого опыта статьи на пограничную тематику, да еще, вдобавок, морскую. Плюс - Гражданская война, что для меня также впервые.

Первенцы советской морпогранохраны

© Роман Никитин, 2014
МОТОР ЯПОНСКИЙ, ПОГОН РОССИЙСКИЙ, ФЛОТ – ПОГРАНИЧНЫЙ!
Одними из первых, если не самыми первыми, судами молодой республики Советов, которые начали нести пограничную службу на Черном море, были бывшие колчаковские бронированные катера – таков сенсационный факт, установленный историком и журналистом Романом Никитиным в ходе работы с документальным фондом Центрального Пограничного музея ФСБ Российской Федерации.
Тем, кому «за сорок», наверняка знакома эта ироничная песенка-частушка советских лет о Верховном Правителе России адмирале А.В. Колчаке, обыгрыш которой стал заголовком статьи:
«Мундир английский,
Погон российский,
Табак японский,
Правитель – омский».
Довольно ядовитое содержание частушки, с известными оговорками, не противоречит историческим фактам. Есть сомнения по поводу табака, но вот японское происхождение моторов для бронекатеров колчаковской Камской речной боевой флотилии – соответствует истине.
Ее формирование неразрывно связано с военными победами Белого движения на востоке в конце 1918 г., после избрания адмирала Верховным Правителем России и создания Морского министерства, которым стал руководить ближайший сподвижник Александра Васильевича контр-адмирал Михаил Иванович Смирнов, с апреля 1919 г. также – командующий КРБФ. 25 декабря 1918 года 1-й Средне-Сибирский армейский корпус генерал-майора А.Н. Пепеляева (брата предсовмина колчаковского правительства), нанеся тяжелое поражение 3-й армии РККА под командованием М.М. Лашевича, вступает в Пермь. Уже в середине января на еще скованной льдом Каме начинается подготовка к созданию речной боевой флотилии. Ее структура была окончательно определена приказом начальника Штаба Верховного Главнокомандующего № 192 от 1 марта 1919 г.: штаб командующего флотилией, главная база в Перми и две опорные, а также промежуточные пункты, служба связи и три дивизиона кораблей с приданными им боевыми и вспомогательными судами и плавучими батареями. В состав каждого дивизиона должны были входить 6 вооруженных пароходов, 3 легких катера и 3 бронированных.
Командующий флотилией находился сперва в непосредственном временном, а затем в оперативном подчинении командующему Сибирской армией. Флотилию возглавил, в ранге морского министра, старый соратник А.В. Колчака контр-адмирал М.И. Смирнов.
В числе камских трофеев белых оказались более 50-ти пароходов. Как указывает историк флота Н.А. Кузнецов, еще с Речного боевого флота Народной армии Комитета членов Учредительного собрания (Комуча), действовавшего на Волге летом–осенью 1918 г. «основным типом кораблей… были вооруженные гражданские (главным образом – буксирные) пароходы. Пополнение флота корабельным составом шло двумя путями – благодаря реквизиции и вооружению гражданских пароходов и захвата вооруженных пароходов противника». При этом историк подчеркивает, что согласно терминологии того времени, «речными боевыми кораблями» назывались любые вооруженные суда.
Переоборудование мирных судов для речной войны открыло широчайшее поле для технических экспериментов флотских энтузиастов из офицерского состава, в числе которых, был, например, лейтенант В.С. Макаров – сын прославленного адмирала С.О. Макарова. Но даже на фоне таких инноваций, как съемные броневые листы и деревянные подкрепления палуб для установки орудий, особняком смотрятся 6 бронекатеров специальной постройки типа «Барс», «пограничная» судьба 4-х из которых в начале 20-х до недавнего времени оставалась тайной для всех исследователей, в том числе историков флота, которые, что греха таить, не балуют морских пограничников своим вниманием.
...Для всех, за исключением историка-ветерана погранвойск, капитана 1 ранга в отставке Ф.А. Мошкова, перед которым, впрочем, не стояла, как таковая, конкретная задача выявить колчаковское происхождение родоначальников советской морпогранохраны. Заслуживает самой высокой оценки уже одно то, что в своем кратком историческом очерке «Морская пограничная охрана России: От Петра I до наших дней» он приводит названия четырех бронекатеров типа «Барс», наряду со сторожевыми судами «Ястребом» и «Светланой» (участок Одесса – Перекоп), начавших нести службу по охране границы на Черном море в 1920-21 годах: «Охрана восточного побережья Черного моря от Анапы до Сочи возлагалась на береговую оборону Морских сил Черного моря, суда которой «Рысь», «Ягуар», «Пантера», «Кугуар» дислоцировались на Туапсе. Это были маломореходные катера, выходившие в море только в хорошую погоду». Действительно, сложно было ожидать хороших мореходных качеств от судов, предназначенных для речного плавания, но, видимо, ничего другого для организации охраны водных границ молодой республики в тот момент просто не нашлось – сам флот переживал нелегкие времена. И отнюдь не горел желанием предоставлять для охраны морских рубежей лучшее. Вот в каких, отнюдь не радующих глаз, красках живописал даже более поздний период становления погранохраны на Черном море бывший военный комиссар 19-го Очаковского, а затем 26-го Одесского погранотряда, впоследствии генерал-лейтенант К.Ф. Телегин: «…Были у нас только старые посудины, на которых мы ходили в море, хотя плавать на них было рискованно, не говоря уж о преследовании нарушителей… Турецкие контрабандисты смеялись над нами. Подойдут близко к берегу и маячат перед глазами. А когда наши «черепахи» выйдут к ним, они помашут флагами или выстрелят вверх из ружья, дадут полный ход и поминай как звали…» И хоть колчаковские трофеи к старым посудинам никак не отнести, при мало-мальском волнении на море они вполне могли угодить в те же «черепахи», только с пушками.
Если с названиями катеров и общей оценкой их мореходности все достаточно ясно, то относительно их подробных характеристик исследовательские данные до сих пор разнятся. Историк К.Б. Стрельбицкий приводит следующие тактико-технические элементы:
Водоизмещение – 15 т.
Главные размерения: длина – 18,3 м, ширина – 3 м, осадка – 0,70–0,91 м.
Механизмы: 2 бензиновых мотора «Ikagai» мощностью по 50 л.с., 2 гребных винта.
Запас топлива (бензин или керосин) максимальный – 800 кг.
Скорость хода: максимальная – 15 узлов (27,8 км/ч), экономическая – 10 узлов (18,5 км/ч).
Дальность плавания экономическим ходом – 340 км.
Бронирование: борт – 0,5 дюйма (12,7 мм), рубка – 0,75 дюйма (19 мм).
Вооружение: одна 37-мм автоматическая пушка Маклина (McLean) (боезапас 600 выстрелов) или одна 47-мм пушка Гочкиса (боезапас 812 выстрелов) и два 7,62-мм пулемета Максима образца 1910 г.
Плавсредства – шлюпка-«тузик».
Численность экипажа – до 14 человек.
Эти же данные, практически, слово в слово и цифра в цифру, указывает в своей объемной работе «Великая речная война. 1918-1920 годы» известный историк А.Б. Широкорад. Но только в той части книги, которая посвящается боевым действиям на Каме. Далее, в главе, отведенной красной Западно-Двинской речной флотилии, в составе которой позже действовали захваченные у колчаковцев «Пантера», «Рысь», «Ягуар» и «Кугуар», их основные элементы меняются. В части осадки, мощности и вооружения они теперь совпадают с приведенными в справочнике «Гражданская война в России: Черноморский флот».

Кульминационный момент. Но для исследователей, а не для широкого читателя. Ему, скорее всего, поровну все эти размерения.
...Но в сравнении с данными и Широкорада, и Стрельбицкого, в разделе справочника, отведенном Морским силам восточной части Черного моря, катера и «сужены», и «укорочены» до 2,4 м и 14,6 м соответственно. Что похоже на правду, если внимательно приглядеться к единственной сохранившейся фотографии бронекатера, предположительно, «Пантеры»: длина его там явно не под 20 метров. Также, в сопоставлении с изначальными характеристиками Стрельбицкого, в справочнике незначительно «уменьшилась» осадка (0,6 м), «возросла» до 72 л.с. мощность почему-то ставшего единственным мотора, и с судового вооружения был «снят» один пулемет «Максим». Прежними остались только водоизмещение 15 т и скорость 15 узлов.
С сожалением приходится констатировать: сведения уважаемых историков флота о бронекатерах имеют существенные расхождения. Где же искать истину в последней инстанции? «Возможно, в дальнейшем, с обнаружением новых материалов в архивах, удастся выявить более точную информацию…» - делает предположение в своей работе «Технические аспекты Гражданской войны на реках России (1918–1920 годы)» Н.А. Кузнецов. Надежде историка флота было суждено реализоваться в ЦПМ ФСБ РФ. Не берусь судить, насколько точны сведения об элементах четырех из шести судов, зане-сенные в исторический формуляр Окружной морской базы ОГПУ Северо-Кавказского края со слов бывшего командира 3-го отряда Черноморской погранфлотилии товарища Ткаченко. Ближе всего к ним – данные справочника, но точных совпадений, за исключением сведений о вооружении, нет:
«Систематическая охрана границы этими катерами не велась, - не преминув подчеркнуть малую мореходность судов, вспоминал Ткаченко. - Они использовались для пограничной службы лишь в особо важных случаях или же при оказии.
Элементы катеров были следующие:
Длина – 34 фута (10,36 м)
Ширина – 6 футов (1,83 м)
Высота борта – 2,5 фута (0,76 м)
Осадка – 1,8 футов (0,55 м)
Два мотора «ИКИГАТ» по 115 сил
Скорость хода – 7,5 узлов (13,89 км/ч)
Вооружение – 1 пушка 47-мм, 1 пулемет «максима»».
Конечно, товарищ Ткаченко – источник далеко не идеальный. К примеру, он явно исказил название японских двигателей «Ikagai», приведенное К.Б. Стрельбицким, по-видимому, верно. Но зато теперь можно быть абсолютно уверенным, что пулемет был всего один, а 47-мм орудие – это пушка французской системы «Гочкис». Что касается скорости катеров, то она необъяснимым образом существенно упала при, напротив, возросшей мощности двигателей. В то же время не приходится сомневаться, что бывалый моряк, может, и не владел ни одним иностранным языком, но определить главные размерения судна был вполне в состоянии. Как бы оно ни было, характеристики, зафиксированные в формуляре со слов Ткаченко, являются в настоящий момент «конечными» для четырех оказавшихся на Черном море катеров спецпостройки типа «Барс». Их судьба после 1922 г. пока не ясна. Исследователь С.С. Бережной приводит сведения об авариях «Кугуара» и «Рыси» во время штормов, что лишний раз подчеркивает их непригодность для охраны морских границ. И теперь уже автору впору выразить робкую надежду на обнаружение в других архивах окончания почти распутанной истории этих судов.
(Продолжение следует.)
« Последнее редактирование: 02 Декабря 2014, 03:19:18 от Nick-69 »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
Ох, уж эти историки флота - великие путаники!
К.Б. Стрельбицкий, кажется, довел до конца исследование судьбы родоначальника серии "Барса". До меня даже доходит информация о выполнении им или его сородичем "Тигром" пограничных функций (отряд назовите, пожалуйста). Но я не понимаю, как вот это, например:
БАРС, 1919, р. Амур - в 1922 г. затонул во время шторма на о. Ханка
КУГУАР, 1919 - ?
ПАНТЕРА, 1919 - ?
ТИГР, 1919, р.Амур - в 1920 г. штормом выброшен на китайский берег Амура
РЫСЬ, 1919 - ?
ЯГУАР, 1919 - ?
Библиотека корабельного инженера Е.Л.Смирнова
(по материалам К.Б. Стрельбицкого)
...соприкасается вот с этим (источник тот же):
Речной сторожевой катер "Шун-Цу"
Предположительно бывший русский речной бронекатер "Барс", построенный в 1919 году в Мотовилихе и входивший в состав белой Камской флотилии. 6.1.20 захвачен советскими частями в Красноярске и с 4.4.20 входил в состав Сибирской речной флотилии, с 3.1921 — в состав Амурской флотилии. 22.10.22 получил тяжелые повреждения в шторм на озере Ханка и оставлен своим экипажем. Перешел под китайский, с 1932 года - под маньчжурский контроль. С 1933 года входил в состав Императорского ВМФ Маньчжу-Ди-Го как речной сторожевой катер "Шун-Цу". Одновременно носил японское название "Коконое". http://www.navylib.su/ships/august-1945/16.htm
"Тигр" ли? "Барс" ли? Что поделаешь, кошки. Какая из них прокралась через небольшой проход меж затопленных "белокитайцами" судов, непонятно. Пишуть, что это был "Барс", вроде. Но в 1929 году, во время разгрома Сунгарийской флотилии манчжуров:
Остатки Сунгарийской китайской флотилии (канонерская лодка “Кианг-Хенг”, 4 вооруженных парохода и несколько малых судов) укрылись под защитой укреплений Фугдина. 29 октября тральщики советской Амурской флотилии очистили от мин подходы к Фугдину, и на утро следующего дня 4 монитора, 4 канонерские лодки, минный заградитель, 3 бронекатера, 5 транспортов и 3 баржи с десантом двинулись вверх по Сунгари. К 15 часам дорогу им преградили 7 барж и 2 парохода, затопленных белокитайцами на фарватере. Через некоторое время бронекатеру “Барс” удалось найти небольшой проход, но начинало темнеть, и корабли флотилии стали на якорь.
http://www.navy.su/daybyday/october/31/index.htm

Ох, уж эти историки флота - великие путаники!
Кто из них, став героем журналистского материала, достоин пальмовой ветви достигшего всех глубин истины по бронекатерам, я с уверенностью определить не могу. Ближе всех, пожалуй, Стрельбицкий, бывший первопроходцем и объективно сделавший больше всех. А Широкорад, как мне показалось, чаще заимствовал, чем непосредственно исследовал. Кроме того, в одной и той же работе привел разные данные, зато походя пнул Бережного за незнание особенностей каспийской навигации. Иногда мне кажется, что взаимоотношения в среде историков флота являются даже еще более непростыми, чем среди историков спецслужб. (Поэтому мы с Начкаром ни те, ни другие, а просто веселые тусовщики. Но с нами интересно.  :))
Кто еще? Очень импонирует открытостью и правильным подходом к делу Кузнецов, у которого по белым вообще все красиво. Вот с ним бы хотелось познакомиться.
« Последнее редактирование: 03 Ноября 2014, 08:50:36 от Sobkor »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
На аналогичную тему на ФПД после большого перерыва вновь обратил свое благосклонное внимание К.Б. Стрельбицкий, ставший за это время подлинным героем моего скромного очерка. Он сообщил, что очень занят на фестивале Русского Географического Общества, где, кстати, общается с другим героем очерка - Н.А. Кузнецовым.
Мой восторг по прочтении сообщения К.Б. Стрельбицкого был неподдельным:
"Уважаемый коллега!
Так передавайте привет уважаемому Никите Анатольевичу!
Интересной и плодотворной работы желаю вам обоим!
Статью в целостном виде выложить пока не могу, так как передал ее в журнал "Пограничник".
Но возможность вносить правки еще сохраняется, и они делаются. Прежде всего, в части историй "Барса" и "Тигра" (если не последует подтверждения несения ими погранслужбы, увы...), возможно, "золотовско-петроградского" происхождения "Летучего" (хотя, можно и закавыченную "Ленинградскую постройку" от Ткаченко оставить - спецы поймут).
Там дальше появятся новые интересные действующие лица, и в их числе, например, известный "моряк", "правая рука" Н.И. Ежова - М.П. Фриновский.
Имел возможность заглянуть в справочник Бережного на предмет катеров... Что тут сказать? Сведения о том, что некоторые катера пострадали от штормов уже на Черном море - интересны. Но 3-й отряд был именно морпогранотрядом согласно штатке конца 1922 г., в составе МСЧМ его не было никогда".
Кстати, о Бережном. У меня нет повода не относиться с уважением к вкладу С.С. Бережного во флотскую историческую науку. И А.Б. Широкорад, конечно, за уши притянул, якобы, незнание им навигации Каспийского моря, к своим рассуждениям о его лоции. Но некоторых моментов, признаться, не понимаю.
"Катер "Тигр" в 1922 г. был перевезен на Амур и передан пограничникам. Погиб в результате аварии в 1924 г."
Это же, вроде, из справочника С.С. Бережного?
Как тогда быть с этим? (И это не вторичные источники!)
Фонд Р-417
АМУРСКАЯ КРАСНОЗНАМЕННАЯ ВОЕННАЯ ФЛОТИЛИЯ
Амурская флотилия. Хабаровск. Благовещенск. 1917-1927.
Дальневосточная военная флотилия. Хабаровск. 1927-1931.
Амурская Краснознаменная военная флотилия. Хабаровск. 1931-...
Опись 2
Оперативный отдел. Отдел боевой подготовки.
1921-1936 гг.
13 ед.хр.
Дело № 8. Рапорт военного моряка В.Ф.Гудкова начальнику МСДВ об обстоятельствах захвата китайцами бронекатера "Тигр" и переписка по вопросу возвращения катера флотилии. 02.1925 - 12.1925   
Дело № 9. Материалы по организации и отправке экспедиции на озеро Ханка для приема от китайских властей бронекатера "Тигр". 04.1925 - 06.1925.
« Последнее редактирование: 03 Ноября 2014, 08:51:13 от Sobkor »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
...Кстати, о Бережном. У меня нет повода не относиться с уважением к вкладу С.С. Бережного во флотскую историческую науку. И А.Б. Широкорад, конечно, за уши притянул, якобы, незнание им навигации Каспийского моря, к своим рассуждениям о его лоции. Но некоторых моментов, признаться, не понимаю.
"Катер "Тигр" в 1922 г. был перевезен на Амур и передан пограничникам. Погиб в результате аварии в 1924 г."
Это же, вроде, из справочника С.С. Бережного?
Как тогда быть с этим? (И это не вторичные источники!)
Фонд Р-417
АМУРСКАЯ КРАСНОЗНАМЕННАЯ ВОЕННАЯ ФЛОТИЛИЯ
Амурская флотилия. Хабаровск. Благовещенск. 1917-1927.
Дальневосточная военная флотилия. Хабаровск. 1927-1931.
Амурская Краснознаменная военная флотилия. Хабаровск. 1931-...
Опись 2
Оперативный отдел. Отдел боевой подготовки.
1921-1936 гг.
13 ед.хр.
Дело № 8. Рапорт военного моряка В.Ф.Гудкова начальнику МСДВ об обстоятельствах захвата китайцами бронекатера "Тигр" и переписка по вопросу возвращения катера флотилии. 02.1925 - 12.1925   
Дело № 9. Материалы по организации и отправке экспедиции на озеро Ханка для приема от китайских властей бронекатера "Тигр". 04.1925 - 06.1925.

В связи с этим внес небольшое, но существенное изменение в текст статьи и, соответственно, исправил и тут выше:
"Их /4-х катеров/ судьба после 1922 г. пока не ясна. Исследователь С.С. Бережной приводит сведения об авариях «Кугуара» и «Рыси» во время штормов, что лишний раз подчеркивает их непригодность для охраны морских границ".
Абсолютно не удивлюсь, если, несмотря на весь авторитет Бережного, рано или поздно выяснится, что и аварии, и шторма в этой истории тоже перепутались. Так сказать, географически: говорим "Черное море", подразумеваем "Амур" и "Ханка". Или наоборот.
Полностью материал о бронекатерах будет опубликован в одном из номеров журнала "Пограничник" в 2015 году.
« Последнее редактирование: 07 Декабря 2014, 14:18:11 от Sobkor »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
На фото 1920 года, сделанном, предположительно, в Витебске (судя по очертаниям берега и постройкам на нем) - предположительно, бронекатер "Пантера", вооруженный 47-мм орудием Гочкиса и пулеметом "максим":

Помощь в локализации изображения оказывает заместитель директора по науке Витебского областного краеведческого музея Валерий Шишанов. По его версии, фото могло быть сделано и в Полоцке.
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
С великим трепетом начинаю публикацию своего первого опыта статьи на пограничную тематику, да еще, вдобавок, морскую. Плюс - Гражданская война, что для меня также впервые.

Первенцы советской морпогранохраны

© Роман Никитин, 2014
МОТОР ЯПОНСКИЙ, ПОГОН РОССИЙСКИЙ, ФЛОТ – ПОГРАНИЧНЫЙ!
Одними из первых, если не самыми первыми, судами молодой республики Советов, которые начали нести пограничную службу на Черном море, были бывшие колчаковские бронированные катера – таков сенсационный факт, установленный историком и журналистом Романом Никитиным в ходе работы с документальным фондом Центрального Пограничного музея ФСБ Российской Федерации.
Тем, кому «за сорок», наверняка знакома эта ироничная песенка-частушка советских лет о Верховном Правителе России адмирале А.В. Колчаке, обыгрыш которой стал заголовком статьи:
«Мундир английский,
Погон российский,
Табак японский,
Правитель – омский».
Довольно ядовитое содержание частушки, с известными оговорками, не противоречит историческим фактам. Есть сомнения по поводу табака, но вот японское происхождение моторов для бронекатеров колчаковской Камской речной боевой флотилии – соответствует истине.
Ее формирование неразрывно связано с военными победами Белого движения на востоке в конце 1918 г., после избрания адмирала Верховным Правителем России и создания Морского министерства, которым стал руководить ближайший сподвижник Александра Васильевича контр-адмирал Михаил Иванович Смирнов, с апреля 1919 г. также – командующий КРБФ. 25 декабря 1918 года 1-й Средне-Сибирский армейский корпус генерал-майора А.Н. Пепеляева (брата предсовмина колчаковского правительства), нанеся тяжелое поражение 3-й армии РККА под командованием М.М. Лашевича, вступает в Пермь. Уже в середине января на еще скованной льдом Каме начинается подготовка к созданию речной боевой флотилии. Ее структура была окончательно определена приказом начальника Штаба Верховного Главнокомандующего № 192 от 1 марта 1919 г.: штаб командующего флотилией, главная база в Перми и две опорные, а также промежуточные пункты, служба связи и три дивизиона кораблей с приданными им боевыми и вспомогательными судами и плавучими батареями. В состав каждого дивизиона должны были входить 6 вооруженных пароходов, 3 легких катера и 3 бронированных.
Командующий флотилией находился сперва в непосредственном временном, а затем в оперативном подчинении командующему Сибирской армией. Флотилию возглавил, в ранге морского министра, старый соратник А.В. Колчака контр-адмирал М.И. Смирнов.
В числе камских трофеев белых оказались более 50-ти пароходов. Как указывает историк флота Н.А. Кузнецов, еще с Речного боевого флота Народной армии Комитета членов Учредительного собрания (Комуча), действовавшего на Волге летом–осенью 1918 г. «основным типом кораблей… были вооруженные гражданские (главным образом – буксирные) пароходы. Пополнение флота корабельным составом шло двумя путями – благодаря реквизиции и вооружению гражданских пароходов и захвата вооруженных пароходов противника». При этом историк подчеркивает, что согласно терминологии того времени, «речными боевыми кораблями» назывались любые вооруженные суда.
Переоборудование мирных судов для речной войны открыло широчайшее поле для технических экспериментов флотских энтузиастов из офицерского состава, в числе которых, был, например, лейтенант В.С. Макаров – сын прославленного адмирала С.О. Макарова. Но даже на фоне таких инноваций, как съемные броневые листы и деревянные подкрепления палуб для установки орудий, особняком смотрятся 6 бронекатеров специальной постройки типа «Барс», «пограничная» судьба 4-х из которых в начале 20-х до недавнего времени оставалась тайной для всех исследователей, в том числе историков флота, которые, что греха таить, не балуют морских пограничников своим вниманием.
...Для всех, за исключением историка-ветерана погранвойск, капитана 1 ранга в отставке Ф.А. Мошкова, перед которым, впрочем, не стояла, как таковая, конкретная задача выявить колчаковское происхождение родоначальников советской морпогранохраны. Заслуживает самой высокой оценки уже одно то, что в своем кратком историческом очерке «Морская пограничная охрана России: От Петра I до наших дней» он приводит названия четырех бронекатеров типа «Барс», наряду со сторожевыми судами «Ястребом» и «Светланой» (участок Одесса – Перекоп), начавших нести службу по охране границы на Черном море в 1920-21 годах: «Охрана восточного побережья Черного моря от Анапы до Сочи возлагалась на береговую оборону Морских сил Черного моря, суда которой «Рысь», «Ягуар», «Пантера», «Кугуар» дислоцировались на Туапсе. Это были маломореходные катера, выходившие в море только в хорошую погоду». Действительно, сложно было ожидать хороших мореходных качеств от судов, предназначенных для речного плавания, но, видимо, ничего другого для организации охраны водных границ молодой республики в тот момент просто не нашлось – сам флот переживал нелегкие времена. И отнюдь не горел желанием предоставлять для охраны морских рубежей лучшее. Вот в каких, отнюдь не радующих глаз, красках живописал даже более поздний период становления погранохраны на Черном море бывший военный комиссар 19-го Очаковского, а затем 26-го Одесского погранотряда, впоследствии генерал-лейтенант К.Ф. Телегин: «…Были у нас только старые посудины, на которых мы ходили в море, хотя плавать на них было рискованно, не говоря уж о преследовании нарушителей… Турецкие контрабандисты смеялись над нами. Подойдут близко к берегу и маячат перед глазами. А когда наши «черепахи» выйдут к ним, они помашут флагами или выстрелят вверх из ружья, дадут полный ход и поминай как звали…» И хоть колчаковские трофеи к старым посудинам никак не отнести, при мало-мальском волнении на море они вполне могли угодить в те же «черепахи», только с пушками.
Если с названиями катеров и общей оценкой их мореходности все достаточно ясно, то относительно их подробных характеристик исследовательские данные до сих пор разнятся. Историк К.Б. Стрельбицкий приводит следующие тактико-технические элементы:
Водоизмещение – 15 т.
Главные размерения: длина – 18,3 м, ширина – 3 м, осадка – 0,70–0,91 м.
Механизмы: 2 бензиновых мотора «Ikagai» мощностью по 50 л.с., 2 гребных винта.
Запас топлива (бензин или керосин) максимальный – 800 кг.
Скорость хода: максимальная – 15 узлов (27,8 км/ч), экономическая – 10 узлов (18,5 км/ч).
Дальность плавания экономическим ходом – 340 км.
Бронирование: борт – 0,5 дюйма (12,7 мм), рубка – 0,75 дюйма (19 мм).
Вооружение: одна 37-мм автоматическая пушка Маклина (McLean) (боезапас 600 выстрелов) или одна 47-мм пушка Гочкиса (боезапас 812 выстрелов) и два 7,62-мм пулемета Максима образца 1910 г.
Плавсредства – шлюпка-«тузик».
Численность экипажа – до 14 человек.
Эти же данные, практически, слово в слово и цифра в цифру, указывает в своей объемной работе «Великая речная война. 1918-1920 годы» известный историк А.Б. Широкорад. Но только в той части книги, которая посвящается боевым действиям на Каме. Далее, в главе, отведенной красной Западно-Двинской речной флотилии, в составе которой позже действовали захваченные у колчаковцев «Пантера», «Рысь», «Ягуар» и «Кугуар», их основные элементы меняются. В части осадки, мощности и вооружения они теперь совпадают с приведенными в справочнике «Гражданская война в России: Черноморский флот».

Кульминационный момент. Но для исследователей, а не для широкого читателя. Ему, скорее всего, поровну все эти размерения.
...Но в сравнении с данными и Широкорада, и Стрельбицкого, в разделе справочника, отведенном Морским силам восточной части Черного моря, катера и «сужены», и «укорочены» до 2,4 м и 14,6 м соответственно. Что похоже на правду, если внимательно приглядеться к единственной сохранившейся фотографии бронекатера, предположительно, «Пантеры»: длина его там явно не под 20 метров. Также, в сопоставлении с изначальными характеристиками Стрельбицкого, в справочнике незначительно «уменьшилась» осадка (0,6 м), «возросла» до 72 л.с. мощность почему-то ставшего единственным мотора, и с судового вооружения был «снят» один пулемет «Максим». Прежними остались только водоизмещение 15 т и скорость 15 узлов.
С сожалением приходится констатировать: сведения уважаемых историков флота о бронекатерах имеют существенные расхождения. Где же искать истину в последней инстанции? «Возможно, в дальнейшем, с обнаружением новых материалов в архивах, удастся выявить более точную информацию…» - делает предположение в своей работе «Технические аспекты Гражданской войны на реках России (1918–1920 годы)» Н.А. Кузнецов. Надежде историка флота было суждено реализоваться в ЦПМ ФСБ РФ. Не берусь судить, насколько точны сведения об элементах четырех из шести судов, зане-сенные в исторический формуляр Окружной морской базы ОГПУ Северо-Кавказского края со слов бывшего командира 3-го отряда Черноморской погранфлотилии товарища Ткаченко. Ближе всего к ним – данные справочника, но точных совпадений, за исключением сведений о вооружении, нет:
«Систематическая охрана границы этими катерами не велась, - не преминув подчеркнуть малую мореходность судов, вспоминал Ткаченко. - Они использовались для пограничной службы лишь в особо важных случаях или же при оказии.
Элементы катеров были следующие:
Длина – 34 фута (10,36 м)
Ширина – 6 футов (1,83 м)
Высота борта – 2,5 фута (0,76 м)
Осадка – 1,8 футов (0,55 м)
Два мотора «ИКИГАТ» по 115 сил
Скорость хода – 7,5 узлов (13,89 км/ч)
Вооружение – 1 пушка 47-мм, 1 пулемет «максима»».
Конечно, товарищ Ткаченко – источник далеко не идеальный. К примеру, он явно исказил название японских двигателей «Ikagai», приведенное К.Б. Стрельбицким, по-видимому, верно. Но зато теперь можно быть абсолютно уверенным, что пулемет был всего один, а 47-мм орудие – это пушка французской системы «Гочкис». Что касается скорости катеров, то она необъяснимым образом существенно упала при, напротив, возросшей мощности двигателей. В то же время не приходится сомневаться, что бывалый моряк, может, и не владел ни одним иностранным языком, но определить главные размерения судна был вполне в состоянии. Как бы оно ни было, характеристики, зафиксированные в формуляре со слов Ткаченко, являются в настоящий момент «конечными» для четырех оказавшихся на Черном море катеров спецпостройки типа «Барс». Их судьба после 1922 г. пока не ясна. Исследователь С.С. Бережной приводит сведения об авариях «Кугуара» и «Рыси» во время штормов, что лишний раз подчеркивает их непригодность для охраны морских границ. И теперь уже автору впору выразить робкую надежду на обнаружение в других архивах окончания почти распутанной истории этих судов.
(Продолжение следует.)

Как мне сообщили в редакции журнала "Пограничник", полностью материал выйдет в 7-м, "морском", номере.
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
Из моей почты:
- № 15 от 8 июня 2015 г.
Здравствуйте уважаемый товарищ Никитин!
Вот уже несколько лет Белорусский союз офицеров и Белорусский союз военных моряков по крупицам восстанавливают историю морской славы Беларуси. Так в 2014 году мы увековечили память вице-адмирала Повалишина И.А одного из 8 российских адмиралов кавалеров ордена «Святого Георгия», который жил, умер и был похоронен в Беларуси в 1799 году.
 4-6 июля этого года мы собираемся пройти на катамаранах по Западной Двине по местам боевых действий Западно-двинской военной флотилии, которая была создана и вела боевые действия в годы гражданской войны на территории Витебской области. К сожалению, мы располагаем очень скудной информацией о флотилии. Обратится к Вам за помощью, посоветовал заместитель директора по науке Витебского областного краеведческого музея Шишанов Валерий Алексеевич. Убедительно просим Вас поделиться имеющейся у Вас информацией о Западно-двинской военной флотилии.
Очень надеемся на Вашу помощь!
Заместитель председателя Витебского областного совета ОО «Белорусский Союз офицеров» капитан 2 ранга запаса С.С. Денисов.


Мой ответ:
- Здравствуйте, уважаемый товарищ Денисов!
Высылаю Вам во вложении свою большую статью о бывших колчаковских бронекатерах, которые входили в состав Западно-Двинской флотилии. Сокращенный вариант этого материала должен выйти ко Дню ВМФ в журнале "Пограничник". Также высылаю иллюстрации к материалу. Не буду возражать против любого его использования со ссылкой на меня, включая публикации в Витебской прессе, где у меня однажды уже выходила статья.
Кроме того, основным открытым источником по Западно-Двинской флотилии является этот:
http://militera.lib.ru/h/shirokorad_ab3/index.html
С уважением, Роман Никитин.
« Последнее редактирование: 08 Июня 2015, 13:30:07 от Sobkor »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
Как мне сообщили в редакции журнала "Пограничник", полностью материал выйдет в 7-м, "морском", номере.

Как всегда - полный авторский вариант материала:

Первенцы советской морпогранохраны

МОТОР ЯПОНСКИЙ, ПОГОН РОССИЙСКИЙ, ФЛОТ – ПОГРАНИЧНЫЙ!
Одними из первых, если не самыми первыми, судами молодой республики Советов, которые начали нести пограничную службу на Черном море, были бывшие колчаковские бронированные катера – таков сенсационный факт, установленный историком и журналистом Романом Никитиным в ходе работы с документальным фондом Центрального Пограничного музея ФСБ Российской Федерации.

Тем, кому «за сорок», наверняка знакома эта ироничная песенка-частушка советских лет о Верховном Правителе России адмирале А.В. Колчаке, обыгрыш которой стал заголовком статьи:
«Мундир английский,
Погон российский,
Табак японский,
Правитель – омский».
Довольно ядовитое содержание частушки, с известными оговорками, не противоречит историческим фактам. Есть сомнения по поводу табака, но вот японское происхождение моторов для бронекатеров колчаковской Камской речной боевой флотилии – соответствует истине.
Ее формирование неразрывно связано с военными победами Белого движения на востоке в конце 1918 г., после избрания адмирала Верховным Правителем России и создания Морского министерства, которым стал руководить ближайший сподвижник Александра Васильевича контр-адмирал Михаил Иванович Смирнов, с апреля 1919 г. также – командующий КРБФ. 25 декабря 1918 года 1-й Средне-Сибирский армейский корпус генерал-майора А.Н. Пепеляева (брата предсовмина колчаковского правительства), нанеся тяжелое поражение 3-й армии РККА под командованием М.М. Лашевича, вступает в Пермь. Уже в середине января на еще скованной льдом Каме начинается подготовка к созданию речной боевой флотилии. Ее структура была окончательно определена приказом начальника Штаба Верховного Главнокомандующего № 192 от 1 марта 1919 г.: штаб командующего флотилией, главная база в Перми и две опорные, а также промежуточные пункты, служба связи и три дивизиона кораблей с приданными им боевыми и вспомогательными судами и плавучими батареями. В состав каждого дивизиона должны были входить 6 вооруженных пароходов, 3 легких катера и 3 бронированных.
Командующий флотилией находился сперва в непосредственном временном, а затем в оперативном подчинении командующему Сибирской армией. Флотилию возглавил, в ранге морского министра, старый соратник А.В. Колчака контр-адмирал М.И. Смирнов.
В числе камских трофеев белых оказались более 50-ти пароходов. Как указывает историк флота Н.А. Кузнецов, еще с Речного боевого флота Народной армии Комитета членов Учредительного собрания (Комуча), действовавшего на Волге летом–осенью 1918 г. «основным типом кораблей… были вооруженные гражданские (главным образом – буксирные) пароходы. Пополнение флота корабельным составом шло двумя путями – благодаря реквизиции и вооружению гражданских пароходов и захвата вооруженных пароходов противника». При этом историк подчеркивает, что согласно терминологии того времени, «речными боевыми кораблями» назывались любые вооруженные суда.
Переоборудование мирных судов для речной войны открыло широчайшее поле для технических экспериментов флотских энтузиастов из офицерского состава, в числе которых, был, например, лейтенант В.С. Макаров – сын прославленного адмирала С.О. Макарова. Но даже на фоне таких инноваций, как съемные броневые листы и деревянные подкрепления палуб для установки орудий, особняком смотрятся 6 бронекатеров специальной постройки типа «Барс», «пограничная» судьба 4-х из которых в начале 20-х до недавнего времени оставалась тайной для всех исследователей, в том числе историков флота, которые, что греха таить, не балуют морских пограничников своим вниманием. Для всех, за исключением историка-ветерана погранвойск, капитана 1 ранга в отставке Ф.А. Мошкова, перед которым, впрочем, не стояла, как таковая, конкретная задача выявить колчаковское происхождение родоначальников советской морпогранохраны. Заслуживает самой высокой оценки уже одно то, что в своем кратком историческом очерке «Морская пограничная охрана России: От Петра I до наших дней» он приводит названия четырех бронекатеров типа «Барс», наряду со сторожевыми судами «Ястребом» и «Светланой» (участок Одесса – Перекоп), начавших нести службу по охране границы на Черном море в 1920-21 годах: «Охрана восточного побережья Черного моря от Анапы до Сочи возлагалась на береговую оборону Морских сил Черного моря, суда которой «Рысь», «Ягуар», «Пантера», «Кугуар» дислоцировались на Туапсе. Это были маломореходные катера, выходившие в море только в хорошую погоду». Действительно, сложно было ожидать хороших мореходных качеств от судов, предназначенных для речного плавания, но, видимо, ничего другого для организации охраны водных границ молодой республики в тот момент просто не нашлось – сам флот переживал нелегкие времена. И отнюдь не горел желанием предоставлять для охраны морских рубежей лучшее. Вот в каких, отнюдь не радующих глаз, красках живописал даже более поздний период становления погранохраны на Черном море бывший военный комиссар 19-го Очаковского, а затем 26-го Одесского погранотряда, впоследствии генерал-лейтенант К.Ф. Телегин: «…Были у нас только старые посудины, на которых мы ходили в море, хотя плавать на них было рискованно, не говоря уж о преследовании нарушителей… Турецкие контрабандисты смеялись над нами. Подойдут близко к берегу и маячат перед глазами. А когда наши «черепахи» выйдут к ним, они помашут флагами или выстрелят вверх из ружья, дадут полный ход и поминай как звали…» И хоть колчаковские трофеи к старым посудинам никак не отнести, при мало-мальском волнении на море они вполне могли угодить в те же «черепахи», только с пушками.

Если с названиями катеров и общей оценкой их мореходности все достаточно ясно, то относительно их подробных характеристик исследовательские данные до сих пор разнятся. Историк К.Б. Стрельбицкий приводит следующие тактико-технические элементы:
Водоизмещение – 15 т.
Главные размерения: длина – 18,3 м, ширина – 3 м, осадка – 0,70–0,91 м.
Механизмы: 2 бензиновых мотора «Ikagai» мощностью по 50 л.с., 2 гребных винта.
Запас топлива (бензин или керосин) максимальный – 800 кг.
Скорость хода: максимальная – 15 узлов (27,8 км/ч), экономическая – 10 узлов (18,5 км/ч).
Дальность плавания экономическим ходом – 340 км.
Бронирование: борт – 0,5 дюйма (12,7 мм), рубка – 0,75 дюйма (19 мм).
Вооружение: одна 37-мм автоматическая пушка Маклина (McLean) (боезапас 600 выстрелов) или одна 47-мм пушка Гочкиса (боезапас 812 выстрелов) и два 7,62-мм пулемета Максима образца 1910 г.
Плавсредства – шлюпка-«тузик».
Численность экипажа – до 14 человек.

Эти же данные, практически, слово в слово и цифра в цифру, указывает в своей объемной работе «Великая речная война. 1918-1920 годы» известный писатель-историк А.Б. Широкорад. Но только в той части книги, которая посвящается боевым действиям на Каме. Далее, в главе, отведенной красной Западно-Двинской речной флотилии, в составе которой позже действовали захваченные у колчаковцев «Пантера», «Рысь», «Ягуар» и «Кугуар», их основные элементы меняются. В части осадки, мощности и вооружения они теперь совпадают с приведенными в справочнике «Гражданская война в России: Черноморский флот». Но в сравнении с данными и Широкорада, и Стрельбицкого, в разделе справочника, отведенном Морским силам восточной части Черного моря, катера и «сужены», и «укорочены» до 2,4 м и 14,6 м соответственно. Что похоже на правду, если внимательно приглядеться к единственной сохранившейся фотографии бронекатера, предположительно, «Пантеры»: длина его там явно не под 20 метров. Также, в сопоставлении с изначальными характеристиками Стрельбицкого, в справочнике незначительно «уменьшилась» осадка (0,6 м), «возросла» до 72 л.с. мощность почему-то ставшего единственным мотора, и с судового вооружения был «снят» один пулемет «Максим». Прежними остались только водоизмещение 15 т и скорость 15 узлов.
С сожалением приходится констатировать: сведения уважаемых историков флота о бронекатерах имеют существенные расхождения. Где же искать истину в последней инстанции? «Возможно, в дальнейшем, с обнаружением новых материалов в архивах, удастся выявить более точную информацию…» - делает предположение в своей работе «Технические аспекты Гражданской войны на реках России (1918–1920 годы)» Н.А. Кузнецов. Надежде историка флота было суждено реализоваться в ЦПМ ФСБ РФ. Не берусь судить, насколько точны сведения об элементах четырех из шести судов, занесенные в исторический формуляр Окружной морской базы ОГПУ Северо-Кавказского края со слов бывшего командира 3-го отряда Черноморской погранфлотилии товарища Ткаченко. Ближе всего к ним – данные справочника, но точных совпадений, за исключением сведений о вооружении, нет:
«Систематическая охрана границы этими катерами не велась, - не преминув подчеркнуть малую мореходность судов, вспоминал Ткаченко. - Они использовались для пограничной службы лишь в особо важных случаях или же при оказии.
Элементы катеров были следующие:
Длина – 34 фута (10,36 м)
Ширина – 6 футов (1,83 м)
Высота борта – 2,5 фута (0,76 м)
Осадка – 1,8 футов (0,55 м)
Два мотора «ИКИГАТ» по 115 сил
Скорость хода – 7,5 узлов (13,89 км/ч)
Вооружение – 1 пушка 47-мм, 1 пулемет «Максима»».

Конечно, товарищ Ткаченко – источник далеко не идеальный. К примеру, он явно исказил название японских двигателей «Ikagai», приведенное К.Б. Стрельбицким, по-видимому, верно. Но зато теперь можно быть абсолютно уверенным, что пулемет был всего один, а 47-мм орудие – это пушка французской системы «Гочкис». Что касается скорости катеров, то она необъяснимым образом существенно упала при, напротив, возросшей мощности двигателей. В то же время не приходится сомневаться, что бывалый моряк, может, и не владел ни одним иностранным языком, но определить главные размерения судна был вполне в состоянии. Как бы оно ни было, характеристики, зафиксированные в формуляре со слов Ткаченко, являются в настоящий момент «конечными» для четырех оказавшихся на Черном море катеров спецпостройки типа «Барс». Их судьба после 1922 г. пока не ясна. Исследователь С.С. Бережной приводит сведения об авариях «Кугуара» и «Рыси» во время штормов, что лишний раз подчеркивает их непригодность для охраны морских границ. И теперь уже автору впору выразить робкую надежду на обнаружение в других архивах окончания почти распутанной истории этих судов.
Интересна фигура самого Ткаченко. Есть основания полагать, что его судьба связана с деятельностью таких легендарных большевиков, как Лариса Рейснер и Федор Раскольников. На Черном море он оказался, по всей видимости, после Каспийского, где в Гражданскую служил в должности начальника дивизиона сторожевых судов Волжско-Каспийской флотилии. А.Б. Широкорад приводит любопытные подробности того, как 9 ноября 1919 г. некий товарищ Ткаченко возглавил десантный отряд вместо Ларисы Рейснер: «В первой половине ноября 1919 г. красная 9-я армия начала наступление на отряды Уральской армии генерала B.C. Толстова. Волжско-Каспийская флотилия получила приказ поддержать огнем наступление и высадить десант моряков у села Ганюшкино, примерно в 100 км восточнее Астрахани… Третья группа — две плавбатареи (по одному 76-мм орудию на каждой) и пароход «Смотритель» (2 пулемета) — под командой начдива сторожевых судов Ткаченко двинулась для бомбардировки деревни Сафоновки и левого фланга белых… Любопытно, что Раскольников 6 ноября приказал командовать третьим отрядом товарищу Рейснер, но военморы Ляльку послали довольно далеко, и в донесении от 11 ноября в этой должности фигурирует уже т. Ткаченко».
Кстати, именно с Каспия прибыл на Азовское море в сентябре 1920 г. истребитель «Летучий», как указано в историческом формуляре Окружной морбазы ОГПУ СКК, «постройки Ленинградской верфи», на заре советской морпогранохраны составивший «компанию» четырем колчаковским катерам. (Вероятно, под Ленинградской верфью имеется в виду либо верфь А. Золотова, либо «Северного товарищества промышленности и торговли», обе на 1918 г., год достройки катеров - петроградские.) Но это было уже на Черном море, где «Летучему» удалось себя проявить. Судя по немногочисленным сведениям в разделе "Караульно-сторожевая служба", эпохе НЭПа пограничники были «обязаны» турецкой контрабандой, борьбу с которой вел в 1923 г. 3-й отряд Черноморпогранфлотилии ОГПУ. Более других отличился экипаж истребителя «Летучий». Со слов бывшего командира отряда Ткаченко фиксируются два эпизода в августе и сентябре 1923 г. Одно судно с контрабандой было задержано командиром «Летучего» Павловским между Лазаревским и Туапсе, второе, носившее имя «Илдыз» и имевшее контрабандный груз галантерейных товаров - в районе Туапсинской комендатуры. Эта парусно-моторная фелюга впоследствии вошла в списки судового состава погранфлотилии.
 
Но вернемся к бронекатерам типа «Барс» - к самому началу их речных и морских приключений - в 1919 год, на Каму, в Пермь. С полным занятием Урала в распоряжении белых оказался могучий промышленный потенциал региона, который они постарались, в числе прочего, использовать и для нужд Камской флотилии. По сведениям Н.А. Кузнецова, катера были построены на заводе братьев Каменских в Перми (в других источниках указываются Мотовилихинский завод или заводы) по проекту инженер-механика лейтенанта М.А. Нечаева. «На катера предполагалось устанавливать бензиновые моторы мощностью 50 л. с. японского производства, ранее установленные на понтонах, предназначенных для инженерного ведомства (первоначально предполагалась установка автомобильных моторов, снятых с неисправных машин)... Бронированный катер предполагалось вооружить 3" орудием на установке системы лейтенанта В.С. Макарова (для этого была специально разработана низкая тумба). Катер был бронирован листами стали толщиной 6 мм… Немало проблем доставляли японские моторы, оказавшиеся довольно ненадежными». К.Б. Стрельбицкий приводит данные, свидетельствующие о том, что, напротив, катера имели специальное и наилучшее бронирование из всех колчаковских камских боевых судов: борт – 12,7 мм, рубка – 19,0 мм.
Кузнецов пишет, что «к 8 июня 1919 г. в разной степени готовности находились бронированные катера, получившие названия «Рысь», «Пантера», «Ягуар», «Гепард», «Барс» и «Тигр»». К сожалению, факт существования катера с названием «Гепард» другими источниками, в том числе документальными, не подтверждается – вне всякого сомнения, это был «Кугуар», со слов Ткаченко упомянутый в историческом формуляре как «Кигуар». В то же время, указание историка на разную степень готовности катеров отчасти объясняет факт их захвата красными. Вполне вероятно, что контр-адмирал М.И. Смирнов просто не счел необходимым уничтожить при отступлении недостроенные суда.
20 июня 1919 г. начинается Пермская операция Красной Армии. 2-я армия, которой командовал В.И. Шорин, вела наступление на Пермь с юга, через Кунгур. 3-я армия командарма С.А. Меженинова наступала с северо-запада и запада. В условиях постоянного отступления белой Сибирской армии участь Камской речной флотилии, до этого не без успеха противостоявшей Волжской флотилии красных, оказалась предрешена: невозможно владеть рекой, не обладая ее берегами. 21 июня 1919 года части 2-й армии форсировали Каму в районе Осы и двинулись на Кунгур, заходя белым в тыл. 30 июня 29-я стрелковая дивизия 3-й армии форсировала Каму севернее Перми. И Пермь, и Кунгур были заняты РККА в один день, 1 июля 1919 г. Любопытно, что Волжской флотилией командовал человек, как и его белый визави носивший фамилию Смирнов. И даже отчества у командующих флотилиями совпадали – оба они были Ивановичами. Красный Смирнов – это не кто иной, как участник Октябрьской революции Петр Иванович Смирнов-Светловский. Чем он только в своей жизни не командовал – и даже «челюскинцев» спасал на ледоколе «Красин». В 1938 г. в звании флагмана флота 2-го ранга П.И. Смирнов-Светловский становится первым заместителем наркома Военно-морского флота СССР. А по некоторым оценкам, его фактическим руководителем, учитывая то, что в наркомы определили бывшую «правую руку» Н.И. Ежова по НКВД, М.П. Фриновского - человека, от флота далекого, если, конечно, не считать его краткое пребывание в должности начальника пограничной охраны Черноморского побережья Северо-Кавказского края в 1925 году. И здесь, в Новороссийске, ему было не миновать встречи с уже знакомым нам Ткаченко, который в январе 1925 г. был понижен до командира катера-истребителя «Дельный». Вот какими причудливыми зигзагами истории и человеческих судеб возвращаемся мы, в очередной раз, к «героям» статьи – катерам специальной постройки типа «Барс».
 
Итак, в самом конце июня 1919 г. белые оставили Пермь. Перед этим контр-адмирал М.И. Смирнов приказал, предварительно разоружив, уничтожить большую часть боевой флотилии вместе с транспортными судами на впадающей в Каму выше Перми реке Чусовой, для чего из береговых резервуаров выпустили 200 тысяч пудов керосина, а затем... Очевидцы свидетельствовали, что полыхало до самой Перми, а обгорелые остовы попадались аж близ устья Камы. Фрагменты отчета специального уполномоченного Совнаркома и Главода В.М. Зайцева дают представление, среди какого разгрома и пепелища были обретены красными чудом уцелевшие «Пантера», «Ягуар», «Кугуар» и «Рысь»: «Что пришлось увидеть, превзошло всякие предположения. Всюду, насколь хватало поля зрения, виднелись остовы догоравших и плавающих судов. Ужасная огненная вакханалия витала, видимо, здесь широко. То тут, то там из воды торчали головни от полузатонувших днищ барж, пристаней и подчалков. Описать все, что открылось пред глазами, нет никакой возможности, — это было что-то невероятное».
Справедливости ради, следует отметить, что не все суда были потеряны колчаковцами на Каме и Чусовой. Некоторые удалось эвакуировать, и в их числе «Тигр» и «Барс» - родоначальник серии бронекатеров. Кузнецов и Стрельбицкий приводят сведения о том, что их следы обнаруживаются на Оби, а затем на Амуре, причем, по другим сведениям, один из них в 1929 году принимал участие в конфликте из-за КВЖД. Оказавшаяся в руках красных оставшаяся четверка катеров в октябре 1919 г. была передана в Астрахань в состав Волжско-Каспийской военной флотилии. И, возможно, там их впервые увидел будущий начальник 3-го отряда Черноморпогранфлотилии ОГПУ Ткаченко. В мае-июне 1920 г. по железной дороге суда перебрасываются в Витебск с включением в состав Западно-Двинской флотилии, принявшей участие в советско-польской войне 1920 г. К сожалению, каких-либо эпизодов, непосредственно связанных с их боевым использованием в этот период, в имеющихся источниках не приводится. Существовали планы переброски катеров на Вислу через Западный Буг или Припять с целью поддержки наступления советских сухопутных войск на Варшаву, но из-за польского контрнаступления в августе 1920 г. им не суждено было осуществиться. Все закончилось городом Жлобин в верховьях Днепра. Осенью того же года суда прибыли в Новороссийск, где в составе Морских сил восточной части Черного моря первоначально находились в подчинении Кавказского фронта.
Финальная, «пограничная», глава этой маленькой эпопеи только что дописана.

В заключение неизбежно возникает вопрос, чем же может быть дорога истории погранвойск судьба «Пантеры», «Рыси», «Ягуара» и «Кугуара»? Ведь, собственно, сама Черноморская пограничная флотилия организационно была оформлена лишь в конце 1922 г. – позже, чем началась фактическая служба катеров. К тому же, мореходность первенцев черноморской морпогранохраны оставляла желать много лучшего. Они были в силу сугубо «речной» специфики своей конструкции плохо предназначены для выполнения поставленных перед ними задач. Образно выражаясь, вопреки названиям, они не стали ее «дикими кошками»: к сожалению, пока не установлено ни одного конкретного яркого примера их служебно-боевой деятельности – ни на Черном море, ни, ранее, на Каспийском, ни на реках. Отдельная история самого «Барса» и «Тигра» на Амуре не в счет. И все же представляется возможным и уместным определить эту, опаленную двумя войнами и овеянную легендами о Колчаке, Лашевиче, Макарове – сыне адмирала, Меженинове, Шорине, красном и белом Смирновых, братьях Пепеляевых, четверку бронекатеров типа «Барс», в разряд пусть и виртуальных, но памятников морпогранохране, подчеркнув преемственность российской технической мысли, российской брони, российского флага. Пусть с японскими моторами и французскими орудиями.
Как пишет С.Ю. Данилов в книге «Гражданская война в Испании», после своей гражданской войны «испанцы достигли общенационального примирения. Раны… они залечили полностью – физически, юридически и нравственно. Удалось ли сделать то же самое нам, прошедшим через катастрофу братоубийственной войны раньше испанцев?
Увы, раны России, ее человеческие и нравственные потери оказались гораздо тяжелее и опаснее, нежели Испании, - отвечает на свой же вопрос историк. - Только после 1991 года наше общество и государство… пришли к сбалансированным оценкам плодов гражданской войны и ее издержек. Оптимистические и романтические мифы о ней ушли в прошлое. Восторжествовал гуманизированный подход к войне как к катастрофе, включающий скорбь о человеческих потерях и о судьбе обеих сторон. К концу XX века мы выяснили, что в гражданской войне не оказалось победителей. К XXI веку мы достигли компромисса в государственных эмблемах современной России. Если гимн остается советским, то герб и флаг страны теперь отражают символику Российской империи… Политически и нравственно деление России на победителей и побежденных перестало существовать».
И в этой связи история четырех бронекатеров приобретает особую важность.

Роман Никитин
Фото: belrussia.ru, siberia-miniatures.ru, ic.omskreg.ru, docklife.ucoz.ru и др. интернет-источники
« Последнее редактирование: 26 Июля 2015, 19:23:04 от Nick-69 »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
Уже давно особо не переживаю по поводу редакторских правок своих текстов в СМИ. Для полных версий материалов, в конце концов, существует Интернет. Также, наверное, есть смысл попытаться составить сборник полноразмерных очерков, причем, возможно, не только себя любимого, но и других авторов.
...А в этом случае не повезло КБСу. Но к его "исчезновению" из журнального варианта автор не имеет ни малейшего отношения, как ранее и к "пропаже" Юрия Петровича и старины Ануфриевича.
Итак, финальный, "морской", аккорд "пограничного" лета - в июльском номере журнала "Пограничник":


« Последнее редактирование: 19 Августа 2015, 12:52:27 от Nick-69 »
Записан

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
«Летучий» и «Лихой» – это довольно известные сторожевые катера постройки Золотовской верфи, так называемая вторая серия сторожевых катеров Золотова, построены в 1918 году.
Спасибо за уточнение! К сожалению, историки флота, за исключением пограничных, в период подготовки материала устроили автору полновесную информационную блокаду, по-видимому, потирая руки в предвкушении, где же он ошибется. Поэтому, приходилось быть вдвойне осторожным в формулировках.
P.S. Как известно, нет пределов познанию исторической правды. По полному варианту очерка, надеюсь, это прослеживается. Касается всех, без исключения - даже "иконы" историков флота Бережного.

Уважаемый Роман, не могли бы Вы пояснить, чем Вы руководствовались, когда писали, что бронекатера Пермской постройки вошли в Черноморскую пограничную флотилию? В Вашей статье только указано, что катера подчинялись Кавказскому фронту...
Вы обнаружили какие-то документы о передаче катеров пограничникам?
Нет, уважаемый Владимир Анатольевич, никаких конкретных документов о передаче я не обнаружил. Если они и существуют, то хранятся в ЦПА. Я же использовал документальный фонд ЦПМ, т.е., источник заведомо вторичный. Хотя... Иной раз, как Вы, наверняка, знаете, там и копию оригинального ЖБД встретить можно, и другие интересные первичные материалы.
Для установления истоков МПО на Черном море как фактически осуществлявшейся функции (вне зависимости от организационного оформления) выявленного материала мне показалось достаточно. К сожалению, допуска к фондам ЦПА я пока не имею.
Но действительно, интересно, по каким документальным основаниям историю БК посчитали уместным включить вот сюда:

Уважаемый Роман, конечно, в Центральном пограничном музее имеется масса интереснейших материалов, без всякого сомнения. Я сам там регулярно работаю. Дело в том, что впервые в Вашей статье  встретил сведения, что пермские бронекатера передавались пограничникам. Ранее считалось, что они подчинялись Кавказскому фронту и к погранфлотилии отношения не имели. Кстати, и в списках флотилии о них упоминаний я также не встречал. Если так, Ваша находка очень интересна. А нельзя ли более подробно пояснить, что именно было написано об этих бронекатерах в историческом формуляре? Возможно, когда приняты, когда и кому переданы или когда списаны, или еще какая-то информация?
Уважаемый Владимир Анатольевич, "интересность" моей находки состоит, по-видимому, всего лишь в том, что я попытался, образно выражаясь, протянуть в игольное ушко МПО "колчаковскую" ниточку. Так что первопроходец я лишь в, возможно, верном затягивании морских узлов, хе-хе. Материал вышел довольно сложный структурно. Помимо истории, собственно, про историю, там есть еще и история про историографию. Мыслю так. Первопроходец БК, как ни крути - Стрельбицкий. Продолжатель "новой волны" - Кузнецов. Широкорад... хм... флюгер фактажа. У него в пределах одной работы ТТХ одних и тех же судов меняются в зависимости от используемых справочников. Бережной, конечно, не везде идеален, но, местами, просто уникален; эпизод с штормами именно на Черном море, а не на озере Ханко - это, я так понял, его заслуга. Искренне надеюсь, что своим скромным (а, может, напротив) пером точно очертил роль каждой из названных персон. Ну, и посильно подготовил фактологический трамплин для тех, кто захочет окончательно распутать весь этот клубок с оставшимися на Дальнем Востоке двумя катерами.
Кроме того, в интернет-варианте статьи (меня в "Пограничнике", как и Вас в ВИЖе, тоже сократили) я ссылаюсь на работу капитана I ранга в отставке Ф. Мошкова, который явно использовал вот этот лист формуляра, каковой и привожу в ответ на Вашу просьбу:
« Последнее редактирование: 20 Августа 2015, 06:48:39 от Sobkor »
Записан

VAS

  • Опытный пользователь
  • Участник
  • ***
  • Оффлайн Оффлайн
  • Сообщений: 10
  • Владимир Анатольевич
Уважаемый Роман, большое спасибо за пояснения! Теперь все ясно. Все-таки, значит, бронекатера формально в состав морпогранохраны не входили. А то я удивился, вроде бы не должны.
А "Летучий" и "Лихой" после службы связи около года числились за погранохраной Новороссийска, потом были возвращены МСЧМ, где, если не изменяет память, потом были списаны.
По Бережному: мое личное мнение, что хотя в настоящее время его информация кое-где требует поправок и дополнений, что и не удивительно – наука не стоит на месте, ценность его работ в том, что он был первопроходцем и еще в 1980-е годы смог составить два справочника, до сих пор являющихся фундаментом, от которого отталкиваются современные историки.

Франц Янович Вакке, командир морбазы, чья фотография размещена здесь в начале темы...
Нет ли у Вас каких-либо биографических сведений о нем?
Нет, к сожалению.
« Последнее редактирование: 24 Ноября 2015, 06:49:16 от Sobkor »
Записан
С уважением, ВАС

Nick-69

  • Нет литературы художественней, чем документ
  • Модератор
  • Участник
  • ****
  • Оффлайн Оффлайн
  • Пол: Мужской
  • Сообщений: 3 672
  • Роман Никитин
...А в этом случае не повезло КБСу. Но к его "исчезновению" из журнального варианта автор не имеет ни малейшего отношения, как ранее и к "пропаже" Юрия Петровича и старины Ануфриевича.

Одно упоминание оставили, все же. Что справедливо. Не Широкорада же...
Записан
Страниц: [1]   Вверх
« предыдущая тема следующая тема »